Танки не лгут

— От тебя — ничего, — маг покачал головой, и его длинные, почти до плеч, золотые волосы взметнулись вверх, словно из-под ног вдруг вырвалась струя воздуха. — Ник! — крикнул он снова. — Возвращайся со мной, и никто не узнает, что ваш Танк убил двоих Приспешников!

Эван нахмурился, не зная, как поступить. Если друид сейчас вдруг передумает и примет предложение ветрогона, ему придется драться с обоими — живыми Отступников он отпускать не собирался. Но если не примет…

Ему доводилось драться с магами. Борьба за органику в этом мире чаще всего шла насмерть. Но маги ветра, да еще такие сильные, судя по всему, ему до сих пор не попадались.

— Проваливай, Хилдебранд! — раздался напряженный голос Николаса, приглушенный каменной кладкой.

Хотя звук и разнесся по всему Оазису, маг безошибочно повернулся в нужную сторону.

— Никки, Никки, Никки… — протянул он и двинулся было к нужному Алтарю, но Эван поднял тесак в молчаливом предупреждении. Хилдебранд усмехнулся и покачал головой. — Я скучал, Ник, — заявил он громко. — Но ты разочаровал всех нас. И мне будет очень жаль, если придется тебя убить! — с этими словами резко подбросил вверх щепотку чего-то летучего, и в тот же миг в грудь Эвана ударила воздушная струя огромной силы.

Она швырнула его назад, буквально пришпилив к стене и не давая вдохнуть. Ноги при этом болтались над полом, и оттолкнуться Эван не мог. Тогда он положил ладони на стену и, оперевшись, толкнул тело вниз. Воздушный поток больно хлестнул по не защищенному нанощетками лицу, но зато Эван смог наконец отпрыгнуть от стены и включить тесак.

— Шустрый, — прокомментировал Хилдебранд и, подняв руку, подул на свою ладонь.

С его пальцев соскочили маленькие вихри — три или четыре, Эван не разбирался. Сначала крошечные, они на глазах увеличивались, набирали в себя песок, пыль и острые маленькие камешки раскрошившейся кладки Алтарей, грозя содрать неприкрытую броней кожу до самого мяса. Не дожидаясь, пока они вырастут окончательно и начнут охоту, Эван бросился вперед.

Первый бросок Хилдебранд предугадал, отбросив его струей воздуха. Второй — погасил, выставив вихревой щит.

— Успокойся уже, мех! — сказал он удивительно дружелюбно. — Ты мне не нужен. Только твой дружок.

Эван увернулся от зажимающих его в тиски вихрей, уже больше похожих на смерчи, и, разогнавшись, упал на пол, подныривая под щит.

— Он сказал, чтобы ты проваливал! — прорычал, приставляя тесак к горлу мага. — Что тебе от него нужно? — он перехватил руку ветрогона, чтобы тот не вздумал наколдовать еще что-нибудь.

— Ничего особенного, — Хилдебранд усмехнулся, глядя на него сверху вниз — вблизи он оказался выше Эвана на целую голову. — Вернуть домой.

С этими словами он подул Эвану в лицо, и по глазам резко полоснуло болью. Зажмурившись, Эван попытался наотмашь ударить тесаком, чтобы снести проклятому магу голову, но отлетел в сторону, сметенный очередным воздушным потоком.

— Отдохни, малыш, — раздался насмешливый и даже почти веселый голос, и Хилдебранд неспешно двинулся к Алтарю.

Из глаз хлынули слезы, силясь вымыть набившийся под веки песок, и Эван едва не закричал от боли, даром что боевой режим автоматически повышал болевой порог. И все же он попытался встать и двинуться вперед, но наткнулся на плотный вихревой щит.

— Николас, беги! — закричал он тогда, отчаянно надеясь, что магия друида позволит ему выбраться, и начал ожесточенно тереть глаза.

Ему удалось на мгновение приоткрыть их как раз в тот момент, когда поток воздуха вытащил отчаянно цепляющегося за сферу Ника из Алтаря. Поток подтащил его к Хилдебранду, и тот досадливо покачал головой.

Вынужденный снова зажмуриться, Эван услышал:

— Ну вот что с тобой делать, а, Ник? Неужели ты не знал, что я все равно тебя найду?

— Зачем тебе это, Хилд? — голос Николаса звучал сдавленно, но решительно. — У вас же сотни таких, как я. Вырастите себе нового мессию!

— Ты поэтому сбежал? — теперь ветрогон говорил вкрадчиво и даже, кажется, с сочувствием. — Не смог вынести открытия, что не один такой? Не думал, что в тебе столько тщеславия, Ник.

— А вы поэтому столько лет мне врали, Хилд? — вот теперь в голосе Николаса явственно слышалась горечь. — Думали, я буду стараться лучше, если поверю в свою исключительность?

— Исключительным тебя делает вовсе не твоя вера, — покачал головой Хилдебранд, и поток воздуха, повинуясь движению его руки, поставил друида на ноги. — Ты действительно исключительный, Ник, и знаешь это. Моим приказом было убить тебя и вернуть Древо, но ты же помнишь, я всегда был чересчур сентиментальным. Поэтому прошу… Идем домой, Ник, — и он протянул ему руку.

Сквозь пелену слез и муть песчаной пыли Эван смотрел, как Николас колеблется, а потом протягивает руку в ответ, и…

— Ах ты зараза! — взревел Хилдебранд, когда из рукава плаща друида метнулись странные коричневые щупальца, мгновенно оплетая протянутую ладонь и так же быстро поймав другую.

Стянув вместе запястья, щупальца подтянули их к голове, надежно заткнули ветрогону рот и потянулись было к ногам, но длины не хватило. Тогда щупальце на всякий случай обернулось вокруг локтей возмущенно мычащего мага и замерло, одеревенев.

Николас несколько секунд стоял неподвижно, словно шокированный своими же действиями, а потом встрепенулся и кинулся к Эвану. Смерчи и вихревой барьер исчезли, едва руки ветрогона оказались связаны.

— Эван! — Ник упал рядом с ним на колени. — Что с тобой?

— Ерунда, — выдавил Эван. — Песок в глаза набился. Щетки почистят, но нам нужно на Танк.

Словно услышав его, Танк снаружи победно заревел, давая понять, что справился со своими противниками и расчистил путь. Ник помог Эвану встать, и он, щурясь, оглянулся на дверь.

— Стой здесь, я проверю, — сказал он друиду.

Короткая вылазка на поверхность показала, что из пятерых танков двое были убиты, еще двое сбежали, а пятый неприкаянно бегал вокруг. Его ездок кормил песок кровью, раздавленный огромной лапой, и танк то и дело подбегал к его бездыханному телу, тыкаясь в него короткой лупоглазой мордой.

— Все чисто, — объявил Эван, с облегчением вернувшись в спасительную сейчас темноту. — Иди вперед. Я закончу здесь и догоню.

Николас не пошевелился.

— Он не убил тебя, — сказал глухо.

— Да, и в этом была его ошибка, — недобро усмехнулся Эван, включая тесак.

— Он не убил тебя, — с нажимом повторил Ник, перехватывая его руку. — И меня тоже, — добавил, поднимая на него взгляд.

— И что теперь? — выплюнул Эван, стискивая рукоятку тесака. — Он Отступник! И у него задание. Предлагаешь подождать и поглядеть, как чувство долга пересилит сентиментальность? — он усмехнулся и решительно выдернул руку из слабого даже для человека захвата. — Иди наверх, Ник, — приказал сухо. — Я быстро.

— Нет, Эван! — друид шагнул вперед, загораживая ему путь. — Ты не убьешь его.

— Тогда в следующий раз он убьет нас! — процедил Эван. — С дороги!

— Не убьет, если не дать ему возможности, — возразил Ник уже не столь решительно.

— Ты на что намекаешь? — глаза снова заслезились, и Эван вынужден был зажмуриться. — Я не потащу это отродье на свой Танк!

Ник некоторое время молчал, а потом шагнул к нему ближе.

— Он сильный маг, Эван, — прошептал на ухо. — Куда сильнее меня. И до сих пор он казался мне хорошим человеком. Возможно… Мы сумеем договориться.

Эван заколебался. В крови еще кипел адреналин, по щекам катились непроизвольные слезы, а глаза адски щипало. И все же… Все же Ник был прав. Чертов ветрогон определенно был чертовски сильным магом. Вместо песка в глаза он запросто мог наслать иссушающий ураган, просто высосав из них обоих жизнь — даже не заходя при этом в помещение.

— Ну а если нет, — наконец решил Эван, — я просто убью его позже, — и неохотно выключил тесак.

Глава 12

Нанощетки осторожно скребли роговицу, счищая с нее песок, и Эван видел каждое движение крохотных лапок. В эту минуту он отчаянно жалел, что не отсек голову ветрогона безо всяких разговоров.

— Эван, я его обезопасил, — сказал Ник, когда щетки оттянули нижние веки, запуская лапки под них.

— И что, я должен буду все время сидеть нагишом? — раздался насмешливый голос, и Эван метнул быстрый взгляд на пленника.

Тот сидел на полу в чем мать родила в расслабленной спокойной позе. Связанные щупальцами руки прикрывали пах, но казалось, будто это только потому, что ему так удобно, а не из стеснения. Ноги тоже были связаны, но уже самой обычной веревкой — той, что лежала у Эвана в сундуке.

— Какого черта ты убрал кляп? — процедил Эван заставляя себя снова перевести взгляд на потолок и не мешать щеткам.

— Дышать нечем, — ответил за Ника Хилдебранд. — Скажи лучше, чем вам мешали мои трусы?

— Я прекрасно помню о твоей предусмотрительности, — сухо сказал Ник.

— И ты нашел в них потайной карман, набитый прахом? — Хилдебранд усмехнулся. — А что, удобно. И запас, и достоинство зрительно увеличивает. Не то чтобы мне это было нужно, конечно…

Эван мысленно хмыкнул, а вслух строго приказал:

— Заткни его! Иначе поедет в багажном отделении.

— И ты позволишь ему с собой так разговаривать? — в тоне ветрогона звучало искреннее удивление.

Эван снова скосил глаза.

— Заткнись, — буркнул Ник и бросил на бедра ветрогону мембрану-полотенце.

— А вообще-то я могу тебя понять, — Хилдебранд даже не попытался прикрыться. Вместо этого он огляделся и кривовато улыбнулся. — Отличный танк ты себе отхватил. И Наездник ничего так. Симпатичный. Как твои глаза, мех? — он поймал взгляд Эвана и все тем же дружелюбным тоном закончил: — Надо было выбить их струей песка.

— Надо было, — согласился Эван, против воли усмехнувшись. — Что ж не выбил-то?

— А это ты у нашего Никки спроси, — Хилд осклабился и перевел взгляд на мрачного друида. — Ну давай, скажи уже: “Спасибо, дядя Хидди”, — он повысил голос, кривляясь.

— Да пошел ты! — резко ответил Николас и развернулся к Эвану. — Закинешь меня наверх? Ну в смысле, когда они закончат… — добавил, чуть смутившись.

— Ага, то есть мне тут с твоим “дядюшкой Хидди” миловаться, а тебя, значит, наверх? — Эван глянул на него, и вкупе с растянутыми щетками веками взгляд должен был получиться жутким. — Сиди тут и сторожи. Ну или мы всегда можем спустить его в багажник к змеям. В сушеном виде.

Николас поморщился. Он уже не раз просил Эвана выкинуть “мертвечину”, но у того просто рука не поднималась так бездарно слить удачно добытый “золотой запас”.

Друид нахмурился еще больше, а Хилд наоборот неожиданно развеселился.

— Надо же… Стоило попасть в этот унизительный плен ради того, чтобы посмотреть, как тобой командует мех, — протянул он язвительно и глянул на Эвана с любопытством. — Сколько в тебе человеческого? — поинтересовался затем, ввергнув Николаса в ступор. — Процентов сорок?

— Все, что есть, все мое, — ответил Эван, нарочито лениво растягивая слова.

— Откуда ты… — начал Ник растерянно, но потом умолк и продолжил уже почти с яростью: — Ты знал! Знал, что есть другой мир! — он шагнул с Хилдебранду, сжимая кулаки.

Тот перестал улыбаться и посмотрел на него… с сочувствием?

— Конечно, знал, — вздохнул устало. — И поверь, это была самая страшная тайна за всю мою жизнь.

Николас замер, глядя на него, а потом отвернулся и подошел к окну.