По краю мечты

Ну вот и я верю. Появится в один прекрасный день, подарит огромный букет цветов, заплатит мои долги за жильё, сделает ремонт в ванной, прибьёт чёртову полочку в спальне, купит новый диван в зал, обнимет и пожалеет... А я ему суп варить буду, котлеты жарить, рубашки гладить, ждать с работы, радоваться совместным выходным, плакать иногда в его плечо...

Вообщем, да, у всех есть мечта. У меня вот такая.

Только времени на её осуществление у меня совсем нет. Ленка, конечно, изредка таскает меня по клубам, но там все принцы какие-то не такие...

Я смахнула скупую слезу и накрылась одеялом до самых ушей. Скоро весна, а с ней придут новые надежды...

В конце концов, я ведь вполне себе ещё ничего. Есть же на свете мужики, которым и двое детей не помеха... Должны быть, по крайней мере. Я не хочу в этом сомневаться. И от всей души надеюсь, что один из них попадётся рано или поздно на моём пути. Лучше, правда, пораньше - так уже всё без него надоело, хоть плачь...

***

Стандартное утро.

Проспали как обычно. На целых пятнадцать минут. Кофе с бутербродом сыну, чай и английскую косу на длинных волосах дочери, а себе... Ничего. Я на работе кофе попью и расчешусь, всё равно капюшон надевать - дождь...

Димка через дорогу к остановке, мы с Машей в сторону детского сада, оттуда и до работы рукой подать.

Вечная спешка. Бесконечные опоздания. Хронический недосып. И всё равно ничего не получается...Так хочется иногда южного солнца, солёного моря, крика чаек над головой, обжигающего песка под ногами, увидеть хоть раз в жизни настоящие пальмы, попробовать какую-нибудь пина коладу или мохито, или чего там сейчас модно... Это как увидеть Париж и умереть...

Но нет. Тут нескончаемые дожди, тоска хоть на стены лезь, беспросветная нехватка времени и сил... Даже пожалеть себя и выплакаться некогда уже который месяц подряд. А годы идут, часики тикают...

Вытерла капли дождя со щёк, прежде чем толкнуть дверь офиса...

- Всем привет.

Девчонки дружно закивали и заулыбались. Конечно, они или сами за рулём, или их мужья в такую погоду на машине доставили - сухие вон все, с причёсками и макияжем...

Ладно, сейчас и я займусь.

Плюхнулась за свой стол, достала из сумки зеркальце, карандаш, тушь и помаду, обвела один глаз, торопливо накрасила ресницы...

Дзынькнула музыка ветра на двери - клиент пришёл...

Тьфу ты, чёрт. Сгребла в ящик косметику и поджала губы, хлопая на вошедшего одним накрашенным глазом.

Мужчина удивлённо окинул взглядом помещение и едва заметно улыбнулся. Понятное дело - восемь девушек в одном кабинете, только улыбаться и остаётся...

Конечно, он предпочёл подойти к Аллочке. Высокая стройная брюнетка с чётким, в меру ярким макияжем на безупречном лице и совершенной причёской на идеальных волосах цвета воронова крыла - мечта поэта, да и сидит ближе всех ко входной двери. Все мужики как один первым делом шаг к ней делают.

А уж Алка в свою очередь всем мило улыбается и отправляет либо к начальнице Раисе Васильевне, либо к Ленке, либо к Ирке - именно они первыми принимают заказы. При этом меняться местами с кем-нибудь из девчонок Аллочка категорически отказывается, привыкла видите ли...

На этот раз она отправила посетителя к Лене. Та приосанилась, с деловым видом отложила бумаги и несколько раз щёлкнула по клавиатуре наманикюренным ноготком, закрывая вкладки и всем видом показывая, что ради клиента готова отложить все текущие дела.

Я с завистью вздохнула. Если бы я тоже умела вот так общаться с заказчиками, то, наверное, давно бы встретила своего принца... А тут, за самым дальним столом у стены, меня вообще не видит ни один клиент - так, предмет мебели, не способный радовать глаз настолько, чтоб вообще меня не замечать.

А он ничего... На принца вполне потянет - вон какая улыбка. Только не мне адресованная. Да и нечасто нас здесь такие вот мужики в деловых костюмах своим присутствием балуют, основной контингент - пожилые дачники и хитрые дамочки, мечтающие оттяпать у соседей лишний метр. А тут сразу видно, что дядя серьёзный, с большим проектом... Для таких предполагаются серьёзные фирмы с солидным оборотом и настоящими профессионалами своего дела, а не подобные нашему скромные конторки. Впрочем, мне-то что, пусть Ленок с ним разбирается.

Только к обеду мне удалось наконец докрасить второй глаз - дверь хлопала безостановочно, народ как с ума посходил. Впрочем, неудивительно - скоро лето, всем хочется этот самый лишний метр картошкой засадить...

- ...Девочки, я за шавермой, кому взять?

- ...А я в Макдак, кто со мной?

Я лишь втянула голову в плечи - я вроде как для всех на диете. Когда девчонки разошлись, достала контейнер с капустным салатом. Вот на обеде я совершенно не против остаться тут одна - домой бежать лень.

Мысли снова переключились на редакцию... Надо оно мне вообще? Явно платить миллионы там не собираются... А с другой стороны, это всё равно лучше, чем в каком-нибудь шалмане посуду до трёх ночи скрести... Ладно, вечером схожу посмотрю ещё раз, как там и что. Про зарплату поконкретнее разузнаю...

Сегодня знакомый путь показался в разы короче. Я больше не плутала по дворам, успела даже к семи. Дом уже не представлялся таким зловещим и необычным - просто старое здание без какого-либо ремонта, таких сотни в городе...

Нажала на звонок, ожидая, что дверь откроет Эдуард Михайлович. Но из-за створки высунулся голову вполне миловидная женщина лет пятидесяти, приветливо улыбнулась и отступила на шаг назад, пропуская меня внутрь. А я как-то не подумала, что сейчас увижу тут ещё кого-нибудь...
Неуверенно пробормотала:

- Здрасьте... Я уборщица...

Я же уже работаю тут, да?! Раз меня сегодня Эдуард Михайлович ждёт...

Женщина улыбнулась ещё шире:

- Да, Эдуард говорил... Проходите. Меня Татьяна Ивановна зовут...

Я выдавила улыбку:

- Очень приятно...

Эдуард Михайлович встретил меня как старую знакомую - поднял взгляд и изобразил подобие улыбки. Мне даже стало как-то неловко от собственных раздумий в течении дня о том, стоит ли приходить сюда снова или нет. А ещё я познакомилась с частью коллектива редакции - две дамы возраста Татьяны Ивановны, строго оглядевшие меня с ног до головы, и один весьма обаятельный джентльмен тех же лет и ростом даже ниже моего, ухмыляющийся во все тридцать два белоснежных зуба, оказавшийся единственным журналистом, выезжающим на всякие места аварий и преступлений. У каждого были отдельные весьма обширные кабинеты, в которых мне предстояло убираться. На мой робкий вопрос о том, что находится в остальной части дома, Татьяна всплеснула руками, покосилась на Эдуарда и зашептала громовым шёпотом на весь этаж:

- Он что, тебе даже экскурсию не провёл?! Ну чурбан же... Пойдём, покажу и расскажу...

Тот только театрально закатил глаза к потолку...

То, что я увидела в обширном зале по левую руку от входа, вызвало огромное любопытство - там стояли печатные станки. Не новые современные, а достаточно допотопного вида, но вполне приличные. Большие и непонятные... Потрясающие. Только сразу видно, что много лет бездействующие...

Татьяна водила меня по пустующим складам, занимающим весь первый этаж, и рассказывала о том, что когда-то тут было настоящее издательство со своей типографией, выпускавшее, помимо "Времени", несколько научных журналов, брошюры, открытки, женские тонкие газеты на два оборота, работали здесь молодые перспективные репортёры... Но в начале девяностых всё пошло псу под хвост. Теперь вот держится на плаву одна газетёнка, и то с трудом...

Когда-то на верхних этажах был дом быта, ателье, ремонт обуви и часов, позже - офисы таксистов, парикмахерские и кабинеты маникюра...

Но здание давно висит в списке требующих капитально ремонта, поэтому даже последние наниматели одного из помещений на третьем этаже съехали ещё год назад.

В итоге заняться "уборкой", а точнее перекладыванием и распределением газет, мне так и не удалось сегодня, как и задать вопрос о зарплате...

Постеснялась я спросить о деньгах и на следующий день, и через день, и после выходных...

Вообще, если не брать в расчёт неопределённость в плане оплаты, которую мне уже просто неудобно было озвучивать вслух, приходить в редакцию на два часа по вечерам мне стало доставлять удовольствие. Наверное, все эти люди, по возрасту годящиеся мне в родители, были ближе для меня по духу, чем девчонки из агенства... Там - все молодые, красивые, перспективные, со своими интересами и планами, а тут - спокойная тихая размеренная жизнь без каких-то попыток казаться лучше, чем есть на самом деле...

*3*

Спустя месяц я настолько освоилась, что взяла на себя смелость не просто разбирать старые выпуски газет и по очереди мыть деревянные полы с облупившейся краской в кабинетах. Я самовольно раскладывала готовые аккуратные стопочки и папочки по полкам огромных стеллажей в кабинете Эдуарда Михайловича, наводила порядок в шкафу у Татьяны Ивановны, протёрла окна и батареи даже в пустующих кабинетах, заваленных той же макулатурой почти до потолка... Никто против ничего не говорил, и я воспринимала это как согласие с моей инициативой.

Свежий выпуск газеты выходил раз в две недели, и это событие, как я поняла, традиционно отмечали чаепитием с тортом всем коллективом. Помимо продажи в розницу, на "Время" существовала подписка, и, по словам Татьяны Ивановны, за это полугодие она даже подросла в сравнении с предыдущими годами...

Эти люди стали для меня какими-то по-своему близкими. Не смотря на тесное дружеское общение, никто не рассказывал ничего о себе - ни о семьях, ни о проблемах, ни о детях-внуках... Все разговоры касались только редакции и того, что хоть как-то относилось к газете, и меня это почему-то радовало. Не нужно было врать о том, как у меня всё хорошо в жизни, что я себе купила, где отдыхала, как я провела выходные...

На самом деле для меня выходные - это исключительно безвылазное сидение дома. Чудесная каша на завтрак в компании детей, блинчики на обед и какой-нибудь мясной шедевр на ужин. Весь день мультики по телеку и книги со сказками по вечерам для дочери. Хорошими сказками, про принцев, такими как "Золушка" Шарля Перро, "Дикие лебеди" и "Русалочка" Андерсена, "Король Дроздобород" братьев Гримм...

Никакой улицы и прогулок - мы все устаём от этого за неделю. Я обязательно по пятницам после работы забегаю в магазин за продуктами, чтобы потом два дня не выходить вообще. Димка, конечно, частенько уходит к друзьям, но вечером неизменно является в неплохом настроении и даже не ворчит о школе и невыносимых учителях...

Выходные - это всегда хорошо. Это как маленький праздник, и мы все его с нетерпением ждём, начиная с самого понедельника...

Ну вот как? Как в таком ритме жизни найти время для поиска принца? Никак. Просто ждать и верить, что рано или поздно он сам меня найдёт - судьба там или стечение обстоятельств, или высшие силы помогут... А у меня сил нет. И времени. Да и возможностей тоже...

Пусть девчонки твердят на все голоса о том, что надо прилагать усилия для того, чтобы чего-то добиться в жизни. Пусть прилагают, они молодцы. А я просто не могу прыгнуть выше головы. Поздно... И в глубине души я знаю, что надежда на принца - просто мечта, абсолютно несбыточная, но позволяющая мне хоть во что-то верить и чего-то ждать...

И в этом плане работа в редакции имела свои плюсы - здесь я не ждала. Я просто видела себя в этих людях через пару десятков лет - никаких жалоб на судьбу, преданность "своим" людям, которых у меня, правда, до сих пор нет, и верность "своему" делу, которое, я, конечно, тоже пока не нашла...

Поэтому новость о том, что мои услуги уборщицы больше не нужны, оглушила обухом по голове.

Когда Эдуард Михайлович вручил мне конверт с деньгами и грустно пробормотал:

- Ну вот, Сонечка, надеюсь, Вы на нас не в обиде... Вы очень славно потрудились, и мне, право, жаль с Вами прощаться. Но на днях здесь появятся новые люди из числа руководителей... Порядки тоже, полагаю, будут новые, и Вы можете больше не приходить... Впрочем, коллектив останется прежним, и если хотите, я попрошу за Вас...

Он поднял на меня внимательный выжидательный взгляд. А я только глупо моргала глазами, не веря своим ушам... Вот значит зачем я разгребаю весь этот сказочный кавардак? Чтобы новому руководству удобнее и проще было?

Растерялась. Едва слышно проговорила в ответ:

- Я ещё не доделала всё, что хотела. Приду завтра... Подумаю заодно... Спасибо, - я помахала конвертом. - До свидания, Эдуард Михайлович.

Чуть больше месяца. Всего ничего. Я не успела привязаться к этому месту и к этим людям. Мне не жаль. Найду новую работу. Это вообще было не моё место - здесь должна была работать какая-нибудь женщина на пенсии, которой деньги нужны ещё больше, чем мне. Я тут чужая...

Но обыграть свои чувства не получалось. Мне правда было жаль до слёз.

Весь следующий день я сидела в конторе как на иголках. Даже девчонки заметили, что на мне лица нет, но стандартная отговорка про ПМС срабатывает всегда безотказно, если не хочется ни о чём говорить.

После обеда снова припёрся тот самый "принц", снова к Ленке, в двухсотый раз уже наверно за этот месяц. Девчонки давно шушукались на тему того, что он неспроста так зачастил в нашу организацию, и отпускали шуточки о том, что Ленка специально не оформляет правильно бумаги, чтобы он приходил почаще...

Вообще, действительно странно, что она не дала мне составить схему, сама пыхтела... Да и ладно, разберутся.

Но именно сегодня подруга сдалась. Попросила у принца извинений, встала из-за стола и подошла ко мне с листом в руках. Ну ещё бы, кто тут молодец в этом деле? Конечно, Сонечка.

- Сонь, глянь, а... Надо в частную собственность оформлять... Вот придомовая территория... Вот соседний дом... Это во дворе недалеко отсюда кстати...

Я с умнейшим видом взяла в руки исправленную нсколько раз от руки схему, чувствуя на себе цепкий взгляд "принца". Жаль, очков на носу нету, а то как раз бы пальчиком поправила сейчас...

Вот это да...

Не может быть...

Наверное, лицо у меня сильно вытянулось, раз мужчина тоже поднялся и сделал пару шагов к моему столу.

- Что-то не так? Тут вот спорная территория, - он тыкнул пальцем в край листа.

Я перевела дыхание:

- Это же типография, да? Газета "Время"...

Ленка и "принц" переглянулись и синхронно кивнули головами.

Я подняла взгляд на мужчину и встретилась с его глазами... Ореховые... С зеленоватыми крапинками... Удивлённые немного, но вполне внушающие доверие... Добрые какие-то что ли... Красивые точно...

Я тряхнула головой и сцепила руки перед собой.

- А Вы, собственно, какое отношение к этому зданию имеете? - мой голос дрогнул, а в голове вихрем закружились коварные мысли о том, как вообще изгадить эту чёртову схему так, что её в жизни не одобрили.

Взгляд мужчины мгновенно стал другим. Глаза сузились, обдавая меня холодом и немым укором. Я невольно поёжилась, на мгновение пожалев о своём резком тоне... Но только на мгновение, ибо ответный тон так называемого "принца" непроизвольно вызвал во мне желание тоже сузить глаза и призвать на помощь всё своё хладнокровие и цинизм.

- А Вы, собственно, с какой целью интересуетесь? - он выжидательно и сердито сложил руки на груди.

- Собственно, не Ваше дело, - я откровенно огрызнулась и вернула листок с распечаткой схемы Ленке. - Не знаю я, что там не так. По мне - всё правильно.

Подруга пожала плечами и отступила за свой стол. Девчонки опустили головы. А "принц" побарабанил пальцами по моей столешнице, раздражённо прицокнул языком и круто развернулся к выходу.

На пару секунд обернулся к Ленке:

- Надеюсь, Вы всё-таки оформите правильно все документы до завтра.

Не дожидаясь ответа, вышел и осторожно прикрыл за собой дверь, явно сдерживая порыв хлопнуть ею от души.

Я не обратила внимания на любопытные взгляды подруг и начальницы. Вот, значит, что происходит - на здание типографии переоформляют документы, а поскольку дом старый, нужно заново делать кадастровый паспорт. Если при этом переводить в статус нежилого объекта, то заморочек ещё больше...

Но я в этом участвовать не хочу. Я же прекрасно понимаю, чем заканчиваются такие вот передачи городских объектов в собственность - частники снесут старую постройку к чёртовой матери, а на этом месте быстренько наколдуют какой-нибудь очередной торговый центр. Хотя, там земли-то с гулькин нос, места только под рядовую Пятёрку хватит...

Даже не почешусь переделывать схему. Пусть мучаются и дальше. Там проблема-то в отступах от тротуара и прочих мелочах, но Ленке, видимо, лень залезть почитать как правильно надо. Ничего, рано или поздно докумекает сама. А если по её милости мы потеряем выгодного клиента, то это не мои проблемы.

***

Сегодня меня даже отпустили в пять. Я радостно побежала за Машей в сад - успеем ещё по пути мороженого поесть...

Дома зачем-то скинула привычные джинсы и полезла в шкаф. Последний раз прийти в типографию хотелось как-то особенно... Но на полках ничего подходящего не находилось. Были ещё несколько пар джинсов разной степени старости, какая-то доисторическая юбка, которая давно на помойку просится, три застиранных свитера, аккуратная стопочка летних футболок и два удобных и относительно новых худика... Всё.

Полезла к вешалкам... Очень красивое бежевое платье с Али-экспресса, но я из него давно "выросла" (точнее поправилась), два узких платья для похода в клуб (в затяжках правда, но в темноте всё равно никто не увидит), пара рабочих белых блузок, которые я давно не ношу, и летняя полупрозрачная туника...

Стиснула зубы и влезла обратно в тёплые джинсы. Свитер только сменила на лёгкую трикотажную чёрную кофточку с длинными рукавами.

- Дииим!

- Тута я. Мам, я забыл сказать, в школе собрание сегодня... - сын виновато выглянул из кухни, доедая эскимо, которое мы с Машей ему принесли.

Закатила глаза к потолку.

- Дима, я не могу сегодня. Я потом позвоню Ларисе из родительского комитета, спрошу, сколько сдать надо, ладно?

Сын пожал плечами и угрюмо проворчал:

- Да мне-то что...

Вот опять я чувствую себя отвратительной матерью - собрание раз в пару месяцев, и то не могу попасть уже третий раз... Совесть больно куснула где-то в районе груди.

Выдавила улыбку:

- Я схожу в школу на днях, сама Маргарите всё объясню, правда.

Дима кивнул головой и скрылся за углом коридора.

Я обязательно всё успею. Надо хоть витаминов каких-нибудь себе купить, а то совсем сил нет...

Открыла подъездную дверь редакции своим ключом и сразу услышала шум - голоса, шаги, хлопанье внутренних дверей, звук роняемой на пол стопки газет... У подножия лестницы стояли несколько перемотанных бечёвкой кип бумаги...

Протиснулась между ними и поднялась на этаж. Дверь нараспашку... Уверенно шагнула в коридор и свернула в кабинет Эдуарда Михайловича, по пути поздоровавшись с Верой Вадимовной, спешившей мимо.

Так и знала... Просто чувствовала, что увижу его здесь сегодня.

"Принц" сидел на табуретке рядом с Эдуардом и тоже пялился в экран компьютера. Ну конечно, в пыльную редакцию в деловом костюме не ходят, зачем пачкаться? Джинсы и какой-то несуразный свитер - самое оно.

Сжала кулаки и громко с вызовом крикнула:

- Здрасьте, Эдуард Михайлович!

Две пары глаз устремились на меня, одна с зеленоватым отливом, заметным даже на таком расстоянии...

- Добрый вечер, Соня, - зычный спокойный голос главного редактора немного остудил мой воинственный настрой.

Помялась в дверном проёме и шагнула в комнату.

- Не сильно помешаю, если продолжу работу? - я не опускала взгляд, но намеренно не смотрела на второго мужчину.

- Ну что ты, Сонечка, конечно нет, - Эдуард кивнул в сторону "принца". - Это Сергей, мой сын и новый главный редактор нашей газеты, так что не бойся, проходи...

Сын?!. Вот же чёрт...

Я перевела взгляд на Сергея. Тот лишь победно ухмыльнулся - наверняка узнал во мне вредную тётку, отказавшуюся днём делать схему на эту самую редакцию.

Почему-то стало смешно - ну надо же так накосячить. Прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. Хороша защитница справедливости, ничего не скажешь...

- Соня значит, - Сергей сузил глаза и повернулся к отцу. - Пап, у тебя совсем с репортёрами плохо, раз берёшь на работу непрофессионалов?

Вспыхнула... Вот же гад мелочный!

- Я не репортёр, не волнуйтесь. И сегодня последний день тут работаю, по Вашей вине между прочим.

Я сердито сверкнула глазами и отвернулась от стола, пройдя к высокому шкафу. Села на корточки, выдвинула нижний ящик и принялась выкладывать оттуда списки, которые вела сама для себя, чтобы было проще запомнить, куда и что рассортировала.

- А кто Вы тут в таком случае? - принц насмешливо фыркнул. - Место редактора вроде занято. Личная помощница может? Или повариха? Нет, наверно уборщица, да?! Ну раз не репортёр...

Замерла на месте. Вот так попадать в десятку со своим идиотским сарказмом надо уметь. Да он не принц, а злобный тролль из сказки!

Резко встала и развернулась к нему, натыкаясь взглядом на иронично приподнятую бровь, но ответить не успела...

Впервые услышала, как звучит разгневанный голос Эдуарда Михайловича:

- Серёжа! Ты что себе позволяешь? Кем бы Софья ни работала, ты придержи язык!

Но Серёжа не обратил на слова отца ни малейшего внимания, глядя на меня с явным ожиданием ответа.

Эх. Лучезарно улыбнулась:

- Абсолютно верно - уборщица. И от души сочувствую репортёрам и всем остальным, кто всё-таки останется работать с Вами...

Хотелось увидеть в его ореховых глазах каплю раскаяния... На словах может иронизировать сколько хочет, но пусть хоть взгляд потеплеет...

Но увы. Зеленоватые глаза снова сузились, и Сергей проговорил равнодушным тоном:

- Ну если мозгов больше ни на что не хватает, то и уборщицей нормально. Работайте, не теряйте ни своё, ни моё время.

Он демонстративно уставился в экран.

Вот сейчас стало по-настоящему обидно...

- Хамло! Вам у отца учиться и учиться с женщинами разговаривать! - я вложила в голос всю бурю эмоций, желая хоть чем-то пробить эту кирпичную стену эгоцентризма.

Естественно безрезультатно. Принц называется... Дурак набитый!

Эдуард Михайлович уже поднялся со своего места и направлялся ко мне.

- Ну же, Сонечка, не обращайте внимания. Правильно, остаётся только посочувствовать тем, кто останется работать с этим человеком...

- Паап! Прекрати!

- ...Пойдём чаю попьём лучше, - Эдуард положил ладонь мне на плечо. - Оставим этого товарища одного - у него-то мозгов навалом, сам разберётся во всём...

Я хлопнула ресницами, глотая обидные слова, готовые сорваться с губ, и, подхватив нужный список, задвинула ящик. Не глядя на Сергея, гордо расправила плечи и направилась к выходу.

В кухне включила чайник и достала две чашки. Обернулась к Эдуарду, величественно севшему на стул, и выдохнула:

- Эдуард Михайлович, я должна сказать... Я работаю в организации по управлению недвижимым имуществом... Ну кадастровая съёмка, межевание и прочее... Ваш сын обратился к нам за переоформлением документов на это здание, а я... Ну я же не знала... Но я сделаю...

К моему удивлению он почему-то улыбнулся:

- Тесен мир, Соня... Не переживай.

Я вытерла об джинсы вспотевшие ладошки и тихо пробормотала, имея ввиду до сих пор не случившуюся в моей жизни встречу с настоящим принцем:

- Иногда тесен, но зачастую бесконечно широк...

Эдуард поднял бровь:

- Хорошо сказано. Напомни, чьи это слова?

Глупо улыбнулась:

- Не знаю, мои наверное... А почему теперь Ваш сын станет тут главным?