Неподкупная любовь

Вечером Айнур был чрезвычайно разговорчив и старался уделять одинаковое внимание обеим девушкам. Они сидели напротив него, а Фериде подавала еду. Айше втайне злилась и огорчалась оттого, что они совершают трапезу словно одна семья. Они с Айнуром ели вместе, потому что были братом и сестрой, к тому же остались одни в доме, тогда как обычно мужчины и женщины в благородных семьях питаются отдельно. Ханар, казалось, ничего не волновало. Она всецело сосредоточилась на фаршированных баклажанах, поданных с соусом из йогурта и чеснока, запеченных устрицах и овощах. Ей и дела не было до того, что в чужом доме вежливым и приличным считается взять щепотку-другую каждого кушанья изящно вытянутыми пальцами, а потом подождать, когда хозяева предложат тебе еще, а не есть сколько влезет.

Глядя на это, Айше сказала себе, что своими неразумными действиями брат не только отяготил свою совесть, но и посадил курдянку себе на шею. Конечно, как истинная мусульманка, Айше была обязана делиться пищей с любым страждущим, но Ханар вызывала в ней такое раздражение, что девушка ничего не могла с собой поделать.

***

Минула вечерняя молитва. Все разошлись по своим комнатам. Айнур лежал, глядя в раскрытое окно, за которым виднелся кусочек неба с россыпью звезд и раскачивающиеся ветки деревьев.

Прошлой ночью он познал, что такое страсть, и она его не покинула. Молодой человек гадал, что чувствует Ханар: быть может, она крепко спит или тоже изнывает от телесной тоски? За ужином он старался показать, что не испытывает к ней особых чувств, но курдянке куда лучше удалось изобразить равнодушие. Когда время перевалило за полночь, Айнур понял, что не выдержит. Если на свете и существовало что-то сильнее его желания, то он не знал названия этому. Выйдя с мужской половины, он прокрался в гарем. Там было тихо. Если Айше проснется и увидит его, он скажет, будто ему что-то послышалось и он решил проверить, все ли в порядке в доме. То же самое он соврет Фериде.

Айнур был не просто влюблен, а одержим. Неистовое стремление вновь заключить Ханар в объятия сметало все остальные чувства, сжимало горло, накрывало его с головой. Белый глаз луны пристально глядел в окно, но сейчас молодому человеку не было дела ни до небесных светил, ни до чего-то другого, созданного Аллахом, кроме того, что родилось еще в древние времена, когда едва появились люди, а возможно, и еще раньше.

Ханар спала или притворялась, что спит. Айнур вошел к ней, не боясь, что она испугается. Истинная природа той силы, что влекла его к ней, того голоса, что взывал из глубины его существа, едва ли была до конца понятна ему самому. Но он верил в то, что она покорится этой силе и откликнется на этот зов. Когда он просунул руку ей под спину, она встрепенулась. Айнур приподнял Ханар, поймал своими губами губы девушки, прижал ее к себе.

У нее вырвался сдавленный шепот:

— Не здесь! Рядом Айше и служанка!

— Они спят.

— Нет!

Она была сильной и вывернулась, вырвалась из его объятий, тогда он упал на колени, вновь обхватил ее и уткнулся лицом в ее женское естество.

— Тогда ко мне. Умоляю! Просто так я не уйду!

Ханар позволила подхватить себя на руки, и Айнур понес ее навстречу мраку, звездам, луне и неописуемому блаженству.

Айше проснулась среди ночи. Ее потревожили отголоски чего-то странного, то ли неясного шума, похожего на борьбу, то ли каких-то разговоров. С тех пор, как умер отец, она все время боялась, что в дом кто-то заберется. Аллах запретил вино, но янычарам и ямакам даже Всевышний не указ! Напившись где-нибудь в галатских тавернах, они способны разгромить любое жилище, тем более, если поймут, что там нет охраны.

В гареме было тихо, но девушка решила обойти все комнаты. Фериде спала, а постель Ханар оказалась пуста. Где бродит курдянка? Может, отправилась в сад, откуда тянуло прохладным ночным воздухом и запахом цветов? Айше вышла на балкон и глянула вниз. Никого. Только причудливо переплетенные узоры темных теней и серебристые лунные блики. Тогда она вернулась в комнаты.

Босые ноги Айше бесшумно скользили по коврам. Стены были залиты лунным светом, а провалы ниш (большей частью пустых, так как при аресте отца были изъяты все его бумаги и книги) зловеще чернели. Девушке чудилось, будто комнаты наполняет нечто неведомое, потустороннее. Мало ли злых духов способно бродить там, где жил невинно убиенный человек!

На всякий случай Айше решила разбудить брата. Она вошла на мужскую половину в надежде избавиться от страхов и обрести спокойствие, но вместо этого дурные предчувствия усилились. Полупрозрачные занавески, загораживающие вход в комнату Айнура, тихо колыхались. Слышалось чье-то шумное дыхание. Чувствуя, что увидит нечто не просто неожиданное, а страшное, девушка осторожно заглянула в комнату брата.

Она увидела его постель. Там было два сплетенных между собой обнаженных тела, и они двигались в столь страстном ритме, что Айше отпрянула и, в ужасе закрыв лицо, бросилась назад, спотыкаясь, натыкаясь на стены. Любовники ничего не заметили, им было не до нее.

Вернувшись к себе, она упала на ложе. Ее сердце бешено билось в груди, а разум был объят настоящим хаосом. Как всякая османская девушка, выросшая в гареме, под строгим надзором, Айше мало что знала о тайнах пола. Если ей и хотелось в них проникнуть, то только не так, словно бросившись с обрыва на острые камни, точно упав в яму, полную нечистот! Лежа без сна и в слезах, она вспоминала своего брата, когда он, будучи еще маленьким, крепко упираясь в землю босыми ногами, сосредоточенно натягивал детский лук, а она неподалеку играла в куклы.

Потом Айше начала превращаться в девушку, и Айнур, случалось, подшучивал над ней, но всегда беззлобно. Брат никогда не относился к ней с пренебрежением и не обделял вниманием. И ему, и ей казалось чудом, что они зародились в одной утробе, утробе своей матери. Они всегда помнили о том, что были вместе не только с самого первого мгновения своей жизни, а даже еще не явившись на свет. Но сейчас Айше думала о том, что все рухнуло и прежние отношения с Айнуром никогда не вернутся.

***

Любовники успели разойтись по своим комнатам, пока, как они полагали, никто ничего не заметил, а утром как ни в чем не бывало встретились за завтраком. Айнур незаметно сплел свои пальцы с пальцами Ханар. В нем еще бурлили отголоски ночной страсти. Когда в комнату вошла служанка, он быстро убрал руку.

— А где Айше? Почему не выходит?

С некоторых пор все женщины, как и положено, совершали утреннюю молитву на своей половине. Их уединению с сестрой пришел конец. Фериде поклонилась.

— Госпожа вроде как заболела.

Айнур встревожился.

— Что с ней? Сейчас я ее проведаю.

Он направился в гарем уверенным шагом хозяина дома. Мужчины. Когда Айнур вошел в комнату Айше, девушка отвернулась к стене, потому что не смела смотреть брату в глаза. Она не знала, что сказать и кого винить. Курдянка отдалась чужому мужчине! Наверняка это произошло не впервые; возможно, она спит с Айнуром с тех самых пор, как переступила этот порог!

— Ты заболела? — спросил молодой человек.

— Мне нехорошо, но это не то, что ты думаешь, — глухо произнесла Айше.

— Тогда что с тобой?!

— Мне приснился отец. Мне кажется, всех нас ждут большие несчастья.

— Он что-то сказал тебе?

— Нет, но я уверена, что его душа не находит покоя.

— Из-за того, что происходит в стране?

Айше промолвила после мнозначительной паузы:

— Прежде всего из-за нас.

— Но с нами пока не случилось ничего плохого.

— В нашей жизни произошло много неожиданных и неприятных перемен, — натянуто произнесла девушка.

— Каких? Ахмед эфенди обещал похлопотать за меня во дворце. Возможно, я получу какое-нибудь место. Ходят слухи, что кое-кто хочет освободить султана Селима и восстановить его правление. Я бы мог послужить этому делу. Что касается тебя… Если Энвер все же посватается к тебе, я дам свое согласие. Хотя это не та семья, с коей я бы мечтал породниться, для меня главное то, чего желаешь ты.

Айше наконец повернула к нему лицо. Оно было пунцовым, а глаза полны такой муки, что молодой человек невольно отпрянул. А ее словно прорвало. Уж своим-то желаниям брат потакал сполна!

— Ты привел в дом курдянку, сказав, что отправишь ее на родину, но, похоже, она останется тут навсегда. Вернее, до той поры, пока ее не найдут, а тебя не бросят в тюрьму! Ты садишься есть со мной, потому что я твоя сестра, и мы всегда были очень близки друг другу, но почему ты ведешь себя так же по отношению к ней?! Потому что она не знает приличий? Похоже, ты вообразил, что она твоя наложница или даже жена! Ты потерял голову, утратил чувство собственного достоинства, позабыл все заповеди Аллаха!

Вспыхнув до корней волос, Айнур резко отпрянул, а после выбежал, почти что выскочил из комнаты, будто нашкодивший мальчишка. Айше осталась лежать с лихорадочно бьющимся сердцем и мыслями, несущимися, словно облака в бурю, и вместе с тем странно обрадованная тем, что ей удалось высказать все, что накопилось в душе. Потом она вспомнила, что сказал ее брат об Энвере. Значит, у нее есть надежда стать его женой. Девушка прижала ладони к груди, и ей почудилось, будто внутри расцветает благоуханный, нежный, яркий цветок.