Тринадцатая ведьма

— Да-да, конечно, извините, — залепетал парень и напоследок кинул еще один умоляющий взгляд в сторону Эммы. Та ничего не ответила. Трус он и есть трус. О чем с ним можно было говорить?

Она отошла от решетки. Тяжело опустилась на скамью, чувствуя себя по меньшей мере восьмидесятилетней старухой, и спрятала лицо в ладони. Она не плакала. Просто все будто происходило не с ней. Это какой-то дурной сон. Сейчас она проснется и забудет весь этот кошмар. Позор! Какой позор для ее семьи! Отца удар хватит, когда он узнает.

Однако, как бы Эмма себя ни убеждала, проснуться не удавалось. Наоборот, ее стало втягивать в какое-то бессознательное состояние. Как будто она погружалась в воду с головой. Прямо в пальто и ботинках она прилегла на бок и в таком странном состоянии полубодрствования провела до самого утра.

В камере не было окон, но о том, что на улице уже взошло солнце, она узнала, когда по коридору стали активно ходить люди. Эмма поднялась с тяжелой головой и принялась тереть глаза, чтобы хоть как-то снять с себя пелену сонливости. Никаких удобств или таза для умывания здесь не предусматривалось. Хорошо хоть волосы оставались в пучке, и их не нужно расчесывать. Девушка на всякий случай проверила прическу.

В этот момент ее окликнули. Она повернулась к решетке лицом. Перед ней стоял незнакомый пожилой констебль.

— Мейстрес Снорн, я так полагаю?

— Госпожа, — без раздумий поправила она его. — Госпожа Снорн.

— Как будет угодно, — сказал мужчина, проворачивая ключ в замке. — Пойдемте, я провожу вас в уборную, а потом отведу на допрос.

— Послушайте, нельзя ли отправить весточку моим родителям? Они волнуются за меня.

— Простите, это не в моей компетенции, разговаривайте со следователем.

— Мейстером Огусом? — решила уточнить Эмма, выходя из камеры.

Конвоир кивнул. Задержанная вздохнула. Как-то вчера у них не задалось общение после того, как он схватил ее за руку. Она не была к этому готова! Очень испугалась. Но неужели это правда? Неужели она владеет магией? Такого быть не может!

Эмма оказалась в небольшом помещении с зеркалом и даже водопроводом. Она открыла кран, который противно скрипнул и выдал ей небольшую порцию чуть ржавой воды, которой хватило как раз на то, чтобы вымыть руки и умыться. Затем напор уменьшился и вовсе пропал. Лишь несколько капель упало в раковину. Девушка вздохнула, закрутила вентиль и внимательно вгляделась в свое бледное лицо с темными кругами под глазами. Да, ночь в тюремной камере — это не самое приятное времяпровождение.

— У вас там вода закончилась, — выйдя, сказала она сопровождающему.

Тот пожал плечами.

— Все эти новомодные штуки так нестабильно работают, — проворчал он. — Воду дают с перебоями. И чем им старый добрый таз для умывания не подошел?

Эмма хотела возразить, что это невероятно удобно. Новые дома строили только с водопроводом и канализацией, однако коридор как-то резко закончился, и они оказались у двери.

Констебль ввел ее в крохотную комнатку со столом и несколькими стульями.

— Посидите здесь, я позову мейстера Огуса.

Задержанная вздохнула и села. Дверь снова закрылась, замок щелкнул. Эмма очень хотела есть и пить. Пробовать воду из-под крана она не решилась, это могло быть опасно для здоровья. Однако и просить она не решалась.

Комнату освещало лишь небольшое окно под самым потолком. Через маленький прямоугольник виднелось яркое голубое небо. Время шло, а о ней словно все забыли. Часов здесь не наблюдалось, однако по внутренним ощущениям прошло никак не меньше трех часов. Один раз под дверью кто-то громко спорил, хотя разобрать, о чем именно, оказалось невозможно. Потом снова все стихло.

Эмма положила руки на стол, а на них — голову. Усталость давала о себе знать. Она не чувствовала в себе чего-то нового. Каких-то сил. Оставалось загадкой, каким образом она могла оставлять отметины на руках других людей. Сколько бы ни вслушивалась она в себя, в свое тело, ничего не менялось. Она по-прежнему оставалась собой — Эммой Снорн. И не более.

В какой-то момент она даже попыталась вызвать магию. Попробовала ударить такой молнией стол или стул. Трясла руками, но ничего не выходило. Может, это работает только с определенными людьми? По сути, она ничего не знала о магии, потому что женщинам она почти не подвластна. Так зачем же чересчур увлекаться тем, что тебе никогда не светит?

Еще примерно через час замок снова щелкнул. Эмма подняла голову. В дверях стоял высокий сутулый старик. Он опирался на трость. На нем как влитое сидело чуть распахнутое дорогое пальто, высокая шляпа-цилиндр прикрывала довольно длинные полностью седые волосы ниже ушей, из кармана пиджака торчала золотая цепочка от часов.

— Добрый день, мейстрес Снорн, — улыбнулся вошедший и, сняв цилиндр, положил его на стол.

— Добрый день, — осторожно произнесла Эмма, не став исправлять старика, мейстрес так мейстрес, ей уже все равно. — Могу я узнать, кто вы?

— Я — ваш счастливый билет, — загадочно улыбнулся мужчина и присел на стул напротив.

***

Эмма посмотрела на него исподлобья.

— Не поймите меня неправильно, господин, но я сейчас не в том состоянии, чтобы отгадывать загадки.

— Мейстер, — улыбнулся он. — Мейстер Ришард Стейтон.

— Чем обязана, мейстер Ришард Стейтон? — не слишком дружелюбно откликнулась задержанная.

Вокруг были одни маги. Обычно она не так часто общалась с людьми, имеющими магические способности. Все же такие силы встречаются не так уж и часто. Но два мага за два дня?

— А вы не любите ходить вокруг да около. Уважа-а-аю, — протянул старик.

— Извините, просто время сейчас неподходящее для светских бесед. Мне грозит тюремное заключение. И это, сами понимаете, вовсе не способствует сантиментам.

— Как раз об этом я и хотел с вами поговорить. Я могу избавить вас от этого бремени.

— Так вы адвокат? — догадалась Эмма.

Конечно! Ей ведь положен защитник!

— Не совсем, — снова загадочно улыбнулся собеседник. — Вернее, совсем не адвокат.

— Тогда я ничего не понимаю, — призналась она. — Каким образом вы можете мне помочь?

— Минуту терпения, юная мейстрес, я сейчас все расскажу.

— Ну, не такая уж и юная, — опустила глаза Эмма.

Человек рассмеялся, запрокинув голову. Собеседница бросила на него недоуменный взгляд.

— Поживете с мое, вам все будут казаться юными, — наконец перестал хохотать он. — Но вы действительно очень молоды и дивно прелестны.

Эмма покачала головой. Бывают такие неисправимые мужчины, которые не перестают заигрывать с представительницами противоположного пола, сколько бы им ни было лет. Этот старик уже был одной ногой в могиле, а продолжал делать комплименты. Впрочем, он мог сказать это от чистого сердца. Нескольких минут знакомства недостаточно, чтобы сделать правильные выводы о его характере.

— Так чем же вы можете мне помочь? — решила вернуть его к интересующей ее теме Эмма.

— Я ректор первого в стране высшего учебного заведения для женщин, обладающих магическими способностями. Возможно, слышали о таком? Колледж имени Чарльза Стейтона, недавно в газетах писали.

Эмма неопределенно пожала плечами. Может быть, о чем-то подобном она и читала, только не обратила внимания. Ее эта тема не сильно-то интересовала. Вернее, до вчерашнего вечера не волновала вовсе.

— Вы сами знаете, насколько редко магические способности встречаются у женщин. Однако все же встречаются. И женская магия сильно отличается от мужской, а значит, и учить ею распоряжаться вас нужно по-иному.

— Мейстер Стейтон, к чему вы сейчас мне это рассказываете? — не выдержала Эмма.

Жажда, голод и усталость не добавляли хорошего настроения.

— Я хочу предложить вам место в моем колледже, — без обиняков сказал он.

Брови девушки поползли на лоб.

— Мне?

— А вы думаете, мне больше нечем заняться, как только праздно шататься по городу и просто так заезжать в участок? Разумеется, вам.

Эмма не меньше минуты собиралась с мыслями. Это все было как-то слишком.

— Но у меня нет магии! К тому же меня обвиняют в причинении вреда человеку.

— Магией! — засиял ректор.

— Как бы это странно ни звучало, но да. И если это докажут, меня посадят в тюрьму.

Старик ударил по полу тростью с серебряным набалдашником.

— Этот вопрос я уже решил! Господин Орне любезно согласился не выдвигать против вас никаких обвинений.

Второй раз за несколько минут у Эммы широко раскрылись глаза. Она не верила собственным ушам.

— Что-то вчера вечером этот господин не показался мне слишком-то любезным, — недоверчиво заметила задержанная.

— Ну, у меня есть безотказное средство, чтобы делать даже самых несговорчивых господ более склонными к переговорам.

Эмма усмехнулась. После слов этого человека у нее отлегло от сердца. Даже старик стал казаться не столь древним. И хотя ей не сильно-то верилось в то, что это уже конец ее мучениям, на душе немного потеплело.

— Природным обаянием берете? — пошутила девушка.

Ректор улыбнулся в ответ.

— О, это, конечно, ключ к моему успеху, но подкрепляю свои предложения я обычно кое-чем более материальным. А если быть точным, всего тысяча шеленгов сделала из господина Орне очень приятного собеседника, который опроверг все свои вчерашние обвинения против вас и даже подписал официальный протокол, что не имеет к вам никаких претензий.

Ректор вытащил из-за пазухи сложенный вчетверо лист бумаги и протянул его Эмме. Она развернула его и пробежалась глазами по строчкам.

— Но… Но я не понимаю… Зачем вам это?

Она посмотрела прямо в глаза старику.

— Не хмурьтесь, Эмма, вам это не к лицу.

— Я не могу не хмуриться, вы заплатили за мою свободу очень большую сумму, это мой заработок больше чем за год, поэтому сразу предупреждаю, что я не смогу отдать ее вам сразу.

Мейстер Стейтон с некоторым усилием поднялся, опираясь на трость, и принялся расхаживать по крохотной комнатушке.

— О деньгах не беспокойтесь, это сущий пустяк.

Эмма нервно хихикнула. Пустяк. Пустяк! Они всей семьей такой «пустяк» на обучение Энди откладывали больше пяти лет.

Ректор посмотрел на девушку.

— Я серьезно, забудьте об этом, вы мне ничего не должны. Но я очень надеюсь, что вы рассмотрите возможность поступить в мой колледж.

— Мейстер Стейтон, я не уверена, что владею магией.

— Мне уже показали достаточно, чтобы я убедился в обратном.

— Но я не чувствую в себе никакой силы! Все как обычно!

Эмма тоже подхватилась.

— Давайте успокоимся, мейстрес Снорн.

— Да не мейстрес я! Как вы не понимаете? Все только и твердят мне, что я маг, но это не так!

Ректор подошел почти вплотную к собеседнице и посмотрел на нее сверху вниз.

— Вы хотите сказать, что ни разу в жизни не сталкивались с какими-то вещами, которые трудно объяснить чем-то, кроме магии?

***

Эмма уже начала кивать, когда неожиданная мысль пришла ей в голову. Наверное, что-то отразилось на ее лице, потому что мужчина улыбнулся, став похожим на довольного кота.

— Вы что-то вспомнили. Я знал. Ну, так что это было? Вокруг вас внезапно начинали левитировать предметы, особенно когда вы нервничали? Или вы случайно прочитали чужие мысли? А, быть может…

— Нет, нет, ничего такого. Я ничего не вспомнила! — принялась отнекиваться Эмма. И хотя старик не стал настаивать, кажется, он ей совершенно не поверил.

Стоило только подумать о том, что она может стать настоящим магом, будто молния пронзала ее от макушки головы до самых пяток. И все же это было слишком невероятно, чтобы быть правдой. Она сложила руки на груди, потому что начала заламывать их. А ей очень не хотелось показывать этому человеку свою неуверенность.

— Чего вы боитесь? — мягко спросил собеседник.

— Не боюсь, просто, во-первых, я не чувствую себя магом, а во-вторых, у меня нет средств, чтобы оплачивать учебу. В этом году мой младший брат поступил в колледж, родители оплачивают его обучение, платить за второй колледж они не смогут, а я зарабатываю слишком мало, чтобы иметь возможность еще и учиться.

— Вздор! — отмахнулся седовласый. — Насчет второго вы не должны волноваться, в нашем учреждении предусмотрен фонд помощи одаренным студенткам.

— Но с чего вы вообще решили, что я одаренная?

Эмма в отчаянии закусила нижнюю губу. Этот человек так и махал перед ней шансом на лучшую жизнь. Это было бесконечно заманчиво и очень страшно, что в любой момент иллюзия лопнет, как мыльный пузырь. Страшно было поверить в то, что все это — правда.

— Подойдите ко мне, пожалуйста, — улыбнулся ректор.

Она не спешила выполнять просьбу. Мужчина тихо рассмеялся.

— Ну же, мейтрес Снорн, я не кусаюсь.

Эмма вздохнула и приблизилась. Маг протянул ей ладонь. Она всполошились и отступила на шаг.

— О, нет! Нет, нет, нет! Меня вчера так следователь тестировал. И я оставила ему на руке ожог!

— Эмма, я не могу понять, вы не верите в то, что обладаете магией, но при этом уверены, что именно вы стали причиной того ожога? Давайте раз и навсегда выясним, маг вы или нет!

Ректор был прав во всем. Она себе противоречила. Пора убедиться в чем-то одном.

Она собралась с духом, снова сделала разделяющий их шаг и зажмурившись взяла мистера Стейтона за узкую длинную ладонь.

Девушка ожидала, что он сразу же отдернет ее, как вчера мейстер Огус. Но ничего подобного не произошло. Он держал ее мягко, но крепко. Сперва Эмма не решалась открыть глаза, но потом пересилила себя. Открыла сначала один, затем другой. Старик смотрел на нее чуть насмешливо.

— Вы боялись мне навредить? — уточнил он со смешком.

Эмма только кивнула.

— Ну, так убедитесь, что все в порядке.

Он отпустил ее ладонь и показал свою: абсолютно нетронутую ожогами.

— Но… значит, и дара у меня нет? — у девушки внутри все опустилось. Подсознательно она жаждала, чтобы все это оказалось правдой. А теперь… Как вернуться к обычной жизни?

— Я лишь хотел показать вам, что вы можете не опасаться касаться других людей. А дар в вас есть. Показать?

Собеседница только успела кивнуть, как он перевернул ее кисть ладонью вверх и, шепча что-то на незнакомом языке, стал аккуратно вытягивать из ее ладони «нить» белого света. Эмма смотрела на это с широко раскрытыми глазами. Кожу невыносимо щекотало, хотелось почесать руку, а все предплечье кололи тысячи иголочек.

— Будить в себе дар может быть не совсем приятной процедурой, — пояснил старик, видя ее реакцию. — Он слишком долго в вас спал. Но, как видите…

Он отмотал около двух футов световой «нити» и резко провел ребром другой ладони, как бы отсекая ее от тела Эммы. На миг она почувствовала головокружение и пошатнулась. А ее «нить» испарилась на ладони ректора.

Мужчина удержал ее от падения.

— Аккуратнее, мейстрес Снорн. С непривычки может немного болеть голова.

Он вытащил из кармана визитную карту и подал ее девушке.

— Завтра я жду вас у себя в кабинете, чтобы уладить все бумажные дела. Можете приезжать сразу с вещами, жить будете прямо в поместье.

От пережитого стресса, жажды, голода и усталости Эмма едва держалась на ногах, но все же ощущала себя как никогда полноценной. Какой-то недостающий кусочек пазла наконец сложился. Теперь она видела картину целиком.

— Спасибо вам! — от души поблагодарила она мага.

Он взял свою трость, надел цилиндр и направился ко входу.

— Ах, да, чуть не забыл: вы свободны и можете идти. Мейстер Огус любезно согласился не отображать в своем рапорте о том, что вы каким-либо образом воздействовали на него магически.

— Его вы тоже убедили некоторой суммой денег? — спросила Эмма, когда мужчина уже открыл дверь.

— Обижаете, — возник в проходе вчерашний следователь.

Девушка прикусила язык, готовая провалиться сквозь землю прямо здесь.

— Как здравомыслящий человек я понимаю, что вы не желали мне зла, просто не были готовы к тому, что в вас внезапно проснется сила. Думаю, вы заслуживает шанс на то, чтобы ее обуздать. Как сказал уважаемый мейстер Стейтон, вы свободны. Но, — он картинно занес указательный палец вверх, — я буду за вами присматривать. Помните о том, что причинение вреда с помощью магии другому человеку строго карается законом!

***

Эмма стояла перед огромным поместьем, задрав голову, чтобы суметь разглядеть самые верхние этажи. Массивный каменный дом вызывал в ней по меньшей мере восхищение, хотя и производил довольно мрачное впечатление, особенно в тусклом дневном свете, который весьма скупо проникал на землю через низкие серые тучи. Вот-вот мог снова пойти дождь. Сентябрь в этом году был холоден как никогда.

В городе деревья еще стояли зеленые, а здесь осень уже по-настоящему вступила в права. Резкий порыв ветра сорвал несколько красных листьев с клена и завертел их рядом с девушкой.

Она сжимала в руке чемодан, в который сложила только самые необходимые вещи, и не решалась подойти ко входу. Все происходящее казалось продолжением невероятного сна.

Самым трудным в нем стал разговор с родителями. Когда Эмма вернулась домой, то нашла их в самом напряженном состоянии. Мать сидела заплаканная с темными кругами под глазами, видно, не спала всю ночь. Отец только что вернулся домой, он искал ее по улицам, ходил в библиотеку, потом был в полицейском участке, чтобы заявить о пропаже дочери, однако не в том, в котором держали Эмму.

Когда она открыла дверь их маленького городского домика ключом, всполошенные родители выбежали в прихожую. Мама только всплеснула руками и бросилась ей на шею. Папа устало облокотился о дверной косяк, шумно выдохнув и в изнеможении прикрыв на несколько секунд глаза.

Они долго разговаривали на кухне, хотя какое-то время Эмма совершенно не могла говорить, сметая со стола все, что было приготовлено еще на вчерашний ужин. Она так проголодалась, что головокружение не хотело ее отпускать. Впрочем, за чаем все нормализовалось. Она почувствовала, как ее тело заливает приятная тяжесть. Хотелось спать, но все же она не могла оставить родителей в неведении, а потому рассказала все без утайки в малейших подробностях.

Они сидели молча как громом пораженные. Наверное, для них это так и было.

— Мои дети — оба маги, — только и смог выдавить господин Снорн спустя некоторое время.

— Как так получилось, что мы ничего не замечали? — мама нежно взяла Эмму за руку и заглянула в глаза.

Та пожала плечами и покачала головой. Если бы она сама что-то понимала!

И вот теперь, после того как она поспешно уволилась из библиотеки и собрала вещи, Эмма стояла перед этим каменным великаном, не решаясь вступить на порог новой жизни. Она сделала то, что было вовсе не в ее характере: одним махом поменяла сразу все. Оставила привычную работу, уехала от родителей. Она теперь маг, в конце концов! Просто невероятно! Немыслимо! Разве это может быть по-настоящему? В который раз за эти два дня она ущипнула себя за руку, чтобы проснуться, но это не помогло. Оставалось только подняться на крыльцо и постучать тяжелым металлическим кольцом в массивные дубовые двери.

Во дворе было абсолютно пустынно, скучали темные деревянные лавочки вокруг сейчас сухого фонтана, в который ветер наметал опавшие листья. И все же Эмма чувствовала себя здесь уютно. Все пропитала безмятежная светлая тоска. Она в последний раз сделала глубокий вдох и постучала. Долго никто не открывал, пришлось еще несколько раз ударить кольцом. Наконец с той стороны щелкнул замок. На пороге стояла чуть полноватая женщина средних лет в строгом черном платье, поверх которого она повязала идеально белый накрахмаленный фартук.

***

Она смерила Эмму внимательным взглядом и спросила:

— Чем могу помочь?

— Добрый день, я к мейстеру Стейтону, он ждет меня, — при этих словах Эмма показала его визитную карточку, чтобы встречавшая ее не подумала, что она пришла без приглашения.

— Ах, вы, должно быть, мейстрес Снорн? — разулыбалась женщина. — Мейстер Стейтон предупреждал, что к нам приедет новая студентка! — она широко распахнула дверь, жестом показывая, чтобы гостья входила. — А я госпожа Алмонд, София Алмонд, заведую здешним хозяйством.

Госпожа Алмонд показалась Эмме весьма милой. Ее нельзя было назвать красавицей, однако карие глаза светились добротой, а еще у нее появлялись очень милые ямочки на щеках, когда она улыбалась.

— Эмма, — представилась девушка, протягивая экономке руку, та с благодушным выражением лица ее пожала.

— Джаки-и-и! — крикнула София кому-то и уставилась вглубь дома.

Эмма воспользовалась моментом и осмотрелась. Они стояли в просторном холле, из которого вели несколько закрытых дверей, а также большая полукруглая арка, которая открывала вход в какое-то следующее помещение. Здесь же располагалась лестница на второй этаж. Он образовывал балкон, с которого можно было наблюдать за тем, что происходит внизу. Эмме показалось, что за ней кто-то наблюдает, но когда она подняла глаза, никого не увидела.

Через полминуты к ним явился молодой мужчина с круглым лицом и слегка расплывшейся фигурой, хотя у него были совершенно такие же добрые карие глаза, как у госпожи Алмонд. Эмма даже на секунду замерла от их сходства.

— Это мой сын, Джаки Алмонд, — представила она его. — Он мне помогает.

— Очень приятно, Эмма Снорн, — протянула гостья руку и ему.

Она больше не боялась ударить кого-то молнией, потому что уже поняла, что это может случиться, только когда она напугана. Сейчас же она, хотя и была внутренне взбудоражена, но чувствовала себя вполне нормально.

— Джаки, отнеси вещи Эммы в тринадцатую комнату, — дала ему указание мать, а сама повернулась к новенькой. — А я провожу вас в кабинет к мейстеру Стейтону.

— Занятия проходят здесь же, в поместье? — спросила Эмма, когда они поднимались по широкой лестнице.

— О да, — на ходу обернулась София. — Это поместье мейстера Стейтона. Оно достаточно велико для того, чтобы организовать здесь и занятия, и проживание студенток. Хозяин уже несколько лет как загорелся идеей создать учебное заведение для женщин, но сперва нужно было написать программу, найти преподавателей, согласовать все с Министерством образования и Министерством магии.

— Ничего себе, он проделал впечатляющую работу! — Эмма вертела головой по сторонам, чтобы разглядеть интерьер: везде висели огромные картины, которые изображали людей в старомодной одежде, иногда попадались и пейзажи, однако портреты преобладали.

— Да, для него это настоящая отдушина, он нашел свое призвание!

— Но с чего вдруг женщины? Ведь магические способности у нас — явление крайне редкое. Где он вообще нашел студенток?

Экономка пожала плечами и загадочно улыбнулась.

— Он хочет делать то, чего не делал до него никто, — София наклонилась к Эмме и прошептала ей на ухо: — Между нами, мейстер Стейтон достаточно тщеславен и жаждет быть увековеченным в истории. Наверное, именно поэтому он заварил всю эту кашу.

— А вам эта идея не нравится? — так же шепотом уточнила Эмма.

— Нет-нет, что вы! Жить стало гораздо веселее, — уже в голос засмеялась экономка. — Это сегодня суббота, поэтому так тихо, а обычно здесь гораздо более шумно. Ну, теперь, как только начались занятия. Ну, вот мы и пришли.

Экономка чуть запыхалась, пока они поднимались по лестнице и двигались по длинному довольно темному коридору. Она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы восстановить дыхание, и постучала.

— Войдите, — донесся с той стороны уже знакомый голос.

***

Эмма открыла дверь. Взгляду сразу же предстал вполне ожидаемый интерьер. Небольшое помещение с кремовыми стенами и темно-зелеными опущенными портьерами, просторный письменный стол из темного дерева весь в бумагах, которые, впрочем, были сложены аккуратными стопками, там же горела настольная лампа с абажуром в тон шторам. Эмма с первого взгляда и не определила: электрический или магический источник света. Все стены уставлены книжными стеллажами из такого же дерева, как и стол. Кабинет выглядел очень лаконично и ровно так, как могло бы выглядеть рабочее место пожилого мужчины.