Звездопад для двоих

Я делаю шаг ближе, касаясь лбом прозрачной поверхности. И вдруг чувствую чьё-то присутствие сзади.

Тело напрягается само собой. Я резко оборачиваюсь. Сердце предательски сбивается с ритма.

— Я хотела побыть одна, — резко говорю я.

— Я тоже, — Марк останавливается в шаге от меня. — Похоже, нам сегодня придётся делить это желание на двоих.

Я отворачиваюсь обратно к иллюминатору.

— Неужели на станции мало места? Или просто решил таскаться за мной повсюду? — бурчу себе под нос.

— Космос слишком тесен для нас двоих, — усмехается он.

— Очень смешно.

Он становится рядом. Не касаясь. Но я чувствую его присутствие. Его теплое дыхание на своей щеке. И это раздражает сильнее всего.

Выпуклая поверхность иллюминатора создаёт маленькую нишу. Уютную и слишком тесную для двоих.

Но он всё ещё держит дистанцию. Оставляет мне пространство и возможность уйти.

И именно поэтому я остаюсь. Мы молчим. Секунду. Две. Кажется, будто мгновения тянутся целую вечность.

И вдруг он приближается. Делает буквально полшага вперёд. Склоняется над моей макушкой, почти касается моих волос. Я чувствую его дыхание кожей.

— Как же я люблю этот цвет, — шепчет он.

Я замираю. А потом резко разворачиваюсь.

— Не смей меня нюхать!

Он удивлённо смотрит на меня.

— Знаешь, вот никогда из-за внешности не комплексовала, — продолжаю я. — Но из-за тебя, похоже, начну.

— Почему это?

— Эта твоя “рыжуля”…

Он тихо усмехается. Смотрит почти нежно. А я задыхаюсь от возмущения.

— Ах так? — делаю шаг к нему. — А ну отойди.

— Да ладно тебе…

— Отодвинься.

Он не двигается.

— Я сказала — отойди, Марк! Дай мне пройти.

Он поднимает руки в примирительном жесте. И делает шаг назад, освобождая мне путь.

Проскальзываю мимо него и почти бегу, устремляясь от него прочь по коридору. И перед самым поворотом оборачиваюсь.

Он всё ещё стоит в нише. Смотрит в космос задумчиво и грусно. И почему-то выглядит таким одиноким.

Отворачиваюсь и быстро ухожу, пока он не обернулся. Как же он бесит! Давно не встречала таких. Или никогда.

Глава 5

Просыпаюсь за час до будильника. Это на меня не похоже. И откуда это странное чувство? То ли тревожность, то ли…

Закрываю глаза, силясь поспать ещё хотя бы немного. И перед внутренним взором встаёт вчерашняя встреча у видового иллюминатора.

Я почему-то слишком хорошо запомнила тот астероид, всполохи далёкой звезды, его лицо, всматривающееся в бескрайний космос.

— Прекрати, — бурчу себе под нос, натягивая халат.

Раз уж встала раньше времени, делать нечего. Приду на работу пораньше, чтобы загладить вину за вчерашнее опоздание.

Лаборатория встречает меня привычным гулом приборов и холодным неоновым свечением панелей. Заглядываю в рабочий планшет и почти успеваю расслабиться — древик стабилен, показатели в норме, влажность среды выдержана идеально.

И только потом замечаю его. Марк стоит у омнибокса — прозрачной капсулы, где медленно набирает силы космодея. Бутон цветка уже набрал силы и готов вот-вот раскрыться. Марк смотрит на зарождающуюся красоту с восхищением.Он наклоняется ближе к стеклу, проводит пальцем по интерактивной панели, просматривая данные. Свет ламп ложится на его профиль. Сосредоточенный, спокойный, строгий. Прекрасный.

Я останавливаюсь в паре шагов. Похоже, он меня не замечает.

Не подхожу. Просто смотрю со стороны. На то, как напряжены его плечи под тканью рубашки. На линию шеи. На квадратный подбородок. На высокие, чётко очерченные скулы. На серьёзные карие глаза, в которых сейчас нет ни тени “фирменной” ироничной усмешки.

Дьявол, как же он красив. Слишком. Я ловлю себя на том, что рассматриваю его дольше, чем положено.

— Прекрати, — снова мысленно шепчу себе. — Хватит пялиться на него!

Он всего лишь проблема. Ошибка системы. Человек, который вторгся в мою жизнь. И вообще…

Я резко отворачиваюсь и делаю вид, что изучаю планшет.

В этот момент дверь лаборатории резко распахивается. Странно, обычно Цесси не врывается по утрам ураганом.

— Маркусик! — визгливый голосок заставил меня вздрогнуть. — Вот ты где!

Мы оба оборачиваемся. Обладательницей высокого голоса оказалась стройная девушка со светлыми идеально уложенными локонами. Она стоит на пороге и сверлит Марка взглядом. На меня — ноль внимания.

— А я тебя всюду обыскалась. Пошла в центральный штаб станции, и мне подсказали, что ты тут. И так я тебя нашла!

Её звонкий голос будто сверлит голову изнутри. Хочу заткнуть уши пальцами и едва удерживаюсь от этого, осознав, что это будет выглядеть неприлично.

— Замечательно, — бормочет Марк с нескрываемой иронией.

— Я тоже очень рада, что нашла тебя здесь, — голосит она и быстрым шагом устремляется прямо к нему.

Я замираю. Она подходит вплотную. И… обнимает его за шею. Нет, буквально виснет на ней. При мне.

— Фух, еле успела. Вчера ты опоздала, Триша, а сегодня я чуть было… — зашедшая в лабораторию Цесси только сейчас кинула взгляд на эту парочку и узрела совершенно непотребное в стенах научной лаборатории зрелище.

— Соскучился? — сквозь улыбку мурлычет блондинка, не обращая на нас никакого. Она вообще не смотрит ни на кого, кроме Марка. Тот лишь моргает, когда она ведёт пальчиком по его груди.

В лаборатории повисает оглушительная тишина. Я чувствую, как где-то под рёбрами возникает неприятное, колючее и совершенно нелогичное чувство.

Что это? Какое мне дело до них?

Морщусь и отворачиваюсь, чтобы не видеть мерзкую картину. Нашли место для своих нежностей телячьих. Как не стыдно только? Тьфу!

Я отворачиваюсь, но краем глаза продолжаю наблюдать.

Марк явно не ожидал появления тут своей… девушки? Или кто она ему.

Он аккуратно, но настойчиво снимает её руки со своей шеи.

— Лия, — произносит он тихо. — Не сейчас.

Лия. Красивое имя. Девушка тоже. Под стать ему. Вот она какая утончённая с белокурыми кудрями и в красивом костюме. Не то что растрёпанная рыжуля какая-то.

— А когда? — улыбается она шире. — Ты в тот раз так резко ушёл. И пропал. Я тебя два дня искала!

Два дня? Это когда он так исчез? В тот вечер, когда ко мне явился? Ну вот зачем так делать? Сбегать от девушки и заваливаться домой к другой? Ну что за козлина всё-таки! Значит правильно говорят, что первое впечатление самое верное.

— Лия, давай вечером поговорим, — низкий бархат его голоса будто прожигает мне спину.

— И как мне вечера дождаться? — игриво лепечет Лия. А потом всё же сдаётся. — Ладно, буду ждать своего жениха.

Он лишь смотрит исподлобья.

— Тогда до вечера, любимый.

И, к моему абсолютному раздражению, она целует его в щёку.

Жениха?

Слово падает, как метеорит на поверхность планеты. Оставляя в неё дымящуюся рану. Я резко поднимаю голову. Он молча провожает её до двери. А невеста, задрав голову, гордо дефилирует мимо, не удостоив нас с Цесси и взглядом.

Когда дверь за Лией закрывается, а Марк поворачивается и растерянно смотрит на меня, тут же отворачиваюсь, пряча лицо за маской безразличия.

— Триша….

Он подходит сзади. Ну вот, я надеялась, что хотя бы догадается сейчас от меня отстать. Но нет, он непробиваем, как защитные контуры станции.

Делаю вид, что с интересом разглядываю древик за стеклом переносного бокса-минилаборатории.

— Триша, — вновь зовёт он, выглядывая из-за моей спины. — Я объясню. Давай поговорим?

— Не стоит, — обрываю я. — Меня это не касается.

Он делает шаг ко мне.

— Ты всё неправильно поняла. Всё не так, как выглядит.

Я усмехаюсь.

— Вы же даже не знаете, что и как я поняла.

— Мы опять перешли на “вы” что ли?

— Да! И попрошу и вас ко мне так обращаться.

— Ну ты чего…

Он протягивает руку, чтобы дотронуться, но я заранее веду плечом, давая понять, что мне неприятно от одной мысли об этом.

И в этот момент лабораторию пронзает резкий писк.

— Что это?!

Тревожный сигнал повторился. А затем прозвучал в третий и четвёртый раз.

Я быстро обвожу бокс взглядом. На панели вспыхивают красные индикаторы.

Экран загорается предупреждением: критическое состояние. Нарушение биоканалов!

— Чего?.. — выдыхаю я и бросаюсь к панели.

Показатели древика скачут. Температура ядра повышается. Проводящие нити темнеют. Пульсация ускоряется. Вот-вот растеньице завянет, о чём сигналит тревожная система бокса.

— Это невозможно, — шепчу я. — Мы же вчера стабилизировали контур. Полив по расписанию, удобрения в идеально выверенной пропорции… — зачем-то перечисляю все свои правильные действия, будто это поможет успокоить сирену.

Марк уже рядом. Без лишних слов он переключается в рабочий режим.

— Отвод энергии на тридцать процентов, — командует он. — Переведи на резервный канал.

Я киваю и начинаю вводить команды. Пальцы дрожат.

— Канал не отвечает!

— Тогда вручную.

Он наклоняется ко мне так, наши плечи почти соприкасаются.

— Смотри на меня, — говорит он твёрдо. — Ты знаешь систему лучше всех. Что происходит?

Я заставляю себя сосредоточиться.

— Нестабильность биополя… — бормочу. — Как будто кто-то вмешался в настройки.

Он быстро сканирует журнал событий. Его лицо становится жёстким.

— Ночью был удалённый доступ.

Я замираю.

— Подожди, ты хочешь сказать…

— Кто-то вошёл в систему в три двадцать ночи.

Древик внутри капсулы начинает светиться тревожным красноватым оттенком. Пульсация ускоряется.

— Если канал разорвётся, он погибнет, — шепчу я.

— Мы этого не допустим, — уверяет меня Марк.

Глава 6

Он смотрит на меня, и в его глазах нет ни тени насмешки. Только решимость.

— Помогай мне, Триша.

Не «подчинённая». Не «доктор Кейн».

Триша. Я сглатываю. Киваю. И впервые за это утро забываю о его невесте.

Потому что сейчас важно только одно — спасти Зленолистый древик.

А уже затем разбираться, кто именно решил сыграть с нами в эту игру.

— Что нужно делать? — спрашиваю, хотя пальцы уже сами тянутся к пульту.

— Перекрывай подачу питательной среды в сектор В, — Марк склоняется над соседней панелью, и его голос звучит чётко, без тени паники. — Я перенаправлю резервные каналы в обход повреждённого узла.

— Но если перекрыть сектор В, корневая система начнёт отмирать через два часа!

— Я знаю. — Он на секунду поднимает на меня взгляд — тёмный, сосредоточенный. — Поэтому у нас есть два часа, чтобы восстановить целостность канала.

Лаборатория наполняется звуками: гул систем, прерывистый писк датчиков, и моё сердцебиение, которое никак не удаётся выровнять. Я ввожу команды, а Марк параллельно работает с диагностикой. И вот что странно: как-то так получается, что мы совсем не мешаем друг другу. Никто не толкается, не лезет под руку. Наоборот — наши движения будто синхронизируются сами собой.

— Сектор В изолирован, — докладываю я.

— Принято. Запускаю обходной контур.

Подоспевший Сайтос бросается нам на помощь, но Марк отправляет его анализировать данные. На мониторе мини-бокса, где обитает древик, замедляется пульсация. Красное свечение внутри капсулы сменяется оранжевым, потом жёлтым. Я выдыхаю, но расслабляться рано.

— Кто это сделал? — спрашиваю, не отрываясь от экрана. — В журнале есть данные?

— Доступ был совершён с внутреннего терминала станции, — Марк хмурится, пролистывая логи. — Идентификатор подменён. Но это явно кто-то из своих.

— Своих? — я резко поворачиваюсь к нему. — Кому понадобилось губить мой проект?

Он смотрит на меня с непривычной серьёзностью.

— Не твой проект, Триша, а наш. И теперь у нас общий враг.

Часы идут незаметно. Мы проверяем логи, переписываем часть кода, усиливаем защиту. На его планшете несколько раз вспыхивает уведомление. Он каждый раз гасит экран, не читая.

— Вы как тут? — Цесси подходит сзади и кладёт руку на мою спину. — Справитесь сами?

— Всё уже под контролем, — киваю в ответ. — Иди спать.

— Уже девять, — говорит Марк спустя время. — Тебе нужно отдохнуть.

Сайтос давно ушёл, Цесси — тоже.

— Я не уйду, пока показатели не стабилизируются окончательно.

— Они стабилизированы, — Марк разворачивает ко мне монитор. — Осталось только наблюдение. Я останусь.

— И будешь наблюдать до утра?

— Я усилю слежение и закрою доступ к административным каналам. Потом — спать.

Я смотрю на него, не отводя глаз.

— Обещаешь?

Он едва заметно усмехается.

— Обещаю.

Сил спорить нет. Я отключаю свой терминал.

— Завтра займёмся аудитом доступа.