Полная версия
— Все хотел спросить вас, принцесса, — заговорил тот самый Далларан, которого по словам принца я пыталась отравить. И тот, кто вызывал во мне панический ужас. — Вы же прекрасно знаете, что дракона не убить какой-то отравой, зачем сделали это? Знали, что это доставит мне боль? Только поэтому? Или есть еще причины?
Я обняла себя руками за плечи. Дракон? Какой еще дракон? Но, глянув на него еще раз, и еще раз ощутив эту невообразимую давящую силу, я совсем съежилась. Страшно. Безумно страшно. Вивиана, черт тебя возьми, кто ты такая, что натворила, и какого лешего я расплачиваюсь за твои злодеяния?!
И самое ужасное — доказать свою невиновность я не могла. Потому что все улики, вся ненависть в глазах этих людей направлены на мое лицо, на мои руки.
— Я правда… в самом деле ничего не помню, — пролепетала я, осознавая с ужасом, что никуда не денусь. Я в западне.
— Когда дети в магической академии заболели после вашего посещения, вы говорили абсолютно так же, — добавил холодно Далларан. И хоть его голос был спокойным, от него я чувствовала такую опасность, что все леденело от ужаса. Принц с «группой поддержки» казался мне не таким пугающим.
— Твое сегодняшнее мерзкое жертвоприношение стало последней каплей! — рявкнул принц, и хоть язык у него еще немного заплетался, я ощущала, что он серьезен. — Эй! горничная, одень ее и приведи в тронный зал. Я собираю дворцовый совет прямо сейчас! Ты снова опозоришься при всех, Вивиана, и я решу, как тебя наказать!
Ко мне подбежала девушка в коричневой форме, помогла подняться и повела прочь из библиотеки. А я ощущала безумный страх перед грядущим. Обернувшись, я увидела «дракона», который почему-то так и стоял над местом, где я только что сидела, опустив голову и будто всматриваясь сквозь повязку в пол.
Глава 4. Неожиданное решение
Меня собрали, одели и, не оставляя ни на минуту одну, повели под конвоем служанок и рыцарей по бесконечным коридорам и широким винтовым лестницам. Меня трясло. Я судорожно оглядывалась, пару раз я рвалась в сторону открытого ответвления коридора, но служанки хватали меня под руки, а рыцари грубо преграждали путь.
И вот я оказалась в просторном зале с троном и креслами вдоль стен. На них уже сидели незнакомые нарядно одетые люди. На троне восседал принц Тайрон, а рядом, на кресле поменьше, красивая блондинка. По ее уверенному виду я решила, что это его фаворитка.
А меня, по идее — супругу принца, поставили по центру зала, с конвоем по бокам. На меня смотрели с осуждением и злостью, чуть ли не тыча пальцами. Я чувствовала себя преступницей перед казнью.
Что бы я ни сказала — мне не поверят. Какая-то сплошная безысходность.
Ужасный, отвратительный сон! Когда же он закончится? Я хочу к маме!
Принц долго молча смотрел на меня, пока приглашенные шептались.
— Итак, Вивиана Стоун, — начал он, прожигая меня хмурым взглядом. — Скажи что-нибудь. Как ты обычно вещаешь: мы дикари, еретики и что там еще? Что ты снизошла к нам, высшая жрица, дабы нести свет, а мы противимся и оттого страдаем. Или сегодня ты придумала что-то новое, супруга моя драгоценная?
Эту фразу он выделил особенно.
— На этот раз от наказания ты не отвертишься, Вивиана, — сухо продолжил он. — Пусть Авилон шлет свои претензии, мне будет что ответить. Ты убила любимую собаку Лили. Кроме того, твоя вина в отравлении детей в магической академии доказана. Чудом никто не погиб. Так что повелеваю отрубить принцессе Вивиане правую руку по локоть. Увы, мои подданные, это все, что я могу сделать.
Я пошатнулась, схватилась за руку, по которой пробежали ледяные мурашки. Они не шутили. И в этот миг у меня в голове словно щелкнуло. Я осознала: все происходящее — моя новая реальность. Где бы и кем я ни была раньше, теперь я — Вивиана Стоун. У меня застучали зубы, в груди все онемело. я не понимала, откуда пришла эта уверенность, но теперь она была четкая, без единой надежды на возвращение.
Тайрон — этот красивый и властный принц, уставший от капризов хозяйки тела, в котором я оказалась, — ненавидит эту девушку. В том числе за то, что она его навязанная и нелюбимая жена. Что я могу сказать, чтобы получить прощение или хотя бы отсрочку?
Решение пришло спонтанно.
— Пожалуйста, разведитесь со мной, Ваше Высочество! — выпалила я, решительно глядя на него.
Глаза принца округлились, он замер. По рядам прошел возбужденный шепот. Принц нахмурился — сердито и даже зло.
— Вот как. Забыла, что тебя ваш Преподобный сюда замуж отправил? Кто-нибудь, принесите контракт, что мы подписали. А то принцесса, кажется, запамятовала.
Мы стояли около десяти минут, если судить по огромным позолоченным часам на стене за троном, но по моим ощущениям прошли сутки. Ноги подкашивались, сердце бешено колотилось в груди. Я мысленно проговаривала разные фразы: «Простите, я больше не буду», «Дайте мне шанс», «Как я могу исправить содеянное?».
Хотя, конечно, лучше всего было развестись и спрятаться подальше от всех, кто знал эту злодейку Вивиану. Но что там за контракт? Найду ли я в нем лазейку?
Принц развернул свиток, скрепленный белой лентой.
— «Принцесса Вивиана Стоун да станет супругой кронпринца Тайрона. Если она будет возвращена обратно, убита, тяжело больна, окажется казненной, сосланной, заточенной, или изгнана в случае расторжения брака с территории Андоры… Авилон расценит ситуацию как нарушение договоренностей и потребует вернуть на историческую родину города…» — он не стал читать, какие именно, просто вздохнул и посмотрел на меня устало. — Ну что, могу я с тобой развестись?
Я опустила плечи. Вот ведь попала.
— Хотя, конечно, есть одна лазейка, — вдруг рассмеялся принц. — В контракте нет ни слова о том, что она не может сама отказаться от статуса принцессы и принять другой. Если она выйдет замуж за подданного Андоры — брак расторгнут, а она останется здесь уже как его жена. Не изгнана. Не брошена.
Он обвел зал насмешливым взглядом.
— Я не могу ее выгнать. Но могу подарить. Хм… Даже интересно. Если найдешь себе мужа среди придворных — отменю наказание.
Я молчала, опустив плечи. Из того, что я услышала, я не знала, какую извлечь пользу.
— А что, вдруг повезет? — продолжил Тайрон. — Итак, может быть, есть желающие получить столь... эксклюзивную супругу? Кто-то настолько храбрый и благородный, что спасет меня от общества этой поистине худшей женщины, а ее — от отрубания руки?
В зале повисла тишина. Я опустила голову, не зная, чего боюсь больше: что никто не отзовется или что все-таки отзовется. Но отрубленная рука — это какое-то дикое средневековье! Конечно, я понимаю, Вивиан, судя по всему, стопроцентная злодейка, но такие методы — бесчеловечны!
Я подняла голову, огляделась. Множество взглядов смотрели на меня, и ни в одном не было ни тени сочувствия. Казалось, они с радостью будут смотреть, как мне рубят руку.
— Как видишь… желающих нет, — холодно произнес принц и бросил через плечо: — Зовите палача.
Я отступила, но двое рыцарей схватили меня с двух сторон за плечи. Ноги онемели, тошнота подкатила к горлу.
— Ваше Высочество, позвольте взять на себя эту миссию, — раздался позади уже знакомый голос.
Я вздрогнула, развернулась и увидела его. Он стоял, прислонившись спиной к колонне, в черном плаще с капюшоном, с повязкой на глазах и тростью в правой руке.
По залу пробежал шепот. Даже принц застыл с полуоткрытым ртом, а его фаворитка инстинктивно вцепилась в подлокотник трона.
— Далларан, вот это сюрприз! — воскликнул принц и даже подскочил. — Ты шутишь?
— Никак нет, Ваше Высочество, — ответил холодный голос, и я пошатнулась. — Я серьезен.
— О, мой мстительный друг! Неужто хочешь воздать по заслугам этой ведьме за всех жрецов, что отравили тебе жизнь?
Принц снова рассмеялся. К нему неуверенно присоединились придворные, и со всех сторон послышались голоса:
— А он не убьет ее?
— Не съест?
— Тогда непременно быть войне…
— Ваше Высочество, прошу, передумайте!
— Молчать! Да будет так! — радостно воскликнул принц. — Далларан, делай с этой несносной девицей что хочешь, но каждую неделю являйся вместе с ней во дворец, чтобы показаться, что она жива и… будто бы здорова.
— Слушаюсь, — раздался спокойный ответ Далларана, а затем — неровные шаги, перемежающиеся стуком трости.
— Поздравляю вас с помолвкой! — хлопнул в ладоши принц.
У меня закружилась голова, перед глазами потемнело. Я провалилась в спасительную тьму, слабо надеясь больше сюда не возвращаться. А последним, что я ощутила, были подхватившие меня сильные руки.
***
Тьма расступилась, но не совсем. Я будто сквозь пелену увидела картинки — нечеткие, почти интуитивные, как бывает, когда воспоминания врезаются в голову.
Величественные колонны, украшенные позолотой. Играющий среди них солнечный свет. Я иду рядом с высоким мужчиной в белых, отороченных золотом одеждах.
— У них при дворе есть дракон, моя драгоценная сестра Виви, — говорит он, и я украдкой бросаю взгляд на его величественный профиль. — Знаю, убить его тебе не под силу, потому и не прошу. Более того, предостерегаю: будь осторожна. Он ненавидит жрецов больше, чем кто бы то ни было. Пока ты замужем за принцем, ты в безопасности. Но тем не менее остерегайся оставаться с ним наедине. — Его голос с каждым словом звучит жестче, яростнее. — Драконы — коварные чудовища. Магия хаоса правит их рассудком, и если он посчитает тебя добычей, разорвет немедля. Или сделает своей пленницей и будет истязать, сколько захочет. И как бы ты ни молила о смерти, он не сжалится.
Я останавливаюсь, окутанная страхом. Руки трясутся. Я боюсь дракона, боюсь того, что он может сделать. Так сильно, что хочется закричать и убежать. Но еще я боюсь его — этого величественного красавца в белом, назвавшего меня сестрой. Хотя я понимаю: мы не родственники.
— Однако вы просите меня делать то, что будет вредить ему, брат, — тихо говорю я, опуская голову и обхватывая себя руками. На мне такие же белые одежды с золотыми узорами. — Полагаю, моя смерть от когтей дракона станет для вас тем самым сигналом к действию.
— Мы ждем сигнала, верно. — «Брат» поворачивается и подходит.
Его большая, мягкая ладонь ложится на мое плечо, и я замираю. Сердце бешено колотится. Я хочу как можно скорее отправиться на задание. К чужому принцу, которого не видела, к опасностям и возможной смерти.
Он наклоняется ближе, его рука скользит по моему плечу вверх-вниз.
— Ты принадлежишь Диверии, моя дорогая Виви. Ей ты должна отдавать всю себя, а не какому-то дракону, — его шепот над моей макушкой звучит покровительственно. — И, конечно, я не хочу, чтобы ты умерла в муках. Если смерть, то героическая и быстрая. Ты поняла меня, Виви?
— Слушаюсь, Десница, — шепчу я, ощущая смесь страха, оцепенения, благоговейного трепета и холодной решимости.
Глава 5. Дракон
Я очнулась от голосов и резкого травяного запаха, напоминающего жженую хвою.
— Она в порядке, просто испугалась. Помутнение сознания, — говорил старческий голос. — Я зажег благовония, она скоро очнется.
— Спасибо, можешь идти, — прозвучал другой, очень приятный голос: мягкий, бархатный, низкий. От него у меня побежали мурашки по затылку, шее и ниже, вдоль позвоночника.
В другое время я бы, наверное, расплылась в улыбке от наслаждения. Но сейчас напряглась до предела. Этот голос принадлежал Далларану. Тому, о ком предупреждал «брат» Вивианы. Если, конечно, то, что я увидела, было воспоминанием, а не моим собственным бредом.
Раздался короткий глухой стук о пол — одиночный и резкий. Я распахнула глаза.
В двух шагах от кровати стоял Далларан. Похоже, это он стукнул тростью. Рядом, склонившись едва не пополам, замерла молоденькая служанка с двумя пшеничными косичками, которые почти доставали до пола. Комната была небольшой и простой: кровать, столик, ничего лишнего.
— С вашего позволения, господин придворный маг, ваша светлость, позвольте и мне уйти? — выпалила она.
Далларан слегка наклонился в ее сторону, будто прислушиваясь.
— Иди, — сказал он мягко.
Прыть, с которой горничная выскочила из комнаты, оставив меня наедине с будущим мужем, поразила. Она его боялась. Похоже я действительно не одна в своем страхе. Я замерла, стараясь дышать размеренно и глубоко. будто я все еще сплю, но так как он был слеп, судя по всему, то глаз не закрывала и наблюдала за каждым его движением.
Далларан развернулся ко мне. Его лицо было суровым, брови сведены, губы плотно сжаты. Он меня терпеть не мог, это было очевидно. Зачем же согласился? Неужели и правда отомстить? Над женой принца издеваться не мог, а над собственной — пожалуйста?
Я сглотнула вставший поперек горла ком. Сердце заколотилось в груди и висках. Что я могу сделать?
Вдруг он усмехнулся.
— Вы плохо притворяетесь, Вивиана.
Я резко села.
— Вот так-то лучше. Поднимайтесь, не время прикидываться, — холодно сказал он. — Сейчас вам принесут документ о браке. Подпишете, и мы поедем домой.
— Свадьбы не будет? — пробормотала я сама не зная зачем.
— Свадьбы? — Он вскинул одну бровь. За черной повязкой нельзя было разглядеть взгляд, и я не понимала, как это расценивать: насмешку, удивление, раздражение?
— Церемонии, праздника… — тихо продолжила я, понимая, какую чушь несу, и в то же время теша себя слабой надеждой, что во время торжества смогу улизнуть.
— Жаждете поцеловать меня прилюдно, моя дорогая невеста? — насмешливо хмыкнул Далларан.
Я напряженно сглотнула. Нет, не об этом я думала.
— Поражаюсь вашему чувству собственного достоинства, — теперь в его голосе звучало раздражение, — или бесстыдства. Вам в самом деле все равно, что о вас говорят? Или вы нарочно прибыли в Андору играть роль шута?
Постукивая тростью перед собой, он стал приближаться к кровати.
Я замерла. Он сильно хромал. С каждым шагом его лицо на долю секунда напрягалось, точно каждый шаг левой ногой давался ему через боль. Если бы я не пялилась на него во все глаза, не заметила бы. Он нес свое тело с невероятным, красивым достоинством, и я невольно восхитилась выдержке этого человека.
Дракона.
Так его называли. Но почему? Кличка? Типа «крадущийся тигр, затаившийся дракон»? Но с тростью не особо затаишься. Или из-за магии? Да, магия тут определенно была. Хотя… не может же он быть драконом в прямом смысле?
Хотя мое предчувствие говорило о другом. Я боялась его до дрожи. Будто это тело знало о нем что-то, чего не знала я.
Он сел на край кровати, и я, подобрав под себя ноги, отползла.
— Зачем ты приехала в Андору? Какая у тебя миссия? — спросил он, подбираясь ближе.
Я задышала чаще. Моя смерть от когтей дракона станет для вас сигналом к действию… — всплыла в голове моя же фраза из воспоминания.
— Не знаю, — пробормотала я, предприняв очередную попытку: — Прошу, послушайте. Я правда ничего не знаю. Я не Вивиана, я просто…
Мгновение, и он оказался совсем близко. Безошибочно схватил мою руку и сжал с такой силой, что я вскрикнула, вжавшись в стену.
— Как верить тебе, Вивиана? — произнес он стальным голосом. — Каждое твое слово — ложь!
— Ай! — я дернулась, когда он провел большим пальцем по моей коже. Не просто провел, а сдавил, до жгучей боли, похожей на ту, что бывала от «крапивки» в детстве.
— Советую взвешивать каждое слово, НеВивиана, — язвительно сказал он. — И отвечать на вопросы правильно. Ведь скоро мы останемся совсем одни…
Послышались приближающиеся шаги. Он встал, с достоинством выпрямив спину. Дверь открылась, и в комнату вошли двое мужчин и пожилая горничная. Один — со свитком, второй, похоже, для сопровождения.
— Ваша светлость, документ подготовлен под руководством Его Высочества. Его подпись уже стоит, — сказал первый, подойдя к Далларану.
Свиток развернули, плавно провели его руку, указав, где ставить подпись. Далларан размашисто расписался и кивнул в мою сторону.
— Проследите, чтобы подписала. Затем выведите ее во двор Семи Роз, — приказал он. — И передайте Его Высочеству, я буду ждать его там.
Далларан ушел, его шаги постепенно затихли в такт стуку трости. Ко мне подошли двое.
— Подписывайте, Ваше Высочество. Поздравляем со свадьбой, — учтиво, но холодно произнес мужчина постарше.
Мне сунули под нос развернутый свиток и ткнули пальцем в место для подписи.
— А что мне ставить? — выдавила я, злясь, что ни одна душа даже не пытается меня выслушать. Ведь если здесь есть магия, то эта злодейка Вивиана могла запросто вытянуть меня из моего тела и подставить вместо себя. — Крестика достаточно?
На меня посмотрели как на душевнобольную. Переглянулись. Помощник вышел и через некоторое время вернулся с другим указом, на котором красовалась подпись Вивианы.
Причин вредничать дальше не оставалось. Я вздохнула, взяла черную, похожую на перьевую, ручку и дрожащей рукой попыталась вывести каракулю, подражая витиеватым завиткам. Но пальцы будто знали сами — рука повела уверенно, и на пергаменте легла ровная, даже красивая подпись.
Затем горничная подняла меня, причесала, заплела тугую косу и надела на меня теплый плащ — почему-то, хоть за окном и было лето. Меня вывели узкими коридорами и плохо освещенными лестницами.
Я ожидала увидеть сад, толпу, но во дворе Семи Роз простиралась большая каменная площадь, и недалеко от ступенек стояли лишь принц, Далларан и двое рыцарей.
— Я разрешаю использовать любые методы, но все же будь осторожен, — услышала я голос принца. — И следи за этой змеей. Она может сама с собой сотворить что угодно. И помни, нарушать пункты договора нельзя, как бы они нас ни провоцировали.
— Разумеется.
— И надеюсь, ты найдешь ответы и на свои вопросы, друг мой, — добавил принц с печальной ноткой.
— Благодарю, — в голосе Далларана не читалось ничего, но у меня почему-то скрутило живот от очередной волны страха.
— Соглядатая Авилона отвлекли, так что скорее отправляйтесь, — вздохнул принц, кинул на меня жгучий взгляд и добавил: — Я благодарен тебе, Далларан. Ты не представляешь, как.
— Не стоит, Ваше Высочество, — слегка поклонился Далларан.
Я стиснула зубы. Что делать, не представляла. Неужели он станет моим палачом? Увезет в свое поместье, чтобы пытать? Издеваться? Мой мозг, отчаянно цепляясь за что-то знакомое и выдал воспоминания, как я читала книжки про попаданок. Как бы смешно это ни звучало со стороны, похоже, я стала одной из них. Вот только почему мне не повезло попасть в какую-то чуть менее жестокую ситуацию?
— Попутного ветра, — ухмыльнулся принц и вместе с рыцарями быстро отступил к ступеням.
Пока я соображала, что это значит — ведь никакого экипажа или лошадей я не видела, — произошло нечто, что добило меня окончательно.
Все случилось внезапно. Вокруг Далларана взвился вихрь, подняв столб пыли. Через пару мгновений земля содрогнулась под ногами. А перед нами возник самый настоящий дракон. Синий, с мощными панцирными пластинами, покрывающими тело, зубастой пастью и огромными кожистыми крыльями за спиной.
Меня подтолкнули вперед, а сами отскочили в сторону. Я тоже рванула было бежать, но дракон взмахнул крыльями. Его мощные и жесткие, но теплые лапы обхватили меня, и мы взмыли в воздух.
“Вот зачем меня дали теплый плащ”, — пронеслась отстраненная мысль в голове.
Глава 6. Прилетели
Холодный воздух бил в лицо, и я куталась в плащ, отороченный белым мехом. Едва-едва брезжил рассвет, и я видела незнакомые пейзажи. Под нами проносились одно- и двухэтажные домики, поля, леса, холмы. Местами земля странно чернела — будто выжженная. Попадались разрушенные деревни с обвалившимися, обгоревшими домами, шалаши прямо посреди полей, кладбища со множеством свежих могил.
Здесь явно было не все гладко. Несмотря на внешнее благополучие городов и обширные поля.
На время я даже отвлеклась от собственной участи. Все, что я видела, было невероятно реальным и захватывающим — я не боялась высоты и могла спокойно разглядывать мир под собой. Если бы не одно «но».
Лапы, сжимающие меня, не давали забыться. Они вытесняли любые попытки переключиться. Меня нес дракон. Самый настоящий. Монстр, чудовище, оборотень на максималках… Вот почему его все боялись. Вот почему служанки шарахались, и зачем он говорил: «Я не ем девушек».
Ну да, а что тогда ест такая громадина? Наверное, не весь его рацион, конечно, состоял из девушек… Меня он ненавидел. Вернее, Вивиану. И если бы она — то есть я — не должна была оставаться жива по контракту, он бы точно съел. Что же тогда меня ждало?
Ребра мои нещадно сдавливало. Обувь я потеряла еще в начале полета, и ноги ужасно мерзли, болтаясь в воздухе. Голова кружилась от качки, меня мотало вверх-вниз, шея перенапряглась и уже ныла.
Я понятия не имела, сколько это еще продлится, но каждая минута превращалась в пытку. Я стиснула зубы, пытаясь поддерживать голову руками. Прямо американские горки какие-то. Помню, каталась в юности — меня чуть не расплющило в сиденье.
Но лучше бы я каталась на тех горках, чем летела в лапах дракона…
Мамочка, как ты там без меня? Я старалась не думать о своей настоящей жизни — эти мысли приносили только боль. Не прошло и года, как мы потеряли отца. Мы с Мамой остались вдвоем. Еще есть тетя, ее сестра, два племянника… Но это не то.
Если я здесь, то что с моим телом там? Меня вытащили? Или я утонула? Как это вообще возможно? Кто устроил это перемещение?
— Приди… — всплыло в памяти слове перед тем, которое я услышала перед тем, как упала в воду. Меня позвали. Отчаянным голосом, будто тот, кто звал, был на грани. Или звали не меня?
Проклятье! Но что бы это ни было — я должна выжить и вернуться к маме! Если попала сюда, если магия и параллельные миры существуют, как еще это назвать, значит, должен быть и способ отправиться назад.
Вдруг дракон спикировал. У меня перехватило дух, потемнело в глазах, заложило уши. Я едва успела зажать нос и начать продуваться, иначе, наверное, лопнули бы барабанные перепонки от такого резкого перепада давления.
Мы опустились на большую лужайку рядом с особняком, утопающим в зелени. Идеальный, будто сказочный, уголок. Дракон разжал лапы прямо над землей, и я кулем шлепнулась на аккуратно подстриженную траву. Все кружилось перед глазами, тело онемело, подкатывала тошнота.
Порыв ветра взметнулся вихрем, подкинул край плаща и заставил мое озябшее тело задрожать от холода.
— Идем, Вивиана, — раздался надо мной голос Далларана.
Я дернулась, отползла, потом вскочила и рванула прочь от него и от особняка, к ближайшим кустам. Он слепой и хромой! Каким бы сильным ни был, он не видит и быстро не побежит! Так что у меня вполне есть шанс.
— Бессмысленно! — пророкотал он вслед. — Остановись, Вивиана! Пока я предлагаю!
Я даже не обернулась, припустив быстрее и прислушиваясь: не пустят ли за мной следом собак, не бегут ли слуги с веревками. Но меня догнал не слуга.
Мощный, ледяной порыв ветра сбил с ног и я шлепнулась в траву. Вокруг меня взметнулся смерч, поднял в воздух. Волосы наэлектризовались, кожу защекотали мелкие разряды, в глазах сверкали вспышки, в ушах трещало, пахло грозой и озоном.
— А-а-а! — закричала я, сжавшись внутри воздушного кокона из ветра и молний.
Зрелище было жутким, противоестественным. Какие уж тут недостатки — Далларан имел надо мной абсолютную власть. Понятия не имею, умела ли колдовать Вивиана, но я — точно нет.
Я приземлилась прямо в его крепкие руки. Он закинул меня на правое плечо, обхватив за бедра так сильно, что я взвыла. Я думала, больная нога помешает ему нести меня, но он нес. Шел, напрягаясь, как перетянутая струна, опираясь на трость, а я беспомощно цеплялась за ткань его камзола.
Бить его кулаками, куда дотянусь, было бессмысленно. Он ведь мог волочить меня магией и зашвырнуть в окно как мешок. Этой участи хотелось еще меньше чем нынешней. Что еще оставалось в моем арсенале?
— Пожалуйста! — взмолилась я, наплевав на достоинство. — Прости меня, умоляю! Клянусь, больше никому не причиню вреда! Я ничего не помню, честно! Я не Вивиана вообще! Прошу, поверь! Хотя бы выслушай!
Его сдавленный смех был ответом. Но я продолжала молить, чувствуя странную уверенность, что в глубине души он прислушается. Он не походил на того, кто наслаждается страданиями слабых. То, как он бережно унес мертвую собаку, как говорил об отравленных детях, как улыбался, когда я свалилась на него в библиотеке… Все это говорило не о жестокости.
