Танки не лгут

Маг вскинул глаза — взгляд у него был затравленный.

— Я не знаю, — выплюнул он неожиданно зло. — Не знаю, ясно тебе? Я не умею читать мысли! И не буду этого делать!

— Ладно-ладно! — Эван выдернул ладонь из его руки. — Успокойся. Я разве прошу? Ты сам об этом заговорил.

Глаза мага на секунду вспыхнули зеленым, и он резко отвернулся, сжав кулаки.

— Извини, — сказал так тихо, что Эван едва расслышал.

— Да ничего… — сбитый с толку такой реакцией, Эван скомандовал щеткам очистить руку и осторожно положил ладонь ему на плечо. — С тобой все… — начал он было, но тут маг вскрикнул и вывернулся из-под его руки, шипя будто от боли.

— Я же просил! — рявкнул он, морщась. — Не трогай меня!

Уязвленное самолюбие хлестнуло жаром по щекам.

— Простите, ваше величество, — процедил Эван и склонился в шутовском поклоне. — Не хотел оскорбить вашу милость. Позвольте недостойному проводить вас в покои? — закончил ядовито и сделал приглашающий жест в сторону расчищенного коридора.

Маг посмотрел на него каким-то странным взглядом и быстро пошел вперед.

Глава 9

Старинный механизм не имел отношения ни к магии, ни к биомеханике. Ржавые, занесенные песком и пылью шестеренки не шелохнулись, пока их хорошенько не прочистили нанощетки.

— Что внутри? — спросил маг напряженно.

— Склеп, — неприязненно бросил Эван. Разговаривать с этим напыщенным ублюдком совершенно не хотелось.

Маг стиснул губы и молчал, пока Эван открывал огромную дверь, со всей силы налегая на рычаги. Обычному человеку или меху послабее было с этой задачей не справиться, да и не так уж много осталось на планете людей, знавших тайну Оазиса, так что Эван был почти уверен: со времени его охоты на змеев в здешних катакомбах никто не бывал.

Наконец дверь открылась достаточно широко, и они смогли по очереди протиснуться внутрь.

Эван включил на тесаке режим освещения, и его лезвие засветилось холодным голубоватым светом, освещая катакомбы на несколько метров вокруг них.

— Черта с два это оазис! — маг весь ссутулился, будто пытаясь спрятаться под плащом. — Если тут была жизнь, ей нужно было солнце. А тут сплошная тьма!

— Крыша над нами прозрачная, — пояснил Эван, подняв тесак как можно выше. — Просто ее занесло песком. Когда-то здесь было очень много света.

Маг недоверчиво на него покосился и пошел вперед.

Гладкие стены из биометалла были неподвластны времени. Они отражали свет тесака, и было неплохо видно очертания огромных Алтарей и тянущихся между ними труб.

Маг решительно устремился к самому большому Алтарю.

— Что это? — спросил он, касаясь рукой каменной кладки.

— Не узнаешь? — искренне удивился Эван. — Алтарь твоей магии. Здесь когда-то росло дерево. Самое большое на всей планете.

— Алтарь? — переспросил маг и нахмурился. — Мне не нужен Алтарь, чтобы колдовать.

— Тебе виднее, — пожал плечами Эван. — Говорю, что знаю.

Это было чертовски странно. У магии были свои законы, и до сих пор Эван был уверен, что даже Отступники вынуждены были их соблюдать, даром что пытались перекроить мир по-новому.

Маг обошел Алтарь, ведя пальцами по каменной кладке, и задрал голову. Это был самый большой Алтарь. Его стенки образовывали перевернутую трапецию, расходясь широко в стороны над его головой.

— Ты можешь поднять меня наверх? — спросил он напряженно.

— Нет, — отрезал Эван и сложил руки на груди. — Я не умею поднимать людей куда бы то ни было, не касаясь их!

Маг развернулся к нему и некоторое время буравил его взглядом, в котором невозможно было ничего прочесть.

— Дело не в тебе, — наконец сказал он — медленно, будто взвешивая каждое слово. — Просто постарайся не трогать плечи.

Злость и раздражение схлынули, будто их вовсе не бывало. Эвану стало на мгновение неловко за свою гордыню. Настолько привычный к оскорблениям, он увидел их там, где на самом деле было нечто совсем иное. Он вспомнил болезненную гримасу мага, как тот дернулся прочь от его руки, и нахмурился.

— Я понял, — он шагнул к нему и осторожно обхватил за пояс, другой рукой придержав под локоть. — Так нормально?

— Да, — маг напряженно поджал губы, но от боли не кривился.

Не тратя времени зря, Эван оттолкнулся и запрыгнул вместе с ним на край Алтаря. Тот был предсказуемо пуст, и только на самом дне остался небольшой слой серой пыли.

По лицу мага можно было понять, что он ожидал чего-то другого. Растерянно оглядевшись, он вытянул вперед руки, и с его ладоней вниз потекли светящиеся зеленые нити.

Это было красиво. Эван завороженно смотрел на этот мягкий колдовской свет, совершенно, впрочем, не понимая, для чего он нужен.

— Слишком высоко, — сказал вдруг маг и, сияние исчезло. Он присел на корточки и, схватившись рукой за стену, спрыгнул вниз.

Пыль взметнулась облаком, а когда осела, маг оказался в ней по колено. Но этого ему показалось мало. Присев, он опустил руки в пыль, и зеленый свет оказался погребен под почти непрозрачным пологом.

Так он простоял довольно долго, а потом устало сел на пятки и поднял голову.

— Что это? — спросил у Эвана, зачерпнув пыль погасшими ладонями.

— Не знаю, — Эван очень осторожно соскользнул вниз, стараясь не потревожить мельчайшие невесомые частицы. — Наверное, почва. То, что от нее осталось.

— Почва? — переспросил маг и растер пыль между пальцами. — Это не похоже на песок.

— Ну песок — это песок, а почва — это почва, — Эван приказал нанощеткам освободить руки, и тоже зачерпнул горсть почти невесомой субстанции, похожей на пепел. — Песок был лишь частью почвы. Самые твердые ее неорганические частички. Почва же была смесью органики и неорганики. Только органика там была такая, что практически не могла использоваться магами. Честно говоря, я в этом не силен, — признался он затем. — Знаю только, что Алтари были наполнены особой почвой, что питала деревья. За ней ухаживали, кормили и поили. А когда Оазисы разорили Отступники и выжали из них всю органику, какую смогли, почва умерла. Наверное, это ее прах, — он подкинул горсть пыли в воздух.

— Нет, — ладони мага снова засветились, и он снова опустил их к самому полу. — Я чувствую что-то. Совсем слабо, едва уловимо, но что-то чувствую.

— И снова не знаешь, что? — уточнил Эван, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало насмешки.

— Понятия не имею, — вздохнул маг, и от его дыхания вверх взметнулось маленькое серое облачко пыли.

Он снова стал возить руками по земле, закрыв глаза и напряженно прислушиваясь к себе. Эван честно выждал десяток минут, а затем спросил:

— Так что будем делать? Скоро стемнеет, и тут будет холодно как в могиле.

— Мне нужно принести сюда Древо, — отозвался маг рассеянно, не прекращая своего занятия.

— Ну это и до утра ведь подождет, — Эван шагнул к нему. — Идем. Температура тут упадет намного сильнее, чем снаружи.

После особенно холодных ночей они иногда вынуждены были ждать, когда щетки очистят чешуи от осевшего на них инея, прежде чем двинуться в путь, и маг, конечно, не мог об этом забыть.

— Нет, на ночь мы здесь не останемся, — покачал головой маг и неохотно поднялся на ноги. — Нужно принести Сферу.

Эван вздохнул, прикинул время и предложил, уверенный, впрочем, что маг откажется:

— Давай я принесу. Я быстро.

Маг глянул на него исподлобья.

— Нет! — сказал он резко. А затем помолчал и неохотно добавил: — Но ты можешь двигаться быстрее, чем я иду, верно? — Эван усмехнулся и кивнул. — В таком случае, ты мог бы… — он умолк, стиснув зубы, будто необходимость договорить фразу вызывала у него острые душевные страдания.

— Мог бы что? — Эван развеселился, но постарался не подать виду слишком явно. — Понести тебя?

— Забудь, — процедил маг. Он постоял несколько секунд, размышляя, а затем сжал кулаки. — Ладно. Принеси ее сюда. Осторожно! — процедил сквозь зубы. Его тон и поза снова вызвали раздражение, но потом маг посмотрел ему в глаза и повторил глухо: — Осторожно, Эван. Ты понял меня?

По его обеспокоенному, испуганному взгляду стало вдруг понятно, что злился он вовсе не на чертового меха, сующего нос не в свои дела, а на обстоятельства, вынудившие его просить помощи, а может, даже и на самого себя — что вообще оставил Сферу в Танке.

— Я мигом, — заверил его Эван и, не тратя времени, выпрыгнул из Алтаря.

Глава 10

На среднем ускорении ему понадобилось всего несколько прыжков, чтобы пересечь огромный зал.

При виде него прилегший отдохнуть Танк резко вскинул голову, готовый мчаться вперед при необходимости, но, поняв, что маг остался в катакомбах, положил голову обратно на песок. К сундуку мага — специально выращенному образованию на стене — Эван шел с некоторым трепетом. До сих пор все, что было связано с магией, оставалось для него табу, и лишь этот странный маг — Николас — как будто вовсе не знал о том, по каким правилам живет этот мир. Черт побери, это было почти смешно: друид среди мертвых песков, не ведающий про Алтари, почву и биологическую природу танков. Откуда он вообще взялся?..

Эван уже положил руки на теплую бархатистую плоть крышки, когда ему вдруг пришла в голову очень нехорошая догадка. В этом мире были люди, которые отрицали правила. И у них даже имелось подходящее название.

Сфера будто как-то узнала, что крышку открыл не ее хозяин — клубы тумана под толстым стеклом беспокойно взметнулись, закружились, забившись о стенки.

— Да тише ты, — сказал Эван, будто туман был живым существом. — Сейчас отвезу тебя к твоему… — он замолчал, не желая произносить вслух ненавистное слово. Да и к тому же пока что это была лишь догадка.

Он обхватил Сферу ладонями и вдруг понял, что это никакое не стекло. Теплый гибкий материал вздрогнул в его руках и весь как будто сжался.

— Ничего себе… — выдохнул Эван и осторожно вынул Сферу из гнезда. И едва не выронил, когда Танк вдруг взревел и рывком вскочил на ноги.

Крепко обхватив Сферу одной рукой, Эван выглянул в окно. Уже сильно стемнело, а модификации настоящего ночного зрения у него не было, но зато была функция усиления контраста. В сумерках — то что надо. Со стороны Урбы, единственного оставшегося на планете большого города, к ним приближалось несколько крупных танков. Песочное облако, поднятое их лапами, не давало возможности определить точное количество, зато отлично помогало понять скорость. Они неслись к Оазису на всех парах.

— Защищай вход! — крикнул Эван, спрыгивая на землю. — Никого не пускай!

Танк ответил глухим рычанием, и Эван помчался вперед, включив усиление на максимум. Конечно, существовала вероятность, что танки и их всадники спешат куда-то по своим делам. Пробегут мимо и благополучно скроются вдали.

Но нужно было быть наивным идиотом, чтобы верить, будто эта вероятность существовала в данной конкретной реальности.

— Быстрее! — выдохнул он, запрыгивая в Алтарь. Пыль взметнулась, накрывая их с магом с головой. — Там патруль или что-то в этом роде. Надо убираться! — он сунул Сферу Нику в руки и обхватил его за пояс, не тратя время на дальнейшие объяснения.

Маг весил мало, но в скорости Эван все равно немного потерял... Ровно настолько, чтобы не успеть.

Он уже протискивался в дверь, когда раздался предупреждающий рев Танка, и его гигантское тело надежно запечатало собой выход из коридора.

— Что случилось? — крикнул маг. — Что с ним?!

— Ничего, я думаю, — Эван поставил его на землю. — Закрыл выход, чтобы никого не пустить внутрь.

— И что теперь? — от напряжения Ник вцепился в сферу, крутя ее в руках и, кажется, собираясь вот-вот броситься на выручку Танку.

— Жди здесь, — Эван указал ему место за дверью, а сам подбежал к закрывшему выход боку.

Экстренный способ связи был долгим и не слишком удобным, но все-таки был. Положив руку на чешую, Эван отдал приказ нанощеткам. Чтобы запомнить и передать сообщение, целому отряду ползучих крошек нужно было добраться до перчатки биоса, а потом вернуться обратно. Готовый в любой момент среагировать, если Танк сдвинется с места, Эван на несколько минут застыл неподвижно. Наконец щетки вернулись и снова присосались к коже.

“Все в порядке, Ван, — зазвучал в голове спокойный голос Танка. — Пятеро. Слабые, но быстрые. Я раздавлю их утром”.

Облегченно выдохнув, Эван похлопал по чешуе и вернулся к маячившему в проходе магу.

— Пять небольших танков, — сообщил он новости. — Они ничего не смогут сделать нашему Танку, но слишком быстрые, чтобы с ними сражаться сейчас. Он нападет утром, когда они растратят энергию и подвижность, а маги изведут на него как можно больше ресурсов.

— Ты уверен, что они не причинят ему вреда? — в глазах Николаса читалось искреннее беспокойство, и это чертовски нравилось Эвану.

— За тридцать лет его жизни я встретил только одного мага, который смог хоть что-то с ним сделать, — пожал Эван плечами. — За тридцать лет упорных поисков, прошу заметить. И этому магу потребовалось пять дней ритуалов и прорва змеиной крови, чтобы сделать частичное Обновление. При этом магия действовала изнутри. А снаружи, против воли, да на каких-то там гекконах да амейвах* — эти маги разве что пару чешуй поцарапают. Так что… — он огляделся и вздохнул. — У нас есть проблемы поважнее.

________________________________________________

*Амейвы (лат. Ameiva) — род ящериц из семейства тейид.

________________________________________________

— Какие еще… — начал было Ник, но замолчал, увидев, что изо рта со словами уже вырывается пар.

Эван кивнул, прикидывая как лучше устроиться на ночлег. Поближе к Танку и поверхности было бы теплее, но если тому выдастся удобный случай напасть, он молниеносным рывком прыгнет вперед, обнажая вход, и кто знает, не воспользуются ли этим нападавшие. Поэтому разумнее было забраться внутрь, в один из Алтарей, и притаиться там. Мага в любом случае придется греть всю ночь — здесь ему даже чай свой заварить не из чего.

— Идем, — наконец решил Эван и пошел внутрь, выбирая самый маленький Алтарь.

Сфера в руках мага светилась мягким светом, и его было вполне достаточно, чтобы видеть на усиленном контрасте окружающие предметы. Выключив Тесак, Эван деактивировал боевой режим, переведя щетки в режим ожидания. “Чешуя” осталась на его теле, но щетки больше не ловили каждое его движение, не были готовы действовать самостоятельно и не держались друг за друга специальными электрозамками. Их тельца и лапки по-прежнему представляли собой сложную вязь, но теперь при большом желании образованную ими бронеткань можно было разорвать.

Небольшая — по грудь Эвану — перевернутая пирамидка Алтаря нашлась у самой стены в дальнем углу. В ней тоже была пыль, но совсем немного, по щиколотки. Не раздумывая долго, Эван сел прямо в пыль и прислонился спиной к стене, меняя настройки терморегуляции.

— Сними плащ и иди сюда, — сказал он Николасу, не заботясь о том, что слова звучали скорее как приказ. В конце концов, именно из-за мага они сейчас вынуждены были прятаться, как крысы — единственные млекопитающие, что еще остались на планете.

Он видел, как ноздри Николаса дрожат от негодования, слышал усиленным сейчас слухом — чтобы вовремя услышать, если Танк двинется с места, — его шумное дыхание. Он даже чувствовал запах пота и адреналина, хотя усилений обоняния у него не было.

А потом маг сел на корточки и протянул ему Сферу.

— Не отдавай им это, — его голос дрожал, а глаза зажглись зеленым колдовским огнем. — Если меня убьют или схватят — не отдавай. Садись в свой Танк и уезжай так далеко, как только можешь.

— Толку от этой штуки без тебя? — криво усмехнулся Эван и осторожно положил руки на теплые бока Сферы. — Зачем мне помогать Отступнику? — спросил затем жестко и схватил попытавшегося отшатнуться мага за запястья. — Дважды Отступнику, надо полагать, так ведь? — зеленый огонь в глазах Николаса погас, и теперь он просто испуганно таращился на него. — Чего хотят от тебя твои дружки? Отвечай, ну! — Эван тряхнул его, и туман в Сфере беспокойно заметался.

— Им нужны я и Древо, — Ник ответил неожиданно четко, а взгляд его из испуганно стал решительным. — Но я не Отступник! Я ни от чего не отступался.

Это прозвучало чертовски странно — что, впрочем, было неудивительно. В этом маге было странно абсолютно все.

— Объяснись! — потребовал Эван сухо.

Ник некоторое время молчал, а потом обернулся и кивнул на окружавшие их стены.

— Откуда ты знаешь, что это называется Алтарем? — спросил он неожиданно. — Тебе так сказали, верно? — Эван осторожно кивнул, не понимая, куда тот клонит. — Однажды человек, чьему мнению ты доверял, привел тебя сюда и объяснил, что это Оазис, а это Алтари, в которых насыпана почва, чтобы в ней росли священные деревья. Все правильно?

— Допустим, — согласился Эван осторожно. — И что?

— А что, если кто-то другой, кому доверяю я, сказал бы мне, что это место называется Склеп, это могилы великих магистров, удостоенных чести быть здесь захороненными, а пыль в них — их священный прах? — маг вгляделся в его лицо, ища понимания. — Если бы ты не видел, как растут деревья… Не видел бы стеклянной крыши над головой, чему бы ты охотнее поверил на моем месте?

Эван нахмурился. Он понимал, о чем говорил маг — и, кажется, готов был догадаться, о чем тот действительно хотел сказать, прячась за выразительными образами.

— Ты вырос с одной стороны мира, — продолжил тем временем Николас, понизив голос. — Я — с другой. И у меня не было двух разных версий, чтобы выбирать, какой из них верить.

— Тебя воспитали Отступники? — понял наконец Эван. — Ты жил в их общине?

Маг кивнул и опустил голову.

— Я даже не знал, что в мире есть что-то еще, кроме нашей Башни, — теперь его голос звучал глухо. — Был уверен, что все люди на земле — маги. Думал, что избранный. Что исполняю предназначение. Как бы не так, — он горько усмехнулся, выдохнув очередную струю пара.

Помедлив, Эван разжал пальцы и осторожно забрал у него Сферу.

— Сними плащ и сядь ко мне вплотную, — скомандовал он. — Быстрее, пока не замерз окончательно.

На этот раз Ник послушался. Вот только от соприкосновения с холодными полом и стеной его мгновенно затрясло. Эван вернул ему Сферу и без церемоний подхватил под мышки, сажая себе на колени, а затем с головой укутал обоих плащом.

В мягком голубоватом свете Сферы он видел, как стремительно краснеют уши Ника, а на не слишком красивом, но волевом и выразительном лице играет очевидное смущение.

— Сколько тебе лет? — спросил Эван, вдруг осознав, что, похоже, считал мага старше, чем он есть на самом деле.

— Столько же, сколько тебе было, когда тебя механизировали, — буркнул Ник, поджимая ноги. — Похоже, возраст инициации в наших мирах одинаковый.

— Похоже… — рассеянно кивнул Эван. Да уж, дела... Он думал, парень хотя бы тридцатник разменял. — И как получилось, что ты сейчас здесь? Чего тебе дальше не жилось в этой твоей Башне?

Николас вздрогнул — то ли от холода, то ли от вопроса, и Эван обнял его на всякий случай. И в том, и в другом случае поддержка была не лишней, раз уж ее принимали.

— Ты много знаешь о магии, — тихо, практически шепотом ответил Ник после долгого молчания. — Знаешь, что нужна органика. Но в Урбе вы разводите крыс, охотитесь на змей… то есть змеев. А в Башне…

— А в Башне выращивают растения? — догадался Эван.

Ник повернулся к нему, и от его взгляда стало почти страшно. Затравленный, полный боли и… ненависти.

— Нет, — глухо ответил он. — Растение там было только одно.

Что-то было в его тоне… Что-то такое, отчего Эван не решился расспрашивать дальше. Вместо этого он опустил руку и осторожно погладил едва ощутимо вибрирующую поверхность Сферы.

— Это ведь не стекло… — сказал тихо. — А что тогда?

Ник поежился, еще больше подбирая под себя ступни, и Эван свел ноги, зажимая его худые колени между своими и добавляя еще немного температуры.

— Оболочка Древа, — ответил Ник и едва слышно добавил: — Спасибо.

— Постарайся поспать, — посоветовал Эван, невольно поглаживая Сферу пальцами. — Можешь на меня откинуться.

Маг, разумеется, остался сидеть как сидел, напряженно вглядываясь в Сферу, но через несколько минут все же немного расслабился.

— Ты сказал, мозг роботизирован на двадцать процентов, — сказал он, чуть повернувшись. — А тело?

— Да черт его знает, — Эван прислонился затылком к стене. — Мне как-то все равно. Я могу все то же, что и обычный человек и плюс еще хренову тучу опций в придачу.

— Все? — Ник с интересом на него покосился. — И у тебя могут быть дети?

— Конечно, — Эван пожал плечами. — Почему нет?

— И они будут обычными людьми?

— Может, людьми, может, магами, — глаза Ника распахнулись в изумлении, и Эван хмыкнул. — А ты думал, маги только у магов рождаются? Тогда бы вы все повыродились давно.

Выразительное лицо Николаса снова ожесточилось.

— Вот, значит, как… — протянул он. — Ясно, — и снова уткнулся в свою Сферу, будто там, в туманной глубине, ему показывали что-то невероятно увлекательное.

Эван не стал лезть не в свое дело и выяснять, что именно стало вдруг ясно. Он обнял Николаса покрепче, сцепив руки в замок у него на поясе, и закрыл глаза, выставляя настройки чувствительности слуха. Спать, конечно, было бы ошибкой, но подремать, прислушиваясь, вполне можно.

Глава 11

Слой песка над округлой крышей был таким толстым, что, даже настроив чуткость слуха на максимум, Эван не мог расслышать, что происходит снаружи. И все равно он прислушивался: именно сейчас, в самое холодное время суток, когда маленькие танки с небольшим аккумулятором становились сонными и малоподвижными, растратив за ночь энергию на обогрев Наездников и боевой режим, Танк должен был пойти в атаку.

Маг спал. Эвану удалось греть его всю ночь в кольце своих рук, не тратя при этом слишком много энергии: плотный плащ, пропитанный какой-то магией, надежно изолировал выделяемое им тепло. А вот пол был ледяным. Николас забрался на Эвана полностью, умудряясь не касаться каменной поверхности даже ногами, в то время как сам Эван основательно замерз — тепло уходило в камень, как вода в песок, и повышать температуру было бесполезно, лишь ресурсы зазря расходовать. Оставалось только греть мага и гадать, может ли биомеханический организм простудиться.

Прислушивался он не зря. Рывок Танка был молниеносным и наверняка результативным: сквозь щель двери, оставленную на случай, если придется срочно спасаться бегством, Эван явственно расслышал крики и ругательства. Впрочем, те быстро оборвались. Затем истошно заверещал чужой танк, зарычал еще один.

Николас проснулся, вскинулся, но Эван удержал его от поспешных действий.

— Жди тут, — шепнул он, активируя броню, и осторожно, стараясь действовать как можно тише, сгрузил мага на пол.

После чего поспешно выпрыгнул из Алтаря.

Как раз вовремя — в проем двери не без труда протиснулся высокий человек. Поначалу Эван решил, что это мех — уж больно атлетичной была его фигура. Но в руках у него не было оружия, и, попав в темное помещение, он несколько секунд стоял в нерешительности, а затем сделал странный жест рукой, будто подбрасывал что-то в воздух. Вокруг него вихрем взметнулось светящееся облако.

Довольно улыбнувшись сверкающей белозубой улыбкой — далеко не у всех магов были такие прекрасные зубы, — он взмахнул руками, и светящиеся частицы разлетелись по всему залу, словно струи песка на ветру. А потом маг сложил руки рупором и крикнул:

— Ник! Эй, Ник! Выходи уже.

От всей души понадеявшись, что Николасу достанет ума сидеть тихо, Эван дезактивировал тесак, чтобы не показывать его возможности раньше времени, и вышел вперед.

Струи колдовского света немедленно метнулись к нему, взъерошив волосы.

— Чего ты хочешь, маг? — спросил Эван, гадая, почему тот пришел один, без своего меха.