Полная версия
— Привет, маленький, — тихо прошептала я, поглаживая её живот. — Как ты себя чувствуешь? Держись, пожалуйста, ещё немного, я знаю, как это сложно. Но когда ты родишься и вырастешь, я обязательно приглашу тебя в гости, в свой лес, в Гиблые земли. Медальон засветился ярче, и я почувствовала, как энергия в комнате стала ещё более тёплой. Малыш внутри Мариссы будто откликнулся, едва заметно шевельнувшись.
— Знаешь, я часто думаю о том, что жду, когда всё это закончится. Когда я смогу вернуться к своему лесу, которые, наконец-то, начал восстанавливаться.
Я снова провела рукой по животу Мариссы, и снова почувствовала лёгкое движение. Казалось, малыш слушает меня.
— Ты бы видел, как там всё меняется, — продолжила я, чувствуя лёгкую улыбку на своих губах. — После того как разлом был закрыт, лес начал оживать. Земля, когда-то мёртвая и бесплодная, теперь покрывается зеленью. Первые побеги стали пробиваться сквозь разрушенные корни, как символ возрождения.
Малыш снова пошевелился, и я ощутила его лёгкий толчок. Это напомнило мне о том, что он тоже часть этого мира, часть его возрождения. Его движение казалось реакцией на мои слова, как будто он хотел сказать что-то в ответ.
— Уверенна тебе понравится этот лес, — продолжила я. — Когда ты родишься и станешь сильным драконом, я покажу тебе эти земли. Мы будем гулять по этим зелёным рощам, слушать пение птиц и шёпот ветра.
Я вдруг ощутила, как малыш снова лёгонько ударил ножкой, на этот раз чуть сильнее, когда я рассказала ему что-то смешное о том, как один из монстров, которых мы выловили, оказался просто испуганным существом, не понимающим, куда делся его привычный мир.
— Тебе нравится эта история, да? — усмехнулась я. — Мы все такие, когда мир вокруг нас меняется. Но ты… ты будешь тем, кто не испугается перемен.
Комната наполнилась тихим, умиротворённым светом. Я продолжала говорить с малышом, рассказывая ему о Гиблых землях, о том, как они постепенно превращаются в живое, процветающее место. Каждое его движение, каждый толчок был для меня подтверждением того, что он слышит и понимает.
Я продолжала говорить с малышом, наслаждаясь его откликами, когда внезапно дверь тихо приоткрылась, и в комнату вошёл один из слуг. Его появление не нарушило умиротворённой атмосферы, но я сразу почувствовала, что что-то произошло.
— Леди Елизавета, простите за беспокойство, — начал он, склонив голову в знак уважения. — Ваши друзья прибыли и ожидают вас в гостиной.
Эта новость приятно удивила меня. Моё сердце на мгновение встрепенулось от радости, ведь это означало, что я наконец-то увижу тех, кто всегда был рядом, поддерживал меня в самых трудных моментах.
— Спасибо, — ответила я, слегка улыбнувшись, и жестом пригласила его подойти ближе. — Пожалуйста, пригласите лекаря Сан. Я хочу, чтобы он наблюдал за состоянием Мариссы, пока меня не будет.
Слуга с почтением кивнул и быстро вышел, чтобы исполнить моё поручение. Я снова повернулась к Мариссе и нежно погладила её живот.
— Ну что ж, маленький, мне нужно ненадолго отлучиться. Твой папа и его друзья позаботятся о тебе, а я скоро вернусь.
Сказав это, я осторожно сняла медальон с её живота, ощущая, как его тепло вновь сосредотачивается в моих руках. Медальон был слишком ценным и мощным артефактом, чтобы оставлять его без присмотра. Я снова надела его на шею, чувствуя, как его энергия смягчает мою усталость.
Через несколько мгновений в комнату вошёл лекарь Сан, готовый заменить меня.
7
Когда я вошла в гостиную, меня сразу окружили звуки радостного смеха и тёплые объятия друзей. Гвен и Маркус, как всегда, встречали меня с такой искренностью, что на мгновение все заботы и тревоги отступили.
— Лиза! — Гвен подбежал ко мне первым, заключив в крепкие объятия. — Ты не представляешь, как мы соскучились! Честное слово, кажется, прошло целое столетие с тех пор, как мы видели тебя в последний раз.
— Гвен, ты как всегда преувеличиваешь, — усмехнулась я, возвращая его объятие. — Но, признаюсь, видеть вас — настоящее облегчение.
Маркус стоял чуть позади, сдержанно улыбаясь, но в его глазах читалась радость. Однако в тот момент, как он посмотрел на меня, его улыбка слегка померкла, уступая место удивлению.
— Лизавета, — произнёс он, — ты снова блондинка? Мы привыкли видеть тебя с чёрными волосами...
— Да, вернулась к своему натуральному цвету, — призналась я. — Слишком долго я пряталась за чёрным
— Неожиданно, но тебе это идёт, — отметил Гвен, одобряюще кивая. — Признаюсь, я сразу и не понял, в чём дело, но теперь всё стало на свои места.
— Мы привыкли к тебе с чёрными волосами, но этот цвет действительно тебе больше подходит, — добавил Маркус.
— Спасибо, ребята, — ответила я с улыбкой, тронутая их вниманием. — Мне это действительно важно.
— Но это ещё не всё, — вдруг заговорил Гвен, его глаза загадочно блеснули. — Мы привезли тебе кое-что. Не просто подарок, это то, из-за чего мы все и рванули в гиблые земли.
— Не может быть. — тихо сказала я, чувствуя, как Барсик на моих коленях слегка напрягся
Маркус усмехнулся, потянувшись к сумке, которую принёс с собой. Изнутри он достал маленький свёрток, обёрнутый в ткань. Когда он аккуратно развернул его, на свет появился красный камень, сияющий глубоким рубиновым светом.
— Алдын... — выдохнула я, узнавая камень. Воспоминания нахлынули сразу. — Я помню этот камень. У меня был такой же, один в один, прежде чем он рассыпался в руках Мариссы, когда магия Элизы окончательно перешла в такой же алдын у Мариссы.
Брр, меня передернуло от воспоминаний, но именно сейчас он мне бы пригодился, у меня давно бродили мысли в голове, попытаться напитать алдын магией моего медальона. Да вот только он стоит, как полцарства, такую вещь берегут как зеницу ока, она переходит из поколения в поколение, никто не отдаст свой алдын, какой-то девчонке, на эксперименты.
— Да, Лиза, — подтвердил Маркус, — мы знаем, как много этот камень для тебя значит. Мы нашли его случайно, у того же дуба, представляешь? И решили привезти тебе в подарок, для защиты, ты береги свое здоровье главное, не отдавай как обычно, себя без остатка.
— Спасибо вам, — тихо сказала я, прикоснувшись к камню. — Вы лучшее, что случилось со мной, за все время в этом мире.
— Мы подумали, что он поможет тебе в эти трудные времена, — добавил Гвен, его голос звучал искренне. — Пусть этот Алдын оберегает тебя и помогает справляться со всеми трудностями, которые тебе предстоят.
Я взяла камень в руки, чувствуя, как он приятно тяжелеет в ладони. Тепло от Алдына словно проникало в самую глубину души, принося с собой ощущение покоя и уверенности.
Барсик, конечно, не мог оставить это без комментария:
— Ну вот, теперь у тебя есть ещё один защитник, Лиза. Но надеюсь, что ты не забудешь и о старых друзьях.
— Никогда, Барсик, — ответила я, поднимая глаза на своих друзей. — Вы всегда были и будете со мной.
В этот момент Гвен, улыбаясь, добавил:
— Дойл тоже скоро будет здесь. Они с капитаном Морал, поехали за его матерью. Представь, она наконец ответила взаимностью капитану Моралу. Ты знаешь, он давно был к ней неравнодушен, а теперь, когда они решили жить вместе, он сразу же захотел перевезти её поближе к нам, в деревню на границе.
— Я так рада за них, — сказала я с искренней радостью. — Капитан Морал всегда был таким надёжным и верным. Теперь у Дойла будет настоящий дом, где он будет чувствовать себя в безопасности.
— Именно так, — подтвердил Маркус. — Но знаешь, что самое интересное? Они даже собираются обустроить сад вокруг нового дома, с розами и другими цветами. Это должно быть удивительно красиво.
Барсик не смог удержаться и прокомментировал:
— Скажем прямо, капитан Морал никогда не выглядел как садовод, но, похоже, теперь всё меняется. Что только любовь не делает с людьми!
Так в разговоре и смехе прошло пару часов, но нашу идиллию прервала, целая делегация из драконов.
8
В дверях гостиной внезапно появились Лорд Север, Артур Торон и Вильгельм. Их величественные фигуры, казалось, заполнили всё пространство комнаты, внося с собой некое электрическое напряжение.
Первым заговорил Лорд Север, его холодные глаза мгновенно заметили каждый мельчайший нюанс в комнате.
— Леди Елизавета, — произнёс он с лёгким поклоном, но взгляд его был сосредоточен на Гвене и Маркусе. — Рад видеть вас в компании старых друзей. Как жаль, что мы вынуждены вас отвлечь.
Артур Торон шагнул вперёд, его золотистые волосы мягко переливались в дневном свете. А глазах играла едва уловимая улыбка, как будто он нашёл что-то забавное в этой встрече.
— Прошу прощения за наше внезапное появление, — произнёс он с обманчиво мягким тоном. — Но мы пришли обсудить с Леди Елизаветой несколько важных вопросов, касающихся будущего её земель.
Маркус скрестил руки на груди, его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнуло подозрение.
Лорд Север сделал шаг вперёд, его взгляд стал чуть мягче, но всё равно сохранял ту холодную сосредоточенность, которая была ему присуща.
— Леди Елизавета, — начал он с явным намерением перейти к делу. — Нам необходимо обсудить с вами несколько вопросов, касающихся дальнейших шагов. Это не займёт много времени, но, возможно, стоит сделать это в более уединённой обстановке.
Артур Торон добавил с лёгкой улыбкой:
— Мы не хотели бы прерывать вашу встречу с друзьями, но наша беседа может оказаться важной для вашего будущего.
Гвен, уловив настроение, слегка наклонился ко мне и шепнул:
— Не переживай, Лиза. Мы понимаем. Просто будь осторожна с этими ребятами.
Я кивнула в знак согласия и повернулась к слугам, которые терпеливо ожидали у двери.
— Пожалуйста, проводите моих друзей в их комнаты, — попросила я, обращаясь к одному из слуг. — Они заслуживают отдыха после долгой дороги. Убедитесь, что всё будет готово для их удобства.
Слуга почтительно поклонился и направился к Гвену и Маркусу, приглашая их следовать за собой.
— Отдыхайте, ребята, — сказала я, улыбаясь им с благодарностью. — Увидимся на ужине. Уверена, он будет спокойнее, чем эта встреча.
— Спокойнее? — усмехнулся Маркус, бросив взгляд на драконов.
Гвен, не удержавшись, добавил с лёгкой усмешкой:
— Помни, Лиза, мы всегда рядом, если что-то пойдёт не так.
— Я знаю, — ответила я с теплотой в голосе. — Спасибо.
Барсик, обернувшись ко мне, едва сдержал ироничный комментарий:
— Я так и думал, что их вытурят. Ну ничего, я не оставлю тебя одну в компании этих огнедышащих красавчиков.
Гвен и Маркус направились к выходу, следуя за слугой, и я провожала их взглядом, пока они не скрылись за дверью. Как только дверь закрылась, тишина вновь опустилась на комнату, и я обратила своё внимание на драконов.
Лорд Север, наблюдая за нашим обменом репликами, чуть приподнял бровь, но ничего не сказал. Артур Торон лишь слегка усмехнулся, словно находя ситуацию забавной, а Вильгельм оставался таким же невозмутимым.
— Хорошо, — произнесла я, переведя взгляд на драконов. — Мы готовы. Что вы хотели обсудить?
Север сделал шаг вперёд, его ледяной взгляд сосредоточился на мне.
— Леди Елизавета, — начал он, его голос был сдержанным, но настойчивым, — наша встреча касается вашего будущего и тех возможностей, которые могут открыться перед вами в ближайшее время. Мы хотели бы предложить вам роль, которую вы могли бы сыграть в нашем мире, используя свои уникальные силы.
Барсик фыркнул, услышав слова Севера, и тихо прошептал:
— Вот только давай, Лизонька, не попадись на их красивые речи. Эти ребята всегда преследуют свои интересы.
Я чуть заметно кивнула, соглашаясь с Барсиком, но понимала, что предстоит внимательно выслушать, что предложат драконы, прежде чем принимать решения.
— Продолжайте, — сказала я, не показывая своих сомнений. — Я слушаю.
Торон, уловив мою готовность к диалогу, сделал шаг вперёд, его золотые глаза загорелись интересом.
— Мы верим, что ваши способности могут принести огромную пользу всему миру, Леди Елизавета. И как только в соседних империях прознают про них, на вас откроют охоту.
Барсик, не выдержав, саркастически добавил:
— А для защиты, надо Лизоньку мою срочно под венец тащить, да с женишком по драконистее?
Вильгельм, наконец, заговорил, его голос был спокоен, но в нём чувствовалась настойчивость:
— Мы не ищем выгоды для себя. Наш интерес заключается в защите леди Елизаветы и развитии империи. Ваши силы уникальны, и мы предлагаем вам возможность стать частью чего-то большего.
––Не хотите замуж, можно подписать контракт где, леди Елизавета обещает не покидать земли империи, и отрабатывает на благо страны, скажем десять лет. – добавил Север.
–– Но я бы рекомендовал присмотреться к мужскому сильному плечу, - продолжил Артур распространяя свои флюиды, от которых мое сердце затрепыхало раненной птицей.
9
Пока я стояла в углу комнаты, пытаясь осознать, что только что произошло, всё внимание было приковано к драконам. Они выдвинули свои условия, словно уже были уверены, что я соглашусь. Их холодная уверенность и властный тон раздражали меня, но прежде чем я успела что-то ответить, дверь резко распахнулась. В комнату ворвался Эдван, его лицо было искажено гневом, а воздух вокруг него начинал вибрировать от напряжения. Казалось, что тёмная магия, исходящая от него, заполняла всё пространство.
— Что здесь происходит? — громогласно рявкнул он, сверкнув глазами в сторону Севера, Торона и Вильгельма. Его голос прозвучал как раскат грома, заставив всех в комнате напрячься. — Какого чёрта вы лезете не в своё дело? У вас нет никакого права требовать от неё чего-либо, вы прекрасно знаете, что любое принуждение может сказаться на жизни моего сына!
Три дракона мгновенно напряглись, но попытались сохранить хладнокровие. Север, казалось, не потерял самообладания и лишь слегка приподнял бровь, его глаза потемнели, словно покрылись тонким слоем льда.
— Лорд Эдван, — начал он спокойным тоном, словно обращаясь к капризному ребёнку, — мы всего лишь предложили леди Елизавете перспективы, которые могли бы оказаться для неё полезными. Никакого давления.
— Перспективы? — Эдван саркастически усмехнулся, его губы скривились в ухмылке, и он сделал шаг вперёд. Тёмная магия вокруг него сгустилась, словно живая субстанция, которая только и ждала команды, чтобы обрушиться на врагов. — Вы называете это перспективами? Я вижу лишь попытку навязать ей свои желания. Я дал слово, что Елизавета свободна. Она под моей защитой.
Воздух в комнате словно сгустился, напряжение было почти осязаемым. Я заметила, как Барсик слегка напрягся, его шерсть едва заметно поднялась на спине. Он не сводил глаз с драконов, следя за каждым их движением. Я чувствовала, как в воздухе витает угроза — достаточно было одного неверного движения, и вся комната могла погрузиться в хаос.
Артур Торон, один из старших драконов, прищурился, его золотые глаза на мгновение вспыхнули, но он предпочёл не вмешиваться в диалог. Вильгельм же, напротив, сделал осторожный шаг назад, стараясь не вступать в прямую конфронтацию с Эдваном.
— Леди Елизавета вольна в своих решениях, — продолжил Эдван, и его голос был полон стальной решимости. — И никто, кроме неё самой, не будет решать её судьбу. Я ясно выражаюсь?
Север посмотрел на Эвана с ледяным спокойствием, но я чувствовала, что он пытался смягчить тон, понимая, что ситуация выходит из-под контроля.
— Эдван, — сказал он чуть мягче, — мы не хотели…
— Не хотели? — перебил его Эдван, и в этот момент тёмная магия вокруг него закружилась быстрее, словно пытаясь разорвать все преграды. — Тогда почему вы здесь? Почему я узнаю от своих людей, что вы решили делать предложения моей гостье, не поставив меня в известность?
Я чувствовала, как воздух в комнате становится невыносимо тяжёлым. Напряжение достигло своего пика. Если бы я не вмешалась сейчас, могло произойти что-то непоправимое. Я посмотрела на драконов, их лица были напряжены, но они старались сохранять внешнее спокойствие.
— Леди Елизавета, — вдруг обратился ко мне Эдван, и его голос на мгновение смягчился. — Прошу прощения, что втянул вас в это. Пожалуйста, пройдите и проверьте Мариссу. Я позабочусь о том, чтобы эти джентльмены не вмешивались в ваши дела.
Его слова прозвучали как приказ, хотя я понимала, что в глубине души он действительно беспокоится о моём благополучии. Я кивнула, понимая, что лучше покинуть комнату, пока ситуация не вышла из-под контроля ещё сильнее. Но едва я направилась к выходу, как услышала, как Эдван, обращаясь к Северу, произнёс:
— Я никогда не ожидал от тебя такого, Север. Ты прекрасно знаешь, что значит для меня семья.
Едва я закрыла за собой дверь, как в комнате поднялась настоящая буря. Я слышала приглушённые голоса драконов, которые, несмотря на свою гордость и силу, теперь явно нервничали. Магия Эдвана, словно тёмное облако, витала в воздухе, и даже за закрытыми дверями я чувствовала её мощь.
Барсик, следуя за мной, почти шепотом прокомментировал:
— Вот это было неожиданно. Кто бы мог подумать, что Эдван так вспылит. Неужели он и правда переживает?
Я не ответила ему, только ускорила шаг, направляясь в покои Мариссы. Где-то в глубине души я чувствовала благодарность за то, что Эдван так яростно встал на мою защиту. Несмотря на его тёмную магию, которая всегда пугала меня, и его гнев, он всё же проявил заботу, и это не могло остаться незамеченным.
Пока мы с Барсиком шли по длинным коридорам замка, я пыталась сосредоточиться на предстоящей задаче. Состояние Мариссы и её ребёнка сейчас было важнее всего, и я должна была направить все свои силы на это. Однако мысли о том, что происходило за закрытыми дверями, не давали мне покоя. Почему драконы решили вмешаться именно сейчас? И что на самом деле скрывалось за их «предложениями»?
10
Когда я подошла к покоям Мариссы, меня мгновенно охватило беспокойство. Дверь, которая обычно была закрыта, теперь была приоткрыта, и изнутри не доносилось ни звука. Сердце тут же сжалось, а мысли закружились в тревожном вихре. Я инстинктивно ускорила шаг, чувствуя, как холод пробегает по спине, предупреждая о надвигающейся беде.
Войдя в комнату, я сразу остановилась. Передо мной на полу лежал лекарь Сан, его лицо было бледным, а дыхание — прерывистым. Он был без сознания. Я быстро бросилась к нему, мой разум метался в панике, стараясь осмыслить происходящее. Рядом с ним на полу валялись рассыпанные зелья и бинты, словно кто-то внезапно прервал его работу.
Мой взгляд метнулся к постели Мариссы, но её там не было. Лежало лишь смятое одеяло, как будто она просто испарилась из комнаты. Тишина давила на уши, заставляя меня слышать собственное сердцебиение, которое гулко отдавалось в висках.
Я опустилась на колени рядом с Саном, касаясь его холодного лба.
— Господин Сан, очнитесь, пожалуйста, — шептала я, пытаясь привести его в чувство. Мои пальцы дрожали, пока я проверяла его пульс. Но он не отвечал. Его тело было тяжёлым и безжизненным, словно в нём угасла последняя искра сознания.
В этот момент до меня донёсся слабый, но отчётливый крик Барсика. Его голос звучал издалека, как будто он находился в другой комнате или даже за стеной. Моя тревога усилилась, и я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Волнение нарастало с каждой секундой.
Я встала, готовая броситься на помощь Барсику, но внезапно ощутила резкий, сильный удар по голове. Всё вокруг мгновенно пошатнулось, а перед глазами замелькали яркие всполохи. Веки стали тяжёлыми, и я почувствовала, как мир вокруг начинает исчезать в вязкой темноте.
Я попыталась удержаться на ногах, но тело предало меня. Уши заложило, и в голове остался лишь тихий шёпот незнакомого голоса, произносящего слова, которые я не успела разобрать. Всё стало размытым, расплывающимся, и в следующий момент я полностью утратила контроль над происходящим, погружаясь в бесконечный мрак.
Сознание возвращалось постепенно, как будто я падала в глубокую бездну, и каждый миг был всё ближе к дну. Я чувствовала, как боль пульсировала в голове, но окружающая темнота словно поглощала эту боль, делая её отдалённой, не совсем реальной. Я не могла понять, что происходит. Все было расплывчатым и чужим, как будто я оказалась в мире теней.
Внезапно моё тело ударилось о твёрдую поверхность, и я почувствовала, как меня швырнули на холодный каменный пол. Я рефлекторно попыталась сгруппироваться, но силы меня подвели. Последнее, что я услышала, прежде чем дверь за мной с грохотом закрылась, был звук закрывающегося замка. Тяжёлая деревянная дверь изолировала меня от всего, что находилось по ту сторону.
Оказавшись в темноте, я попыталась понять, где нахожусь. Это место напоминало камеру, сырую и неприветливую, стены были холодными и влажными, а в воздухе витал запах сырости и чего-то ещё, неуловимо гнилостного.
Моё тело медленно начало подчиняться, и я смогла с трудом подняться на колени, морщась от резкой боли в голове. Ощупав голову, я почувствовала небольшую шишку на затылке, но ничего серьёзного, по крайней мере на ощупь.
Только придя в себя немного, я заметила, что рядом со мной лежит Барсик. Его тело казалось безжизненным, а глаза были закрыты, словно он погружён в глубокий сон. Паника начала подниматься внутри меня, и я с трудом дышала, сердце сжалось от страха за него.
— Барсик, родной, — прошептала я, касаясь его мягкой шерсти, стараясь не поддаваться панике. — Очнись, прошу тебя.
Я потрясла его, но он не реагировал. Его тело было тёплым, но совершенно неподвижным. Я почувствовала, как внутри нарастает отчаяние. Нужно было действовать быстро.
Я вспомнила про медальон, который был у меня на шее. С трудом сняв его, я осторожно положила его на Барсика, чувствуя, как энергия медальона начала перетекать в его тело. Я сосредоточилась, направляя всю свою силу через медальон, чтобы очистить его от любого воздействия, которое могло повлиять на него.
Энергия медальона стала тёплой, почти горячей, и я почувствовала, как она струится по телу Барсика, проникая в каждый уголок его существа. Я закрыла глаза, сосредотачиваясь на этом потоке, пытаясь восстановить его жизненную силу.
Через несколько мгновений, его тело слегка дёрнулось, а затем Барсик тихо застонал, открывая глаза. Моё сердце наполнилось радостью и облегчением.
— Лиза… — его голос был слабым, но он пришёл в себя. — Что… что произошло?
— Я не знаю, — ответила я, помогая ему подняться на лапы. — Нас кажется похитили. Мы в каком-то подвале, или камере. Я пыталась тебя разбудить, ты был без сознания, но медальон помог.
Барсик выглядел слегка ошеломлённым, как будто его сознание только что вернулось из какого-то далёкого места. Он обвёл комнату взглядом, а затем посмотрел на меня, его глаза были полны беспокойства и лёгкого замешательства.
— Я ничего не помню… Последнее, что я помню, это то, что мы шли к покоям Мариссы.
Я крепко сжала его лапу.
— Нас вырубили и погрузили в сон, — сказала я, пытаясь сдержать дрожь в голосе. — Магически. Но благодаря медальону я смогла прийти в себя и снять все воздействия с тебя. Не зря я всегда прятала его от всех. Никто не знал о медальоне и меня не обыскали.
Барсик нахмурился, обдумывая мои слова. Он выглядел всё ещё несколько ошеломлённым, но понимание того, что произошло, быстро возвращалось к нему.
— Этот медальон спас нам жизнь, — сказал он, его голос стал серьёзным. — Но теперь его нужно спрятать ещё надёжнее. Мы не знаем, что дальше нас ждёт, и я уверен, что они вернутся.
Я кивнула, понимая, что он прав. Мы были в незнакомом месте, окружены неизвестными опасностями, и медальон — наша единственная защита — мог стать нашей слабостью, если враги о нём узнают.
Я быстро взглянула на свою руку, где держала медальон. Его тусклый свет едва заметно мерцал, словно напоминая мне о том, что он здесь, готов помочь. Но его свечение также могло привлечь нежелательное внимание.
