Жемчужина моего сердца

Нет. Нет. Нет! Этого не может быть! Я думала, это просто дурной сон!

Зажмурилась крепко, до радужных кругов перед глазами, сосчитала до десяти, распахнула глаза, надеясь непонятно на что, но чуда опять не произошло. Что за дичь? Где я? Ущипнула себя за руку, но боль была вполне реальной. К тому же на невольное движение отозвалось болью поврежденное тем гадом запястье. Отметила бордовый синяк. Должно быть, прошло уже достаточно времени, чтобы он налился — по меньшей мере ночь. Да и локоть тянет, словно есть небольшой ушиб. Тут же откинула подол платья и посмотрела на колено — оно не посинело, не распухло. Но ведь болит, зараза! Согнула ногу, а затем снова разогнула. Надо же было так удариться… Однако в данной ситуации то, что у меня нет переломов, уже высшее благо. Будем радоваться и этому.

Села, отметив, что нахожусь на огромной двуспальной кровати под пыльным балдахином непонятного цвета. Визг циркулярной пилы повторился, а затем дверь в комнату, где я сейчас находилась, распахнулась настежь, и внутрь залетел уже виденный мной вчера мужичок, а за ним и источник столь мерзкого звука.

Прислушалась, пытаясь понять, чего визжит дамочка с вороньим гнездом на голове вместо прически.

— Она опять спит до обеда! Вчера не вышла на смотрины. Почему я должна отрабатывать ее ночь?.. — пищала она как заведенная, повторяя эту мысль разными словами, но снова и снова. Ладно хоть не матом.

Какую, к черту, ночь? С интересом осмотрела женщину, ведь посмотреть и правда было на что. От гнева щеки этой визгливой особы раскраснелись, глаза метали молнии, делая ее прехорошенькой. Блондинистые волосы даже с этим спутанным колтуном смотрелись неплохо, а может, это местная мода такая. Платье выгодно подчеркивало все изгибы тела, переливаясь на свету, что проникал в комнату через большие пыльные окна, за которыми маячили все те же вчерашние пальмы и неизвестные мне растения. Возможно, одно из них — большое алое. Второе — цветущий белыми цветами куст. И… а больше я ничего не знала о растениях, чтобы утверждать точно. На картинках видела — названий не знала. Была бы тут Алиса с доступом в интернет, я бы нашла по фото, как делала это обычно, а так… Точно помню, что они южные, и только.

— Я разберусь, — хмуро согласился полноватый тип, глядя на меня неодобрительно и даже зло. Словно я его милую бабушку по голове веником огрела. — Эй ты, живо встала! Я велел тебе вчера прийти в общий зал, а не разлеживаться! — теперь начал орать он, что, в отличие от женщины, сильно портило мужика. — Еще и неумытая! — вопил он как потерпевший, пока я преспокойненько сидела на кровати.

Вот есть у меня дурная черта характера — когда на меня орут, я намеренно буду делать все хуже и медленнее. А если орут настойчиво, то могу вовсе встать в позу и сделать что-то совершенно противоположное. Так что сейчас вместо того, чтобы бояться и пытаться выяснить все же, где я и за кого они меня принимают, просто сползла с кровати, не обращая внимания на боль в колене, и потопала в сторону боковой двери. Если не ошибаюсь, там либо гардеробная — должны же местные иметь отдельную комнату для одежды, раз так любят все эти тряпки, — либо ванная комната. И не ошиблась! За дверью действительно была ванная, только вот замка или даже небольшой щеколдочки внутри не было, что меня огорчило.

— Я к тебе обращаюсь!

Мужичок ухватил меня за уже пострадавшее запястье, врываясь в небольшое, но чистое помещение. Я тихо вскрикнула — такой сильной была боль. Еще и локоть болел именно этот. Неплохо я вчера приложилась. Да и, кажется, на лбу что-то имеется, судя по торжествующему взгляду крикливой дамочки и ее улыбке, — она тоже не погнушалась заглянуть сюда. Вот же бесстыжий народ!

— Да отпустите вы меня! — огрызнулась. — Понятия не имею, кто вы и где я, но знайте — я свободная гражданка Российской Федерации, законов не нарушала, на учете в полиции не состою, а значит, хватать меня нельзя!

Толкнула ладонью этого гада, заставляя покинуть помещение. К счастью, похоже, от моей тирады он слегка опешил и разжал пальцы. И захлопнула перед его носом дверь, радуясь, что меня хоть на мгновение оставили одну.

— И не смейте входить! — рявкнула сквозь дверь, злясь на все вокруг, а особенно на обилие позолоченной безвкусицы. Это ж надо было сделать золотой унитаз! Не увидь своими глазами, в жизни бы не поверила, что такое действительно бывает. И что это за плитка, почему такая грязная, вся в копоти, словно тут костры прямо в помещении разводят?

Судя по звукам, раздающимся из-за тонкой дверной створки, меня все же не оставили одну. В комнате стояла какая-то возня, раздавались отдельные крики и голоса, но я уже не вслушивалась, в ужасе глядя на свое отражение в зеркале.

Это была я и одновременно не я. Подвигала руками — я. Потрогала лицо, задрала подол платья — точно я. Родинки все на месте, там же, где я привыкла их видеть, мой шрамик на брови (в детстве упала с велосипеда) и еще пара на коленках — прыгала по стройкам и напоролась на стекло. Мои зеленые глаза, мои черты лица, один уголок губы пухлее другого и чуть ниже опущен. Шрам от удаленной родинки справа. Но… почему у меня волосы ниже задницы?! У меня всю жизнь была стрижка максимум до лопаток. Откуда?!

Огромный шишак на лбу, красно-синего цвета, я даже не рассматривала как странность. Приложилась я точно хорошо, раз сейчас непонятно где и непонятно с кем…

Никогда не верила во все эти похищения женщин, а даже если верила, то думала, что со мной-то точно такого не произойдет. Но вот, пожалуйста — я явно попала в беду, и нужно как-то отсюда выбираться. Надеюсь, тут есть хоть кто-то адекватный, кто поможет мне. А то даже не знаю, что теперь делать… Почему не выдают инструкцию девушкам, попавшим в подобную передрягу? Мне бы сейчас пригодилась такая.

Глава 4

— Алиса, говорила тебе мама, не разговаривать с незнакомцами. Вот итог, — задумчиво пробормотала, ощущая себя попавшей в страну чудес, разве что за белым кроликом погоняться не пришлось.

Голос тоже был мой. Ничего непривычного.

Сглотнула, ощущая, как в груди все дрожит от непонимания и беспокойства, и тут же повернулась спиной к зеркалу, пытаясь оценить всю проблему с волосами, но… Они действительно были едва не до пят. Вились, правда, красиво, крупными локонами, но… я не умею! Я со своими-то до лопаток жутко страдала — то концы сохнут, то пушатся, то легли при укладке криво, а тут… К чему эта конская грива? Да и уходовых средств на нее наверняка уходит немерено. У меня нет столько денег! Пощупала корни, пытаясь найти уплотнения, свидетельствовавшие о наращивании, но, похоже, процедура была выполнена качественно. Ничего подобного я не нашла.

И одежда… Материалы точно были те же самые, в которых я бегала, и расцветка такая же. Но... откуда платье, подол, смешные рукава-фонарики, словно мой наряд преобразовался в нечто новое, более подходящее под восточный колорит? Да еще и корсет этот неладный, который я вчера распустила так, что теперь приходится придерживать платье руками, иначе оно грозится упасть на пол.

Остается порадоваться, что веснушки не вернулись. Я их пять лет кремами выводила, а то так бы за один вечер обратно проявились. Хотя если в ближайшие недели не попаду домой, к моим отбеливающим кремам и солнцезащитному фактору, то с таким климатом всё вновь будет у меня на носу уже к концу этой недели. А я терпеть не могу эти пятна. Мода, правда, в последний год пошла на веснушки, но это все блажь: я-то, которую все детство дразнили рыжей-рыжей-конопатой, насмотревшись мультика, знаю, что все модное в мире временное и вернется эра белой кожи и отсутствия конопушек довольно быстро.

В дверь ванной кто-то громко долбанул кулаком. Правда, почему кто-то? Я уверена на сто процентов, что это все тот же полноватый мужик. Так что мне надо поскорее заканчивать любоваться на себя, совершать уже все утренние ритуалы и выходить. Засуетилась.

Оглянулась по сторонам, находя в стаканчике зубную щетку и рядом баночку порошка. Однако… скривилась. Нет! Чужой я точно чистить не буду! Набрала немного порошка на палец и, как могла, прочистила зубы. Затем умылась холодной водой, стараясь не задевать огромную шишку, и только потом крикнула.

— Выхожу!

Визгливый голос к моменту, как я решила вернуться в комнату к новым проблемам, уже исчез. Эх… а я бы не отказалась от душа… Если бы не было угрозы того, что этот мужлан ввалится в ванную комнату в любой момент, застав меня в неглиже, рискнула бы, а то вчера я бегала, а потом потела. Да еще вся эта пыль, налипшая на платье… Я, конечно, как могла, стряхнула ее мокрыми руками, но это все равно не то.

В комнате меня встретил все тот же мужик в смешной шапочке и обтягивающей пузо рубашке ярко-малинового цвета. Жуть, кошмар, ужас — больше ничего не скажешь.

— Ты нарушила правила гарема! — вновь завел он свою шарманку с недовольной рожей.

— Я свободная гражданка! — ответила тем же тоном.

— Ты наложница, ты не свободна! — тут же объявили мне.

Я фыркнула, уже поняв, что, похоже, попала по-крупному, если это не какая-то веселая шутка. Правда, пока не представляю, как можно так масштабно шутить — вырубить меня, наслать глюков про туннель, сшить другую одежду из моих брюк и футболки, перевезти меня на другой конец мира… Я слышала, что люди иногда попадают во временную петлю, выбредая из нее через двадцать, а то и пятьдесят лет, но чтоб попасть в прошлое, да еще и другой климатический пояс — о таком точно не слышала. Скоро уже возьму на вооружение версию с инопланетянами.

— Как докажешь? — уточнила вкрадчиво.

Не надо было ему со мной спорить. Сразу бы вел к этому их «дракону», поговорили бы мы с ним по душам, я бы все ему объяснила и полетела первым же рейсом домой. Так и быть, не стала бы выставлять ноту протеста шутникам, которые все это устроили. Да, версия с другим временем все же слишком бредовая, чтобы в нее поверить.

Мужчина в шоке выпучил на меня глаза и набрал в грудь побольше воздуха. Правда, выглядело скорее забавно, чем угрожающе, как он явно хотел.

— У тебя стоит клеймо на ступне! — выдал он.

Вот это уже интересно! Никого не стесняясь, полезла под подол, сбрасывая подобие балеток, в которые была обута. Кстати… обувь отличная! Мои кроссовки, конечно, жалко до слез, они тридцать тысяч стоили, но это подобие домашних тапочек было куда удобнее, раз я их даже не замечала!

Повернула к себе одну ступню, другую…

— Нет никакого клейма! — сделала вывод, не обращая внимания на покрасневшего от натуги гада рядом. — Смотри! — показала ему обе ноги еще раз. — Я свободная гражданка! И что вообще за дикость, ставить живым людям клеймо?! Вы в своем уме? Где у вас служба борьбы за права человека?! Где закон?!

— Ты… ты наложница господина! — заладил этот чурбан. — Ты не должна оголять тело перед другими мужчинами!

Он даже потом покрылся от злости. Подумаешь…

— Что я должна и кому обязана — буду решить сама! — фыркнула. — И это всего лишь ступни! Я ж не грудь вывалила.

Кажется, мужика сейчас хватит кондрашка.

— За мной! — заорал этот гад, как только продышался, вновь хватая за больное запястье.

Ай, да что такое-то! Почему его хватательный рефлекс так сильно выражен?!

— Куда мы идем? — уточнила, стараясь не хромать, так как колено еще простреливало болью, и радуясь, что в окружающей безвкусице на полу везде ковры, а не щебенка, а то я же босиком, местную обувь не успела нацепить, как этот пузан взбеленился.

Нет, мужчина не виноват в том, что у него такая фигура. Может, сахарный диабет или гормональное нарушение, вот и висит пузико, но почему он, вместо того чтобы скрывать недостаток, так сильно его выпячивает? Это же некрасиво!

— К господину!

Меня протащили сквозь все тот же безвкусный зал с продавленными диванами, а затем и дальше по коридорам. Все, что я могла, стараясь не отставать, это рассматривать окружающее кошмарище.

Ну кто так зонирует пространство? Откуда эти никуда не подходящие желтые шторы, зачем тут ковры на стенах, откуда эти коптящие факелы? Зачем здесь столик? Он бы лучше смотрелся в углу, а уж бездарно оформленный бассейн в каком-то подобии огромной веранды в конце недокоридора меня вовсе добил. Вот мы идем по клуатру, и вот монолитная стена слева обрывается, а я вижу колонны и со второй стороны, а между этими рядами колонн большое пространство под бассейн. С обеих сторон за рядами колонн виден сад, а сверху все это монструозное сооружение накрывает крыша — на огромной высоте!

Вели меня, похоже, как раз именно туда, причем в угол, где вместо нормальной зоны отдыха был оборудован мягкий уголок, абсолютно не подходящий ни по цвету, ни по стилю в это странное недопомещение.

И пока я рассматривала совершенно дикие здесь статуи девушек, изогнувшихся в неприхотливых позах, пытаясь понять, к чему это вообще тут, меня подвели к этому самому мягкому уголку, где…

Вау!

Взгляд мгновенно прикипел к самому шикарному мужику, которого я видела когда-либо. Темные глаза, обрамленные густыми ресницами, пухлые губы, идеальные черты лица… А тело, увитое сухими мышцами без грамма лишнего жира? Его не портили даже черные длинные волосы и цветастый халат, больше подходящий уставшей домохозяйке, чем мужчине.

Он возлежал на подушках одного из диванов, сверкая обнаженным торсом, прикрывшись подолом халата ровно настолько, насколько был прикрыт Аполлон фиговым листком в музее искусств.

— Арман, кого ты мне привел? — Голос с бархатными переливами добил меня окончательно.

Пальцы зачесались. И пусть я ни разу не портретист и вообще людей рисую довольно посредственно, не на то училась, но казалось, что не зарисовать это совершенство — просто кощунственно! Окинула взглядом помещение в поисках бумаги и карандаша, но вокруг, кроме ваз с фруктами, пахнущими так, словно я попала на настоящий восточный базар, ничего не было. В одной из ваз рядом с мужиком были даже персики, которые я дико обожаю — хоть их хватай и начинай рисовать вкусным соком на очередном истоптанном ковре этого странного помещения.

Ковер в бассейне. Кому скажи — на смех поднимут и будут правы. Это же дико непрактично! Я как-то раз по просьбе заказчика отрисовала в проекте шкуру медведя в подобном помещении, так хозяин дома мне потом все же позвонил, попросил заменить ее на что-то более… подходящее. Признался, что устал ее сушить и чистить. Все же бассейн — это всегда влага и вода. Здесь должны быть непромокаемые материалы. Или по крайней мере те, что сохнут самостоятельно без потери внешнего вида и функционала.

Тот самый пузатый Арман едва не свалился на пол, склонившись очень низко. Еще и меня за собой потащил, гад, отчего я едва не кувыркнулась носом в подушки на полу, ощутив, как больное колено отказывается сгибаться.

— Да отпусти же ты! — возмутилась, вырвав руку и кое-как выпрямляясь.

— Я привел вашу наложницу, господин. Она сошла с ума и утверждает, что свободная. Где-то нашла мага и избавилась от магического клейма принадлежности, — склонился этот чудик еще ниже, пока я не стесняясь рассматривала этого «господина».

А что? Ему можно на меня пялиться, в то время как я босиком, в пыли и одной рукой едва придерживаю платье, оставаясь в рамках приличия, а мне посмотреть на столь шикарный торс — преступление? Как бы не так!

— Ни от чего я не избавлялась! — возмутилась, послушав бредни пузана.

Какая еще магия? Мы живем в современном мире, на все есть физика и химия. Магией всякие странности только первобытные люди объясняли. А мы не в каменном веке.

— Она сошла с ума, господин, — повторил это как мантру гад.

— Сам ты ненормальный! — огрызнулась злобно.

Я едва не плюнула. Вот кто из нас сошел с ума? Кто крадет людей посередь тихого города и перевозит их в этот их восточный замок, или кто не сделал ничего плохого и просто гулял по городу?

— Я разберусь, Арман, — спокойно и словно бы величественно кивнул «господин» на подушках. — Ты можешь быть свободен.

Посмотрела, как этот идиот отступает к одному из клуатров все в том же прогибе и не поворачиваясь спиной, словно, если повернется, я воткну ему в спину ножик. Кстати, отличная идея! Жаль, что вокруг меня нет ни вилки, ни ложки даже, чтоб хоть кинуть вслед за то, что он оставил мне на запястье синяк.

Потерла пострадавшую кожу, переводя взгляд на вальяжного мужчину.

— А я? — уточнила вкрадчиво. — Я тоже могу быть свободна?

Ну мало ли? На хрен. Наигралась я в это их восточное царство. И раньше не любила все эти восточные сказки, а теперь и вовсе буду стороной их обходить.

Весь этот «Великолепный век» и прочие турецкие сериалы. Помешался народ на них, не иначе.

— А тебя я не отпускал. Поднеси мне виноград, смертная.

Хмыкнула.

— Сам себе неси свой виноград, бессмертный, — съязвила.

Будут мне еще указывать всякие тут!

Глава 5

Хватило меня ненадолго.

— Послушайте! — впилась взглядом в этого «господина», отчаянно устав от творящегося фарса. Красив как бог, конечно, но это еще ничего не значит. Я не из тех, кто теряет голову от красивого фантика. — Я не знаю, как здесь оказалась и кто вы такой, но хочу сообщить, что кража людей преследуется по закону! Прошу вызвать органы власти и объяснить им всю ситуацию. Вы ни при чем, понимаю, но я хочу домой! — заявила, чувствуя, что впечатлений мне пока более чем достаточно.

Мужчина на подушках лишь лениво поднял левую бровь на мою тираду, в его глазах на мгновение мелькнул огонек интереса, но практически тут же погас. Уж не знаю, что ему не так, но я намерена добиться своего во что бы то ни стало. А хотела я домой!

— Вы меня слышите? — возмутилась, когда мне ничего не ответили ни через минуту, ни через две. Ну можно же было хотя бы кивнуть, но не полный игнор! Однако красавчик по-прежнему лишь возлежал на подушках, словно он шейх какой-то по меньшей мере. Только рабынь с опахалами вокруг не хватает. — А-у! — помахала рукой перед лицом мужчины.

Вот правильно говорят, что красивая обертка не гарант интересного содержимого. Ни один адекватный мужик не будет столь нагло игнорировать женщину в беде! А этому хоть бы что!

— Я жду, когда ты подашь мне виноград, — наконец соизволили снова со мной заговорить.

Злость поднялась из самых глубин сознания. Так со мной еще ни один мужчина не обращался. Это… унизительно и гадко! Однако я искренне понимала, что мне нужна помощь, а значит… ссориться с этим гадом нельзя. Ни в коем случае. Что я буду делать, если он откажется вызвать полицию? Хотя… может, попросить кого-то иного? Но, кроме других девушек, я пока никого тут не видела. А те явно настроены по отношению ко мне не лучшим образом. Если только прислуга, но сегодня ни одной из девчонок поблизости не было.

— Я подаю виноград, а ты вызываешь полицию? — уточнила, больше желая разбить эту вазу с фруктами об пол, чем прогибаться, и переходя на «ты», раз меня считают чем-то вроде очередной вазы. Уважение еще надо заслужить.

— Нет.

Ну хоть честно.

Вздохнула, ощущая себя глупо. Злость никуда не делась, однако крушить и орать тоже не в моем характере. Хотелось? Да. Но что изменится от такой вспышки агрессии? Разве что меня упекут в полицию уже не как нарушительницу границ, хотя я себя таковой не считаю, а как буйно помешанную. В первом случае еще можно будет все объяснить и попросить помощи. А вот во втором никто со мной цацкаться не станет. Так что терпим, Алиса, и думаем только о хорошем!

— Тогда я не дам виноград, — заявила, складывая руки на груди, заодно придерживая ими платье. Да еще живот голодно заурчал… завтрак-то я пропустила, а здесь так пахнет фруктами, что удержаться просто невозможно.

Покосилась на вазу с персиками. Может быть, взять один? Или два… Хозяин этих хором явно не обеднеет. Впрочем, я не приучена воровать или клянчить пищу. Сейчас я в гостях, и надо сначала дождаться приглашения от хозяев, а то некультурно как-то. Родители хорошо меня воспитали. И даже если вокруг все бескультурные, то лично я себе подобного не позволю.

Мы вновь помолчали. А потом я поняла, что устала стоять и сделала два шага, чтобы сесть рядом с этим гадом на диван, наплевав на все приличия, — ведь меня не приглашали. Он ведет себя как сволочь, и я буду, хотя это все же незначительное нарушение этикета.

— Что ты делаешь?

О, он даже соизволил пошевелиться и сесть ровнее, глядя на меня каким-то новым взглядом, когда я подошла ближе. Ноздри мужчины широко раздулись, словно он пытался унюхать запах моих духов. Стало неловко, ведь ничем, кроме пота, от меня наверняка сейчас не пахнет.

— Сижу, — ответила честно, блаженно вытягивая ноги вперед и пристраивая больную удобнее.

— Но я не разрешал тебе садиться! — выдал он.

— Прекрасно, — кивнула, на самом деле чувствуя некоторую неловкость, но не собираясь этого показывать. — Но у меня болит колено, и я устала стоять, — оправдалась.

Иногда мне говорили, что терпение у меня ангельское. Это не так, но в конфликты я все же предпочитаю не вступать. Все равно сделаю по-своему, так чего лишний раз сотрясать воздух?

Мой взгляд уперся в водную гладь бассейна. Я представила, как было бы здорово сейчас искупаться. Вся эта жара и духота уже начинала утомлять. Даже если вода не прохладная, все равно будет приятно смыть с себя пот и грязь.

— Покажи клеймо! — выдал мужчина вдруг, осыпав перед этим меня чем-то блестящим, похожим на конфетти, но растворившимся на подлете. Интересная прикладная химия. Никогда не видела таких блесток. Съедобные видела. А растворяющиеся в воздухе — пока нет.

Подняла обе ноги в воздух, оторвав их от пола.

— Надо — сам смотри! — заявила. Заставлял же он меня поднести ему виноград, даже «пожалуйста» не сказав.

Но в этот раз мужчина все же не стал строить из себя гада, молча опустившись на ковер на одно колено и по очереди коснувшись моих лодыжек, отчего по всему телу прошла восхитительная волна мурашек, а в груди поселилось томление. Но чтобы я показала гаду, что он мне нравится? Да ни за что! Пока не извинится — в жизни не сойдусь с таким даже ради однодневного развлечения.

— Где твое клеймо? — задал он нелепый вопрос, как и тот пузан, внимательно рассмотрев мои ступни. — Кто стер его?! Я не ощущаю твоей принадлежности! — в его голосе раздались легкие рычащие нотки.

Печаль какая. Не ощущает он.

— А я почем знаю, где твоё клеймо? Раз оно тебе нравится — себе и ставь. Лучше на лоб, чтобы сразу было видно, — огрызнулась. Еще я себя вещью не чувствовала… Не дождетесь!

— Но оно точно было! — выдал этот стервец, глядя на меня своими невозможными глазами цвета неба.

Тьфу… Вот зачем он такой красавец? Мужчина должен быть не страшнее обезьяны, все остальные мнят о себе такое… Хотя это я уже что-то слишком разошлась, а во всем виноват голод. Я когда голодная — злая. И чем дольше не ем, тем злее становлюсь.

Живот снова подвел, завыв. Я отвернулась от персиков. И почему я должна соблюдать правила приличия в чужом доме, когда со мной никто не церемонится? За руки вот хватают, таскают по всему дому, словно собаку на поводке, игнорируют…

— Было да сплыло, — сглотнула, все же чувствуя, что не могу удержаться. — Слушай, можно мне персик? Я есть хочу!

Темноволосый бог нахмурился и встал с пола, поправляя свой цветастый халатик так, чтобы меня не смущали его телеса, хотя теперь, когда я знала, что под этой тканью, уже хоть скрывай, хоть нет — картинку-то не развидишь.

Он смотрел на меня сверху вниз, и это слегка нервировало, хотя я же сама сюда села.

— Ты не была на завтраке? Мои наложницы должны хорошо питаться, чтобы отдавать мне энергию в полном объеме. Смертные хрупки!

Похоже, то, что я могу быть голодной, его задело. Вот и ладушки! Ехидно улыбнулась, решив, что хуже уже не будет: я непонятно где, непонятно с кем, да еще и непонятно в чем — комбо, так сказать.

— Не знаю, что там с твоими наложницами, но я проснулась минут пятнадцать назад и меня сразу потащили сюда. Успела только зубы почистить. Кстати, раз уж полицию ты вызывать не торопишься, то мне нужна новая одежда и зубная щетка! А еще полотенце — я не нашла в ванной полотенец. Я хочу помыться, переодеться, привести себя в порядок. И как вы умудрились нарастить мне волосы так, что это незаметно? Новая технология какая-то? — вывалила разом все. Вопрос, где именно, я оставила на попозже, когда ответят на уже заданные.