Дышу тобой, словно воздухом

Хотя знаю от чего. Я не хочу оставаться одна. Не хочу, чтобы он уходил! Мне почему-то нужно, чтобы этот мужчина остался здесь. Так странно…

Или это всё же мой страх, который преследует с детства? Меня слишком часто оберегали, и чаще всего это сопровождалось одиночеством. Да, скорее всего.

— Подожди, — соскакиваю с кресла и бегу к нему, но меня останавливает цепь на ноге. Она натягивается до предела и не даёт мне дойти до двери.

Замечательно! Я, оказывается, максимум могу дойти только до той полоски света. Значит, дверь я даже потрогать не смогу.

Чувствую, что мужская фигура замирает. Не знаю, какая сила меня заставила встать и произнести это, но я сама в шоке от себя.

Слышу хмык, а потом звук, закрывающийся двери и засова. Он ушёл.

И вот вроде облегчение должна ощущать, а мне как-то дико грустно стало. Тоскливо. И страшно одновременно. Как я могу испытывать такие эмоции к тому, кто выкрал меня из родного дома и держит тут на цепи? И самое ужасное, что страх каким-то невероятным образом постоянно пропадает.

Все же одиночество тоже медленно убивает. Но ведь, не лучше ли одной тут сидеть, чем чувствовать давящую атмосферу и ждать возможную угрозу от этой огромной фигуры. А я почти уверена, что он огромен. Такие руки мощные у него.

Зашибись! И что это за реакция была? Какой-то «хмык». Да? Нет? Вернусь? Подумаю? Может быть? Блин, похоже, с ним я тоже с ума сойду.

Скрещиваю руки на груди и иду к матрасу, чтоб хотя бы закутаться в плед, потому что очень холодно.

И стоит нащупать плед рукой, как дверь снова открывается.

Скажите, что это он! Пожалуйста!

Замираю в этой позе собачки на матрасе и жду. И теперь уже такие родные ботиночки появляются снова в полоске света.

Фу, Сера, какие родные?!

Ура! По правде говоря, во мне вспыхивает такая радость, что я, не сдержавшись, вместе с прихваченным пледом бегу к нему, но меня снова останавливает цепь, до лёгкой боли натягиваясь на ноге. Блин, следы ведь потом останутся.

И как же хорошо! Я вот сейчас эту цепь зацеловать готова. Потому что я ведь чуть не запрыгнула на него от радости. Как же это всё странно. Этот мужчина вызывает во мне противоречивые эмоции.

Правда, от резкого торможения за ногу, чуть не падаю, и меня ловят те самые руки.

Одну я уже видела до локтя, а вот вторую ещё нет. Ну, они как бы одинаковые, но почему-то я этому факту тоже радуюсь. И пусть этот незнакомец поймал меня просто за локти, но прикосновение тёплое, я бы даже сказала горячее, меня оно словно оживило.

Во-первых, по телу снова прошёлся ток, только такой тёпленький и бодрящий. Но я это оправдываю тем, что я просто рада. А во-вторых, я увидела ещё одну часть тела. Словно мозаику собираю.

Но вот первая волна радости прошла и снова накатывает ужас происходящего. Он же меня держит, а еще я сама к нему подбежала! Ну, не дура ли?

Ой, а запах какой у него приятный. Прямо такой лёгкий, с примесью чего-то хвойного и… Не могу объяснить, но будто это аромат его тела. Боже, да как я могла такое вообще унюхать? Я же не альфа и не омега, просто человек, и поэтому не могу различать запахи.

— Спасибо, — вымученно улыбаюсь. Лихорадочно думаю, как сделать так чтоб отпустил, но и просить не пришлось.

Потому что, убедившись, что я, наконец-то, стою на своих двоих, он быстро убирает руки.

Шумно втягивает воздух и выдыхает, словно пытается успокоиться.

Я что, настолько ему противна? Или от меня воняет?..

Это наверно и хорошо, значит, он меня трогать, точно не будет. И значит, не опасен. Как бы и радует такой факт и как бы я расстроилась.

Все-таки я девушка. И ощущать себя отвергнутой не очень приятно.

Да что за дурные мысли, Сера? Может, я с ума сошла?

Глава 5

Прикусываю губу и медленно двигаюсь от него к своему матрасу. Ладно, он решил составить мне компанию, как я и хотела, но отчего тогда страх накатывает волнами? А я вообще точно хотела, чтобы он остался? Или это что-то с моей психикой не так?

Этот парень… или мужчина, всё ещё не двигается. Я только дыхание его слышу. Такое тяжёлое и слегка порывистое. Будто ему воздуха в лёгких не хватает, и он так громко втягивает его. Ой, а может, он болен чем-то? Одышка ведь не просто так у него! Может, проблемы с сердцем или он перенёс серьёзное заболевание, связанное с лёгкими. Немой, так ещё и физическое здоровье слабое.

Странно, что его поставили в охранники, хотя, конечно, с такими ручищами, думаю, он меня удержать сможет это точно. Все же тельце у меня слабое. Достаточно просто за запястье схватить и я уже в тисках. А вот…если я буду бежать, тут возможно небольшое преимущество все же будет на моей стороне. Сей факт все же меня обрадовал. Только вот не повезло бедняге точно. А может, он и голоса лишился из-за болезни?

Отчего-то мне стало так его жаль. Даже страх улетучился. Я забралась на матрас и села, осторожно касаясь прохладной стены спиной. Тяжело выдохнула, не сводя взгляда с темноты, которая окутывала моего охранника.

Хотя… Погодите-ка. В тот момент, когда я впервые увидела его огромные руки, я невольно приняла его за альфу. Ведь всем известно, что представители этого вида отличаются исключительным здоровьем. И их организмы словно созданы из стали, а мускулатура развита настолько, что обычные люди могут только мечтать о подобном.

Я прожила бок о бок с отцом и братцем Грэем всю свою жизнь в особняке, и ни разу не припомню, чтобы кто-то из них жаловался на недомогание. Их единственным недугом всегда оставалось мрачное настроение. Вечно серьёзные, нахмуренные лица, от которых порой становилось не по себе. Хотя, справедливости ради, папа всегда преображался, стоило ему увидеть меня. Его лицо озаряла тёплая улыбка.

Это одна из характерных черт истинных альф. Глубокая эмоциональная привязанность к своему потомству. Как бы суров и грозен ни был альфа, отцовские чувства никогда не покидают его сердце. Даже самые свирепые и безжалостные представители этого вида не могут устоять перед очарованием собственных детей. И это неоспоримый факт, проверенный.

Но тогда кто же этот человек передо мной? Определённо не альфа. Просто крупный молодой человек с впечатляющей мускулатурой, но со здоровьем, явно у него проблемы. Интересно, сколько же ему лет? В этой темноте невозможно разглядеть даже его лица, не то, что определить возраст.

Странное чувство, мне почему-то отчаянно хочется это знать. Не могу объяснить причину, но почему-то, кажется, что если он окажется примерно моего возраста, мне станет гораздо спокойнее.

Слышу, как он шумно выдыхает, а затем он двигается в сторону кресла. Полоска света освещает ботинки, когда он садится в него.

И что теперь? Он будет просто пялиться на меня молча? Да блин, он же немой. Постоянно забываю про этот факт.

Заматываюсь в плед, обхватывая колени руками и прижимая их к груди. Тут холодно. Ноги заледенели. Мои туфли, похоже, слетели, когда меня похитили из особняка, и теперь ступни абсолютно голые.

Интересно, а как меня сумели похитить прямиком из родного дома, где куча охраны и камер? Ещё и в мой день рождения. Родители, наверное, очень расстроены и ищут меня. Надо отвлечься, а то совсем раскисну.

— М… ну… это, — прокашливаюсь, — а сколько я тут нахожусь?

В ответ получаю тишину.

— Ой, снова забыла, — говорю, опускаю плечи, смотря на узкое окошко, и начинаю размышлять вслух.

Все что угодно, лишь бы не впасть в уныние и тоске по родным. Ну и в дикий ужас от всего происходящего.

— Могу предположить, что около суток, потому что, когда я очнулась, полоска света была в том же месте, где сейчас твои… ноги, — кидаю быстрый взгляд. — Интересно, как долго меня тут продержат? Если дольше недели, то чувствую, что скоро заболею и умру. Нет, ну, правда, — шумно вздыхаю. — Тут так холодно… Можно мне хотя бы носки? Я пальцев не чувствую на ногах.

Смотрю на тень, что восседает на кресле. Ни шороха, ни звука, ничего. Ладно, раз молчит и не двигается, значит, я его не особо напрягаю.

— Носки бы мне не помешали. И ещё бы зубную щётку с пастой… — вздыхаю. — А если бы я смогла помыться, то было просто прекрасно.

Добавляю я, скользя взглядом по тёмным ботинкам. Такое ощущение, что я разговариваю с обувью.

Он наверное думает, откуда во мне столько наглости, чтобы требовать от похитителей столько всего. Ну, а что поделать? Холодно же.

— Ну, понимаешь, я ведь девушка. И привыкла к ежедневным водным процедурам. Полежать в тёплой ванне с приятными ароматными маслами и включить любимую музыку. Что может быть лучше? У меня уже тело начинает чесаться, целые сутки... — дёргаю нервно плечом, ощущая себя как не в своей тарелке.

Но продолжаю дальше болтать вслух. Ну, а что? Раз молча сидит, значит, я ему не мешаю. А так хоть не скучно и с ума не сойду от тишины.

— Ещё и это платье неудобное. Оно, конечно красивое. Ты же видел его, да? Ну, сейчас оно в ужасном виде, скорее всего. Смятое, да и грязное, а было нежно-розового цвета, как лепестки пиона. Это мои любимые цветы. Запах же обалденный? Ты ведь нюхал хоть раз пионы? — спрашиваю я.

Смотрю выжидающе несколько секунд, пока с той стороны помещения не раздаётся тихий вздох. Не знаю, что это означает, но я продолжаю рассказывать.

— Мне его сшили на заказ по моему эскизу. Я ведь модельером хочу стать, и рисовать люблю. Шить я сама пыталась одежду, и даже неплохо выходило, но пока что для этого нужен огромный опыт. Я ещё вязать умею. Недавно моей младшей сестрёнке связала носки и шарфик. Малышке Софи уже два годика. Она такая милая… — улыбаюсь, вспоминая её. — Я ей волосы заплетала и гуляла с ней по саду… И кто теперь будет с ней гулять? Мама, наверное, очень сильно расстроилась.

Прикрываю глаза. Пытаюсь отогнать грустные мысли. Ну вот пыталась отвлечься и опять меня туда потянуло.

— Я же почти два года под домашним арестом была, — хмыкаю, продолжая болтать, — вот и научилась всякому. Я бы и тебе носки связала, будь у меня пряжа, спицы или крючок, ну и освещение, естественно. Без света я не умею вязать. Хотя некоторые люди прекрасно справляются. Я даже видела, как слепые бабушки вяжут. Прикинь? Это ж какое мастерство нужно.

Медленно, словно пытаясь успокоить собственное волнение, я позволяю себе немного расслабиться. Решаю, что пора размяться. Тело затекло от долгого пребывания в одной позе. И он вроде не двигается и пока ничего плохо мне не делал. Решаюсь. Поднимаюсь с матраса, сбрасываю с себя плед и делаю глубокий вдох.

— Всё тело затекло, — произношу я, поднимая руки вверх и делая плавные взмахи, чтобы размять затекшие суставы. — Ох, этот корсет так мешает! — недовольно морщусь и начинаю распускать шнуровку в области декольте, ослабляя корсет. Делаю глубокий вдох и выдох.

О-о-о-о…надо было давно так сделать.

Затем продолжаю разминку, насколько позволяет моё пышное платье. Поворачиваю голову из стороны в сторону, разминая шею. Мои кудрявые волосы освобождаются от причёски и рассыпаются по плечам, а шпильки с тихим звоном падают на пол.

— Ой… Знаешь, я недавно начала заниматься йогой. Здесь такая удивительная тишина, что было бы идеально для практики, — задумчиво произношу я, бросая взгляд на ботинки незнакомца, которые едва виднеются в полоске света.

Внезапно до меня доносится тяжёлое, прерывистое дыхание. Снова ему плохо…

— А у тебя давно проблемы с дыханием? Может, астма? У моей бабушки была астма и аллергия на шерсть. В молодом возрасте это переносится легче. Сколько тебе лет? — спрашиваю я, а потом хлопаю себя по лбу. — Ой, точно! Извини, забыла, что ты не можешь говорить. Но мне так интересно…

Делаю осторожные шаги в его направлении, не отрывая взгляда от ботинок. С каждым моим движением его дыхание становится всё более тяжёлым. Боже, только бы не потерял сознание!

Подхожу почти вплотную и протягиваю руку в темноту, пытаясь нащупать его силуэт.

— Ты не против?

Мои пальцы неожиданно касаются чего-то мягкого — волос! Осторожно, стараясь не напугать этого странного человека, провожу рукой по длинным прядям на его макушке, ощущая под пальцами их шелковистую мягкость. И почему это так мне нравиться?

— Вау, у тебя такие приятные волосы на ощупь! Мягкие… — восхищаюсь я, продолжая исследовать его причёску.

Опускаю руку ниже, к виску, и обнаруживаю, что там волосы совсем короткие, практически выбритые. Подушечки моих пальцев начинает покалывать, словно от статического электричества. Как странно…

— О, у тебя очень интересная причёска, — бормочу я, позволяя себе более смело исследовать его лицо.

Вторая рука присоединяется к первой, и я уже без стеснения ощупываю его кожу на лбу и висках.

— Хм, у тебя такая гладкая кожа, и, кажется, совсем нет морщин. Значит, тебе точно меньше тридцати лет, — делаю я вывод. — Я угадала?

В ответ только тяжёлое, прерывистое дыхание. Глубокие, судорожные вдохи наполняют пространство. И кажется воздух стал сгущаться, наполняться электричеством. Или это все еще от прикосновений к нему у меня такие ощущения по телу пробегают раз за разом? Как же это... странно…

— Тебе плохо? — обеспокоенно спрашиваю я.

И тут происходит то, чего я совсем не ожидала. Слышу, как он шумно втягивает воздух носом, а затем из его горла вырывается какой-то утробный, даже животный рык. В следующий момент массивная ладонь крепко перехватывает мою кисть, сжимая её с такой силой, что я невольно морщусь от боли.

Боже… Неужели я его разозлила? Что я вообще творю? О чём я только думала? Ой дура… совсем забыла, что это мой похититель!

Паника начинает медленно разливаться по венам…

Привет! Приглашаю вас в ещё одну историю литмоба "Во власти альфы":

Ты здесь лишняя, Принцесса
https://litnet.com/shrt/36hO

Глава 6

Паника захватывает меня целиком, беря в плен мои руки и ноги, что я каменею и не двигаюсь.

После жуткого внутриутробного рыка мужчина делает рукой резкий рывок на себя и я падаю в темноту. Приземляюсь на что-то значительно твёрдое и немного бугристое. Эти бугорки невероятно горячие, обтянуты в мягкую ткань футболки. Вздымаются так прерывисто и высоко, будто ему до критического не хватает воздуха, и он делает жадные вдохи.

Вторая огромная рука зарывается мне в волосы. Боже, она почти всю мою голову может обхватить сзади. Прижимает к этим самым буграм, и я слышу невероятно дикий и глубокий вдох на макушке.

Он что меня там нюхает?

Одной рукой он всё так же удерживает запястье, а второй фиксирует мою голову у себя на груди.

Я лежу на нём! Мамочки, здесь такая широченная грудь, что я теперь боюсь сказать даже какого он размера. Нет, люди однозначно не бывают такими... А это значит...

Паника затапливает с головой, начинает разрывать сознание на части, и я не сразу понимаю, что происходит. Просто замираю и не двигаюсь. Хотя это почти невозможно. Он слишком крепко держит. Прижимает мою голову. Его пальцы немного гладят волосы, но своей фиксации не снимают. От этого действия, кажется, моя кожа пупырышками покрылась. Вообще, странная реакция тела. Я дико боюсь и одновременно, где-то на периферии сознания, ощущаю странный трепет. Такой, что хочется начать нежиться в его объятьях и начать мурлыкать.

Наверно от страха всё во мне в хаос пришло. Тьма поглотила меня, раскрыв свою пасть и удерживая вот в таком странном положении.

Ничего не вижу, но зато из-за этого, стали подключаться другие органы чувств.

Его запах могу теперь отчётливее почувствовать. Терпкий, но ненавязчивый. Что-то хвойное и цитрусовое. А ещё нотки мяты. Той самой, которую я люблю добавлять в чай. Говорят, она успокаивает. Не знаю, правда ли это. Но вот сейчас она ни капельки не успокаивала. Наоборот, заставляла мою кровь по венам циркулировать намного быстрее, и жадно начать вдыхать этот странный аромат.

Ой, совсем с катушек ты слетела, Сера. Нюхаешь кого попало.

Я, может, и лежала, словно замершая статуя, но сердце колотилось с бешеным ритмом, отбивая по рёбрам песню страха и ужаса.

Меня приводили в шок его размеры. Он же огромен. Если это только его грудь, то я боюсь даже представить какой он целиком. Ой, похоже, это тот пазл, который я не очень уже хочу собирать.

А можно вернуться к беседе с ботинками?

Очередной глубокий вдох от него, и он сжимает пальцы у меня на макушке. Собирает волосы и оттягивает назад. Заставляет оторвать голову от его груди и запрокинуть её. Зажмуриваюсь от боли. Страх с новой волной окатывает мое тело. Хотя куда уже сильнее бояться-то?

Молчание — золото, Сера. Почему ты всегда забываешь наставление папы!

Похоже, я сильно его разозлила. Мамочки, а как теперь обратно его вернуть в состояние покоя?

Ощущаю, как меня откровенно разглядывают, но боюсь открывать глаза, да и нужно ли? Всё равно ничего не увижу. Мрак, в котором мы находимся, лишь поглощает.

Чувствую касание на своей макушке. Не понимаю, какой частью тела он коснулся: нос, губы, подбородок? Но я резко распахиваю глаза и, как и ожидалось, ничего не вижу.

— Если тебе не нравятся касания, то просто хмыкни или вот как сейчас недовольно и шумно выдохни. И я правда сразу пойму и больше так делать не буду, — говорю я поспешно, голос немного дрожит, но попытку я всё же сделала.

Про мычание больше не заикаюсь, потому что это ему явно еще в прошлый раз не понравилось.

Ну, вот как я, по-твоему, должна была понять, что тебе не нравится? Молчал же…

Слышу хмык в макушку, и он так же резко отталкивает меня, как и притягивал.

Уф! Мы что договорились?

Спросить не решаюсь, и вообще меня покачивает, кажется, я накачала лёгкие его запахом и страхом, от чего ноги жутко ослабели. И стоит остаться без его поддержки, как я рухнула на ледяной бетонный пол. И если бы не пышная юбка, то точно разбила бы колени.

Ботинки, что были сейчас в поле моего зрения, зашевелились. Я всем телом ощутила массивность его фигуры. Тяжесть поступи и даже то, как он открыл дверь, а потом захлопнул её.

Я ошиблась. Он не человек. Он – альфа.

Руки всё ещё подрагивали, но с его уходом воздух в пространстве этой комнаты однозначно стал легче. Уф, нет, одной гораздо лучше сидеть. А поболтать я и с мебелью могу. Да хоть с раковиной. Опыт с ботинками уже есть.

Не трогать больше злого, немого, охранника ни при каких обстоятельствах.

Но в моей голове не укладывается, как он, являясь альфой, а я уже в этом не сомневалась, может иметь такое здоровье? И если его невозможность говорить, я ещё могу как-то оправдать, например, язык в наказание отрезали, или ещё какие увечья получил от альф при разборках, то вот астму... Ну, никак.

В его гене точно есть изъян. А может, поэтому он взялся за эту работу? Ему больше никакой другой не светит?

Да и чёрт с ним! Мне после таких «бесед», нужно дыхание выронить и в себя прийти. И вот теперь даже не знаю, как себя с ним вести.

На всё ещё ослабевших ногах, добираюсь до раковины и брызгаю воду в лицо, стараясь охладиться.

Зато я согрелась. Он невероятно горячий. Даже ноги, касаясь бетона, больше остужаются, чем замерзают.

Большую часть дня, по крайней мере, я думаю, что время близилось к вечеру по полоске света, скромно проникавшую в мою обитель. Он так и не пришёл. Это хорошо. Я всё же успокоилась и смогла проанализировать, сделав кое-какие выводы.

Он молод. Все же его кожа слишком гладкая, ну, может, старше меня, но точно не за тридцать. Хотя альфы ещё хорошо сохраняются. Но мой опыт с папой и братом, даёт преимущество прийти именно к такому умозаключению. А ещё его причёска. По сути, очень современная. Его вдохи... были слишком странные, хотя тут я могу ошибиться, слишком сильно испугалась и могла дезориентироваться. Но то, что он сильный и мощный — это неоспоримый факт. Возможно, под два метра ростом.

А раз он альфа, то злить его точно не стоит. Думаю, настроением он таким же, как мои родственнички.

Живот начал протяжно бурчать. Он наверно в наказание меня оставил без обеда.

— Но хоть ужин бы принёс. Я ведь не усну.

Сажусь на матрас и кутаюсь в плед. Тепло альфы меня покинуло, и теперь я жутко мёрзну.

Не успеваю себя бедненькую и голодную пожалеть, как звук от замка будит мои надежды на ужин.

________

Привет! Хочу показавать вам ещё одну новинку литмоба "Во власти альфы".

"Где шепчет опасность"
https://litnet.com/shrt/kPdI

Глава 7

Сказать, что я была рада приходу альфы, ничего не сказать! Я даже подпрыгнула на месте, вот только не ринулась к нему, как в прошлый раз. Смогла удержать свою задницу на месте. Хоть мои глаза за сутки и успели привыкнуть к темноте, но я по-прежнему ничего не видела. Только тяжёлые шаги и шумный вздох. Ох, ещё и жар ощутила всем телом, исходящим от альфы. Хотя, как такое вообще возможно? Наверное, сидя в темноте, чувства обостряются сильнее.

Кажется, альфа подошёл к столу и поставил поднос. В нос сразу ударил запах свежей еды. Желудок снова заурчал, требуя хоть кусочка пиши. Вот честно, от запаха у меня чуть голова не закружилась и слюни едва не начали капать изо рта.

Сглотнув, я облизнула губы, вглядываясь в темноту. Послышался новый шорох, похожий на бумагу или пакет. Непонятно. Мой охранник снова шумно вздохнул, а затем, кажется, направился в сторону двери. Уходит?

Нет, это конечно хорошо. После того, как он обнюхивал меня, удерживая на своей огроменной груди, я едва ли сердечный приступ не получила. Нет, это ж надо! И чего он нюхал-то меня вообще?

Ой… я ведь не была в душе так давно! От меня воняет?

Притягиваю рукой прядь своих волос и внюхиваюсь. Волосы пахнут сыростью и остатками запаха маски для волос. А тело? Обнюхиваю себя как могу.

Блин… Я грязная и вонючая. Тело чешется так, будто по мне жуки ползают. О боже! А если у меня заведутся вши? Хотя нет, они же не могут выжить в таких условиях. Здесь ведь сырость и можно подхватить всякую заразу. Клопы… земляные блохи.

Обхватываю себя руками, замирая на матрасе.

Может, поэтому и тело чешется? Они уже на мне?

Едва ли с ума не схожу от этой мысли. Я хочу в душ и домой… Хотя бы в душ! Папа, почему ты так долго? Меня же здесь сожрут всякие кровососущие. Хотя бы крыс пока не видно. И тут ужасно холодно. Я снова не чувствую своих ног.

Я даже слезу пускаю от своей тяжёлой участи. С трудом поднимаюсь с матраса и иду к столу. Нужно поесть.

В тусклом свете, пробивающемся сквозь щель в стене, я разглядела поднос, а на нём настоящее сокровище! Ароматное овощное рагу, свежий кусочек хлеба, дымящийся чай и… шоколадка! Невероятно! Глаза расширились от удивления, руки задрожали от предвкушения.

Но это было ещё не всё. Рядом с едой я заметила какой-то странный предмет. Осторожно прикоснулась к нему пальцами — мягкая, приятная ткань. Носочки? Тёплые, уютные носочки! От неожиданности я замерла, не в силах поверить своему счастью.

Сердце забилось часто-часто, подпрыгнуло к самому горлу от радости. Я прижала их к груди, наслаждаясь шелковистой мягкостью, вдыхая едва уловимый аромат шерсти. Сорвала бирку и торопливо натянула их на замёрзшие ноги.

О, какое блаженство!

Тепло разлилось по всему телу, прогоняя озноб и страх. Теперь даже воображаемые насекомые, которые, как мне казалось, ползали по коже, перестали пугать.

Рагу оказалось удивительно вкусным и наваристым, с пряными травами. Я съела каждую крошку, даже не пытаясь оставить что-то на после. Откусила кусочек хлеба, наслаждаясь его хрустящей корочкой. Взяла кружку с горячим чаем и шоколадку, вернулась к своему матрасу.

Устроилась поудобнее, укутавшись в тонкий плед, и стала медленно попивать чай, отламывая маленькие кусочки шоколада. Каждая секунда этой простой радости казалась бесценной. Ноги в тёплых носочках постепенно согревались… Эх, какой же это всё-таки кайф.