Любовь Дракона

Я подняла руку.

— Да, Любовь?

— Почему меня записали к вам без жеребьевки?

— Господин сказал, что, будучи далекой от наших традиций, вы нуждаетесь в особенном внимании со стороны наставницы, — темные глаза Агари сверкнули. — И мы все сейчас имели возможность в этом убедиться. Завтрак всегда начинает старшая наставница, либо старшая женщина в семье, и никак иначе.

Съеденная мной сладость постучалась в стенку желудка.

— Но вернемся к нашим правилам, — произнесла наставница. Она единственная из наставниц была одета в темно-зеленые одежды. Видимо, чтобы никто точно не перепутал, что она главная. — С утра мы будем собираться на завтрак у господина или как сегодня. Далее время будет посвящено женскому общению и быту. После обеда нас ждет отдых, а вечером — простые задания, которые скрасят время и господину, и вам.

Пожалуйста, пусть это будут картины по номерам. Ну пожалуйста!

— Которые помогут ему определиться с выбором. На подготовку к каждому заданию будет даваться от недели до двух, в конце отбора, следуя собственному чутью и нашим рекомендациям, господин Рен А’Хар сделает свой выбор.

Это точно будут не картины по номерам.

— И последние новости — перед тем, как мы перейдем к знакомству. Драонастрия в этом году принимает делегации Алых Сирин, Фениксов и Игров прямо во время отбора. Это отличный, я бы сказала, просто невероятный шанс показать себя с лучшей стороны.

Если бы я не сидела, я бы упала. Но я сидела. То есть мои, с позволения сказать, родственники, будут смотреть на то, как я выкручиваюсь, чтобы не ударить в грязь лицом? Шах. Мат. Мат. Мат. Трехэтажный.

— А теперь приступим к знакомству и к жеребьевке. — Агари сделала знак другим наставницам, и те наконец-то сели. — Начнем с вас, Любовь. Расскажите о себе: какие у вас интересы, что вы больше всего любите — например, петь, вышивать, танцевать, рисовать?

Поесть, поспать, пофонтанировать сарказмом. Путешествовать.

— Дегустировать новые блюда, отдыхать, дискутировать, изучать новые места, — облекла свои хобби в рекламную обложку я. — Читать. Насчет остального — я пока не пробовала, но никогда не говори никогда.

— Вы меня не совсем поняли, Любовь, — мягко, как маленькому ребенку, объяснила Агари. — Что вам близко из того, что должно быть близко женщине? Может быть, ублажать господина?

Занавес.

Глава 5. ДухИ, дУхи и прочая бесовщина

По задумке после такого завтрака я должна была вернуться к себе вдохновленная, как после вебинара по сетевому маркетингу. На самом деле эффект оказался обратный. Я-то думала, что я быстренько (и незаметненько) завалю первое задание, меня выгонят, как несоответствующую идеалу для ублажения господина, и я отправлюсь на Землю. Но все оказалось серьезнее: куковать в компании желающих разделить брачное ложе, жизнь, горе и радость с Дьелльским мне предстояло несколько месяцев, и от этого я чувствовала себя… безысходно. Как говорила Надя, в моем лексиконе было значительно больше ярких и колоритных эпитетов для выражения моего состояния, но надо же когда-то становиться леди. Так почему не сейчас?

До обеда, до которого, кстати, осталось не так много времени, мне предстояло отдыхать в своих покоях, после обеда тоже отдыхать в своих покоях, к тому времени, как солнца уже будут не такими кусачими, можно было выбрать себе занятие: открытые купальни, женская секция в библиотеке или музицирование. Сначала я подумала про купальни, но, осознав, что туда ломанется большая часть потенциальных невест, решительно отмела эту идею. У меня сегодня последний день в одиночестве, могу я хотя бы его провести нормально?

Музицирование отпадало по понятной причине: идти туда стоило только в том случае, если я хотела стать первой в мире убийцей нотами. Буквально. Подозреваю, от моей игры на любом инструменте птицы будут падать наземь, а сверху на них — драконы вместе с невестами.

Оставались книги, и я, впрочем, была бы только за. Настораживало одно: женская секция. Что-то мне подсказывало, что там я найду только трактаты о том, как музицировать, петь, вышивать крестиком, петлями и зигзагами, но главное о том, как ублажать господина. Я до сих пор не могла избавиться от живой картины, возникшей перед глазами после слов Агари. Вот за что она так со мной? Я же ей ничего плохого не сделала… пока.

На этой мысли ко мне в дверь постучали и вплыли две уже знакомые мне девушки. Теперь, когда я осознала, что быстро выпутаться из этого приключения мне не грозит, я поняла, что надо заводить знакомства и налаживать контакты. Или налаживать — это про что-то другое? Например, про все, что происходило со мной с момента прибытия сюда. Одна сплошная налажа.

— Девушки, давайте познакомимся, — предложила я, и обе встали столбом.

У одной в руках была огромная деревянная шкатулка, больше напоминающая толстую шахматную доску. Вес ее я могла представить ну очень примерно, но по ощущениям он был больше, чем вес этой самой девушки. Когда я попыталась ей помочь, потянув «шкатулку» на себя, я поняла, что недалека от правда. Но служанка вытаращила глаза и запричитала:

— Нет, нет, нет! — так трагично, что я растерялась и выпустила доску.

— Вам нельзя поднимать тяжести! — тут же подхватила вторая. — Или нас накажут.

Я не стала комментировать, просто молча дождалась, пока одна отнесет неприподъемную ношу на столик у окна, а вторая откроет занавеси, впуская еще больше света в и без того светлую комнату.

— Меня зовут Нагаши. А это Ларифа, — представила и себя, и коллегу девушка, шкатулку носящая. — Мы сестры, и мы ваши личные служанки. Любой ваш приказ будет исполнен незамедлительно. Вы что-то хотите? Может быть, воды?

Я посмотрела в сторону графина, который стоял в двух шагах… ну ладно, в паре метров от меня. Вот как объяснить девушкам, что я способна сама дойти до диванчика, у которого пристроился низенький столик, и налить себе воды?

— Лучше расскажите, что это? — я кивнула на шкатулку.

— О, это! — У Нагаши загорелись глаза. — Это драгоценность, которую вам еще только предстоит почувствовать. Это аромайи, из которых будет составлен ваш личный, уникальный аромат.

Духи, что ли?

— Зачем мне уникальный аромат? — спросила я.

Девушки переглянулись.

— Как зачем? У каждой невесты будет свой персональный аромат. Это неотъемлемая часть ее образа, его шлейф будет сопровождать вас на отборе. А если победите, для вас будет разработан новый, «Избранная дракона».

Чур меня, чур.

— Так я же не одна буду избранная, — сказала я.

— Да, разумеется. Но вы, например, будете «Избранная дракона номер один».

Я хмыкнула, но поняла, что личных духов «Потенциальная невеста номер десять» все равно не избежать. Поэтому покорно села в кресло, которое для меня подвинула Ларифа. Шкатулку Нагаши открывала с таким почтением, как будто оттуда должен был выскочить сам Хрен Ахар собственной персоной.

Но я, когда увидела представившееся мне богатство, тоже впечатлилась. Здесь было, наверное, не меньше сотни темных флакончиков с ароматами. Ларифа достала из кармана своего одеяния баночку с чем-то отдаленно напоминающим кофейные зерна, только крупнее. И цветом, как сливочная ириска.

— Бобы ружад, — сообщила она, — помогают, когда ароматов становится слишком много.

Я бы ткнула наугад, но мне не хотелось потом благоухать, как весенняя клумба или жидкий стул единорога, поэтому пришлось нюхать. Я отобрала два легких цветочных аромата, один орехово-горький и два острых и пряных. Что из этого всего получится, я представляла смутно, тем более что после продолжительного нюханья и занюхивания у меня знатно разболелась голова.

Я попросила не приносить мне обед, в ответ на причитания сказала, что меня может стошнить и стребовала один только десерт: по вкусу оказался как лимонный сорбет, присыпанный воздушной крошкой чего-то песочного. Этого мне вполне хватило, чтобы почувствовать себя лучше, а служанкам — для того, чтобы почувствовать лучше себя (все-таки я не осталась совсем голодная).

Заснула я быстро и, к счастью, мне больше не снился Миранхард, предлагающий руку и сердце. А вот пробуждение все равно вышло не очень: я почувствовала давящую тяжесть в районе груди, открыла глаза и увидела нечто. Прямо у меня на ребрах устроился большеголовый драконенок с бирюзовыми глазами, перепончатыми крыльями и пушистой кисточкой на хвосте.

— Ты кто? — спросила я. Как будто подразумевалось, что он должен уметь разговаривать.

— Ну здрасьте! А кричать кто будет?

— Что кричать? — осведомилась я.

— Оле-оле-оле! Миранха-а-ард, впере-е-д! — язвительно отозвался дракончик. — А-а-а-а-а-а, конечно же.

— Брысь! — Я повернулась на бок, и зверенок улетел на покрывало рядом со мной. — Тебе не говорили, что вламываться к незнакомым женщинам в спальню невежливо?

— Со мной вообще мало кто разговаривал в последнее время, — внимательно посмотрев на меня своими большими голубыми глазами, произнес он. — Я дух.

— Дух чего?

— Дух рода алых сирин. Без меня вы бы не смогли возродиться и обрести свою силу. Я живу там… — Он мотнул головой в сторону предположительно портала с земель, где я провела последние пять лет. — Точнее, жил. Но из-за того, что вас мало, я не смог набрать силу и материализоваться. А здесь смог. Благодаря тебе и драконьей силе.

— Какой-какой силе?

— Драконьей, — он посмотрел на меня, прищурившись. — Ты что, головой ударилась?

— Да нет, я просто пытаюсь совместить родового духа алых сирин с драконьей силой, — призналась я.

— Чего тут совмещать-то?! Я не смог материализоваться, потому что силы на ваших-наших землях сейчас катастрофически мало. Магии катастрофически мало.

— Кому ты рассказываешь, — вздохнула и я подперла ладонью щеку.

— А здесь от нее просто земля вибрирует, и я смог. Правда, здесь я могу обрести только драконью форму, а не любую, какую захочу, но и так сойдет. Ты даже не представляешь, сколько времени после того, как этот ощипанный куруюн нас всех уничтожил, я провел на грани жизни и смерти. Думал уже совсем тогось.

Куруюном дух обозвал предка Надиного мужа. Там была достаточно трагическая история, в которую лучше глубоко не вникать, спокойнее спать будешь. Но если коротко, он не добился взаимности от нашей прабабки и уничтожил всех алых сирин, чтобы ее наказать, а она его прокляла и ушла на Землю порталом. В итоге раса Фениксов начал угасать, и им пришлось искать спасение в Наде. Которая (как и все мы) ни сном ни духом не была о том, кто она такая. Поэтому очень возмущалась из-за того, что от нее требуют. Но недолго: фениксы пообещали помочь Вере, которая впала в кому — как раз из-за того, что у нее пробудилась сила алых сирин прямо на Земле. Тогда мы этого всего, разумеется, не знали, а еще тогда мне казалось, что все это весело. Не то, что с алыми сирин произошло, конечно, а именно сам новый мир.

Фениксов спасли, род алых сирин восстановили, и я бы наверное так и восхищалась дальше, если бы не решивший воспользоваться ситуацией оборотень-медведь (игр), который похитил Надю. И меня. Мы спаслись, но у меня на память от того приключения остался незаживающий шрам от заговоренного кинжала. Исправить это не смогли даже лучшие целители (такая вот печальная история), и, начиная с этого момента, все в моей жизни и пошло по звезде.

Надя вышла замуж за Леграна и отбыла в долго и счастливо, Вера занялась делами государственными на пару с бабулей, а я была «Люба, иди займись чем-нибудь». Иногда мне казалось, что это мое родовое имя, соответствующее статусу.

Люба Иди ЗАймись Чем-НИбудь.

А что? Классно бы звучало. Вполне в духе седьмой жены дракона.

— Как ты можешь находиться на грани жизни и смерти? — задала логичный вопрос я. — Если ты дух?

Дракончик обиженно посмотрел на меня.

— Вообще-то мы тоже умираем. Можем развеяться. Я истончался все это время!

— Прости, не знала, — я кивнула, — но в любом случае очень рада, что все наладилось. Только не прыгай мне на грудь больше, хорошо? Особенно во сне. Я не всегда спросонья адекватная.

— Да ты по жизни не особо адекватная, — фыркнул дух, но под моим пристальным взглядом перестал ухмыляться. — Я здесь, чтобы помочь тебе пройти отбор!

— Ты как здесь оказался, напомни?

— В сумку твою запрыгнул. Когда ты в портал сиганула.

— Тогда ты должен понимать, что в моих планах не пройти отбор, и как можно скорее. — Я села на постели. — С этим помочь сможешь?

— Увы, — развел лапками дух. — Я должен действовать в интересах главы рода.

Я закатила глаза.

— Глава рода подписала договор, согласно которому я уйду на Землю после отбора, так что ты действуешь в ее интересах.

— А вот и нет! Она не хочет, чтобы ты уходила.

— Это я уже поняла.

Подтянув колени к груди, я посмотрела на духа. Он действительно был очень забавный: серо-лиловые чешуйки изнутри словно подсвечивались пламенем (как магмой), совершенно умилительная мордочка, рожки, ушки и лапки, а еще этот его хвостик, навевали мысли о каком-нибудь диснеевском персонаже.

О…

— Буду звать тебя Мушу, — сообщила я.

— Сама ты Мушу, — обиделся дух. — Я Алавастор!

— Кто?!

— Алавастор! В переводе с языка алых сирин: Хранитель Силы, — дракончик ударил хвостом.

— Ладно, Ал. Твои приоритеты мне ясны, но давай сразу договоримся: я не мешаю тебе, а ты не мешаешь мне провалить отбор и стать самой неперспективной кандидаткой в невесты. По лапам?

Я протянула ему руку.

— Только без членовредительства! — предупредил дракон. — Я оберегаю весь наш род, в том числе и тебя.

Ну спасибо.

— Себе я членовредить точно не собираюсь, — пожала плечами я. — Да и в принципе никому не собираюсь.

Если, конечно, Хрен Ахар не придумает какое-нибудь испытание с поцелуями, тогда я его так укушу, что он неделю есть не сможет. На этой мысли я и зависла, а точнее, зависла, глядя на дракончика. Из него же получится отличная сувенирка! В смысле, мы же в Драконолэнде. А где у них кружки с дракончиками? Статуэтки с дракончиками? Майки, эти их местные хиджабы, наконец? Одни пафосные статуи и гобелены с изображениями битв или демонстрацией драконьей мощи.

Хотят, чтобы я дружила с невестами? Чтобы невесты дружили между собой? Чтобы все дружили с невестами?

— Нам надо создать команды драконьих невест! — сообщила я. — Ты знаешь, какие здесь есть ткани?

Устроим из отбора… нет, я не буду больше говорить «Голодные игры», но кое-что точно можем устроить.

— Я же дух, — в ответ на мой вопрос насупился Ал, — я все знаю.

— Хорошо, тогда расскажи мне, или отведи туда, где про все это можно почитать.

Никогда не рассматривала себя в роли кутюрье, но чем бы Люба ни тешилась, лишь бы с отбора не сбежала. Надеюсь, его великолепие, первый в мире драконошейх, мой энтузиазм оценит. Но сначала нужно создать бизнес-план, без бизнес-плана к сильным мира сего не являются.

Идея настолько меня затянула, что я даже забыла про эпичное «ублажать господина». Уж что-что, а скучным этот отбор точно не будет! Это я вам гарантирую!

Глава 6. Драконья правда, брат-близнец и иссякший источник

По моей просьбе (крайне удивленные) служанки проводили меня в драконью библиотеку. Девушки полагали, что я пойду в купальни, как и большинство претенденток, о чем сообщили мне.

— Если вы хотите подружиться с остальными, вам нужно выбирать то, что выбирают они, — осторожно сказала Нагаши.

Теоретически она была права. В свое время одна из подруг в школе (когда мы с ней не сошлись во мнениях), сказала: «Если ты плюнешь в народ, народ утрется, а вот если народ плюнет в тебя…» Я ни в кого плевать не собиралась, но и ходить в купальни ради закрепления женской дружбы тогда, когда мне жизненно необходима бизнес-литература — тоже. Тем более что я видела, как они на меня смотрели. Никто из девушек не воспринимал меня как соперницу, даже надменно встретившая меня брюнетка, поэтому во время завтрака-знакомства мне были адресованы и улыбки, и жалостливые взгляды, и сочувственные, и только один пристальный. Изучающий. Непростой.

Девушка с удивительными ярко-красными волосами: насколько я поняла, это был признак «породы» драконов, чем сильнее род, тем ярче вот этот красный пигмент в волосах. Все-таки что-то общее у драконов с алыми сирин было, но не суть. Смотрела она на меня как-то слишком пристально, а в темно-синих глазах плескалось океанское дно. Такое же неизведанное и грозящее раздавить в случае чего.

Девушку звали Астрея Эль Дж’Амех, и она была дочерью Главного советника сами знаете кого. Нет, не Волан-де-Морта, а Хрен Ахара.

— Да, конечно, я обязательно это учту, — вежливо отозвалась я в ответ на замечание служанки и продолжила свой путь в библиотеку. Нагаши и Ларифа скользили бесшумными тенями: одна спереди, другая сзади.

Я не представляла, что ждет меня в библиотеке, но, оказавшись внутри, восторженно замерла. Совершенно не готовая к такому роскошеству. Огромный зал, спиралями лестниц возносящийся на несколько этажей ввысь, белый мрамор, просторные коридоры и круговые шкафы, заставленные книгами и заложенные свитками. Из огромных узорчато-восточных арочных окон сюда лился свет, и от этого казалось, что ты очутилась в Раю. Хотя в каком-то смысле я и правда очутилась в Раю. Для той, кто привык дружить исключительно с книгами, это был экстатический восторг. Я задрала голову, пытаясь оценить все это богатство в количественном и качественном и, чего уж греха таить, в денежном эквиваленте. Подозреваю, что все это стоило не меньше чем сам дворец.

— Залипла? — поинтересовался дух, который скакал рядом со мной. Мысленно, иначе визга служанок было не избежать. Ал сообщил, что из-за моей принадлежности к роду мы можем такое провернуть, а еще он сказал, что я не должна его видеть, когда он не воплощен. Но я почему-то видела. Светло-голубую дымку, скользящую рядом со мной.

— Залипла, — призналась я. Словечкам он научился от меня, от ба и от сестер, потому что постоянно тусил рядом с нами. Правда, совершенно не понимал, почему я вообще могу его видеть. Пока что ему было тяжело постоянно держать форму, поэтому он планировал потихоньку переходить из одного состояния в другое, а когда наберет силу — обрести постоянную материальную форму и помогать нам. Нам — в смысле Вере. Ну и хорошо. Ей как раз советник не помешает, а то скоро совсем скурвится из-за трудоголизма.

— Фи, как неуважительно, — отозвался на мои мысли дух. — Она, между прочим, твоя сестра. И глава рода.

— Не сестра она мне больше, — мысленно фыркнула я и шагнула за золотой круг, в центре которого располагалась огромная стойка, напоминавшая самую что ни на есть стойку в самой что ни на есть обычной библиотеке.

Служанки за спиной слаженно ахнули.

— А? — переспросила я.

— Вам надлежало ждать, пока Хранительница вас не пригласит, — испуганно прошептала Ларифа.

Так. А сразу сказать? И теперь что? Мне в голову прилетит самым тяжелым трактатом за неуважение к драконьим традициям?

— Добрый вечер, — раздался самый удивительный в мире голос. Удивительный — потому что звучал он женственно и рычаще одновременно. Я даже не могла описать его тембр человеческими словами, а в следующий момент поняла, что это у меня бы при всем желании не получилось.

Шагнувшая ко мне из-за стойки женщина… драконесса? Женщина-драконесса, была основательно выше меня. Вот если поставить рядом с ней Хрен Ахара, они бы наверняка смотрелись очень гармонично, но… его здесь не было. В бело-золотых одеждах, с капюшоном на голове, она приблизилась ко мне. Вместо лица у нее была… морда, вместо рук — драконьи лапы с когтями, покрытые чешуей. Лицо тоже было покрыто чешуей, а глаза горели драконьим огнем. Смотрелось красиво, жутковато и величественно.

— Я пошел, — сообщил Алавастор и сдриснул в коридор раньше, чем я успела ответить.

Тоже мне, дух!

— Добрый вечер, — опомнившись, отозвалась я. Мне пришлось задрать голову, чтобы смотреть драконессе в глаза, чтобы не пялиться ей в ямочку между ключицами.

— Таира, — она приложила ладонь к груди.

— Люба, — я проделала то же самое. — Я одна из претенденток на драконье сердце.

Тьфу ты! Надо что-то получше придумать, чтобы не звучало, как будто я хочу суп из драконьих потрошков или пишу пошло-пафосные стишки. Не говорить же — я одна из тех, кто хочет возлечь на драконье ложе с семью товарками.

— Я знаю, кто ты, — мягко произнесла драконесса.

— Знаете? Это хорошо. В любом случае прошу прощения за свое вторжение. Я еще не до конца освоилась и не хотела быть грубой.

«Сейчас во владениях алых сирин дружно отвисли две челюсти, — донеслось из коридора Алавасторовское, — великолепной бабушки и сестры. И одна во владениях фениксов».

Я мысленно пожелала ему идти куда шел. То, что я всеми силами, включая врожденный сарказм, сопротивляюсь отборам и проживанию в магическом мире, не значит, что я отъехавшее хамло. Мне просто нужно как-то защищаться. А извиняться я, кстати, очень даже умею. Когда понимаю, что не права, в отличие от некоторых.

— Твои извинения приняты, — отозвалась Таира. — Какая именно литература тебя интересует?

— О, у меня тут есть список, — я залезла в карман джинсов, вытащила сложенный вчетверо лист и протянула его Хранительнице.

Мы с Алавастором потрудились, выписывая все темы, которые могли бы мне пригодиться в предстоящей работе, поэтому я была уверена, что Хранительница — такая Хранительница, как Таира, оценит мои труды. В целом она мне показалась мировой драконотеткой, и я даже успела подумать, что мы подружимся. Она пробежала глазами список, не меняясь в лице, а после взгляд огненных глаз снова вернулся ко мне.

— Такие знания не предназначены для претенденток, участвующих в отборе, — выдала драконесса и вернула мне листок. — Сожалею, Любовь, но я тебе ничем помочь не смогу.

Со звуком «крак» что-то надломилось. То ли моя вера в женскую солидарность, то ли надежда построить местечковый бизнес ради того, чтобы не спятить до конца отборного действа.

— То есть как? Почему?

— Это мужские запросы.

— А чем мужские запросы отличаются от женских? — Я поняла, что задала неправильный вопрос, потому что Таира сдвинула брови. Насколько это позволяла ее драконья физиология.

— Я имела в виду, я же не написала ничего страшного.

— Если это все, о чем ты хотела просить, то я вернусь к работе, — высокомерно ответила драконесса.

Нет, подружиться мы с ней не подружимся. Я оглянулась на служанок, которые явно были рады такому раскладу и уже готовились отвести меня в купальни. К остальным. Под сочувственные, непонятные и прочие взгляды.

— Нет, это не все, — быстро ответила я. — Тогда я хотела бы положиться на ваш опыт и почитать то, что вы мне порекомендуете.

Все, что угодно, только не в бочку с ящерицами. Тьфу, не в бассейн с невестами. Я была единственной не-драконессой на этом празднике жизни и явно выделялась даже не внешностью, а видовой принадлежностью, что тоже у многих вызывало недоумение. У меня тоже, но такова суровая драконья правда. Наверное все, включая Хранительницу, подумали, что дракона потянуло на экзотику.

К счастью, сейчас Таира кивнула.

— Замечательно решение, Любовь. Проходи, выбирай любое место на женской половине, я распоряжусь, чтобы тебе доставили все необходимое.

На женской половине? Плакал мой криминальный план посмотреть что-нибудь самой, когда драконесса пи-пи пойдет. Она же ходит пи-пи? Или у нее под столом лоток?

Может, это звучало нетолерантно даже в мыслях, но у меня никогда не получалось быть толерантными с теми, кто нетолерантен ко мне.

— Мы вернемся через два часа, — произнесла Ларифа. Служанки синхронно поклонились и испарились за просторными дверями, которые за ними тут же магически захлопнулись.

Я проследовала в ажурно-цветочный библиотечный уголок, который ну никак не мог быть мужской половиной. Мужская больше напоминала строгий читальный зал Оксфорда с поправкой на Великолепный век. Зато в женской части стояли мягкие кресла, повсюду лежали уютные подушки с кисточками, можно было сесть за стол, можно на пол, можно возлечь на диванчик и предаваться… чтению, конечно же.