Внимание! Мы ищем маму

Когда мы пришли домой, тещи и тестя не было. Куда они делись, я понятия не имел. Плюнув на их отсутствие, я поставил сумки с продуктами на стол и быстро начал готовить мальчишкам обед.

Как это делается, я не представлял.

Обычно питаясь на скорую руку и заказывая еду на заказ, я стоял и смотрел на выложенные продукты и не знал, что с этим совсем делать?

Так, у меня были пельмени, бомж-пакеты, колбаса, сыр и хлеб. А еще майонез и молоко с печеньем. Вроде нормальный продуктовый набор, чтобы накормить двух растущих мальчишек.

Не хватало только женской руки и смекалки.

Поэтому я достал телефон и набрал своей все еще девушке — Розе. Она работала администратором в дорогом ресторане, а это значит, должна была хорошо готовить. Правильно? Правильно.

– Розочка, дорогая, мне нужна твоя помощь.

– Да, милый, - услышал слащавый голос своей девушки и не понял, где она находится. Должна была бы вроде быть на работе, - я по тебе соскучилась, зай. Приезжай быстрее, я вся горю.

В паху все заныло, когда я представил, что моя красавица лежит в моей постели в одних чулочках. И мысли о пельменях сразу же испарились.

– Я пока в деревне и не могу, - грустно ответил, ощутив себя паршивее некуда.

– Ааа, - уныло ответила и шумно зевнула. - Тогда пока.

Она сбросила звонок, оставив меня стоять с открытым ртом и эрегированным членом.

– Чё, бля?..

__________________________________________

Хорошие мои, еще одна новинка нашего Папского Литмоба

Папа для мамонтёнка

https://litnet.com/shrt/dXL6

9.

Стоя на кухне с телефоном в руке, я несколько секунд просто не мог поверить, что Роза бросила трубку. Ну и стерва! Мой член еще налит кровью, а в ушах звенит от ее пренебрежительного «ааа» и сука бесит.

Я швырнул телефон на диван и недовольно зарычал. А потом понял, что дети сидят за столом и смотрели на меня голодными, полными надежды глазами.

Черт. Дети. Мои дети.

– А, мы есть-то будем? – робкий голос Степы вернул меня к реальности. - Или…

– Без или, - недовольно проворчал я, - сейчас все будет. Подожди, сын. Нужно сообразить, чё почём, хоккей с мячом.

Я посмотрел на продукты и с новой яростью набросился на пакет с пельменями.

Через двадцать минут, залитые водой и слепленные в один ком, они булькали в кастрюле. Я вывалил их на тарелки, сверху натянул майонез, сунул в руки детям по куску хлеба и поставил перед ними.

– Кушайте, не обляпайтесь.

Они ели молча, с жадностью, и мне стало стыдно. Я отвернулся, сгреб в охапку грязную одежду и понес в стирку. Потом убрал со стола, помыл посуду, уложил Тёму, который клевал носом уже в тарелке.

Степа помогал молча, послушно, но я видел, как он украдкой смотрит на меня – ждет, когда я заведу разговор о воровстве.

Но сейчас у меня в голове крутилось другое. Документы. Надо найти свидетельства о рождении детей.

Когда в доме, наконец, воцарилась тишина, я заперся в маленькой комнате, что когда-то была нашей с Машей. И осмотрелся. Вещи, казалось, были нетронутыми с тех самых пор, как мы расстались. Как будто здесь не жили все это время.

– Так, ну что, начнем.

Внутри меня словно что-то щелкнуло и включилась милицейская чуйка. Я не видел и не слышал ничего, кроме того, что было важным. Мне нужно было найти документы, и я землю буду рыть, но найду их.

Начал я со старого комода.

Вываливал содержимое картонных коробок, сметал пыль с папок. Сердце бешено колотилось, когда наконец, в самом низу, под стопкой старых фотографий, я нашел два жёлто-зелёных листа А4 в прозрачных файлах.

Свидетельства о рождении.

Я открыл первое.

Степан Андреевич Проскуров

Графа «Отец» – «Проскуров Андрей Игнатьевич».

Я выдохнул. Все в порядке.

Потом открыл второе.

Артем Андреевич Проскуров

Пробежал глазами по строчкам. Имя, дата, место рождения…

Графа “Мать” – Проскурова Мария Анатольевна

Графа «Отец» – «Проскуров Андрей Игнатьевич».

Я сидел на полу, среди хлама и пыли, и смотрел на эту пустоту. Она была громче любого крика. Тёма. Малыш, который обнимал меня за шею, который уткнулся в меня своей «клюющей мордашкой», официально считался моим сыном. Только это было не так.

Вот только как это объяснишь маленькому мальчику, который уже считает тебя отцом.

И тут в тишине раздался скрип половицы. Я поднял голову. В дверях стоял Степа. Он не спал. Его лицо было бледным и испуганным.

– Пап? – тихо сказал он и всхлипнул. – А Тёма… он теперь… в детдом поедет, да?

Я смотрел на него, на этого мальчика, который в магазине сунул в карман игрушку, потому что, наверное, просто не верил, что я ему ее куплю. Который боялся детдома. Который сейчас пытался спасти своего брата.

– Нет, сынок, – тихо сказал я, поднимаясь с пола. – Тема не поедет в детдом. Мы этого не допустим. Обещаю.

– Спасибо, - Степа подошел ко мне и уткнулся мне в живот. Обнял маленькими ручками и захныкал. - Я скучаю… по маме.
Завывал он, даже не стараясь успокоиться.

– Я знаю, сынок. Но нужно потерпеть. Немного потерпеть, - посмотрел ему в глаза и погладил по голове, - потом станет полегче. А сейчас давай-ка в постель.

Я уложил сына спать и укрыл одеялом. Поцеловал в мокрую от слез щеку и улыбнулся.

– Все будет хорошо. Нос по ветру, все вместе мы обязательно справимся.

– Правда?

– Честное полицейское, - подмигнул сыну и пошел к выходу из комнаты. Посмотрел на спящего Тему и вздохнул.

Бедный малыш. Мать сбежала, отцом Темы официально считался я. И теперь передо мной возникал вопрос: что с этим совсем делать?

Вернувшись в нашу бывшую с Машкой комнату, я аккуратно сложил свидетельства обратно в папки, положил их на самое видное место на комоде. Завтра. Завтра с утра всё начнётся по-новому. А пока…

Я набрал по телефону своему старшему юристу и объяснил им всю ситуацию с Темой.

– Марат, и че мне делать дальше?

– Задачка на миллион долларов, Андрей Игнатьевич, – начал он, и в его голосе я услышал что-то неприятно напоминающее голос Костика. – Ситуация парадоксальная. С точки зрения закона, вы отец обоих детей. Вписаны в оба свидетельства. Это значит, что вы несете полную ответственность за Артема – алименты, содержание, воспитание. И, соответственно, имеете все родительские права.

– Но он не мой! – прошипел я, сжимая телефон в руке. – Понимаешь? Не мой! Маша вписала меня, даже не спросив!

– Не имеет значения, – холодно парировал юрист. – Вы не оспорили отцовство в установленный законом срок. Сейчас, после того как вы фактически приняли ребенка, проживаете с ним, заботитесь о нем, любой суд сочтет вас фактическим отцом, даже если генетическая экспертиза покажет обратное. Вы взяли на себя ответственность.

От этих слов у меня перехватило дыхание.

Получалось, меня вписали в отцы без моего ведома, а теперь я еще и не могу от этого отказаться?

– То есть... что? Я теперь пожизненно пригвожден к этому ребенку?

– Если кратко – да. Если мать лишат родительских прав за оставление, вся полнота ответственности ляжет на вас. За обоих детей. Отказ от отцовства в такой ситуации – практически невозможен, это будет расценено как уклонение от обязанностей. Со всеми вытекающими – вплоть до уголовной статьи.

Я молчал, пытаясь переварить этот информационный удар под дых.

– Ты мне лучше скажи, что делать дальше?

– Во-первых, установить местонахождение Марии Анатольевны и официально уведомить ее о намерении взыскать с нее алименты. Во-вторых, подготовить документы для лишения ее родительских прав, если она не объявится. В-третьих, легализовать свое положение как отца-одиночки, оформить все возможные пособия. И в-четвертых… – он сделал многозначительную паузу, – срочно навести порядок в бытовых условиях проживания детей. Если органы опеки, получив сигнал, придут с проверкой и увидят ту же картину, что и сегодня, они могут инициировать процедуру изъятия обоих детей, несмотря на ваши юридические права. Как отца, не справляющегося со своими обязанностями.

В трубке повисло молчание.

Я сидел, глядя в стену, и понимал всю глубину ловушки, в которую угодил. Меня не просто вписали в отцы. Меня приковали к этому ребенку законом, чувством долга и страхом его потерять. Да еще и потерять вместе с ним Степу.

– Понял, – с трудом выдохнул я. – Спасибо.

Два свидетельства о рождении лежали передо мной. Два документа, которые теперь навсегда связывали меня с двумя мальчиками. Одного – кровью. Другого – законом, обманом и… чьим-то детским доверием.

– Не за что, Андрей Игнатьевич. Я могу чем-нибудь еще помочь?

– Думаю да, - я выдохнул и продолжил, - мне нужно, чтобы ты…

__________________________________________________

Еще одна новинка нашего Литмоба

Ляля ищет маму

https://litnet.com/shrt/eO3x

10.

– Думаю да, - я выдохнул и продолжил, - мне нужно, чтобы ты… начал процесс подготовки документов. Составь план и начинай работу. Я завтра постараюсь быть на работе.

– Понял тебя, Андрей Игнатьевич. Тогда до связи.

– До связи.

Я отключил телефон и набрал своему лучшему другу Вардану Соколовичу. Он был старше меня лет на десять, но несмотря на это мы прекрасно ладили.

Трубку он взял сразу, и я услышал, как он включил ее на громкую связь.

– Здорово Андрюх, ну ты че, как сам?

– Это пиздец, Вардан. Это, мать вашу, полный пиздец, - выругался я как можно тише, но не уверен, что это получилось.

– Рассказывай.

В общих чертах я рассказал все, что случилось сегодня за день, и замолчал.

– Мне нужна твоя помощь. Я реально не вывожу.

– Так, вначале выдыхай. У меня, у самого дочь, десяти лет, постарше, конечно, твоего будет, но я понимаю, о чем речь. Сейчас тебе главное, перевести детей в город. Юрист, я так понимаю, уже занимается документами, осталось нанять няню и все. Чего ты кипишуешь?

– Я в деревне, где нет ничего. Как я буду детей перевозить? У меня даже автокресел нет.

– Ты бывший мент, Андрюх. Ну, позвони ты уже кому надо. Пусть тебя прикроют. Ну или одолжи у кого-нибудь в деревне. Вдруг найдется.

– В деревне? Автокресло? Ты сейчас шутишь, да?

– Вообще нет. Никогда не знаешь, что окажется в загашнике соседа? - ухмыльнулся Вардан, - Кстати, я тут на днях встретил свою бывшую соседку, которая была влюблена в меня в молодости.

– Хм… кто? Подожди, подожди, ты, кажется, что-то рассказывал про одну рыженькую.

– Да-да. Именно. Варвара Яхонтова. Мы с ней окажется, такие вещи мутили. Ну это явно не телефонный разговор. В город вернешься, я тебе все подробно расскажу.

*(История Варвары Яхонтовой и Вардана Соколовича можно найти в моей книге "Измена. Бывшая любовь мужа" https://litnet.com/shrt/C2TY )

– Вардан, ты мне тут напомнил кое о ком. Оказывается, я тоже наследил немного. После армии случайно поцеловал одну девицу, и она оказывается, потом страдала из-за меня. А сейчас я встретил ее и до сих пор не могу забыть ее голос, запах, смех.

– Ооо, кажется, мы с тобой оба попали в эти сети любви. Осторожно брат, после таких вот встреч, дети рождаются.

– Нет! Хорош. Мне уже хватит. С этими бы двумя разобраться, - улыбнулся и посмотрел в окно. Смеркалось, а тесть с тещей так и не появились. Я вдруг вспомнил о том, что завтра надо съездить на кладбище и положить цветы родителям на могилу. А сегодня… дойти до одной барышни, которую кажется, нехотя словом обидел… а быть может, действием, несколько лет назад.

Попрощавшись с другом и пообещав отзвониться, как только я приеду в город, положил трубку. Накинул на рубашку куртку и вышел из комнаты. В этот момент, в дверь вошли мои бывшие родственники с двумя корзинами грибов. Они еле держались на ногах, и я сразу же усадил их обоих на диван. Принес обоим по стакану с водой.

– Что случилось? ВЫ где пропадали целый день?

– Заблудились, - дрожащим голосом ответила Катерина Михайловна и заплакала.

– Где? В лесу? Да тут все исхожено? Как вы умудрились?

– Мы решили чуть дальше пойти. Грибов-то здесь нет, ну мы и свернули не там, где нужно. А потом все. Заблудились. Никак не могли дорогу найти. Думали, уже будем в лесу ночевать.

– Петрович, ты чего не позвонил мне? Мы бы отряд сообразили.

– Телефон разрядился, - хмыкнул уставший Петрович, - а у бабки его и вовсе нет.

– Ясно, а в итоге, как из лесу-то вышли? - Вздохнув, спросил я.

– Настенька Петрова нашла нас. Она вроде как там была со своим хахалем.

– У нее же нет никого. Мне Костян сказал, - напряженно среагировал. И мне не понравилась моя собственная реакция на эту новость.

– Ну, может, и не хахаль. В общем, она гуляла по лесу и услышала, как мы зовем на помощь. А потом они вдвоем нас и вывели. Практически до дому довели.

– Настенька значит. По-моему, это повод, чтобы поблагодарить девушку, - кашлянул я и пошел к дверям. - Степа с Темой спят, они поели. Если тоже хотите есть, там пельмени сваренные. Хотя не уверен, что они съедобные.

– Я же похлебку варила. В холодильнике стоит. Что ж ты ребятенков-то не накормил?

– Не видел никакой похлебки, - недовольно ответил и пожал плечами. А еще подумал о том, что вообще в холодильник не заглядывал. А надо было бы.

Я вышел из дома и посмотрел по сторонам. Редкие фонари зажигались на улице. Было прохладно, и я понял, что хорошо, что накинул курточку.

Итак, дом Насти Петровой был на другом конце деревни, и если она только сейчас довела тестя и тещу, значит, она недалеко. Можно ее выцепить и довезти до ее дома. Поэтому я запрыгнул в свою тачку, развернулся и медленно поехал по дороге. Через три минуты я и правда увидел девушку, жутко напоминающую Настю, и рядом с ней кто-то и правда шел. Внутри меня закипела какая-то необоснованная злость, и я попытался включить голову, а эмоции выключить.

Остановившись в нескольких метров от парочки, я вышел и встал у них на пути. Настя сначала меня не узнала, а когда вдруг поняла кто перед ней, остановилась.

– Андрей, ты что здесь делаешь?

– Нам нужно поговорить, - посмотрел ей в глаза, а потом на ее спутника. Хлюпик какой-то. Усы эти, очки нелепые и челочка, приглаженная набок. Мда-а-а.

– Я сейчас не могу. Можеть быть, завтра.

– Сегодня, - настаивал я, - а вообще, давай я тебя подвезу? Холодно уже.

– Хм, а давай, - улыбнулась девушка, - только я не одна, мы вместе с Васенькой. Хорошо?

_____________________________________________

Хорошие мои, еще одна новинка нашего литмоба!

Ищу жену. Срочно!

https://litnet.com/shrt/B2Mu

11.

Я сглотнул ком в горле и кивнул, стараясь не смотреть на этого Васеньку. Внутри меня боролись эмоции. С одной стороны, хотелось оказаться на месте этого Васеньки и узнать, о чем они сейчас говорили, с другой - хотелось так ему влепить по физиономии, чтобы очки слетели, и он больше не ходил по темным улицам с Настасьей.

Так, Андрюха, вырубай эмоции. Хватит уже!

После этого я выдохнул и улыбнулся самой добродушной своей улыбкой.

– Садитесь, – буркнул я, открывая заднюю дверь.

Настя устроилась на пассажирском сиденье, а «Вася» с неловкой улыбкой втиснулся сзади. Машина наполнилась густым, сладковатым мужским парфюмом, от которого запершило в горле. То ли Тройной одеколон, то ли Шипр. Нет, не угадаю, эти советские мужские одеколоны остались в моем прошлом. У моего отца была Красная Москва, и он наносил его только по праздникам.

Я резко тронулся с места и посмотрел в зеркало заднего вида.

– А вы где Василий работаете, если не секрет? - спросил я, глядя на его прилизанную челку.

– В местной школе преподаю историю и обществознание, – ответил он голосом, который, мне показалось, он специально сделал глубже и серьезнее. Получилось не очень.

– Понятно, – я свернул на улицу, где стоял дом Петровых. – А Настя вам рассказывала, как мы с Костиком в школе историю учили?