9 снов лорда Рэйвена 2

Рэйвен смущенно промолчал.

- Все в этом мире очень относительно, - философски заметил Лейкери. – Черное и белое ищут только те, кто не сумел повзрослеть – люди вроде Вашего отца. Но правильнее не бросаться из крайности в крайность, а провести черту и балансировать на ней. Простой вопрос: если б лорд Арык влюбился в Вашу сестру, Вы бы позволили ему коснуться ее руки? Если б она была не против, разумеется.

- Кхм, - Рэйвен кашлянул. – Пожалуй, да.

- А возлечь с ней на ложе? – продолжил доктор.

- Нет, - Рэйвен даже отшатнулся и в ужасе посмотрел на собеседника. – Какая гадость!

- Вот Вам и ответ, - Лейкери развел руками. – Ищите грань между двумя крайностями и балансируйте на ней. Если не понимаете, что можно, а что нельзя, просто подставьте в свою ситуацию других людей, и ответ прояснится сам собой.

- Но я не всегда успеваю проконтролировать свои порывы – сегодняшнее утро мне это продемонстрировало, - признался Рэйвен.

- Честность и искреннее раскаяние помогут Вам, - сказал доктор. – Кеттелин не истеричная дурочка, она поймет. Да и вообще, оставляйте выбор ей, когда чувствуете, что запутались и на здравые решения не способны. Сухое наблюдение предоставьте мне, поиски исцеления - отцу. А сами… наслаждайтесь жизнью, мой юный друг. Я понимаю суть Ваших душевных терзаний. Но погружаясь в них, Вы тратите драгоценное время с Кеттелин. Раз уж решили, то отдайтесь Амоку, насколько это возможно. Потому что позже будут только боль и сожаления. Идите к ней, дышите ею, живите ею. Оставьте страдания старикам.

- Лейкери, Вы специально толкаете меня на безумство? – спросил молодой лорд, неверящим взглядом окидывая своего врача и воспитателя.

- Звучит, как комплимент, - улыбнулся тот. – Хотя вообще-то я просто любитель романтичных историй. Сказал бы, что в восторге от происходящего с Вами, но это слишком эгоистично. Я переживаю за Вас, мой мальчик. Рад и немного завидую, но боюсь, как за родного сына.

Он подался вперед и на мгновение сжал плечо молодого лорда. Рэйвен ощутил благодарность за эту поддержку. Хотел что-нибудь ответить, но не сумел подобрать слова и только кивнул. Лейкери кратко улыбнулся.

- Ну, а теперь соберитесь, пожалуйста, - доктор перешел на деловой тон. - Вам пора окончательно принять на себя роль официального посла Эльдара. Обед у Дегеды Мудрого начнется с минуты на минуту.

***

За обедом Рэйвен был рассеян. Как и ожидалось, Кеттелин не явилась, и ее место занял Арык.

- О, так ты живой, - деланно удивился шаттергранец, когда заметил соседа напротив. – А мне сказали, ты расшибся.

«А мне сказали, ты проиграл однорукой девице», - сама собой сформировалась на языке ответная фраза. Но Рэйвен сдержался и вежливо ответил:

- Со мной все в порядке, спасибо за беспокойство.

Арык хмыкнул.

- А третий где? – спросил он, обсасывая утиные ребрышки и пачкаясь в жиру.

- Мой отец сегодня утром отбыл обратно в Эльдар, - все тем же ровным тоном ответил Рэйвен, сдержав желание брезгливо поморщиться при виде разлетающихся во все стороны от шаттергранца капель соуса.

- А ты че остался? – спросил было Арык, но тут в их разговор вмешался сидевший рядом Дегеда и одернул сына:

- Арык, я же просил тебя обращаться к гостям на «Вы», - напомнил он. – Да и в целом будь повежливее. Ты мой наследник, и я хочу, чтобы ты вел себя соответствующе.

- Наследник-то я, но все важные дела ты отчего-то поручаешь Бени, - огрызнулся тот.

- Если б ты делал их, как она, то тебе бы и поручал, - спокойно сказал Дегеда. – Чем жаловаться, поучился б лучше. Да вот хоть бы и вести себя за столом. Мне стыдно за тебя перед гостями.

- Я веду себя за столом так, как вели себя наши деды и прадеды, - Арык демонстративно отложил вилку, взял руками утиную голень и откусил большой кусок, а затем добавил с набитым ртом: - Это все Бени тебе голову задурила со своими этикетами. Сама под эльдарцев прогнулась и нас раком поставить хочет.

- Арррык! – глухо зарычал на сына Дегеда, меча из глаз молнии.

- А что Арык? Ты бы народ-то послушал, а? – возмутился молодой человек. – Она ж всюду нос сует. Без ее разрешения и посрать нельзя. Люди боятся лишний раз сделку заключить: обязательно Бени узнает и заявится. А чуть что не так – и ты уже труп. Она даже свой отряд не жалеет: одному торговать запретила, второго вообще пришила по-тихому. А ты знаешь, как она расправляется с теми, кто ее беспризорников хоть пальцем трогает? Не знаешь, так поспрашивай на досуге. А те беспризорники по всему городу уже расползлись: и едальни у них, и мастерские, и на купцов они работают, и на скупщиков. Людям страшно, понимаешь?

Арык, и без того говоривший довольно громко, под конец и вовсе начал работать на публику. И публика - пара дюжин прочих гостей – согласно загудела, поддакивая в некоторых местах.

- Бени действует по моему приказу, - нахмурился Дегеда.

- А ты в этом уверен? – сощурился Арык. – Белоголовых подмазывать тоже ты ее навострил? Или все-таки она сама по доброй воле на этого хлыща вчера вешалась?

Он ткнул испачканным в соусе пальцем в сторону Рэйвена.

- Если мы мешаем, то можем уехать хоть сегодня, - ровным голосом ответил тот. – Леди Кеттелин всего лишь показывала мне город и традиции Вашего народа.

- А ты бы вообще помолчал, - огрызнулся на него Арык. – Мы с вашими дел не имеем. Сунетесь – накостыляем.

- Арык! – снова попытался призвать сына к порядку Дегеда. – Пошел вон из-за стола!

- Ну и пойду, - сказал парень, с шумом выбираясь со своего места. – Все равно мне с белоголовым за одним столом сидеть противно. Лучше воздухом свежим подышу. А то навоняли тут своими бабьими духами – не продохнуть.

Он хрустнул шеей и вышел через главный вход.

- Простите моего сына, лорд Рэйвен: мальчик еще слишком молод, а я редко занимаюсь его воспитанием, - извинился Дегеда.

- Да ничего, я понимаю, - вежливо кивнул Рэйвен. – Позвольте выразить надежду, что однажды он все-таки станет Вашим прекрасным преемником.

- Когда-нибудь станет, в этом нет сомнения, - кивнул Дегеда. – Но хорошо бы перед тем ему успеть повзрослеть. Позвольте откланяться: мне нужно поговорить с сыном.

- Да, разумеется, - Рэйвен привстал, чтобы поклониться в ответ. – Приятного дня.

И Дегеда ушел, оставив эльдарцев наедине с прочими гостями. Некоторое время за столом продолжали говорить приглушенно. Но затем то один, то другой присутствующие начали повышать голос, и спустя пару минут все уже шумно обсуждали подкинутые Арыком идеи:

- Я эту Вербену вообще боюсь до чертиков, - сказал молодой мужчина с тонким, как будто сплющенным носом. – Видали, как она Черпака на боях свалила? Одним ударом же. Не зря про нее болтают всякое. Парни бают, что она вообще мужик.

- Что за ерунда? – нахмурился весьма почтенный на вид старик. – Бени у меня на глазах росла: вот такусенькой ее помню.

Он показал руками размеры кролика.

- Красотой особой в детстве не блистала, правда, - продолжил он. – Но и с парнем ее никогда не путали. Это после того случая с Велесом она подурнела. Ну, да это не повод ее грязью поливать. Хорошая девка – работящая, послушная.

- Старшой, ты будто про другого человека говоришь, - поморщился мужчина со сплющенным носом. – Ты давно ли с ней общался? Вербена не слушает никого, она себе на уме. Даже сам Дегеда с ней постоянно спорит.

- Говорят, она метит на место Арыка, - заметил другой мужчина.

- В смысле? – не понял его сосед.

- Ну, на трон хочет сесть, - пояснил тот. – Вместо Арыка. А может, и отца поторопит место освободить – с нее станется, знаешь ли.

- Заливаешь! – сказали сразу три голоса.

- Да точно вам говорю – сам слышал, - мужик даже подался вперед.

- Вы бы поменьше уши развешивали, - посоветовал им строгий мужчина в дорогих одеждах. – Дегеда правильно говорит: Арык молодой еще, несет что ни попадя. А леди Кеттелин еще ни одного без дела не обидела. Вот за провинность наказать – это другое дело: за ней не заржавеет. Ну так разве не затем Дегеда ее в город вместо себя гоняет? Но однако ж поглядите: наследником Арыка оставил. Так в чем проблема? Лично меня все устраивает.

- Ну Вы, господин Сурок, человек уважаемый, - заискивающе сказал ему сосед в жилетке без пуговиц. - К Вам она не заявится. А прочие ее, как огня боятся.

- А я тоже на стороне леди Кеттелин, - подал голос еще один мужик с другого края стола. – Так и надо с ними. А то расплодили, понимаешь, нахлебников. Кеттелин всех построит. И ежели Дегеда захочет ее на трон посадить, так я руками и ногами за. Еще б ей мужа нормального, и вообще хорошо будет. А Арык, может, парень и умный, да шебутной больно. С таким в набег хорошо или на охоту. А на троне-то что ему делать?

- Вот и я думаю: ежели что с Дегедой случится, Арыка быстренько Росомахи приберут. Или Кривые ножи, - вмешался в разговор старик с белой бородой. - И будем мы под ними ходить, спину гнуть. Не, мужики. Вы как хотите, а по мне, так леди Кеттелин надо регентом ставить. Есть у конников такая должность: умный человек при молодом князе, который от его имени страной правит, пока князь не повзрослеет.

- Это самая дурная идея, которую я слышал, - отозвался человек в жилетке. – Ежели ее регентом поставить, как потом от трона отваживать? Да и Арык, чай, не мальчик уже. Каково ему под бабой ходить? Позор ведь.

И они все продолжали и продолжали обсуждать разные варианты будущего (и настоящего) страны, но в какой-то момент Рэйвен, не желая слушать сплетни, отвернулся, чтобы посмотреть в окно, и заметил там черноволосую голову девушки. Та, поняв, что он на нее смотрит, стала активно махать рукой, призывая выйти. Рэйвен и Лэйкери переглянулись, и доктор пожал плечами: мол, Вам решать.

Рэйвен встал и, извинившись, стал пробираться к выходу. Впрочем, его уход мало кого заинтересовал: в отличие от Арыка, прочие трапезничающие предпочитали эльдарцев просто игнорировать.

Глава 3.

- Дайте угадаю: они там меня грязью поливают, - сказала Кеттелин, стоило ему только выйти под яркое солнце и очутиться рядом с ней.

- Так Вы знаете? – удивился Рэйвен.

- Разумеется, - фыркнула девушка. – У меня на каждой улице свои «уши», а уж в доме и подавно. Это мой город, я здесь хозяйка.

- Боюсь, не все так считают, - осторожно начал Рэйвен. – Мне кажется, Вам следует быть осторожнее: вдруг они решат от Вас избавиться?

- Избавятся, конечно. Однажды, - беспечно согласилась Кеттелин. – Но будем надеяться, что это случится путем моего естественного исхода. В любом случае бояться следует не этих пустозвонов: пусть болтают, что хотят, пока не подстрекают к бунту. Самые страшные личности прячутся в тени. Вот если б понять, кому я такому сильному дорогу перешла, что меня уже который месяц чехвостят и в хвост, и в гриву… Но увы, пока для этого недостаточно сведений. Кто-то определенно ведет против меня войну и уже довольно давно. А Вы только сейчас поняли, с кем связались? Бойтесь, милорд: я страшная, злобная, мстительная и… что там про меня еще говорят? Ах, да – вездесущая, аки богиня.

Она весело рассмеялась, на мгновение запрокинув голову – определенно, сегодня Кеттелин была в прекрасном настроении. Пожалуй, Рэйвен ее такой еще никогда не видел. И все это благодаря одному человеку. Но не ему.

- Солнце мое, так ты идешь или нет? – сквозь живую изгородь просунулся тот, кого Рэйвен видел утром. Рубахи на нем не было, она была заткнута за пояс, а волосы перетягивала лента, которую совсем недавно он видел на Кеттелин. Рэйвен ощутил, как в нем просыпается ревность и звериная ярость. Даже темные точки перед глазами появились.

- Я хочу взять его с собой, - сказала Кеттелин, беспечным жестом указав на эльдарца и не заметив изменений в его состоянии.

- Белоголового? – не поверил своим ушам шаттергранец и окинул спорный объект любопытным взглядом. Рэйвен почувствовал себя товаром на аукционе.

- Он свой в доску, - заявила Кеттелин, собственнически обхватив Рэйвена за плечи и еще больше усилив впечатление торгов. Желание убивать одномоментно перековалось в желание прижать ее к стене дома. Рэйвен сглотнул непроизвольно набежавшую слюну.

- Ну, тебе виднее, - пожал мускулистыми плечами человек по имени Филин. – А нам за это ничего не будет?

- Ты так говоришь, как будто мы не на реку собираемся, а как минимум политический переворот задумали, - хмыкнула девушка.

- Не, ну он же… богорожденный, или как это называется, - попытался объяснить свои сомнения шаттергранец, косясь на Рэйвена из-под бровей. – Испачкается еще или на солнце обгорит, а нам потом твой отец за это вставит по самое не хочу.

- Филин, куку: он, вообще-то, взрослый человек и сам может решать, хочет или нет куда-то идти. Наше дело предложить. Лорд Рэйвен, пойдете с нами и с конниками на реку?

Она вопросительно глянула на эльдарца.

- С конниками? – переспросил тот, пересилив детское желание бросить в черные глаза мужчины песком, которым были посыпаны дорожки, чтобы тот не пялился на его Кеттелин. – Это раса, которая к западу от вас живет?

- К юго-западу, - поправила девушка. – Их отряд воевал на нашей стороне в последней стычке – я их наняла, чтобы до сенокоса управиться. Вот только вернулись – за наградой и покутить немного в городе перед возвращением.

- Классные ребята, - подтвердил шаттергранец. – Они меня спасли, когда я, раненный, свалился с обрыва в реку. Выбраться сам не мог, думал – все, кровью истеку и привет, прадедушка.

Он кивнул на еще не до конца зажившую рану на своем боку.

- Мог бы, кстати, хоть весточку подать, что ты с конниками зажигаешь, - укорила его Кеттелин. – Я думала, ты погиб.

- Ну, мне сначала не до того было, - покаялся Филин. – Лихорадка, знаешь ли, как-то не способствует общению. А потом я решил сделать тебе сюрприз.

- Сюрприз удался, - подтвердила девушка. – Но лучше б ты поберег мои нервы и прислал письмецо. Ну так что, Вы идете с нами, лорд Рэйвен?

Она снова развернулась к эльдарцу, глядя на него, как ни в чем не бывало. На ее щеках играли солнечные блики, отраженные дешевым стеклом окон, а ветер трепал выбившиеся из узла пряди волос. Рэйвен тоскливо посмотрел на нее будто сквозь невидимую стену, которая разделила их в момент появления этого… Филина. Вроде бы, ничего не изменилось, и она все так же стояла рядом, но была теперь недостижимо далека.

- Я все еще не совсем понял, куда и зачем, - осторожно сказал он, пытаясь не выдать своих эмоций. – И не буду ли я там лишним.

- Друзья лишними не бывают, - заявила Кеттелин. – А насчет «куда и зачем»… Мы идем купать коней. А потом будем жечь костер и жарить картошку.

Шаттергранец поднял увесистый мешок, иллюстрируя слова подруги. Мешок подозрительно булькнул. Мужчина подмигнул Рэйвену. Эльдарец через силу улыбнулся ему.

- Идемте, будет весело, - Кеттелин потянула его за рукав. Рэйвен же ощутил в себе противоборствующие желания: одна его половина желала следовать за ней куда угодно, другая хотела побеседовать с этим Филином – не важно, о чем и как, лишь бы тот больше не подходил к девушке. А лучше – придушить соперника прямо сейчас.

Рэйвен сжал кулаки так сильно, что ногти врезались в кожу и в глазах потемнело.

- А мне с вами можно? – неожиданно раздался за его спиной голос Лейкери, вырывая Рэйвена из секундного забытья. – Молодость вспомнить.

Доктор подмигнул шаттергранцу. Тот недоуменно поднял брови при слове «молодость», ведь Лейкери выглядел, как его ровесник, если не моложе, но спохватился, кто перед ним, и хмыкнул.

- Конечно, - сказала Кеттелин, вполне искренне обрадовавшись этому предложению. – Чем больше народу, тем веселее. Погодка сегодня – огонь!

- Огонь! – восторженно повторил Лейкери, похоже, вписав это словечко в свою коллекцию неофициальной лексики. – Только подождите немного – я возьму лосьон от солнца. И чего-нибудь увеселительного.

- А говорят, белоголовые – снобы, - хмыкнул Филин.

- Хах! – отозвался доктор. – Да я гулял на этих землях, когда ты еще не родился!

Кеттелин взорвалась смехом. Рэйвен перевел взгляд с одного на другого, посмотрел на хохочущую над ними Кеттелин и почувствовал себя унылым стариком.

***

Конники называли себя унагийцами. Это оказались рослые смуглые люди с белозубыми улыбками и горячим нравом. Рэйвен увидел их еще когда они с Кеттелин пошли на конюшни: мужчины были верхом, но без седел, их было видно издалека. А еще на них почти не было одежды. Собравшиеся со всего двора девицы заполонили все возможные места для просмотра и зубоскалили напропалую, заигрывая с мускулистыми красавцами. Те отвечали тем же. Рэйвен уже понял, каким является идеал мужчины в этой стране, и гости с юга вполне ему соответствовали.

- Вы чего так долго? – спросил один из них, когда Кеттелин со своим небольшим отрядом выехала из ворот конюшни: так же без седла. А еще без рубахи, в спущенных на бедра бесформенных штанах и с голыми пятками.

- Я ж все-таки девица, - ухмыльнулась она. – Мне простительно долго собираться.

- Девица она, посмотрите на нее, - рассмеялся конник, сверкая зубами. – И в каком месте ты принарядилась?

- В таком, которое приличные девушки всем подряд не показывают, - ответила ему Кеттелин такой же зубастой улыбкой.

- М-м-м, - конник поиграл бровями, а потом рассмеялся, подъехал ближе и сказал:

- Привет, Красава.

- Привет, Хайсин. Сто лет не виделись, - Кеттелин подалась вперед, и они пожали друг другу руки. – Ах да, познакомься: это лорд Рэйвен из дома Лаард – посол Эльдара. Лорд Рэйвен, это Хайсин Седьмой – младший сын князя Байши. Он тоже официальный представитель – от унагийцев.

- Приятно познакомиться, - Рэйвен склонил голову.

- И мне, - ответил унагиец, с интересом его разглядывая. – Впервые встречаю живого эльдарца. Хотя мертвых я тоже ни разу не видел – уж больно вы далеко живете. Как оно там на севере? Правда, что белые медведи по улицам ходят?

- Нет, - осторожно сказал Рэйвен, пытаясь понять, дружеская шутка это или едкая острота. – Полярные медведи обитают севернее. У нас климат почти такой же, как в Шаттергране, только зимы чуть подольше. Белым медведям у нас жарковато.

- Ясно, - кивнул унагиец. – Я зимы не люблю. Не понимаю, как можно выживать, когда по полгода свежей травы не дождаться. Чем лошадей-то кормить? Трухой сушеной? Ладно, идемте уже на реку. Лошади застоялись.

Он развернул своего коня, и оба отряда двинулись в сторону врат. Воздух полнился крепчающим зноем, перестуком копыт, разговорами и смехом. Люди улыбались, предвкушая хороший денек, махали рукой старым друзьям. И в этой пышущей жизнью и молодостью массе чужих тел Рэйвен еще острее почувствовал себя старым и бесконечно одиноким.

- Рэй, все нормально? – негромко спросила Кеттелин, коснувшись его колена – до других частей тела она со своей лошади не дотянулась.

- Да, все хорошо, - ровным голосом сказал он и применил все свое искусство этикета, чтобы просто вежливо улыбнуться ей. Кеттелин поверила. Или сделала вид, что поверила, но тоже улыбнулась в ответ, отвернулась, наддала кобыле босыми пятками и с боевым кличем вырвалась вперед. Клич был подхвачен, люди оживились, и вся конно-людская масса устремилась к северным воротам. Женщины на улицах взвизгивали и рывком выхватывали детей из-под копыт, мужики приветствовали гостей улюлюканьем или матом, если те задевали неудачно поставленную телегу с товаром, а то и вынуждали спешно отбежать с дороги.

Из города они вырвались на такой скорости, будто преследовали кого-то. У некоторых лошадей даже пена появилась в уголках рта. Глаза унагийцев горели огнем, загорелые тела блестели от пота. Рэйвен отстал, прекрасно осознавая, что ему нечего делать на этом празднике жизни. Лейкери, вырвавшийся было вперед, заметил это и притормозил лошадь, так что когда отряд достиг реки и на полной скорости ворвался в воду, два эльдарца лишь спокойно подъехали к берегу и спешились, наблюдая за странным зрелищем.

- Я, кажется, велел Вам наслаждаться жизнью, а не страдать в одиночестве, - сказал Лейкери, расседлывая свою лошадь.

- Я наслаждаюсь, - ответил Рэйвен с тоской глядя на Кеттелин. Филин безостановочно брызгал на нее водой, а девушка смеялась, закрываясь от него руками и не пытаясь бороться. Хайсин ущипнул ее за мокрый бок, Кеттелин взвизгнула и, смеясь, ухнула с лошади в воду. Вынырнула и обматерила обоих, не переставая посмеиваться. Филин наклонился – она протянула ему руки. Шаттергранец вынул девушку из реки и усадил на лошадь перед собой, крепко обняв. Мокрые одежды облепили их тела.

- Это какое-то извращенное наслаждение, - нахмурился Лейкери, проследив направление взгляда подопечного. – Держите лосьон от солнца.

Рэйвен отвернулся от зрелища конско-людского месива, поймал флакон и привычно начал увлажнять уже слегка горящую кожу. Лейкери расседлал лошадей, хлопнул их по крупам, и обе кобылы самостоятельно умчались в воду – следом за общим табуном.

Жара усиливалась, лето вступило в свои владения. Солнце яростно пекло, в небе не было ни намека на облака. Обычно в такую погоду Рэйвен прятался в помещении, и теперь с непривычки медленно, но верно перегревался. Он присел на травяной холмик, вынул из кармана платок и положил себе на голову, чтобы хотя бы не схлопотать солнечный удар.

- А! – неожиданно раздалось за его спиной, и к шее с обеих сторон прилепились ледяные и мокрые ладони.

- А! – тоже заорал от неожиданности и дичайшего контраста эльдарец, подскакивая с земли. Кеттелин звонко расхохоталась над своей шуткой.

- У меня чуть сердце не остановилось, - попенял ей Рэйвен, схватившись за грудь – сердце действительно стучало как бешеное. – Не делайте так больше, пожалуйста.

- Ой, ну ты и зануда, - отмахнулась Кеттелин – мокрая с ног до головы. – Чего купаться не идешь? Жарко же, перегреешься.

- Я не могу… обнажать тело на людях, - смутился Рэйвен, оглядев ее загорелую кожу – всю в мелких капельках воды.

- А ваш доктор может, - Кеттелин кивнула куда-то за его плечо. Рэйвен обернулся и действительно увидел, как Лейкери, уже избавившийся от жилета и сорочки, спускает штаны.

- Ты что, стесняешься? – понизив голос, спросила Кеттелин с озорными огоньками в глазах. – Наврал, поди, про ваши обычаи.

Рэйвен покраснел – и от того, что действительно не готов был раздеться у всех на виду, и от близости ее полуодетого тела, и от панибратского тона, на который перешла девушка.

- Лейкери, он… особенный, - попытался объяснить Рэйвен происходящее, мысленно костеря доктора, на чем свет держится. – Романтик и любитель всего нового.

- А Вы не романтик? – прищурилась Кеттелин, беспечно и легко переключаясь обратно на вежливое обращение. – Идемте. Не можете раздеться, так купайтесь в одежде – кто Вам запретит?

Она взяла его за руку. Кожа девушки была полна речной прохлады. Рэйвен понял, что если она потянет его за собой, сопротивляться он не сможет. И она потянула. Рэйвен глянул на мутную реку с плывущими по ней кусками тины и ила, покосился на собственный белоснежный рукав. Тобиан его за такое издевательство над одеждой убьет. Да и возвращаться потом в посеревшей и липнущей к телу рубахе, а потом еще и сушить ее на себе…

- Вода грязная, - все же попытался последний раз отказаться он, чувствуя себя капризной девочкой.

- Вы можете искупаться выше по течению, - пожала плечами Кеттелин. – Там немного чище – ил не потревоженный. Идемте, я покажу Вам удобный спуск.

- А-а-а! – раздалось за их спинами, и Лейкери на полной скорости влетел в воду, подняв гору брызг. Его грязная вода нисколько не смутила, он решил проблему простейшим методом: разделся донага. Рэйвен ощутил неловкость за своего врача. Но Кеттелин улыбнулась: ее этот эпизод только повеселил.

- Я, пожалуй, все-таки немного разденусь, - пробормотал он.

- Да, конечно, я подожду Вас, - Кеттелин отпустила его руку. Рэйвен непослушными пальцами начал расстегивать пуговицы жилета. Не то, чтобы он не умел раздеваться самостоятельно, но спокойный взгляд девушки, даже не подумавшей отвернуться, несколько усложнял процесс.