Между льдом и пламенем 4, или Как стать драконом

Улыбнулась, вспомнив веселую ночку, и тут же дернула ногой от щекотки. Похоже, что где-то рядом был муравейник, так как по ногам сновало просто чудовищное количество муравьев. Увы, пересесть вариантов не было: все места были уже заняты, а если отсесть подальше, то мне будет хуже слышно, о чем говорит профессор, к тому же я потеряю время и, вероятно, не сумею что-то законспектировать. Так что это все были мелочи.

В данный момент я сидела в общей толпе студентов прямо на земле, внимая профессору Норе, пока она рассказывала нам тонкости сбора некоторых особенно редких трав, которые мы можем сегодня добыть на северном склоне горы, расположенной в паре километров от места, где мы находимся. Конечно, придется пройтись и заночевать прямо там, на месте, но это стоило того! Оказывается, на последнем курсе мы будем изучать не только стандартные зелья, которые есть почти в каждом сборнике, но и редкие! Те, что я могла видеть только в запретной секции. Эти знания нам пригодятся в будущем, когда будем оказывать услуги уже на платной основе.

Мне в целом были не нужны деньги: отец и мужья позаботились о моем будущем более чем прекрасно, да и сомнительно, что мужья одобрят мой порыв создать лавку зелий, но я все равно считала, что лишним это не будет. Интересно же!

— Вы обязательно должны убедиться в том, что корень растения перерезан строго под углом в шестьдесят градусов. Это важно для дальнейшего роста растения и для сохранения его свойств… — Профессор строго давала нам наказ, что нельзя особо ценные растения срывать как попало.

Важно было именно оставить часть растения в земле, чтобы оно могло размножаться и расти дальше, а себе забирать только часть. И я понимала ее. Если каждый зельевар будет варварски обращаться с редкими растениями, то они станут только еще более редкими. И да, цены на них вырастут, зелья с ними будут очень редки и дороги, но это же имеет и обратный эффект: мы сумеем помочь гораздо меньшему количеству народа. А наш выпуск должен помогать империи.

Я записывала за ней слово в слово, то и дело смахивая капли пота, волосы или отгоняя вредных насекомых, так и не отчаявшихся полакомиться именно мной.

Другим студентам везло куда меньше, так как их от комаров и мошек никто не защищал, так что то слева, то справа были слышны тихие хлопки и ругань, когда кто-то кого-то кусал особенно больно.

Я отцепила от своей руки какого-то жука, видимо решившего, что я дерево, и севшего прямо на пальцы, мешая писать.

— Как думаешь, мы найдем тысячелистник? — мечтательно протянул Герд, сидя рядом со мной, скрипя стилусом по слегка желтоватой бумаге.