Между льдом и пламенем 4, или Как стать драконом

— Если раньше это случалось раз в два-три месяца, то сейчас два-три адепта в месяц. Это уже начинает серьезно напрягать, — ответил магистр Фаллар, наконец открывая глаза и садясь ровнее, видимо почувствовав себя немного лучше после того, как выложился магически.

— А что твоя супруга по этому поводу говорит? — неожиданно подколол императора младший брат. Вернувшаяся в империю драконица, оказывается все это время притворявшаяся погибшей, была новостью номер один в любом разговоре среди населения. И напрягало именно то, что она наотрез отказывалась откровенничать, почему сбежала на столь длительное время.

— Она… не знает.

Мужчины скептически поджали губы, но предпочли не развивать тему дальше. Даже младший брат этой самой драконицы благоразумно промолчал, хотя он больше всех сомневался в том, что она может быть ни при чем. И даже если так, и она правда не участница столь непонятных похищений, то наверняка что-то знает об этом.

Тем временем за окном уже начинал потихоньку наливаться рассвет, а мужчины все не спешили расходиться, продолжая сидеть в небольшом помещении и думая каждый о своем, но в то же время размышляя об общей проблеме.

И вот уже край солнечного диска показался из-за горизонта. Ранние пташки начали петь дифирамбы утру, радуясь новому дню. Где-то вдалеке закричали дети на улице, высыпав играть в горелки. Мир окрасился в золотые цвета, запахло нагретой землей, в воздух поднялись многочисленные букашки, жужжа над парковой зоной Столичной академии, но неизбежно сталкиваясь с защитой от насекомых, навешанной на окна огромного старинного замка. Отреставрированного почти полностью за последние четыре года уже несколько раз — благодаря лишь одной одаренной зельеварке.

— Я думаю, нам все же придется вызвать близнецов, — тяжело вздохнул Винсент Девьер. — Завтра напишу приказ о том, что группа Мелании собирается на внеплановую полевую практику. Если они не сумеют раскрыть это дело со своим бешеным энтузиазмом, то, по крайней мере, подорвут тут все, прибив этого гада, благодаря экспериментам одной юной и чересчур одаренной персоны.

Главный целитель тихо фыркнул, первым вставая, решив наконец прекратить это собрание.

— Тогда я пойду подготовлю лекарские зелья и погоняю своих служащих. У нее выпускной курс, они как раз будут проходить особо сложные и действенные составы. Чувствую… пригодится.

Советник Алистер встал вторым.

— Я тоже пойду, меня наверняка потеряли дома. Тем более сегодня дочь должна прийти в гости с внуками.

Последним помещение покинул император, молча махнув старинному другу. Тому, кому он доверял едва ли не больше, чем себе.

Октавиус Винсент Девьер остался один, глядя на закрытую дверь собственного кабинета и крутя в руках давно опустевший бокал, дающий разноцветные блики на стены помещения, когда ловил солнечные лучи. Свеча с хвойным запахом давно уже прогорела, да и спокойствия от нее не было ни на грош.

— Думаю, нас всех в этом году ждет немало событий, — выдохнул под нос мужчина и улыбнулся рассвету, поворачиваясь к окну. Темные волосы осветили солнечные лучи, делая его красоту еще более яркой и запоминающейся. Не зря он разбил уже немало сердец среди как адептов, так и преподавательниц. — Главное — пережить этот год, а потом эта бешеная троица оставит мою академию наконец в покое…

Но он еще не знал, что его ждет не просто великий на события год, а целая история, в которой примет участие и он сам.

Глава 4. Договор о первой ночи

День был в самом разгаре, за окном пели птицы, воздух одуряюще прекрасно пах летом и солнцем. В спальне царила приятная прохлада. Я огляделась по сторонам, впервые рассматривая то, что сделали для нас заботливые слуги. Всюду было довольно много ткани и дерева. По углам в кадках стояли крупные растения, судя по широким листьям и незнакомому мне рисунку — привезенные откуда-то издалека. Сразу же стало любопытно изучить их свойства и возможности, но я понимала, что сейчас не время. Огромная кровать, казалось бы, должна была съедать много пространства, но нет. Возможно, потому, что она была покрыта газовым белым балдахином с вкраплением чего-то блестящего, похожего на искрящийся на солнце снег — если рассматривать в тени. А на солнце эта ткань почему-то отливала золотым, заставляя вспомнить об огне Адриана.

Помимо прочего, я успела отметить распашные двери в нашу тройную гардеробную, сейчас приветливо открытые, хоть помещение и было пустым. А около этих дверей приютился милый туалетный столик, очень похожий на мамин, разве что не было обилия баночек и мазей. Но зато стояли дорогие духи с подарочным бантом. Чей-то подарок? Кому?

Красивые огромные окна впускали много света. Сразу стало интересно, а что же находится за другой дверью, но логика подсказывала мне, что вероятнее — там обычная ванная. Чуть позже надо будет обязательно выяснить.

В целом ощущения от комнаты были весьма положительные. Тут присутствовали обе стихии моих мужей, как и моя личная. Это было приятно, так как она заметно превалировала над всем, делая эту комнату похожей на кусочек лета. Уверена, даже зимой тут будет так же уютно и приятно находиться.

Насмотревшись на комнату, я перевела взгляд на мужчин, расположившихся в изножье кровати, подставив мне свои головы, словно они два больших кота и их обязательно надо почесывать.

И сразу вспомнила про Комка, который, кажется, пару раз приходил в лабораторию, но мне было совершенно не до него.

Я смотрела то на Адриана, то на Корнелия, любуясь их красотой, и сейчас сама не понимала, чего меня так переклинило. Нет, ректор рассказывал мне о том, что когда внутри растет дракон, то человек становится более эмоциональным, как магистр Фаллар. Хотя историй, подобных моей, когда дракон делил свое сердце с человеком, было всего ничего, но они были, благодаря чему я могла по крайней мере опираться на чей-то опыт, но все же не думала, что это будет ощущаться так…

В целом быть драконицей казалось для меня странно и дико. И да, пока я еще не одна из них, но вскоре… Выдохнула. Это была еще одна причина, почему я боялась и не желала интимной близости с мужчиной — говорят, она выступает серьезным катализатором для роста дракона внутри, порождая массу проблем, подобных опять же той самой, излишней эмоциональности.

— Что вы делали эти два месяца? — неожиданно заинтересовалась, любуясь переливами огня в красновато-бордовой шевелюре огненного мага.

Из них двоих он был более ярким, но не скажу, что Корнелий чем-то уступал. Скорее его красота просто была другой, более холодной и нереальной. К нему надо было привыкнуть, чтобы понять эту красоту. И пусть придворные дамочки сохли по обоим моим мужчинам, шепчась по углам именно про близнецов, но чаще всего любовные записки находились у Адриана — ему порой подсовывали их в самых неожиданных местах.

Казалось бы, невозможно за общим обедом во дворце передать какую-то весточку под пристальным взглядом императора, но, видимо, для влюбленных леди не было ничего невозможного. Поначалу я даже ревновала к этим запискам, а потом, увидев равнодушную реакцию Адриана, спалившего их в мгновение ока, поняла, что мне не стоит бояться.

— Отдыхали, обустраивали дом и сад, пока наша невеста нас игнорировала и пряталась по углам. Упражнялись в магии с новыми силами, — улыбнулся ледяной маг, глядя на меня снизу вверх, продолжая валяться на моих коленях, нагло придавив платье и не давая сбежать.

Подозреваю, это был какой-то очередной их коварный план, но… сейчас я и не собиралась бежать, хотя общая нервозность так никуда и не делась. Чего вообще ждали мои родители, одобряя помолвку сразу с двумя? Впрочем, мои эмоции сейчас хоть и были яркими, но не несли в себе негатива, как поначалу. Я просто… не была готова торопиться, но это не значит, что мне не нравилось проводить время с кем-то одним из близнецов или даже с обоими.

— На какое расстояние мы можем покидать друг друга и как надолго? — уточнила, надеясь, что за это время близнецы узнали больше о нашем с ними обмене душами.

Я вовсе не жалела о сделанном, потому что не могла потерять ни одного из них, но все эти ограничения порой весьма серьезно напрягали. Я, например, хотела доучиться последний год в академии спокойно, хотела пройти полевую практику вместе со всеми, хотела решить, чем заниматься в жизни. Может быть, открыть свою лавку зелий или сосредоточиться на каком-то новом проекте, ведь старый я вроде как уже выполнила — осталось только протестировать его, выварив зелье Бессмертия, как я его назвала.

— Если верить книгам, то существенно не насколько мы покидаем друг друга, а как далеко, — подал голос Адриан, явно уже изучивший вопрос со всех сторон. — Источники пишут, что не дальше пределов одного дома вместе с садом, но если брать в расчет, что эти книги писали довольно знатные драконы, то, возможно, у них были целые замки с прилегающими территориями.

Хм… плохо, конечно, ведь тогда про полевую практику придется забыть. Но ничего уже не поделаешь.

— То есть точные критерии придется изучать самим? — задумалась, плохо это или хорошо хоть для кого-то из нас. С одной стороны — любимые всегда рядом, а с другой… Наверняка оба мужчины также имеют собственные планы, которые они не в силах теперь решать самостоятельно, постоянно вынужденные оглядываться то на меня, то друг на друга. Наверняка это выматывает. — А как вы будете править, когда императрица драконов решит, что пора? — Наверное, это был самый часто появляющийся вопрос в моей голове, когда думала о том, что свершилось.

Корнелий криво усмехнулся, на мгновение закрывая глаза, едва не мурча, когда я легко потянула его за челку, любуясь мелкими снежинками, что запутались у него в волосах, а сейчас оседали мне на кожу.

— Не знаю. Полагаю, что либо ее план посадить нас на два трона одновременно не сбудется, либо нам придется выкручиваться. В любом случае скоро узнаем, — беловолосый мужчина тихо вздохнул. — Она пригласила нас завтра на званый обед, чтобы представить меня своим придворным. Я потому и спустился за тобой в лаборатории. Тебе надо поесть, как следует поспать, привести себя в порядок. К тому же нас ждет модистка…

Его пальцы неожиданно коснулись моей щиколотки и потянули подол платья вверх.

Тут же ощутила острое желание куда-то бежать, что-то делать, лишь бы не находиться с этими двумя в одной комнате. Сердце забилось чаще, а ладошки моментально стали влажными. Столкнула головы обоих и слезла с кровати.

— Так поехали! — бодро произнесла, ощущая неловкость и смущение от этого движения ледяного мага. — Мне как раз надо новых трав закупить для зелий!

Адриан осуждающе глянул на близнеца. Я чисто случайно перехватила этот взгляд. Но затем все же радостно улыбнулся и встал с кровати, поправляя сбившуюся одежду.

— Поехали, Мелания. Но учти — сегодня мы будем спать все вместе! Только спать! — сразу же уточнил он, стоило мне только возмущенно вскинуться — сами ведь обещали подождать и тут же нарушают свое обязательство. — Нам всем надо привыкать! Троим!

Удрученно вздохнула, кивая утвердительно. Да, в чем-то он прав, нам в самом деле надо привыкать к новой жизни на троих. И если для драконов это норма, то в нашей империи подобное из разряда сказок, и я до сих пор не привыкну к мысли, что не просто влюблена в двоих, а стала женой сразу двоих. Но это уже свершилось, и остается только смириться и пытаться свыкнуться с тем, что наше счастье не совсем обычное.

— Хорошо, — смущенно произнесла вслух. — Но вы оба оденете пижамы и ляжете по разным углам!

Корнелий серьезно кивнул, видимо понимая, что пока большего от меня не добьется.

— Хорошо. Сегодня так. А потом… посмотрим.

Глава 5. Вечерние сумерки

Мои глаза наверняка сияли ярким восторгом, по телу прокатывалась дрожь предвкушения, и вообще все во мне горело от счастья — потому что буквально только что пришло уведомление от ректора Столичной магической академии: мой курс вызывали на внеплановую полевую практику! А значит, никаких брачных ночей, так как практика будет проходить под руководством какого-нибудь профессора, спать мы будем в палатках под открытым небом и… Это же прекрасная возможность пополнить мои запасы трав и прочего для зелий! Настолько счастлива, наверное, в последний раз я была тогда, когда мы с близнецами ехали в поместье их родителей в карете и мне по дороге удалось собрать довольно много ценных ингредиентов.

Адриан хмурился в углу комнаты, встав у зажжённого посреди лета камина. Корнелий, прикрыв глаза, сидел на диване, создавая вокруг себя мини-вьюгу, которая иногда перебрасывалась от него ко мне, облизывая пальцы на руках, словно ласковый котенок. Ну а я… счастливо сидела на стуле в кабинете близнецов и болтала ногами, поглаживая при этом прибалдевшего Комка, уже вымахавшего в такую громадину, что скоро станет выше меня ростом.

Первым отмер красноволосый маг, запуская в воздух сразу сотню красноватых искр, словно разъяренный дракон, раздувая ноздри.

— И вот… сказал бы этому гаду пару ласковых, да… не сходить ведь, — высказался он тихим голосом, который наверняка мог бы заморозить не хуже льда Корнелия.

И если раньше я, наверное, побоялась бы подходить к магу в таком эмоциональном состоянии, то теперь во мне ничего даже не дрогнуло. Я была по-прежнему счастлива, что все так складывается. Выезжать завтра в четыре утра, так что… даже совместная ночь, скорее всего, не светит, так как всем придется собираться.

На улице плавно собирались вечерние сумерки, занимая главенствующее положение над ярким солнцем, оттесняя его в сторону горизонта. Разогретая земля пахла многообразием трав, в воздухе кружили ласточки, шумно добывая себе последнее за день пропитание.

Корнелий наконец отмер и подошел к письменному столу, прикладывая свою руку к почтамту, сразу же мелькнувшему голубоватой искрой, и наружу вылетела пара писем, запечатанных магией. На одном из них я заметила печать магической академии.

Интересно, как ректор вышел из положения, зная, что нас с близнецами нельзя разлучать?

Шире улыбнулась и проследила за ловкими руками мага, когда он вскрыл первый конверт. Взгляд тут же перескочил на волевое лицо, сейчас закаменевшее, словно глыба льда. Даже в глазах не отразилось ни капельки переживаемых им эмоций, но я знала, практически чувствовала через нерушимую связь, связавшую нас троих, что он крайне зол, хоть маг и закрывался от меня.

— Ну что там? — поинтересовалась, когда ни через минуту, ни через две, никто так ничего и не сказал.

Корнелий все так же молча отложил письмо в сторону, запечатав листок бумаги обратно в конверт, и спокойно кивнул брату. Между ними явно шел какой-то телепатический разговор, а я не могла его слышать, потому что до сих пор трусила использовать свой разговорник, который сама же и подарила на день рождения близнецов. Не то чтобы это было так страшно, но… я сама не могла внятно выразить, почему таскала его везде с собой, но не использовала. Во мне даже научный интерес вяло дергался, когда думала о том, что теперь близнецы смогут контролировать мою жизнь не просто на словах, но и мысленно. И пусть они пока ни разу не делали ничего, что ущемляло бы мою свободу, но все равно было страшно.

— Все хорошо, — ответил он спустя минут пять, когда я уже не знала, что и думать. — Мы едем с тобой, нас назначили кураторами вашей группы. Поездка на три недели, сразу после этого начинается первый семестр. Я буду вести у тебя расоведение, а Адриан — контроль магии. Так как ты теперь маг, то тебе назначены дополнительные экзамены по владению ей. Придется постараться, чтобы сдать.

Хм… задумалась, пытаясь понять, плохо это или хорошо. Но я была так счастлива, что мой личный страх первой ночи вновь откладывается, пусть и всего на три недели, что сейчас не могла печалиться даже по поводу дополнительных экзаменов, которые точно не будут простыми. А ведь я собиралась на целый год посвятить себя новому составу зелья, которое вывела на бумаге, но пока еще не пробовала сварить. Наверняка придется провести пару экспериментов и улучшений, прежде чем получится идеально.

Корнелий тем временем открыл второй конверт. А вот теперь его брови изумленно поползли вверх, словно он увидел то, чего совсем не ожидал.

— На твои осенние каникулы мы едем в империю драконов. Я буду проходить обучение как будущий император.

— Так скоро? — вот теперь Адриан решил говорить вслух. — Я думал, у нас есть время спокойно подготовиться к этому.

— Нет. — Корнелий передал письмо брату. Красноволосый маг тут же пробежался по строчкам глазами, и его лицо также приобрело удивленное выражение. — Императрица драконов настаивает на том, чтобы именно я стал ее преемником.

— Это странно. Но… ладно.

— Ага, долги надо отдавать.

При этом оба дракона посмотрели на меня. А я что? А я ничего. Сижу, ногами в воздухе болтаю…

— А знаешь, — Адриан неожиданно коварно улыбнулся, переставая изображать из себя еще один камин, только очень огнеопасный, — может, это даже к лучшему. Нас наверняка поселят в одну палатку, как семейное трио, да и в академии будет одна комната на троих, с одной кроватью…

Теперь была моя очередь изумленно вытягивать лицо и замирать в пространстве.

— Точно! — подхватил улыбку брата ледяной и тоже посмотрел на меня. — Если ты думала, Мелания, что отделаешься от нас так просто, то ошиблась. Совместный сон не просто не откладывается, а теперь станет еще ближе, потому что сомневаюсь, что в палатке будет место, чтобы раскатываться по углам.

Внутри все задрожало одновременно от страха и почему-то… предвкушения? Нет! Не может такого быть!

Вскочила со своего места, случайно прищемив хвост Комку, отчего тот тихо взрыкнул и толкнул меня лапой обратно на стул. Хорошего настроения как не бывало.

Корнелий задорно выпустил в воздух целый ураганчик, прекрасно зная, как действует на меня его магия, рождая где-то внизу живота томление, при этом заставляя сердце стучать с бешеной скоростью. Адриан вторил ему огненным смерчем, сплетая магию с братом. Это было одновременно завораживающе, и… хотелось закричать, чтобы оба прекратили. Они ведь воздерживались от магии все эти месяцы, почему именно сейчас?

Невольно застонала, ощущая, как внутри все буквально дрожит и плавится. Вцепилась побелевшими пальцами в подлокотники стула, на котором сидела.

— Мы сделаем все, чтобы ты сдалась нам, Мелания. — Корнелий неожиданно наклонился. Его прохладное дыхание коснулось губ. Я в шоке смотрела прямо в льдисто-синие омуты его глаз, кажется, не видя там дна. В его глазах, казалось, отражается та ледяная пустошь, где мы уже были. — Все!

Его губы обрушились на мои, и весь остальной мир тут же стал не так уж и важен. Целоваться с близнецами мне определенно нравилось. И кто бы мог подумать: за те пару месяцев, что бегала от них, я успела соскучиться по этому… Мамочка, спаси меня от самой себя!

Глава 6. Первый звоночек

Я в ужасе смотрела на довольно большую палатку, поставленную прямо посреди цветущего луговыми травами поля. Красивая, яркого белого цвета, с красным оформлением по краям и зелеными кисточками, она ярко выделялась на фоне голубого неба. Удивительно приятная глазу. Да еще и гармонично вписывающаяся в общее пространство, словно она именно тут и стояла всю свою жизнь. И все ничего, но… она трехместная! Я ведь видела, как выглядят палатки моих сокурсников — просто, серо, слегка уныло и точно не так массивно! Туда захочешь — не поселишь больше двоих, просто будет не развернуться.

— Профессор Нора! — кинулась к преподавательнице, судорожно пытаясь выкрутиться из щекотливой ситуации.

Не то чтобы я была сильно против, просто… это же считай у всех на глазах! Все будут знать, что мы… покраснела даже от одной мысли.

— Да, Мелания? — Моя любимая профессор улыбнулась и участливо оторвалась от изучения какого-то дерева, что росло на краю поля, где мы разбили лагерь.

И раньше я бы наверняка тоже в первую очередь ринулась изучать окрестности на предмет каких-то ценных ингредиентов, но сейчас где-то глубоко внутри ощущала панику, а не интерес. И это тоже пугало. Я не понимала уже саму себя. Слишком много не присущих мне эмоций, слишком сильно, слишком… да все слишком!

Пока я ковырялась в своих зельях, отвлекаясь от этих ощущений, было вполне терпимо. Но теперь мне практически нечем заняться, и это выматывает.

— Почему у меня палатка не такая, как у других адептов?

Не то чтобы я правда не понимала, но очень хотелось надеяться, что близнецы все же будут придерживаться правил приличия и не выделяться. Хотя, когда это они не выделялись? Даже их яркая, практически всегда парадная одежда и та кричала о том, что они не просто выделяются из толпы — они словно бы над ней! Это мне чуждо такое и придется привыкать к мысли, что оба когда-то станут императорами и я вместе с ними буду крутиться среди правящей верхушки, постоянно под пристальным вниманием всех. Но пока они оба были пусть и кронпринцами, но вроде как временно в отставке, я надеялась, что хоть этот год пройдет более-менее без всей этой придворной мишуры.

— Потому что другие адепты не привозят с собой на практику мужей, Мелания. — Взгляд профессора Норы на мгновение стал неодобрительным и даже осуждающим, но она быстро смягчилась: — И я бы не позволила подобной вольности, но многоуважаемый ректор Девьер и магистр Фаллар объяснили всем преподавателям, что присутствие твоих мужей обязательно.

Я взлохматила тщательно уложенную служанкой прическу, хотя, скорее, просто искала повод поскорее убрать волосы обратно в пучок, чтобы не мешались. Этого не могло быть на самом деле. Точнее, могло, но… Когда я стала такой трусихой? Или Корнелий и Адриан правы — это все воздействие растущей драконицы внутри?

— Кстати, ты не видела Герда? — неожиданно заинтересовалась профессор, доставая из кармана своего походного платья блокнот и что-то быстро там записывая.

И только тогда, оглянувшись по сторонам, я осознала: на поле нет не только Герда, но и других адептов, еще пару минут назад шумно ставивших палатки, пререкаясь, кто где будет спать, пока мы с девочками пытались изобразить подобие раннего завтрака. Нам ведь пришлось выехать сюда еще ночью, из-за чего я радовалась особенно. Точнее, девочки пытались, а я просто стояла рядом, так как готовить не умела. Нет, если бы мне дали книгу рецептов, я бы наверняка справилась, но подобной не было, и все делалось по памяти.

Оглянулась еще, отметив уже погасшие угли под большим котелком с похлебкой и забытый нож для разделки мяса в трухлявом пеньке, где мы нарезали все ингредиенты. И девочек, кстати, нет тоже. И близнецов.

Сердце забилось сильнее из-за легкого волнения, хотя я понимала маловероятность того, что что-то в самом деле случилось, просто… Если не было заданий от профессора, то где же все? Волосы резко разлохматил ниоткуда взявшийся порыв ветра, с пальцев сорвалась пара снежинок, перемешанных с искрами огня, по позвоночнику прошелся табун мурашек.

Прислушалась к звукам леса, пытаясь одновременно угадать, где же все, и неожиданно остро жалея, что я всего лишь человек и не могу… Вау! Стоило только подумать о возможностях драконов, которые только ленивый не расписывает в книгах как усиленные, и в нос ударило обилие острых запахов, а в барабанные перепонки буквально вгрызся яркий звук утреннего леса. Казалось, что птицы, еще минуту назад спокойно восседавшие на своих ветках и припевающие ненавязчивые мелодии, сейчас расселись прямо у меня в волосах и кричат в ухо. Ощущение легкого волнения усилилось в сотни раз, перерастая в панику, и я…

— Мелания! — Где-то вдалеке раздался лязг металла, а за ним шум целой толпы. Я не сумела толком разобрать, что же там происходит, но шум быстро приближался.

Пока я в ужасе пыталась сориентироваться и понять, что со мной происходит, близнецы уже рассаживались с двух сторон от меня. Теплые объятия ледяного близнеца сейчас были как нельзя кстати, остужая неожиданно разгоряченную кожу. А я и не заметила, что горю. По коже вовсю бегали яркие языки пламени, словно бы предупреждая остальных не подходить ближе.

— Тише, успокойся.

— Что со мной?

Я не понимала, вцепившись в рубашку мага и пытаясь отдышаться. Тело била противная дрожь. Всплеск чувств исчез так же резко, как и появился, стоило только испугаться, но это не значит, что произошедшее не оставило своего отпечатка.