Полная версия
Даже если я вернусь, будет поздно. Огонь успеет нанести вред всему живому в радиусе десятков метров. Гукату остановят огонь, недаром они считаются защитниками Вечного леса. Но как там моя мамочка выживет? Обязательно выживет, она ведь сильный маг, сумеет уйти от чужаков.
Потрогала ее бусы, несущие удачу. Перед тем, как отправить на сбор мака, она отдала свою защиту мне. В какой момент она сняла их с себя и надела на меня, я не помнила. Мое сердце рвалось туда, я чувствовала переживания девушки вместе с ней. Металась в бреду, сочувствуя Рили.
Планы по возвращению домой пришлось отложить. Невдалеке послышался лай охотничьих волкодавов. Чужаки знали о моем существовании, они шли по моим следам. Одно касание о мамин оберег – и всплыли ее слова.
«- Если надо уйти от погони крупного хищника, то направь на свои следы простое заклинание очистки, - я тогда спросила, чем может помочь от хищников бытовое заклинание, она рассмеялась, щелкнула по носу и заявила гордо, - об этом давно забыли краури. Заклинание смоет твои следы».
Скинула вниз искорки магии, произнося заветные слова, направила их обратно в ту сторону, откуда пришла. Успела очистить приличное расстояние от своих следов, остановила искорки у самых морд волкодавов. Прямо чувствовала, как они потеряли след и завыли беспомощно. Развеяла искорки, притаившись. Оставалось ждать, когда они уйдут. Но было любопытно, какое они примут решение. Ведь могут же позвать бывалых охотников, не то чтобы я не была уверена, что они не сумеют найти дорогу к северному водопаду, но береженого и боги берегут.
Маленькая искорка прилипла к жучку, копошащемуся в коре дерева. Три заветных слова – и он взлетел, направляемый моей волей. Через минут пять он достиг цели. Вокруг поляны и поваленного дерева безотчетно крутилось десяток волкодавов. Чужаки были воинами. Их выдавала походная броня, они вновь и вновь отдавали волкодавам приказы взять след. Один из них, в более нарядной броне, украшенной позолотой и перьями, лениво смотрел на происходящее. Плюнул на землю и велел подойти капитану.
- Выдвигаемся назад. Нам говорили, что девчонка растет дикаркой. Она, может, и выживет в лесу, но недолго, - хмыкнула, понимая, что они знают по чью душу пришли, но имеют скудные знания о нас с мамой.
Их одежда была без опознавательных знаков. Значит, наемники или в такой безымянной одежде мог прийти магический контроль. Кто донес на маму?
Они знали, что у нее есть дочь? Поблагодарила мысленно маму за настойчивость. Я не желала изучать историю, традиции нашего народа. Где они и где я? Но она заставляла грызть эту скучную науку. Надо же, пригодилось.
Смахнула слезу, понимая, что за ее спиной мне бы не пришлось так рано применять все эти знания. Я уже не верила, что она спаслась. Два десятка обученных воинов против маленькой магички. К тому же она всегда была против применения боевых заклинаний, веря, что каждый имеет шанс. Она скорее пожертвовала бы собой, чем кого-то лишить жизни.
- Арук Витай, разрешите обратиться? - капитан склонился в поклоне перед нарядным мужчиной. Тот, подумав недолго, кивнул, склоняя голову на треть, давая дозволение, - если у девчонки дар матери, то она обязательно выживет. Надо вернуться с охотниками и следопытами. Загнать маленького звереныша легче, чем выросшую лань, - вот и доказательства, что они пришли по нашу душу. Кто отправил их? Что случилось с отцом? Почему он не пришел спасти нас?
- Возвращаемся. Мы свое дело сделали. Остальное решать не нам, - он вдруг ловко поймал моего жука и зажал в кулаке, а потом поднес к губам, отчетливо произнося, - я даю тебе шанс, девочка, воспользуйся им.
Выпустил насекомое осторожно, посадив на ветку. Мой жук встряхнулся вместе со мной, а потом полетел высоко над воинами, чтобы не привлекать внимание. Была ли я благодарна ему – нет. Он участвовал в убийстве моей мамочки. Лишу я его сладкой мести? Нет. И я была с ней солидарна.
Отряд возвращался на место пепелища стремительно. Они торопились, чтобы достичь безопасного островка до наступления ночи. Жучок летел за ними, махая крыльями, подчиняясь моей воле. Воины вышли к поляне, где стоял наш дом. Я велела жуку облететь поляну, надо было оценить последствия. Но воины снялись с места, уходя из леса, оставляя за собой смерть.
Жук тем временем, опаляя крылья, пытался проникнуть в дом, вернее, в то, что от него осталось. Кинула в него искорку мысленно, защищая от огня и жара. Почему мама предпочла умереть? Она могла навесить на себя идеальную защиту и спрятаться в туннелях под домом, но теперь я отчетливо чувствовала ее смерть. Да она могла, в отличие от меня, призвать все стадо сартаков, и те бы снесли этих вашровых воинов одним нападением.
Но как не старался проникнуть в дом жучок, магия огня не пускала его. Он успел отлететь назад, когда крыша и балки опали как карточный домик вниз, за ними падали горящие стены. Она там? Что ей помешало спастись?
Жучок кинулся внутрь раз-другой и осыпался горячим пеплом. Моя защита не выдержала. Я будто воочию увидела маму, вышедшую из горящего дома. Она говорила со мной строго, но на лице была родная добрая улыбка.
- Ты не послушалась меня. Не возвращайся. Здесь может быть ловушка. Помни, твой отец князь, но к нему не иди! Рядом с ним опасно. Дождись двадцати лет. Иди к водопаду. Там никто не найдет тебя. Туда простым краури хода нет. Потом поступи в академию, закончи и выбери мужа. Не повторяй моих ошибок. Создай свой род, - она вдруг вскинула руку, будто прощаясь, и растаяла в пепельной дымке магического огня.
Уйти к водопадам хорошая идея. Никто не сможет пройти к нему без мамы или меня. Необходимо пройти через озеро с элти. Они чужих не пропустят, а у нас с мамой припрятана там лодка. Затем логово сартаков, овраг, который мы переходили по подвесному мосту, тщательно спрятанному от чужих. Помимо всего в том месте было два водопада. Только один возвращал силы и имел питьевую воду. Два других таили страшные тайны. Водопад печали, где любой живой разумный мог остаться навечно, погруженный в навеянные грустные воспоминания. Говорят, что это логово неупокоенных духов.
И водопад древнего дракона, хранителя души Вечного леса. Туда я попала однажды с мамой. Она еще сказала, что никто не сможет пройти к водопаду, он сам решает кого пропустить. Тогда древняя душа, заключенная в воды водопада, смеялась моим потугам выглядеть умной и взрослой, и в награду пробудила мой воздушный дар. Во внешнем мире детям пробуждают дар в храмах.
Развеселилась, понимая, что даже зная, где я нахожусь, воины никогда не смогут меня там достать.
Я ждала сутки, выжидала время, пока магический огонь не утихнет, чтобы вернуться домой и оплакать маму. Той ночью я почти не спала, все время просыпаясь от страха, что меня найдут. Хоть и сплела себе из гибких веток гуката что-то наподобие гамака, но проснулась от того, что ощутила, как падаю. Ухватилась за ствол ветки и подтянулась обратно.
Только через пару минут поняла, кто виноват в моем падении. Тирак мило двигал ушами и виновато прикрывал их лапами. Заметила на руке капли крови. Малыш все же выбрал меня своим другом. Погладила его, прощая ему все. Мне не помешает верный друг и защитник в новой жизни.
Решительно слезла с дерева и, несмотря на то, что тирак пытался тянуть меня в другую сторону, отправилась к дому. Дорога заняла около сорока минут, пробежала все расстояние почти не останавливаясь. Замерла у знакомой с детства поляны. Здесь я родилась, росла, купаясь в любви мамы. Сюда приходил отец, одаривая нас своей любовью. Почему мама предупреждала, что рядом с ним опасно? Не он ли виноват в том, что с нами приключилось? Мозг Рили воспринял отца за предателя. Надо же, он князь!
Дальнейшее отложилось урывками. Иногда слышала поскуливание хищника. Вчера я дала ему имя, привязав к себе. Абиран в честь второй звезды нашего мира. Она была темной, туманной. Всегда пряталась за солнцем. Но говорят, что магия в мире есть благодаря ей.
Он как будто предупреждал об опасности, и я торопилась. Вместо дома остались лишь руины и пепел. После того, как я видела это место через жука, произошли изменения. Мне не нужно было закапывать это место, пламя все сделало за меня. Подхватила с земли горстку пепла и кинула его на останки нашего дома, прощаясь с мамой. Обняла себя, отгораживаясь от действительности. Глаза запоминали наш дом таким, пепелищем, в которое превратилось наше уютное семейное гнездышко. Я обязательно запомню этот день, чтобы не доверять никому.
Ощутила отток магии, словно кто-то сторонний ограничил мои силы. Я понимала, что магия почти не работала из-за того, что пепел магического огня глушил ее. Следовало торопиться. В этом месте долго находиться нельзя. Поплелась на задний двор. Думаю, мама была бы рада, что я не забыла о ее заначке. Сейчас в лесу мне деньги ни к чему. Но когда-то же я выйду к краури!
Обессиленная и опустошенная, с трудом отколупала металлическую задвижку на стене хлева, почти не тронутого огнем. Он стоял дальше в стороне. Но животных в нем не осталось. Лишь оглушающая тишина. Спасся кто-нибудь из них? Успел убежать в лес верный волкодав Атор? Никто бы не подумал, что там спрятан металлический ларь, заговоренный магами княжества. Он должен уцелеть.
Когда-то отец подарил его маме, чтобы она могла хранить в нем зелья и ценные травы. Она же нашла ему лучшее применение.
Нам незачем были специальные хранилища, ведь дом был построен из гукату. Вечный лес сам поделился с родителями сухими стволами деревьев, которые надо было зачистить. Можно было бы их продать за огромное количество золота, но отец настоял на том, чтобы построить из него дом. Но он не защитил от магического огня. А вот ларь, который я достала, сохранил наши сокровища. Отец когда-то пробовал одаривать маму подарками, а она брала лишь то, от чего нельзя было отказаться. Остальное все заработано мамой: три мешочка золотом, один с драгоценными камнями, в пятом мешочке диадема и подвески.
Ларь тащить с собой будет тяжело, поэтому переложила все в заплечный мешок, который я не выпустила из рук за это время. Он имел секрет от Маго, друга мамы, – пространственное расширение. Последние силы ушли на сборы самых нужных вещей: кастрюлька, магическое огниво, пара тарелок, кружка, ложки, ножи, небольшая лопатка, семена, из-под пепла выкопанные клубни картофеля, десяток огурцов, несколько помидоров, выбирала перья лука с семенами, чтобы можно было посадить, немного зелени на первое время, несколько горстей пшеницы, собранной в ларе птичника, и так по мелочи.
Наплечный мешок вместил всего не так уж и много. Одежда и предметы обихода не уцелели. Все добытое было найдено в маленьком сарайчике у границы огородов. Там мы иногда перекусывали, когда шли посевные. Уходя, вспоминала разбитые бутылочки с зельями. Бутылочки сами по себе стоили целое состояние и достались маме из прошлой жизни. Почему она не рассказала, кто были ее родители, какой семье принадлежала? А рассказала о том, кем был отец Рили?
Дорога обратно давалась тяжело. Я умудрилась прихватить с собой свой лук со стрелами. Мешок был перегружен, поэтому его вес ощущался почти реальным. Всего-то выиграла десяток килограммов. Когда я упала, споткнувшись о ветку, поняла, что что-то не так.
от автора: жду ваших отзывов. Не забывайте подписываться, чтобы не пропустить скидки и новинки.
Ощущения глубокой слабости, как при высокой температуре, заполнили все тело. Оно ломило и зудело. Пепел токсичен, слишком поздно вспоминаю наставления мамы на тот случай, если вдруг придется столкнуться с такой напастью, как магический огонь. Я допустила ошибку, вернувшись домой. Она настрого велела не прикасаться к нему. Природа, пораженная магическим огнем и посыпанная подобным пеплом, умирает, а восстанавливается только через несколько лет. И сама является ядом.
Дальнейшее Рили помнила урывками. Она пытается добежать до водопада, ведь вода в нем целебная. Смыть пепел с кожи, промыть дыхательные пути, так как и надышаться отравой она тоже успела. Бег к водопаду был настоящим испытанием. Она падала, поднималась и вновь пыталась бежать. Верный тирак подгоняет непутевую хозяйку, пытаясь ей помочь. Шум водопада придал ей ускорение. Она сваливает заплечный мешок рядом с большим гукату и окунается в озерцо у водопада, не замечает того, что пепел не отмывается с кожи, холодная вода лишь размазывает черную грязь.
Судорога и озноб усиливаются, и Рили выползает на камни. Тирак тянет ее от водопада, ведь приближается ночь, а водопад издавна является местом для водопоя самых хищных зверей Вечного леса. К логову ее привел хиищник. Он поскуливает над ней, вылизывает пепел, отфыркивается и пытается вновь помочь хозяйке. Я отчетливо видела, что тот котенок, который пришел ко мне, и тот малыш – один и тот же зверь. Он успел вырасти. Сколько времени провалялась в забытье девушка? Умерла ли она, или боги перенесли ее в мое тело? Как тирак так быстро подрос? Или он пытался вырасти, чтобы забрать болезнь девчушки? Но он знает, что я не она, и заново осуществил привязку.
Рили опустилась тяжело на землю в логове, уходя сразу в забытье. С этого момента ее жизнь претерпела изменения. Она просыпалась в бреду, видя последний путь мамы, затем погружалась в боль, которая преследовала и отбирала последние силы. Девушка не выжила, и я пришла на ее место.
В тот момент хищник переключил мое внимание, словно отодвигая от неприятностей, оставшихся в памяти, и они вдруг показались далеким сном. Но боль предательства навечно останется со мной. Хочу ли я после такого выходить к людям? Смогу прижиться в поселении краури?
В тот же день я нашла свой рюкзак и лук со стрелами. Осталось только обустроить свое логово и вспомнить как охотиться. Абиран же поможет первое время? Он обещал!
Дни летели за днями. Я научилась использовать знания Рили, вжившись в роль. Первый день страхов остался позабыт. Я научилась избегать встречи с хищниками. Но однажды все же зазевалась и вышла прямо на стаю катару. Семь огромных особей с капающей слюной из пасти вышли на охоту раньше, чем спрятался солнечный диск.
Сделать шаг назад – привлеку их внимание. Как вдруг самый огромный из них посмотрел прямо на меня. За ним подняли свои головы остальные катару. Красивые хищники грациозно переступили лапами и вознамерились напасть на меня, почуяв добычу. Когда они подошли слишком близко, удерживать взгляд становилось все тяжелее, ведь именно он пока не давал им напасть. Знала, что хищники не нападают на равных или хотя бы не сразу. В мыслях раздался голос Абирана. Он успел нагнать меня, но даже он не выстоит против семи катару.
«- Прикажи им уйти! Они послушают! Не забудь добавить в голос твердости».
Что я теряю? Поэтому повелительно вскинула подбородок и рявкнула.
- Назад. Уходите! Здесь нет вам добычи, - виданное ли дело. Все семь катару пригнули головы, припав на передние лапы, а потом попятились назад. Уже через минуту они скрылись в зарослях Вечного леса, - что это было?
Не сумела скрыть удивления и шока от произошедшего.
«- Вот и проверили дар управления животными. Он достался тебе от мамы. Вспомни, что она рассказывала тебе? - я покачала головой, не понимая, что должна вспомнить, тирак был прямолинеен, поэтому проговорил словами мамы сам, - древний дар просыпается у потомков древних краури в момент смертельной опасности, когда жизнь находится на волоске».
Провела параллель с недавней смертью девушки, в чье тело я попала, и сделала выводы. Я заполучила дар мамы. Но с ним буду разбираться постепенно. Не тренироваться же на своем друге. А с хищниками не стремилась встречаться даже для благой цели. Вдруг дар даст осечку!
Добывать еду стало гораздо легче, когда в голове устаканились местные понятия о травах, деревьях, зверях, птицах. И можно было теперь ее приготовить. Как я слопала первую кашу и облизывалась, надо было видеть. Тирак усмехнулся в усы и потребовал свою порцию. Он не соврал, отныне он питался тем же, чем и я, то есть приготовленной на огне пищей.
Постепенно научилась использовать лук со стрелами, которые прихватила девушка, убегая. Теперь мой рацион был разнообразней. На мелких зверей мы с хищником не охотились, ведь необходимо было готовить на двоих. А кот лопал как за пятерых. Пришлось половину добычи неизменно запекать в углях, пока готовилось основное блюдо дня. Котелок и кастрюлька были маленькими и рассчитаны на нас с мамой.
Руки сами вспомнили, как ускорить полет стрелы, а потом, после поражения цели, вернуть ее в колчан. С восторгом применяла заклинания воздуха. Стоило потренироваться, как цели сделались отлично видны. Никогда не думала, что смогу попасть с нескольких метров в глаз оленю. Местные олени имели мягкое сочное мясо, поэтому старалась любоваться на них издалека и попадать старалась с нескольких метров.
У нас с Абираном получился слаженный дуэт. Я заваливала взрослого оленя, обходя стороной самок и детенышей, а тирак добивал его, принося добычу в пасти. Никогда не разделывала живность, даже курицу покупала тушкой в магазине, а здесь пришлось наловчиться снимать шкурку, разделывать мясо. Этот процесс вспоминала из прошлой жизни, ведь Рили была избалована. Мама сама и разделывала, и сама готовила. Я вспомнила виденные фильмы о выживании в лесу и пыталась применить эти знания. Не помня свою прошлую жизнь до мелочей, помнила вот такие моменты.
Оказывается, разделка тушки – это целое искусство. Но Абиран тоже не дремал и помогал советами, раз за разом посылая образы прошлого. Малыш видел, как это делала моя мама.
Опробовала несколько заклинаний из памяти девочки. Самым первым опробовала заклинание заморозки. Оно пригодилось, чтобы сохранять запасы еды, мясо в стазис, предварительно его подморозив. Второе заклинание обеспечило меня горячей пищей. Чтобы использовать магическое огниво, найденное в рюкзаке, необходимо было активировать огненное заклинание.
Заклинание огня давалось тяжело, пришлось несколько дней попотеть над ним. Дар воздуха не очень хорошо сочетался с огнем, но кот настаивал на том, что Рили умела его применять. Тело помнило, что огонь наш враг, и не хотело производить даже маленькую искру огнивом, чтобы разжечь огонь. Когда я справилась, то прыгала от радости. Ведь так соскучилась по горячей пище, что готова была уже овладеть даром огня, сходив к водопаду хранителя Вечного леса.
Другое заклинание помогло привести внешний вид в порядок, вылечить волосы и кожу. Теперь они блестели на солнце здоровым мягким светом, вызывая гордость. Так же восстановить одежду, которую я берегла. У меня был всего один сменный комплект, ведь не скоро смогу попасть к людям. В мире должны забыть, что у знахарки была дочь.
Глава 6 Воспоминания о жизни в Вечном лесу.
В один из дней тирак вдруг обратился ко мне словами, так напоминавшими мои изречения. Осваиваясь в новом мире, не скупилась на крепкие словечки, обстоятельства обязывали. Вот первый мысленный посыл из связанных и понятных слов хищник и приправил замечательным словом «блин». Каюсь, не всегда заменяла вырывавшиеся ругательства на благозвучные и созвучные. Душа требовала выразить эмоции.
«- Блин, Рили, бери левее. Справа кусты крапивницы двухцветной. Не хочу поранить свою шкурку» - когда услышала это, то чуть не присела прямо в эти самые кусты. Но через некоторое время свыклась не только с разумностью кота, но и с его активным мыслительным воплощением в слова. Мне настолько понравилось общаться с ним, что я его поощряла. Иначе сошла бы с ума от одиночества в этом Вечном лесу.
Знания о мире возвращались постепенно, день за днем память Рили восстанавливалась, вливая в меня крупицы, чтобы через пять месяцев я окончательно все вспомнила. Скорее, слилась с телом и памятью девушки. Я зря ее называла девочкой. По меркам моего мира ей было достаточно, чтобы считаться совершеннолетней. В восемнадцать лет даже алкоголь продают в магазинах. А сколько было мне, когда я попала в этот мир и в это тело? Получалось, что мне необходимо прожить здесь всего два года. Вернее, два годрам. Так назывался здесь год. Пришлось названия дней, недель, месяцев заучивать заново, потому что они очень слабо отражали мое представление о структуре жизни в этом мире.
Необычными для меня стали месяцы – аруты. Их я тоже заучивала, чтобы понять, как устроен мир. Зима была прохладной и дождливой - винарта, самый холодный зимин, фирату. Весна самая продолжительная и мягкая, дожди теплые – ратур, макат, серебро в честь цветения красивыми серебристыми цветами кореуш и рождения новой листвы гукату, которая тоже не была зеленой сначала, лишь позже, подрастая, листва приобретала зелень, окрашивая почти серебристый лес в привычные глазу цвета. Лето теплое и мягкое –тарун, виноша, кариит. Осень ветреной и жаркой, именно в этом месяце собирали второй урожай –саронт, окарот, нероби.
Красивые времена года заставляли меня все время подстраиваться и менять привычное восприятие. Года считались от первого сотворения храма богини Каруин– год назывался годрам, век –кратом, тысячелетие –таром. Сейчас был 20000-ый таром, 521 кратом, 7 годрам, месяц виноша, пятая неделя. Да, недель было пять, а не четыре. 20 5217 годрам/летар.
Как я помнила со слов мамы Рили, совершеннолетие для девушек наступало в двадцать пять летар. Это был третий этап взросления. Только через семь летар смогу стать независимой каруи, иметь разрешение самостоятельно выбирать мужа и основать свой род. Первый этап взросления – это обретение магии. Второй этап взросления Рили пережила в шестнадцать летар. Тогда отец еще навещал их и устроил настоящий праздник с мамой, притащив местную двенадцатиструнную гитару, которая здесь звалась красивым именем «шарола». Они даже танцевали у костра во дворе, как на настоящем празднике в городе.
Третий этап наступал в двадцать летар. В эти года одаренные девушки могли поступить в академию. До этого они получали домашнее образование. Но немногие стремились поступать, иногда семья сговаривалась и девушку отдавали замуж по договоренности. Четвертый этап, когда девушка могла совершить выбор мужа и основать свой собственный род, наступал в двадцать пять летар.
Из-за перекоса населения и преобладания мужских особей девушка должна была родить в течение долгой жизни не меньше пяти раз. Причем первого ребенка, чтобы ее признали годной, в течение пяти летар. Перекос был пока еще не большой, поэтому ей дозволялось прожить и с одним избранником, но если не было потомства за три года, она должна была развестись и выйти во второй раз замуж. В течение жизни ей дозволялось пять раз менять избранников. Развестись, перед тем как вновь будет делать выбор. Если родится девочка – останется с мамой, если мальчик, то его забирает отец. Дикие нравы. Когда все факты сложились, стало боязно. Родить ребенка, чтобы отдать.
Но один плюс имелся – видеться женщине с сыновьями разрешали. Только прописывалось в договоре сколько раз в год, реже в месяц, и почти никогда раз в неделю. Мужчины по-своему были жестоки, не разрешая часто видеться с сыновьями.
Я часто возвращалась к этой теме, припоминая больше подробностей из жизни краури. Имея право на несколько браков и разводов в течение жизни, они во многом были ограничены. Если женщина была жестокой, то к ней никто не пойдет больше из неженатых особей. Мужчина имел право три раза отказать трем разным женщинам. Или если она не справлялась с обязанностями в семье. А их было предостаточно: создавать гармонию в отношениях с мужем, с бывшими мужьями и всеми детьми, рожать детей до количества пять.
Если за пять лет она не приносила потомство, то муж имел право уйти из семьи, если ее не любили и не готовы были принять изъян. Судьба таких девушек была незавидна. Им был один путь – в содержанки. Богатые мужчины имелись и в этом мире. Я все чаще задумывалась, что одна из женщин сумела обмануть отца и подмять его под себя, изменив до неузнаваемости. Родила ему сына? Или он охладел, воспитанный на таких ужасных законах.
Конечно, в этом мире имелись свои базы генетических данных, чтобы не получилось глубоко родственных связей. С такими-то порядками! Молодые должны были взять разрешение в магическом контроле. Как поняла, он выполнял множество функций и подобную в сфере генетики тоже. Там был целый отдел магической экспертизы.
Если девушка не готова была к материнству, то значит, ее воспитывали неправильно. Вспомнила маму Рили и ее отца. Если бы она за эти годы вышла второй раз замуж, родила мне братика или сестренку, то получила бы защиту. Женщин в статусе мам не трогал закон. Наоборот, поощрял их взаимодействовать с мужчинами, способными родить. А так, даже я оставалась вне закона. И прелюбодеяние не наказывалось. Измены и свободные нравы процветали. При всем этом, все же женщина имела статус неприкосновенной. Против ее желания ее не могли принудить к брачному союзу.
