Жемчужина моего сердца

— Что значит «нарастить»? — уточнил мужчина, при этом внимательно меня выслушав.

Эх… иногда забываю, что не каждый мужик разбирается во всех этих женских штучках. Я один раз имела неосторожность сказать парню, чтобы он подал мне щипцы для завивки ресниц, так он мне плойку притащил. А когда указала на его ошибку, скандал закатил: мол, он думал, что я натуральная красотка, а, оказывается, все не так… Дурдом, в общем. Я рада, что наши отношения не зашли дальше пары свиданий.

— Забудь, — отмахнулась, поняв, что объяснять сейчас про капсулы и чужие волосы лучше не стоит. — Где я? — задала самый животрепещущий вопрос.

— В моем дворце, — спокойно ответил мужчина, зачем-то снова кидаясь в меня блестками. Я возмущенно на него посмотрела.

— Эй, хватит уже! — отмахнулась от блестяшек, отмечая, что, похоже, они теплофобны, раз, попав на кожу, тают как снежинки. Вот и найден ответ, что за химия такая. — Это некультурно! — заявила.

— Что именно? — тут же заинтересовался красавчик, продолжая оставаться на месте и рассматривая меня, словно восьмое чудо света.

— Что ты кидаешься в меня блестками, даже если они безвредны, в чем я совсем не уверена, — сказала как есть. В самом деле, он ведь не ребенок, должен и без моих подсказок понимать, что делает не так. Мы все культурные люди, никто не воспитывается в пещере с волками, чтобы не знать, что такое этика и правила приличия. — И ответь нормально! Где находится этот дворец, какая страна и как отсюда добраться до ближайшего города с аэропортом?

— Ты видишь магию? — вместо ответов на вопросы, удивился мужчина. Да что ж такое-то! Он специально?

— Где мы?

Повторять все заново не было никакого желания, а этот гад — явно не дурак и слышал все с первого раза, просто отвечать не хочет. Самомнение слишком высокое, но это у любого красивого мужика, наверное, было бы.

— Драконья Империя.

Кивнула. Дракон, драконья, блестки-магия… Это какие-то фанатики?

— Слушай… — встала, решив, что, наверное, надо поискать кого-то более… адекватного. У богатых, конечно, свои причуды, они могут играть в какие угодно игры, за их деньги прислуга может называть их хоть королем мира, но я в это играть не подписывалась. — Я понимаю, тебе весело, но я правда устала и голодна. Хочу домой. Давай ты будешь играть в эти игры с наложницами, гаремами и дворцами с теми, кто этим интересуется, а я домой пойду, хорошо?

Колено вновь отозвалось неприятной болью. Надо будет сходить сделать рентген на всякий случай.

— Ты не веришь? — уже с нескрываемым любопытством уточнил мужчина.

Удивительно, какие в нем произошли метаморфозы с минуты нашей первой встречи. Сейчас он слушал меня внимательно, стоял, а до этого даже подняться с дивана ленился, ждал, что все сделают за него.

— А должна? Драконов не существует, это все мифы и легенды. Империй в нашем мире уже не осталось, по крайней мере официально страны называются совсем иначе. Никакого клейма у меня не было и быть не может — подобные вещи запрещены по всему миру, мы свободные граждане своих государств. Рабство отменено еще в девятнадцатом веке, а в моей стране его вовсе никогда не было. Мне жаль развеивать твою игру, но…

Моя тирада оборвалась на полуслове. Я отшатнулась назад, вжимаясь в диван и хватая первую попавшуюся подушку, наивно радуясь, что она вообще есть.

— А-а-а! — заорала, так как передо мной стояла огромная ящероподобная гора, глядя на меня вертикальным зрачком синего как небо глаза.

Мамочка, забери меня обратно!

Глава 6

Гигантская рожа была размером с меня. Голубой глаз — минимум с мою ногу… В общем, сомневаться не приходилось, что я этому чудищу всего-то на один зуб. А на эти милые «зубки» даже смотреть не хотелось, ведь ясно, что там ситуация, скорее как у волка и красной шапочки, чем мне повезет на «ущербного» дракона с удаленными от кариеса клыками.

— Не ешь меня, я невкусная! — заорала, стукнув огромную образину моей единственной защитницей-подушкой и, пока ящер отвлекся, отшатнувшись назад, швырнула в огромную рожу первый подвернувшийся под руку предмет. По несчастливой случайности это оказался именно персик.

Сок брызнул повсюду, оттого что я слишком сильно сжала фрукт перед броском, до кучи еще платье сползло, так как следить за одеждой, в то время как пытаешься бежать и ползти прочь от этой громадины, не получалось. Длинный подол мешал. Свалилась с другой стороны дивана на уже второй раз пострадавшее колено, желая куда-то спрятаться подальше. Боль прострелила до звезд в глазах, но сейчас я не обратила на нее большого внимания. Колено заживет, а вот если меня съедят, это наверняка будет хуже. Не хочу быть съеденной, и вообще — боюсь щекотки и боли в равной степени!

— Прочь, прочь! — забилась под диван и в ужасе прижала к себе все ту же подушку, в которую вцепилась практически сразу.

Сама не знаю, почему кинула совсем не ее, да еще и из рук не выпустила. Наверное, надеялась, что в драконьем желудке будет мягче именно с ней. Но тогда странно, чего это я одеяло еще не прихватила и перину до кучи. Какой же бред лезет в мысли… Ощущение, словно минут тридцать прошло, как я увидела этот кошмар всей моей жизни, хотя, наверное, прошла всего пара минут. Как же медленно течет время… А-а-а! Может, мне сбежать на улицу?! Хотя нет, наверняка такому большому существу там будет только проще меня достать, а тут… придется ему есть меня вместе с диваном! Забилась посильнее вниз, ощущая, как сердце колотится где-то в горле.

Минута… две… три…

— Спокойно, — донеслось мужским голосом с другой стороны дивана, когда я уже почти устала бояться, так как ничего не происходило. Кажется, эта образина вновь обратилась в мужика, но стало ли мне легче?

Вашу ж бабушку! Куда я попала?! Почему мужик превратился в огромную ящерицу? Я ведь видела, что происходило с его телом: вокруг взметнулся столп той яркой, блестящей пыли, а затем… Даже вспоминать не хочу!

— Спокойно, никто тебя есть не собирается.

Мужчина осторожно обошел диван, поправляя свой пестрый халат, весь перепачканный в ошметках персика. Я могла видеть его из щели, куда забилась. И как только влезла? До конца, правда, и не влезла, но половину тела точно впихнула, прикрыв остальное все той же подушкой.

Опасливо покосилась на жуткого типа. Теперь понимаю, чего та баба орала про то, что очередь моя, а отдувается она. Да я в жизни этого красавца видеть больше не желаю! Надо сбежать от сюда, срочно! Только вот бежать теперь некуда, это раньше надо было делать, пока он не нависал надо мной. А теперь с одной стороны диван, а с другой это чудище.

— Отойди от меня! — завопила, чувствуя себя одновременно неловко и глупо, ведь продолжать так яростно бояться, когда перед тобой вроде как человек, уже не получалось. Еще и осталась в одном белье… Слава всем богам, что мой спортивный лифчик никуда не испарился, как и хлопковые трусики, в которых я была вчера. Опять не о том думаю!

— Хорошо, я отошел. — Мужчина и в самом деле сделал два шага назад, выставив перед собой руки, словно обозначая, что нападать не намерен. — Неужели ты не видела ранее драконов? Где ты росла? — заинтересовался он, словно это спасет ситуацию.

Не спасло, хотя мой мозг уже вновь начинал мыслить нормально. Так… мужик-дракон. Жуть какая! Но… вроде не ест. Даже не нападает. Нормально ли это, или он просто выжидает подходящего момента? Ох… как же все сложно.

— Вылезай. Я не обижу.

Ага, как же, так и поверила! Сейчас он говорит одно, а думает другое… Какие тут гарантии? Да никаких! А в детское «честное слово» я перестала верить еще в старших классах школы.

— Как-то не хочется, — пробормотала, хотя колено все же зверски болело, а я его еще и зажала диваном… Ох, лишь бы не перелом, хотя глупо об этом переживать, когда ты почти обед.

— Я не трону, клянусь! — еще раз попробовал меня убедить мужчина в своей безобидности и…

А, черт с ним! Выждала несколько минут и сначала вылезла совсем немного, покосившись на «опасность», но он стоял на месте. Затем подождала еще минутку и еще немного сдвинулась, затем еще, пока не оказалась полностью свободна. Подождала, но на меня никто не бросался. Села на корточки, стараясь не обращать внимания на боль. Кое-как стащила с дивана цветастый плед и прикрылась, вставая ровнее, придерживаясь за спинку и выпустив наконец из рук подушку-спасительницу, скривившись от боли, но все еще опасливо косясь на этого… дракона, чтоб его бабка в переходе клюкой по голове треснула!

— Откуда я должна была видеть драконов? В моем мире только люди! — ответила на ранее заданный вопрос. Голос хрипел. Неслабо я покричала…

Только сейчас я начала осознавать, что все это не просто чья-то нелепая шутка, а взаправду. И оказалась я… в гареме! И пусть я всегда мечтала отдохнуть и пожить где-то на юге, но не настолько же, чтобы переселяться сюда в чей-то гарем! Вот уж счастья привалило! Меня заказчики на созвоне ждут, макет сцены надо утвердить, сервант в интерьер вписать, а я… не пойми где!

Меня отчего-то начало трусить. Вот как обычно — адреналин вышел, и я вновь превратилась в желе: колени подкашиваются, сердце колотится как ненормальное, руки дрожат. Осела на диван, осторожно обойдя его, чтобы между мной и этим чудищем было хоть какое-то препятствие, и тут же вскрикнула от боли в согнутом колене. Да еще голова начала кружиться, хотя это скорее от голода.

Видимо, мужик оценил мое состояние, крикнув куда-то в пространство:

— Принесите обед! И платье для моей наложницы!

Я аккуратно посмотрела в ту сторону, куда он крикнул, все еще боясь спускать взгляд с главной опасности, но никого не увидела. Так, ладно, меня вроде как покормят. Закуталась плотнее, пытаясь осознать все вокруг.

— Как я тут оказалась? — спросила. — И я не наложница! В моем мире я свободная девушка! У меня и работа есть, и крыша над головой своя…

Не знаю, зачем это сказала. Наверное, хотелось убедить себя же, что у меня это и правда есть, а не придумано, потому что… все слишком нереально! Туннель этот, затем та подсобка, где стукнулась головой и коленом, руку ушибла, а теперь до кучи еще и огромный ящер, который, как я думала, всего лишь фантазия всяких там писателей и мифологов нашего мира.

— Что за работа?

Мужчина словно бы заинтересовался, но подходить не спешил. Похоже, мой дикий ор произвел на него неизгладимое впечатление. И я была бы рада, если бы он сделал еще два шага назад, чтобы уж наверняка, но будем считать, что препятствия в виде дивана достаточно для моего спокойствия.

— Я дизайнер, — скрывать не было смысла.

— Что это? — спросил… как там его зовут? Дарвиэль вроде. Да, точно Дарвиэль. Непривычное имя для той, кто привык к Сережам, Данилам и Валерам. Буду мысленно сокращать его как «Дар».

— Я проектирую жилые пространства — спальни, ванные, гостиные и прочие помещения, чтобы было удобно, красиво, функционально. Иногда по договоренности с заказчиками веду ремонты, договариваюсь с бригадой, курирую весь процесс ремонта, закупаю мебель, предметы интерьера и расставляю все по местам.

О своей работе я могу говорить часами. Это неискоренимо. Друзья вечно шутят, что со мной и поболтать не о чем, кроме как о цене обеденного стола и гармонии цветовой палитры. А сейчас, помимо прочего, разговор о работе меня еще и успокаивал. Хоть что-то родное и близкое здесь… непонятно где.

— Как ты попала в наш мир. И куда дела мою наложницу? — меня допрашивали серьезным тоном. Но ближе Дар подходил — я следила за этим.

— Понятия не имею, о ком вы. Я никого не девала. Вышла вечером на пробежку, у нас очень безопасный город в этом плане, познакомилась с парнем, а он… Не знаю, вот после разговора с ним я и полетела по какому-то туннелю сюда, ударилась коленом и головой, — указала на шишку на лбу, — рука еще побаливает. Потом этот ваш Арман притащил меня в комнату, я вырубилась. Проснулась, и он приволок меня сюда. Все.

Рассказывать подробно не хотелось. Мне бы самой для начала разложить все по полочкам.

Первое — я познакомилась с тем парнем на улице. А ведь странно: даже не слышала, как он ко мне подбежал, и тогда еще испугалась.

Второе — я думала, что он хотел познакомиться, но ведь по факту он даже имени моего не спросил, все говорил про кого-то другого, за чье сердце необходимо побороться, а я согласилась как дура.

Третье — после согласия я провалилась в тот туннель. И мотало в нем совсем не по-детски. Вывалилась я как раз в подсобку, где меня и нашли.

Четвертое — мне утверждают, что нахожусь в гареме у какого-то дракона, и он… реально оказывается драконом. На анализе этого пункта я все же покосилась на мужчину, осматривая его скорее как выставочный экспонат, пытаясь найти отличия от обычного мужчины, но рогов не было, как и хвоста. Вывод — ящер он по желанию. Если учесть, что я жива, то девиц на обед не ест, можно выдыхать. Хотя… может быть, он предпочитает их на ужин, но так как бензопила крикливая возмущалась, что она отрабатывала мою очередь, — значит, она была ночь с этим… гадом высокомерным и не померла. Так что, может, вообще не ест.

Пятое — делаем вывод, что я нахожусь где-то в другом мире, где магия и гаремы реальны. Пальмы тут точно настоящие. И я… наложница, чтоб Алла Дмитриевна, моя соседка, замуж удачно вышла!

Глава 7

Я сидела на диване и отчаянно пыталась согреться, хотя в зале царила невозможная духота. Воздух дико нагревался еще и благодаря довольно сильно припекающему солнцу, раскалявшему мрамор колонн, и тот отдавал в воздух больше тепла, чем было необходимо. Во всяком случае, я так думала. Все это очень напоминало сауну, когда воздух ошпаривает, забираясь даже к тебе в ноздри, и даже фактическая открытость пространства не помогала.

Адреналин полностью ушел, и мне стало откровенно плохо — слабость, головокружение, сухость во рту, ощущение потерянности и дикой усталости. Ненавижу свое тело в таком состоянии.

— Что-то болит? — заботливо поинтересовался мужчина, делая небольшой шаг поближе, отчего сердце вновь заколотилось в груди от страха и на мгновение прояснилось в голове.

— Не подходи! — вскрикнула, отшатываясь назад. В памяти тут же вспыхнул образ той огромной морды и глаза размером с мою руку, с вертикальным зрачком.

Да уж. Такая жуть теперь долго в кошмарах сниться будет. Драконы, романтика… Ага, как же! Посмотрела бы я на всех этих фантастов, оказавшихся на моем месте! Наверняка бы еще и оконфузились от страха — я-то чудом сдержалась, и то только потому, что буквально недавно посетила туалетную комнату. А раздумывать на тему своей излишней впечатлительности не собираюсь — сама знаю, что эмоциональная, но все же не настолько, чтобы визжать при виде змеи или паучка. А вот дракон, как выяснилось, впечатлил достаточно, чтобы покричать.

— Я не наврежу, — заверили меня.

— Все равно, — закуталась плотнее, вся дрожа. Во рту неприятно саднило. Ох, лишь бы голос не исчез назавтра. Все же перестаралась. — Я боюсь, — созналась честно, прокашлявшись.

А чего стыдиться? Вполне нормальная реакция. Может, через пару дней успокоюсь и все пройдет, но пока меня лучше не трогать. Особенно одному очень страшному индивиду. Не знаю, как он это делает и произвольно или нет, но выяснять даже не тянет. Просто пусть держится от меня подальше — так надежнее.

Мужчина вздохнул, как-то странно при этом на меня посмотрев. Густая черная грива художественно рассыпалась по плечам, когда он мотнул головой, словно отгоняя от себя назойливую муху, хотя я насекомых тут не видела. Не знаю, что за дурман в этих лампадках, но комарья не было. Я открыла было рот, чтоб попросить его отойти подальше, но тут же едва не захлебнулась слюной от поплывших по залу вкусных запахов жареного мяса. Все мое внимание мгновенно переключилось на будущий завтрак. Точнее, для остальных обед, как поняла, но для меня-то это первый прием пищи.

К нам подошли слуги (думаю, это они — сомнительно, что обычные жители дворца, решившие заскочить освежиться в жаркий денек в бассейне, стали бы так низко кланяться еще на границе с клуатром и тащить на себе столько вкусностей по запросу дракона). Судя по простым белым платьям и убранным волосам — вполне себе люди. По крайней мере, нечеловеческой красотой они не обладали — я оценила и это, прежде чем подпустить их ближе.

— Где изволите обедать, господин? — спросили не меня, а Дара, даже не глядя на него, словно это было запрещено, зато гипнотизируя мыски своих туфель, ну или узор ковра под ногами.

— Поставьте все на столик и подкатите его к моей… — Дракон запнулся, вновь глянув на меня своими синими очами несколько странно.

Я видела слишком много эмоций в его глазах, но ни одной конкретной, словно он сам еще не определился, как ко мне относиться. По коже пробежался ряд мурашек от одного только взгляда.

— Моей гостье, — наконец вывернулся он, решив, видимо, не нагнетать и не доставать меня своей «наложницей», коей я не являлась. И правильно сделал, между прочим. Еще немного, и уйду в нервный срыв и депрессию. Такое бывает, когда я в плачевном физическом состоянии.

Слуги безропотно выполнили его пожелание, при этом не глядя на ни меня, ни на него. Хотя нет, одна все же посмотрела, прежде чем передала сверток с платьем из мягкой ткани, положив его около моих колен на диван. Я даже нашла в себе силы поблагодарить ее.

Стоило всем уйти (кроме мужчины, конечно), как я набросилась на еду. Ощущение было, словно по меньшей мере неделю не ела, да еще и все эти запахи, вкусно приготовленное мясо, похожее по вкусу на крольчатину, которую я люблю. Легкий сладковатый соус лишь добавлял пряности мясу, но ничуть его не портил. Надо будет потом найти повара, узнать, что за рецепт. А еще овощи на пару — мои любимые брокколи и цветная капуста! М-м-м…

И пусть весь мир смеется над тем, что я люблю брокколи! Ничего они не понимают. Это ж такой кладезь витаминов, и вкус у нее нежный, мягкий, слегка травянистый. Стереотипы долой!

Насыщаясь, отмечая мастерство повара и обманчивую простоту блюд, даже не увидела, что это чудовище в человеческой форме сделало еще два шага ко мне. Заметила я это только тогда, когда подняла взгляд от тарелки и вздрогнула от того, что мужчина был слишком близко. Он сидел прямо на пестром ковре у края зоны отдыха, в позе лотоса, глядя на меня пронзительным взглядом. Гораздо ближе, чем я думала.

— Наелась? — Мне указали на небольшую чашу с водой. Вспомнив прочитанные книги и просмотренные документальные фильмы, сделала вывод, что это для рук. Тут же вымыла пальцы от липкого соуса, так как вилки мне никто не дал, а благодаря дикому голоду я даже не подумала попросить и дождаться, пока принесут. Вытерла руки о белое полотенце.

Ох… а жизнь налаживается!

Желудок был приятно наполнен, дрожь отступила, правда вот больное колено, кажется, теперь ныло еще сильнее, но это все мелочи. Главное, что я до сих пор жива.

— Да, спасибо. Было вкусно, — проявила вежливость, раз меня все же накормили. Взгляд сам собой вернулся к вазе с персиками. — Можно? — уточнила, прежде чем взять один.

Как бы я ни наелась, но любимый фрукт готова схомячить в любом состоянии! Думаю, что я не одна такая — нас миллионы гурманов, кто, видя вожделенное, набрасывается на это, не думая о том, какое время суток или насколько сейчас голоден.

— Любишь персики? — Дар чему-то улыбнулся, поглядывая на меня с интересом и давая разрешение кивком.

— Очень, — созналась, выбирая фрукт из вазы, придирчиво щупая тонкую бархатную кожицу и рассматривая румяность бочков. Наконец, поняла, что все они как на подбор и выбирать бессмысленно. Взяла самый верхний, ощущая себя царицей этой горы. Ох… правда, кто бы меня оттащил от блюда, а то ведь плохо потом станет — это будет не первый раз, когда я переем чего-то, но не разлюблю и уж тем более не остановлюсь. — Но у нас они слишком дорогие, и чаще всего невкусные.

Наверное, если бы получалось каждый день есть по персику, и такой маниакальной зависимости не имелось, но я пока не настолько богата, чтобы покупать себе в промышленных масштабах фрукты, чтобы наконец наесться всласть.

— Расскажи подробнее, как ты здесь оказалась. Ты сказала, что познакомилась с… — мужчина взял паузу, словно ему на мгновение стало плохо, прочистил горло, пару раз тяжело сглотнул, но затем все же нашел в себе силы продолжить: — с кем-то.

Я впилась зубами в сладкий фрукт, едва не застонав от блаженства. Вкусный, сладкий, ароматный… Точно как я люблю! Редко когда попадался настолько вкусный и спелый плод. Обычно к нам в город привозили все зеленое, и приходилось дома, на окне давать им хоть немного доспеть, но вкус всегда был так себе… Такой, как ем сейчас, я, наверное, пробовала, только когда была маленькой и ездила с родителями на юга.

— Я целый день работала. У меня заказ на интерьер большого загородного дома в современном стиле, и мама заказчика попросила туда вписать старинный сервант, вот я и увлеклась… — опять ушла в дебри своей профессии, с наслаждением рассказывая и о сцене для деток, и о просмотренной для проекта корейской рекламе, и о том, что сервант надо бы реставрировать… Буквально захлебывалась, описывая, каким видела тот концерт в итоге и дом тоже. Была бы тут бумага и ручка, наверняка бы начала еще и рисовать, но ничего такого не нашлось. — Вот, а затем, когда встала и поняла, что переусердствовала, все болит, решила совершить побежку. По пути встретила довольно симпатичного молодого мужчину. Он заговорил, и сначала я решила, что он захотел познакомиться, согласилась на… — нахмурилась, пытаясь точно вспомнить, на что я соглашалась, — тогда я думала, что на свидание, — выдала, так толком и не вспомнив.

А то уже столько приключений, что разговор с симпатичным парнем поблек в памяти. Я точно помнила, что он был, но вот что именно говорил и детали его внешности словно бы подстерлись, хотя у меня вполне нормальная память на лица, а видела я его только вчера. Странно, но подумаю об этом потом.

Дарвиэль оказался весьма внимательным слушателем — не перебивал, не спорил, даже уточняющих вопросов не задавал. А когда я закончила, перевел взгляд на гладь бассейна, явно о чем-то задумавшись.

Я не стала его отвлекать, просто взяв еще один персик, раз он разрешил. Впилась в сладкую мякоть. М-м-м… стоило ненадолго сюда попасть, чтобы полакомиться такой сочной вкуснятиной. Правда, домой уже хочется, к моим заказам…

Глава 8

Я сидела на диване, поедая уже пятый по счету персик, не в силах остановиться, и рассматривала помещение. Бассейн… в целом его так можно было назвать только с натяжкой, потому что я не понимала, зачем тут столько ковров. Из адекватного в голову приходило только то, что, наверное, пол довольно сильно нагревался, и потому ходить по нему было невозможно, так что стелили ковры. Но… неужели нет чего-то более подходящего? Почему они все разноцветные и разных размеров? Смотрится ужасно, хотя можно было бы попробовать сгармонировать разные цвета и создать из этого особый шарм.

А эти светильники? Подняла взгляд вверх, рассматривая непонятную конструкцию со все той же позолотой. Больше похожа на фекалии, чем на то, что пытались изобразить, к тому же опять перегружает пространство. С диванной зоной я, допустим, уже почти смирилась, все же я тут сижу, но зачем бассейну неработающие фонтаны с четырех сторон, помимо совершенно бесполезных обнаженных девиц? И что они изображают? Ящериц в конвульсиях разве что. Тела длинные и страшные, позолота кое-где стерлась, так как была выполнена некачественно, пасть у каждого кривая, у ближайшего подобия фонтана вообще один глаз больше другого… Да уж. Если вода должна была литься из пасти этих чудовищ — а так и есть, судя по тонкой струйке у одной из фигур, — то создаётся полное впечатление, что эта тварюшка чем-то траванулась. Да и вообще, тот, кто это непотребство проектировал, явно был намерен поиздеваться над драконом: "фонтаны" выглядели так, словно эти ящерицы блюют над бассейном.

— А ты бы могла улучшить это помещение? — неожиданно словно прочитал мысли мужчина, о котором я практически забыла, размышляя о любимой работе и практическом применении моего таланта.

Внимательно окинула Дарвиэля взглядом, пытаясь понять, шутит ли он или взаправду интересуется. Но взгляд голубых глаз был серьезным — значит, не шутит.