Полная версия
Но не тут-то было…
Поиск и ожидание такси так затянулись, что даже я уже раздражалась, а Юлька была на грани истерики. Ей давно пора было вернуться с корпоратива, и теперь коллеге периодически писал и звонил разгневанный муж.
О, кажется, опять этот деспот и тиран… Весь мозг уже Юльке вынес!
– Серёженька, ну, что ты… Ну, не кричи! – заныла коллега в трубку. Надо сказать, вопли её муженька даже я слышала, на другом краю дивана. – А я-то что могу сделать? Нет такси, нет! Мне не плевать на детей! Серёжа, ну я же и так никуда не хожу! Один раз в год… Да хочу я к детям, хочу! Но нет такси…
Я отвернулась в сторону и закатила глаза.
Треш! Как можно вот так жить?
Мой бывший, конечно, в итоге тоже оказался тем ещё козлом, но вот такого Илья себе никогда не позволял.
Я тотчас иронично скривилась. Ага, не позволял… Ровно до того момента, когда я сказала, что мы разводимся… Вот тогда я такого про себя наслушалась!
Самое смешное, что изливать вот это всё на той момент следовало мне, а не ему. Ведь это я его застукала в постели с нашей соседкой Лерой, а не он меня.
Ага, вот прямо как в тех анекдотах…
Подумать только – это ведь ещё и года не прошло!
С предыдущего корпоратива меня ещё забирал Илья, и проблемы с такси перед Новым годом тогда меня не волновали. И даже праздник мы встречали вместе. Правда, не дома, а у его друзей. И всё казалось благополучным…
Относительно. Ведь на тот момент, мой благоверный уже пару лет сидел на моей шее. И мне это, разумеется, не нравилось, но я терпеливо ждала перемен.
Когда мы с ним познакомились, он работал. Обыкновенная офисная работа, довольно скучная, но при этом с неплохой зарплатой.
Съехавшись, мы решили обзавестись собственным жильём и взяли квартиру в ипотеку. А официальную свадьбу отложили на год. Квартира ведь важнее.
Только вот… оформил Илья жилплощадь на себя, мы ведь тогда ещё не состояли в браке. Зато платили за неё вместе.
Но я даже не возражала.
Я же, наивная дурочка, верила, что мы вместе навеки. Ага, как в сказах, долго и счастливо, и в один день.
А потом Илье надоело работать «на дядю», и он решил стать коучем. Учить людей зарабатывать миллионы, ну и сам, понятное дело, выйти на новый уровень существования. Я и тут возражать не стала – другие же могут, чем мой Илья хуже?
Хотя меня всегда смущало, как могут учить зарабатывать миллионы те, кто сам не имеет даже стабильных тридцать-сорок тысяч в месяц? Если ты сам достиг – научи других, а если сам не можешь – значит, не работают твои методы.
Но я понимала, что так сразу богатым и знаменитым не стать. И я готова была подождать. Целый год ждала. Потом начала потихоньку возмущаться…
Илья на это обиженно ворчал, что я его не поддерживаю и не понимаю, что он не создан для вот этого рабского труда за копейки, что мир о нём ещё услышит…
Я была бы только рада. Но просила его, пока мир временно оставался глух, найти хотя бы какую-то подработку, пока я не упала замертво, как загнанная лошадь, зарабатывая на жизнь и себе, и ему, плюсом оплачивая ипотеку и кредит за машину.
Но, даже несмотря на всё это, я верила, что скоро наш быт наладится – Илюха возьмётся за ум. Или внезапно разбогатеет. И всё у нас будет хорошо.
Ещё в тот Новый год я так думала.
И всё действительно казалось благополучным…
Но уже накануне Рождества, я вернулась домой пораньше, днём. В честь очередного грядущего праздника нас, девочек, шеф отпустил с работы в обед.
Вернулась я, значит, домой, а там меня встречают характерными звуками… И это были далеко не аплодисменты.
Отрицать ничего муж и не стал. Смысл? Доказательства, как говорится, налицо, вернее, на две голых э… спины.
А ведь, как известно, лучшая защита – нападение. В тот момент я это очень хорошо прочувствовала. Пока я смотрела на этих двоих, онемев от шока, припечатав мужа одним единственным словом «Разводимся!», он и Лерка принялись выливать на меня всё, что так долго и тщательно хранили внутри себя, если быть точнее, где-то в районе толстого кишечника.
Оказывается, толк с меня есть только в одном – бабки заколачивать, а так… и хозяйка из меня – никакая, и любовница – бревно, и в компании – зануда скучная, и, вообще, та ещё дура.
С последним я, пожалуй, готова была согласиться. Почти четыре года потратить на эту неблагодарную скотину, и в итоге уйти с одной лишь сумкой личных вещей…
Конечно дура!
Но теперь у него другая дура есть – Лера, пусть она его и содержит. А, может, и не Лера уже… Меня это больше не касается.
Я и без мужиков проживу. Если уже нас двоих обеспечивала, на себя точно заработаю. Квартиру пока снимаю, зато машину купила. Потихоньку и на собственное жильё накоплю. Котика себе заведу…
Котики они понадёжнее мужиков будут. Как там в той песне… Не помню точно, но смысл хороший. Когти могут поцарапать, но так, как люди, котики не ранят, не обидят…
Словом, котики – forever!
– Да с каким любовником, Серёжа?! Мы тут с Ольгой Князевой застряли! – возмущённо-истеричный возглас Юльки вырвал меня из неприятных воспоминаний годичной давности.
Внезапно у моего лица возник смартфон коллеги.
– Скажи ему!
Я подняла глаза на Юльку и отчаянно замотала головой. Ещё не хватало встревать в эти семейные разборки!
– Пожалуйста! Он мне не верит… Олечка, поговори с ним!
У Юльки уже покраснели не только щеки, но и глаза. И я сдалась.
Шумно вздохнув, я поднесла телефон и тихо сказала:
– Да…
– Что – да? Что – да? Я тебе сказал, копытами шевели, прощайся со своим хахалем и шуруй домой! Чтоб сейчас же… – рявкнул мне в ухо Серёженька.
– Сергей, вообще-то, это Ольга, – попыталась сохранить спокойствие я. – Добрый вечер!
– Знаешь что, Ольга… – пропыхтела трубка, – скажи этой, что если через пятнадцать минут её не будет дома, может, вообще не возвращаться!
– Сергей, сбавьте, пожалуйста, тон! Не смейте со мной… – я всё-таки не выдержала, но в трубе уже что-то щёлкнуло, и разговор оборвался.
Вот же хамло!
– Юля, как ты это терпишь? – возмутилась я.
– Да он же не всегда такой, ты не думай! – всхлипнув, отвела взгляд коллега. – И он прав. Там дети дома... Я обещала к двенадцати вернуться. Я же не знала, что так получится.
– Слушай, у тебя же не грудные младенцы – старшему лет десять, Соньке тоже уже в школу скоро, – не согласилась я. – Что он, не может с ними справиться? Приехал бы тогда сам и забрал тебя. Тут на машине – пять минут.
– Да он же на работе сегодня, в ночную смену, – объяснила Юлька. – Дети одни. Сашка, конечно, у меня помощник, но всё-таки ночь уже, а они там…
– Пусть так, но это ещё не даёт право мужу на тебя орать, – я упрямо поджала губы.
Собственно, я была в шоке от всего этого семейства. Муж ведёт себя как неандерталец. Юлька тоже хороша – ушла на корпоратив, детей бросила без присмотра.
С другой стороны, может, ей хотелось хоть что-то себе позволить. С таким-то Серёженькой по ресторанам она точно не ходит…
Ладно, с семейными проблемами пусть сами разбираются, а мне сейчас надо текущую задачу решить.
– Он меня точно завтра убьёт, – слёзы всё-таки покатились по раскрасневшимся щекам Юльки.
– Так, ну-ка, прекращай! – я обулась и поднялась. – Давай одеваемся, и вперёд!
– Куда? – испуганно моргнула Юля.
– Домой! – усмехнулась я. – Ты же тут недалеко… Минут пятнадцать идти. Я тебя провожу до дома, потом сама пешком дойду. Через полчаса уже буду в своей постели. А то мы так до утра тут просидим!
– Оль, а ты не боишься? – побледнела Юлька. – Время-то… второй час ночи…
– А у тебя есть другие варианты? – хмыкнула я. – Давай, предлагай! Вот и я о том. Не бойся – добежим быстренько! Город уснул, и мафия тоже…
– Что? – нахмурилась Юля, явно в эту игру не игравшая.
– Ничего. Маньяки, говорю, давно все спят. Путь свободен. Пошли уже! Сил моих больше нет, я не хочу здесь оставаться.
***
– Ой, спасибо, Олечка! Чтоб я без тебя делала! Одна бы ни за что не пошла. Спасибо! Ты меня просто спасла!
Юлька всю нашу недолгую дорогу до её дома рассыпалась в благодарностях.
И, если честно, меня это уже начинало бесить. Ну, сказала раз-два спасибо, и хватит. Тем более, ничего такого особого я не сделала. Я ведь всё равно собиралась идти домой.
Но Юлька пела и пела свои дифирамбы, да ещё тем противным лебезящим тоном, которым она уговаривала своего мужа не ругаться на неё.
Мне от этих восхвалений уже неловко было. Не люблю я вот такой чрезмерной слащавости, не верю в приторные речи.
Наверное, я всё-таки странная… Не люблю сладкое, не терплю витиеватые комплименты, всяческую мимимишность, многословность. А ведь нормальные женщины такое как раз обожают.
Но я и тут отличилась. И, вообще, я привыкла людей оценивать по делам, а не по обещаниям и разговорам.
– Юля, да всё уже, хватит! Проводила и проводила, – попыталась я остановить нескончаемый поток речи. – Давай! До квартиры уже с тобой не пойду, сама добежишь. С наступающим!
Коллега ещё что-то выдала напоследок, но я уже не слушала, осторожно спускаясь с крыльца по скользким ступеням. За спиной хлопнула подъездная дверь…
И я осталась одна в абсолютной тишине зимней ночной улицы.
Сонная нега окутала наш город. Ночь была светла от фонарей и белого пушистого меха, покрывавшего дворы, тротуары и дороги. Снег обновил свой наряд совсем недавно, и это чистое полотно ещё никто не успел испортить.
Невесомые крупные хлопья и сейчас медленно парили в золотых лучах фонарей, сверкали, искрились, создавая то самое сказочное новогоднее настроение. Кое-где в тёмных окнах и на балконах мигали разноцветные ленты гирлянд. Было уютно и чуть грустно.
Хотелось остановиться и полюбоваться волшебством вокруг, но мой лёгкий карнавальный костюм не годился для долгих зимних прогулок. Длинный алый плащ, нелепо торчащий из-под шубки, прикрывал ноги и слегка спасал положение, но всё-таки лёгкий морозец бодрил, заставляя меня шагать довольно быстро.
Под ногами поскрипывал снег. И это был единственный звук, нарушавший зимнее безмолвие. Никого. Нигде. Даже машины не проезжают.
Белый, спящий город, окутанный морозным туманом, украшенный бахромой инея. Как будто само время остановилось, и мир вокруг казался нереальным, заколдованным, застывшим от ледяного дыхания Снежной Королевы.
Я по ночам обычно не разгуливаю, и сейчас эта картина поразила меня до глубины души. Вроде ничего такого... Но иногда самые простые, обыденные вещи в нашей жизни и способны подарить настоящее чудо.
Совершенно очарованная этим зрелищем я, наконец, свернула в небольшой парк, расположенный буквально в десяти минутах от моего дома. Решила срезать путь. Если не обходить этот заснеженный сквер по кругу, а проскочить по центральной аллее, то уже совсем скоро я окажусь дома.
Кто-то скажет, что бродить ночью по безлюдному парку весьма неосмотрительно. Но я не чувствовала страха.
Волшебная предновогодняя атмосфера добралась и сюда. Здесь, как и везде, горели фонари и гирлянды, в их сиянии снег сверкал, словно россыпь бриллиантов. Давно облетевшие деревья были высажены довольно далеко друг от друга, так что пространство вокруг оставалось светлым и сказочно-красивым.
И я шла спокойно, ничего меня не пугало. Не думаю, что тут за каким-нибудь кустом одиноких девиц поджидает маньяк или грабитель… В принципе, их ведь запросто можно встретить и у собственного подъезда.
И вообще… Главное, поменьше думать о всяком таком, тогда и не притянешь в свою жизнь подобные гадости!
А через пару минут о потенциально опасных криминальных элементах я вообще забыла…
Порыв ветра, ударивший в лицо пригоршней снежинок, колючих, как японские сюрикэны[2], едва не сбил меня с ног.
Погода изменилась за какие-то секунды. Завьюжило, закружило.
Небо потемнело, словно на него плеснули чернил. Лёгкие воздушные хлопья внезапно сменились обильным снегопадом, таким плотным, будто кто-то надо мной выпотрошил гигантскую перьевую подушку.
Похоже, Госпожа Метелица решила взбить свою перину…
Снежный вихрь мешал идти вперёд. Полы моего странного одеяния трепетали на ветру, который уже и под шубу пробрался.
За пару минут я продрогла насквозь. Особенно досталось ногам в капроновых колготках. Да и руки я уже с трудом чувствовала, ведь пыталась ими прикрыть заледеневшее лицо, но обозлившаяся вьюга так и хлестала меня по щекам.
Пурга ярилась, набирала обороты. Я пару раз упала, не в силах противостоять ветру.
Больше всего хотелось вцепиться в ближайший столб. Но я понимала, что тогда меня ждёт печальная участь – стать ледяной статуей. И найдёт поутру местный дворник новую композицию в парке – «Ольга и её фонарь – вместе навсегда».
Я словно оказалась внутри огромной стиральной машины, только вместо пены меня раскручивало в центрифуге вместе с белоснежными обжигающе-ледяными хлопьями.
Да уж, такого завершения весёлого новогоднего корпоратива я точно не ожидала!
Меня так закрутило в этом снежном водовороте, что я вообще уже не понимала, куда мне нужно идти, где выход из парка.
Пелена снега и так была очень густой – буквально в паре метров от себя я уже ничего не видела, а тут ещё впереди полыхнул снопами искр ближайший фонарь. Яркий фейерверк тотчас погас, а следом за ним и все остальные фонари на аллее, а заодно и гирлянды.
И я потеряла последний ориентир. Глухая чёрно-белая стена бурана обступила меня со всех сторон.
Я пошла вперёд просто наугад, выставляя руки как слепая, жмурясь от бьющего в лицо яростного ветра. Мне было так холодно и страшно, как ещё ни разу в жизни.
В конце концов, я упала лицом прямо в снег и пару минут лежала не в силах пошевелиться.
Мамочки, неужели я так и замёрзну сейчас тут насмерть, не смогу выбраться из снежного плена!
Я истерично захохотала.
Замерзнуть в парке, будучи трезвой, в пяти шагах от собственного дома, да ещё и накануне Нового года – такое могу только я!
Нет уж, отставить истерику – соберись, тряпка! Двигаемся энергичнее, идём только вперёд!
И я пошла…
Только, кажется, окончательно убрела от центральной аллеи. Фонари мне больше не попадались. Зато деревьев становились всё больше. И сами они стали огромными, кряжистыми, старыми. Я таких и не помнила в нашем парке. Видно, забрела в какой-то дальний заброшенный уголок.
Ветви нависали надо мной, пряча ненастное небо. От этого стало совсем темно.
Ноги вязли в белой рыхлой каше. Нанесло столько снега, что я едва могла пробираться по этим сугробам.
Нет, я точно бреду куда-то не туда…
Сопротивляясь ветру, я развернулась и двинулась обратно. Вскоре мне показалось, что я выбралась на какое-то подобие дороги. По крайней мере, идти стало чуть легче. Если бы ещё утихло это жуткое ненастье!
Я уже промёрзла насквозь так, что шевелилась с трудом.
И вдруг показалось, что сквозь пургу впереди мелькнуло что-то тёмное, похожее на какое-то квадратное сооружение. Я рьяно стала пробираться к нему.
Это точно не дом, но возможно, какое-то подсобное помещение дворников или сторожка. Вдруг мне повезёт, и оно окажется открытым…
Сейчас я мечтала лишь о том, чтобы хоть на пять минут спрятаться от ледяного ветра.
Но дойти я не успела…
Гудящую от ветра снежную ночь вдруг пронзил леденящий душу волчий вой.
Я замерла, как вкопанная. Мне, конечно, и так было холодно, но я всё-таки почувствовала, как по коже табуном мурашек пробежал ледяной озноб.
– Какие волки в нашем парке?! Оля, ты совсем уже мозги отморозила! – шикнула я на себя вслух, чтобы точно подействовало.
Надо сказать, помогло. Включилась логика. Страх слегка отступил.
Разумеется, волков тут быть не могло. Наверняка, это просто какая-то крупная собака так страшно выла.
Правда, с собакой, способной издавать такие жуткие звуки, у меня тоже не было ни малейшего желания встречаться. Впрочем, в такую погоду, как говорится, хороший хозяин собаку…
А вдруг тут какая-то бродячая стая! И я на их территорию забрела. Но бездомные псы в такой буран тоже наверняка попрятались. Это только одной бешеной дома не сидится.
Впрочем, сейчас и я тоже себе убежище найду…
Я наконец добралась до этой большой чёрной коробки и разглядела сквозь пелену метели, что это что-то вроде кареты или крытых саней. Наверное, детей катали по парку, а потом бросили здесь…
Возок изрядно занесло, однако, я, преодолевая снежные преграды, потянула на себя приоткрытую дверцу…
И к ногам моим из повозки, словно мешок картошки, выпал… труп!
Я заорала на весь парк и отскочила.
Может, это, конечно, был не человек, а манекен – ну, вдруг это такой жёсткий розыгрыш у кого-то. Или человек был жив, но без сознания.
Но моя первая мысль была именно такая – труп. От ужаса я совсем потеряла голову, попятилась, споткнулась обо что-то в снегу, рухнула на спину и вдруг с ужасом поняла, что подо мной ещё одно тело.
Я с истеричным воплем вскочила, готовая броситься прочь от этого ужасного места.
Неистовый буран стал немного стихать, и мне показалось, что я различаю дорогу, петлявшую меж деревьев. Я уже почти рванула вперёд, но тут из темноты и снежной пелены на эту самую дорогу скользнула тёмная тень, потом ещё одна…
И снова ночь раскололась от заунывного воя.
Я смотрела на огромных зверей, застывших в нескольких метрах от меня, и мечтала лишь об одном – немедленно проснуться. Серые, могучие, со сверкающими во тьме жёлто-зелёными глазами, они неспешно надвигались на меня, низко опустив головы.
И это точно были не собаки!
Я развернулась на месте и, забыв про сугробы, буран и окоченевшее тело, со всех ног бросилась прочь. Но куда же мне тягаться с дикими зверями!
Стая неслась за мной, азартно взрыкивая, словно эта охота их веселила и забавляла.
А мне казалось, что я сейчас свихнусь от ужаса.
Серые почти догнали меня, но садистке-судьбе и этого показалось мало…
Откуда-то с обочины на дорогу прямо передо мной метнулось ещё несколько крупных зверей.
Самый первый и самый здоровенный был почти чёрным. Он оскалился и зарычал, прижав уши, я машинально рванулась от него в бок и полетела в какую-то канаву.
Следом за мной туда же прыгнул Чёрный, потом и ещё двое зверюг. Один из серых сразу метнулся ко мне.
В глазах всё поплыло, кажется, моё сознание не выдержало…
Вот и твой конец, Оленька… Как же нелепо и страшно! Меня сейчас сожрут волки! Доигралась в Красную Шапочку!
Клыкастая серая морда уже нависла надо мной, но тут в этого зверя, словно пушечное ядро, врезался тот матёрый Чёрный, они сцепились между собой и покатились с рычанием, остервенело хватая друг друга.
Не дожидаясь, пока закончится этот поединок за право сожрать меня первым, я перевернулась и поползла по снегу, уже совершенно не чувствуя ног и рук от холода, а, может, от ужаса.
Однако я забыла про ещё одного волка, который попытался меня догнать. И догнал, собака серая! Хорошо, что горло сразу не перегрыз, а вцепился в мою шубу и потащил в сторону.
Я дико закричала. Эхом мне прозвучал жалобный взвизг. Я почувствовала, что меня отпустили, и перевернулась на спину.
Прямо на моих глазах огромный чёрный волчара отшвырнул за шкирку, словно щенка, того серого, помельче.
А потом Чёрный двинулся ко мне.
«Похоже, Нового года не будет… Это конец!» – успела подумать я.
И потеряла сознание.
***
[1] На молодёжном сленге означает расслабляться, отдыхать, праздно проводить время
[2] Разновидность метательного оружия, знаменитые «звёздочки ниндзя».
2 Здравствуйте! Очень приятно! Князь...
Оля
Я уже проснулась, но глаза открыть не спешила. Если честно, после моего первого странного пробуждения, было боязно это делать.
Вдруг тот мужик мне не приснился! Сейчас рядом со мной никто не лежал, но… Что если он до сих пор разгуливает по моей квартире?
В голове как-то всё смешалось, я запуталась в снах и яви и уже с трудом понимала, что мне пригрезилось, а что было на самом деле.
Вроде бы я восстановила в памяти, чем закончился корпоратив, но это не внесло никакой ясности.
Так, Олечка, давай подключим логику!
В снежный буран я попала точно, по парку бродила, замёрзла… Что дальше?
Прислушалась к собственным ощущениям – чувствовала я себя сейчас почти нормально, озноб прошёл, отогрелась, тело не болело, никаких обморожений или ран, кажется, не было. Значит, я всё-таки здорова и списать всё последующее на бред из-за высокой температуры не выйдет.
Потом были волки…
Но были ли они?
Сейчас я не брала в расчёт, что им в городском парке взяться вообще-то неоткуда. Просто приняла этот странный факт – на меня напала стая диких животных, и…
Если они были реальны, почему я ещё жива? Что могло помешать тому чёрному чудищу растерзать меня, когда я отключилась? И как я вообще оказалась дома, если точно помню, что вырубилась в какой-то заснеженной канаве.
Может, кто-то меня спас?
Вдруг какой-то случайный поздний прохожий отогнал этих зверюг, а потом доставил домой…
Ага, заодно и переночевать остался. А то ему так пить хотелось, что аж кушать было нечего, вот и напросился в гости.
Тем более, я даже отказать не могла. Я ж была в отключке. А молчание, как известно, знак согласия.
Память меня подводила, но из тумана забвения всё-таки всплывали какие-то даже не воспоминания, а едва уловимые ощущения – прикосновения, покачивание, будто кто-то несёт меня, тепло чужого тела, руки, скользящие по телу, избавляющие меня от одежды, горячая кожа, жаркие объятия. Значит, кто-то всё-таки был со мной рядом…
Эта версия тоже имела сразу несколько слабых мест.
Во-первых, даже если предположить, что кто-то там, в парке, увидел меня в самый критический момент моих приключений, хотела бы я посмотреть на супергероя, который в одиночку разогнал стаю голодных, злобных волчищ!
Во-вторых… во-вторых, все мои версии это полный бред! Потому что всё, что вчера случилось, никаким законам логики не подчинялось в принципе.
Ладно… Значит, хватит гадать и играть в детектива – пусть я и люблю на досуге почитать истории про расследования и раскрытие преступлений, но из меня самой мисс Марпл[1] вряд ли получится.
Пора просто открыть глаза и смело принять свою реальность, принять как должное!
Что я и сделала…
Но к такой реальности я оказалась совершенно не готова. Потому что… это была никакая не моя реальность!
***
Я зажмурилась на мгновение. Снова открыла глаза. Но галлюцинация таять не планировала.
Я ошеломлённо огляделась, захлопнула раскрытый от изумления рот и выразилась так витиевато, как не пристало благовоспитанным барышням.
Комната была большая, странная и… явно не моя.
Стены из светло-серого камня, каменный же пол… Собственно, кроме камня, в этом странном помещении почти ничего и не было. Большая кровать, на которой я лежала, камин, узкое стрельчатое окно, лавка, сундук, старинные масляные лампы, закреплённые на стенах.
Обстановка слегка напоминала ресторан «Старый замок», в котором я буквально вчера ужинала на корпоративном вечере. И я даже на миг попыталась убедить себя, что, очевидно, там, в ресторане и осталась…
Может, у них там есть гостевые номера, и… мне отчего-то стало плохо, и бедную Олю проводили в этот номер, а парк, буран и волки мне просто приснились…
