Миллионер в трущобах

– Знаешь, а ведь это действительно не смешно. И я сейчас не о твоих дурацких фантазиях. Ты даже представить себе не можешь, что такое настоящий страх. Никакие фильмы ужасов с этим не сравнятся.

Внезапно Глеб стал хмурым. Он отвернулся, чтобы не показывать, насколько сильна его слабость.

– Ты просто не знаешь, что такое детская травма.

Лиля усмехнулась.

– Не детская, но знаю. Поэтому и боюсь… то есть, опасаюсь снега.

– Да брось, – они вышли из бутик и сейчас направлялись к центральному выходу. – Что такого страшного в простом снеге? Я могу понять, если бы это было в горах, где есть опасность схода лавины, но… – он догадался сам, и на какое-то время услышанное повергло его в шок. Когда Глеб смог сказать хоть слово, он тихо спросил. – Родители?

– Нет. Родители погибли чуть раньше. На пару лет. Меня тогда дома не было, когда я осталась и без родителей, и без дома. Так что в этом плане я фобией не обзавелась.

– Так вот почему ты такая одиночка? Парень?

– Парень, – кивнула Лилия. – Мы в горах отдыхали, когда… Мы оба провели под снегом несколько часов. Только он уже был… Так что я все эти несколько часов просто смотрела в его стеклянные глаза.

Глеб нахмурился, понимая, что против такого ничего сделать не сможет. И в то же время, его ещё сильнее тянуло к этой девчонке. Хотя бы потому, что её недоступность объяснялась такими вещами. Будет непросто, но теперь оно действительно будет стоить того.

Надо ли говорить, что в разговоре с другом Глеб лукавил? Не для того он собрался подкатить к Лиле, чтобы бросить. Просто она единственная, кто казался ему настоящей, не избалованной, верной и возможно даже заботливой. И, что самое главное, Лиля была достаточно самостоятельной и самодостаточной, чтобы не тянуть с него деньги. Ему слишком много попадалось патологических содержанок, чтобы раз и навсегда отбить желание тащить девушку сразу домой. Только благодаря своему опыту Глеб научился распознавать таких особ с первого взгляда.

– Ладно, – Лилия решительно накинула на голову капюшон и шагнула в тамбур. – Я пройдусь. Но у меня будет одно условие.

– Любой каприз, – улыбнулся Глеб, подозревая, что здесь может быть какой-нибудь подвох.

– Проведи меня до квартиры. Только учти, что она на пятом этаже, а лифт уже полгода как сломан.

– То есть, – он задумался. Это было очень мило, что она не попросила что-нибудь материальное и очень дорогое. Только вот Глеб не был уверен, что сможет выполнить её просьбу без вреда для здоровья, – на пятый этаж, пешком, по ступенькам? Ладно. Но тогда у меня к тебе тоже будет небольшая просьба.

Девушка повернулась.

– Так уж и быть, я угощу тебя чаем.

Глеб скривился.

– Вообще-то я рассчитывал на поцелуй.

– Давай начнём пока с чая, – усмехнулась Лилия и вышла на свежий, морозный воздух.

3. В хрущёвке

– Что такое? – рассмеялась Лиля, когда они оказались в квартире. – У тебя вид, как будто ты чем-то недоволен. Не нравится интерьер?

– У тебя очень милый интерьер, – Глеб брезгливо отложил куртку на более-менее ровную поверхность. – Просто я не думал, что такие дома ещё остались.

– Остались, как видишь.

– Почему ты не купишь квартиру поприличнее?

Лиля поставила чайник на плиту. Сам чайник был вылизан до блеска, а вот плита оставляла желать лучшего. Местами краска потрескалась и из-под неё выглядывали пятна ржавчины.

– Как думаешь, сколько сейчас стоит приличная квартира? Даже если я продам эту халупу и всю мебель на аукционе древности, мне не хватит даже на приличную однушку в нормальном доме.

– Могу помочь тебе с этим. У меня есть знакомые риэлторы, которые сократят разницу в цене.

– Так, не вздумай, – девушка ткнула в него ложкой. – Во-первых, я не хочу оставаться кому-то должной. Во-вторых… куда я дену память? Это квартира досталась нам ещё от бабушки.

– А той от её бабушки, – язвительно произнёс Глеб.

– Надо же, какой догадливый, – в тон ему ответила Лиля. – И потом, тебе с этого какой прок? Я ведь тебе ничего не обещала. Вообще ничего. Завтра наступит новый день и мы, может быть, никогда больше не увидимся.

– Я бы не был в этом так уверен, – улыбнулся Глеб. – Я умею быть настойчивым.

Некоторое время Лилия изучающе смотрела на молодого мужчину, пока её внимание не отвлёк свист чайника.

– Зачем тебе я? – спросила она, отвернувшись. – Столько девчонок что угодно готовы отдать для того, чтобы разделить с тобой постель.

– Скучно, – честно признался Глеб и приземлился на деревянный табурет, который опасливо скрипнул под ним. – Когда у тебя всё на блюдечке, да с золотой каёмочкой, это очень скучно.

– И ты решил сразу взяться за уровень сложности “безнадёга”?

Он пожал плечами.

– Зато мне будет чем заняться долгое время.

– Попробуй устроиться на работу, – предложила Лилия, усмехнувшись.

– У меня уже есть работа, в офисе. График очень гибкий, но…

– На настоящую работу, – перебила девушка. – Такую, чтобы под конец дня устать настолько, чтобы единственным твоим желанием было упасть на кровать и моментально уснуть. Чтобы по вечерам тянуло домой, а не на приключения.

– Нет, – брезгливо протянул Глеб. – Я лучше в офисе. И потом, как ты себе это представляешь? Миллионер, сын миллионера, на обычной, человеческой работе?

– Ну хорошо, – Лилия не собиралась сдаваться. – Есть ещё один вариант. Если он тебя устроит, я соглашусь встречаться с тобой.

– Я тебя внимательно слушаю.

– Если ты сможешь прожить здесь, в этой квартире… скажем, месяц, и ни разу не заикнёшься о том, как тебе здесь некомфортно, я пойду тебе навстречу. Если нет, то и отношений между нами не может быть. Даже простого перепихона не будет.

Глеб осмотрел видавшую вид квартиру, потом посмотрел на девушку, в надежде, что она просто пошутила. Но нет, она казалась абсолютно серьёзной.

– Месяц? – повторил он на всякий случай. – И я так понимаю, что отсутствие лифта – это самое малое, что мне предстоит.

Лиля довольно кивнула и поставила перед ним кружку с чаем. Следом за ней со звоном на стол приземлилась сахарница с ложкой, выглядывающей из-под керамический крышки.

– Не знаю, сколько сахара ты обычно кладёшь в чай, поэтому это уж ты сам. И вообще, если ты согласен, можешь начинать привыкать к тому, что у нас тут самообслуживание.

Глеб посмотрел на стол и задумался. Ему было интересно, что же будет дальше, что может из этого выйти. Он даже авансом согласился на это предложение. Только было бы слишком подозрительно соглашаться так быстро, поэтому Глеб поспешил придумать причину отсрочки.

– Мне надо обдумать твоё предложение, – он наклонился над столом, накладывая сахар, отчего стул снова противно заскрипел.

– Вообще не проблема, – Лилия пожала плечами и как будто нарочно сняла свитер, оставшись в лёгкой майке, заставив холодное сердечко Глеба забиться чаще. – Это моё условие. Ты вправе отказаться.

– Я ещё не отказывался, – напомнил он.

– Но и не соглашался, – продолжила Лилия. Она снова внимательно посмотрела на него и согласно кивнула. – Ладно. Как будешь готов…

– Я знаю, где ты живёшь, – улыбнувшись, перебил в ответ Глеб. – А сейчас, если ты не против, я предпочту воспользоваться гостеприимством и просто попить чай.

Чай оказался самым дешёвым из всех, что только существует в мире. Да и на вкус он был ужасен. Даже кусочек сморщенного лимона, который лежал тут же, на тарелочке, не смог спасти эту бурду. Глеб только из вредности допил это до конца, хотя желание вылить чай в раковину было нестерпимо сильным.

– Ну что же, – наконец, он отставил пустую чашку и сложил руки, – пора мне и честь знать.

– И даже кружку не помоешь?

Глеб посмотрел на стол, потом перевёл взгляд на девушку, надеясь, что она шутит. Но Лиля была серьёзна, как никогда. Ещё и посуду он должен мыть? Для чего в доме женщина нужна? А ведь он ещё и в гостях. Давно ли мытьё посуды стало ложиться на гостей?

– Разве мы уже договорились? Или это у тебя такой уровень гостеприимства?

Лилия подумала, потом ответила.

– Справедливо. В этот раз я сама приберусь. Но я надеюсь, что твой ответ будет положительным. И уж тогда я на тебе оторвусь.

Глеб улыбнулся.

– Я обещаю взвесить все за и против, – он улыбнулся и встал из-за стола. – Можешь не провожать. Я знаю, где выход.

– И даже не обнимемся на прощание?

Он застыл посреди коридора. На всякий случай почесал ухо, не послышалось ли ему? И даже повернулся – Лилия улыбалась, довольная реакцией. Потом она подошла к нему, неторопливо и едва заметно прижалась.

– На сегодня хватит, – она быстро отстранилась и указала на дверь. – Буду очень рада, если ты согласишься на мои условия. В последнее время мне немного… одиноко.

Глеб долгое время не мог уснуть. В голове крутилась последняя фраза девушки. Точнее, интонация, с которой она была сказана. С какой-то лёгкой грустью.

Он взял с тумбочки телефон и посмотрел на часы. Два часа ночи. Ровно. Значит, не время сейчас звонить маме – единственному человеку, голос которого Глеб был бы рад услышать. Она сейчас точно должна спать.

Лиля тоже наверняка уже видит второй сон, если не третий. Хотя, он, наверное, не решился бы спросить у неё самой, что значили эти слова. И что означали прощальные обнимашки. Не в смысле, что они были прощальными навсегда. Лиля как будто давала надежду. Небольшой бонус для затравки.

А может быть, это была своего рода минутная слабость? И всё это могло получиться совсем внезапно, помимо её воли. Отчаяние трудно долго скрывать. Вот оно и вылезло. Даже немного жалко её стало.

Только повлияет ли эта жалость на его решение заняться ей как следует? Навряд ли. А вот обнимашки…

Глеб закрыл глаза и прижался лбом к холодному стеклу. Он не мог отделаться от аромата, который будто преследовал его с тех пор, как почувствовал на себе её нежные прикосновения. От неё пахло не дорогим парфюмом, каким обычно обильно поливались дамы, мечтающие попасть в высший свет. От Лилии пахло женской кожей, с лёгкой примесью цветочного мыла. Всего пара секунд, а он уже не может не думать об этом. Не может не чувствовать её аромат.

Он открыл глаза и посмотрел на улицу. При свете уличных фонарей падающий снег казался ему чем-то волшебным. Глеб всегда любил снег. Любил все эти забавы, когда можно было на мгновение забыть о насущном и просто окунуться в морозный воздух и в сугробы. Всем, чем только можно было окунуться. Как можно не любить зиму? Как можно бояться снега?

Он улыбнулся сам себе, вспоминая, как ещё несколько лет тому назад с одноклассниками, которых он считал своими друзьями до гроба, катился с горки на ледянке. Шишка на лбу до сих пор побаливала, когда Глеб об этом вспоминал. Но единственное, о чём он сожалел, так это о том, что тот раз был последним, когда он чувствовал себя так беспечно. Больше не удавалось выкроить свободной минуты, чтобы просто побыть ребёнком. Появились новые друзья, которые были ближе по статусу. Но единственными их развлечениями были клубы, вечеринки, алкоголь. И похмелье по утрам. И почему они все поголовно считали, что это делает их круче?

Глеб зевнул и отправился в спальню, где его ждала холодная кровать, которая уже успела остыть после того, как он выкинул оттуда очередную шалашовку. В который раз за вечер он пообещал себе сменить замок и навсегда зарёкся давать ключи кому попало. И пусть его по-прежнему окружали девушки модельной внешности, Глеб больше не стремился украсить себя красотой подобного рода. Это всё слишком пресно и слишком наигранно. Мишура, блестящая оболочка, за которой ничего нет, кроме саморазрушения.

Уже засыпая, Глеб задумался о том, как бы завтра устроить девушке сюрприз. Не позвонить заранее, чтобы она была к этому готова, а свалиться, как снег на голову. Желательно в такое время, чтобы не оставить ей пути к отступлению.

Проснулся он ближе к обеду. Просто по привычке. Такой был режим дня. Глеб поздно ложился и поздно вставал. Во время позднего завтрака он занимался своими финансовыми делами, которые обычно не занимали много времени. Кроме неприлично высоких активов, которые приносили немалый доход ежемесячно, была ещё кое-какая мелочь, на которую Глеб играл на рынке. Деньги, которые не жалко проиграть.

Сегодня эта мелочь вернулась к нему с доходом. Доход, по традиции, он перевёл на свой счёт, а основную сумму закинул на другие активы. Тут он особо не заморачивался и действовал по наитию, считая, что может позволить себе рискнуть небольшой суммой. Впрочем, интуиция чаще всего радовала его, чем расстраивала.

Только покончив с делами и с завтраком, Глеб направился в спортзал. Конечно же, время было для этого не самое подходящее, но он и ходил туда не ради своего тела. Не только ради него.

– Привет, Юра, – на стойке он поздоровался с другом. – Как ты сегодня?

Друг посмотрел на него с удивлением, будто не ожидал увидеть его здесь именно сейчас. Если вообще ожидал увидеть.

– Я сегодня весь в делах, – медленно ответил он. – Правда, дела мои где-то в пробке застряли.

– Кто-то из постоянных? – беспечно улыбнулся Глеб. – Или новенькая?

– Новенькая. Одна из постоянных в Дубай улетела, говорит, что на пмж. Место освободилось, так почему бы его и не занять?

– Резонно.

– А тебя сюда каким ветром? Ты же собирался недотрогу окучивать. Пожалуйста, скажи, что она тебя жёстко кинула.

– Не дождёшься. К недотроге я вечером заскочу. Сюрприз ей хочу сделать.

– А вот это уже интересно, – Юра отошёл от стойки и поманил друга в раздевалку. – Чтобы ты, и докатился до сюрприза. Всё же она тебя чем-то зацепила.

– Ты представляешь, что она мне предложила? Точнее, выдвинула условие.

Юра весело рассмеялся.

– И как ты позволил какой-то замухрышке выдвигать условие тебе? Первому красавцу в этом городе.

Глеб решил проигнорировать сарказм друга.

– Она предложила мне пожить у неё в хрущёвке. На полном самообслуживании.

Звонкий смех стих так же внезапно, как и появился.

– Только не говори, что ты согласился. Я ведь всё равно не поверю.

– Почему нет? Это может быть интересно.

– Подожди, – Юра подпёр соседний шкафчик, чтобы получше рассмотреть лицо своего лучшего друга. – Ты что, всерьёз согласился жить в какой-то древней развалюхе? Да ещё и на полном самообслуживании?

– Да ещё и на пятом этаже, в доме, где лифт умер ещё много лет тому назад.

– Нет, я могу ещё поверить в то, что ты сможешь без одышки взобраться по ступенькам на такую высоту, но чтобы ты, и добровольно пуститься во все тяжкие… Да ни за что в жизни.

– Знаешь, – Глеб захлопнул шкафчик, – а я в этот раз даже спорить с тобой не буду. Просто сделаю это. Хотя бы ради простого перепихона. Экстрим, друг. Он бывает разный.

И отправился в тренажёрный зал.

4. Давай попробуем

Лилия встала гораздо раньше, чем “этот напыщенный индюк”, как она его мысленно называла. Хотя, уснуть она смогла немногим раньше него.

Что он вообще позволяет себе? Купить ей куртку только потому, что хочет затащить в постель? Поставить очередную галочку? Не на ту нарвался. Она и сама в состоянии была купить себе тёплые вещи. Вообще любые вещи. Разве что, не такие дорогие. Да и не любила она роскошь. Роскошь слишком расслабляет, заставляет забыть о том, кто она такая и откуда вообще вылезла. Простой продавец обуви в одном из бюджетных магазинов торгового центра. С такой же бюджетной зарплатой. Ничего особенно, ведь многие так живут. И не жалуются.

А вот чего Лиле на самом деле не хватало, так это простого мужского внимания. Да хотя бы тех же самых обнимашек, которые она же сама и инициировала. Поддалась минутной слабости.

Но больше этого не повторится. Если хочет её завоевать, придётся постараться. И только если она поймёт, что готова к тому, чтобы связать себя с этим человеком, только тогда сможет позволить себе больше.

Пока Лиля готовит для богатенького мальчика испытания, она может хотя бы на время развлечь себя. Это в случае, если он согласится. А если нет?

Лилия замерла возле зеркала. Только бы не отказался. Только бы согласился. Она уже много лет не отрывалась на мужчинах. С тех пор, как последний из тех, кого она называла своим парнем, улетел в закат с какой-то мажоркой модельной внешности. С девицей, которая даже имя своё без ошибок не могла написать.

Рассматривая своё отражение, Лилия сложила руки в молитве, закрыла глаза и несколько раз прошептала слово “пожалуйста”. Пусть он согласится. Пусть только согласится. Она обещает, что не будет сильно наседать на него. Так, немного, по мелочи. Обычные житейские проволочки, не более того. Скучно ведь.

Закончив молиться всем известным богам, Лиля отправилась на работу. В конце концов, ей надо было зарабатывать себе на жизнь: на коммуналку, на скудное питание (прекрасный повод придерживаться диеты), на более-менее приличные вещи. О роскоши девушка даже не задумывалась. Да и не нужно ей было это. Что такое роскошь? Шик, показуха, не более того. Особой необходимости в ней не было. Ведь ничего не изменится, если вместо золота на шее будет висеть дешёвая бижутерия. Не будет критично, если она не увидит вблизи берег Мальдив, а вместо этого сгоняет на автобусе в Геленджик на один день – туда и обратно. Пусть даже море будет другого цвета, лишь бы оно было солёным. Ну, и всё остальное тоже легко можно было заменить на более дешёвые варианты. Машину, например, всегда можно сменить на троллейбус или маршрутный автобус. Тем более, на дороге у них всегда был приоритет. Разве что квартиру хотелось бы поприличнее. Но это лишь мечты, а мечты просто… должны быть.

А пока единственным желанием было не опоздать к открытию магазина. От этого зависела даже не её зарплата. От этого зависело то, будет ли она работать дальше или её уволят за систематические опоздания. Вчера было пятое, но следующего, шестого по счету, Лилия всеми силами старалась избежать.

Прыгнув в автобус, девушка выдохнула. Впервые за эту неделю она успела на автобус вовремя. На всякий случай проверила часы, не задержался ли сам автобус. Но нет, цифры показывали, что к остановке Лиля добежала на минуту раньше обычного.

Девушка добралась до последних рядов, и только потом вспомнила, что не заплатила за проезд. Но вместо того, чтобы расплатиться на выходе, она зачем-то вернулась к водителю.

– Извините, – смущённо произнесла она и тут же пошатнулась – автобус наехал на кочку. – Картой можно?

Картой оказалось можно, для этого на самом видном месте стоял банковский терминал.

Она ещё раз извинилась, когда возвращалась обратно, потому что под своим сапогом почувствовала чью-то ногу. И ещё один раз уже в середине автобуса, после резкого поворота и не менее резкой остановки. Буквально бухнулась на заднее сиденье и сразу же достала смартфон. По традиции это время Лилия использовала для того, чтобы почитать. У неё на это было каких-то полчаса, но и этого хватало, чтобы прочесть довольно внушительные отрывки. И даже несмотря на внезапно наступившие морозы, ей ничто не помешало это сделать и сегодня.

Свою остановку Лиля не пропустила бы, даже если случайно задремала. Это было настолько привычным, что приближение к торговому центру чувствовалось на уровне подсознания. И в этот раз было так же.

Лилия взобралась по эскалатору, перепрыгивая через ступеньку, и оказалась возле магазина, успев ещё до прихода старшего продавца.

– Ну ничего себе, – удивлённо произнесла Марья, девятнадцатилетняя девушка. – Ты сегодня вовремя. Ладно, можешь сегодня первой на обед пойти.

Лиля довольно улыбнулась и присела в реверансе. Приятно было слышать комплименты в свой адрес.

Переодеваясь в форму магазина, девушка думала о Марье. Её именно так и звали по паспорту – девушка лично хвасталась своим документом. И она действительно в свои девятнадцать уже была старшим продавцом. Не потому, что была племянницей хозяйки, а потому, что уже в первые дня своей работы зарекомендовала себя с лучшей стороны. За что бы девушка ни бралась, какую бы работу не поручали, она отлично справлялась. И только поэтому остальные девушки, более опытные и более взрослые, ни капли не завидовали Марье. Наоборот, обращались за советом или предлагали свою помощь.

Сегодня, как и обычно за последние несколько дней, Лилия стояла первой в очереди к старшему продавцу, пытаясь не натворить дел ещё больше, чем обычно.

– Что на этот раз? – Марья закатила глаза.

– На этот раз я просто хочу, чтобы ты посмотрела. По выкладке, – Лиля улыбнулась, чувствуя себя виноватой за то, что отвлекла девушку.

– Ладно, – с подозрением ответила старший продавец. – Веди, показывай.

После беглого осмотра Марья удовлетворённо кивнула. На её лице невооружённым взглядом можно было заметить удивление.

– Вот так бы и всегда, цены бы тебе не было.

Лилия смущённо кивнула, чувствуя как приятно изнутри греют душу комплименты, уже второй за эту смену. К тому же, именно сегодня она действительно решилась выложиться по полной программе. Захотелось так. Наверное, сказывалось вчерашнее приключение. Немного омрачало понимание того, что богатенький мальчик может и отказаться от её заманчивого предложения, но в целом настроение было прекрасным.

И с этим прекрасным настроением Лиля проходила весь день. Нельзя было сказать, что оно сохранится до конца дня, но это уже лучше, чем полная апатия, которая накрывала при приближении новогодних праздников. Которые Лилия уже по традиции планировала проводить в одиночестве.

Чего девушка никак не могла предсказать, так это циркового представления, которое разыграется сегодня перед самым закрытием.

Всё началось с того, о чём Лилия не могла догадываться. В один прекрасный момент мимо магазина проходил Юра, тот самый друг, который и подтолкнул Глеба к этому знакомству. Был он не один, а под руку со своей новой девушкой, которая потащила его в этот прекрасный день по бутикам. Дорога к более дорогим магазинам пролегала через более бюджетные, в одном из которых и работала Лилия.

Юра застыл на месте, заметив сквозь стекло ту самую девчонку, на которую запал его друг.

– Может, хватит пялиться на хорошеньких продавщиц? – Светлана больно ткнула его локтем. – Я вообще-то тут и я всё вижу.

– Да подожди ты, – отмахнулся Юра и потянулся к своему айфону. – Здесь меня подожди.

Пока девушка стояла, открыв рот от возмущения, молодой человек набрал номер своего друга.

– Братишка, – довольно улыбаясь, сказал он, – ты не поверишь, но я знаю где работает эта девчонка. Если хочешь, можешь поразвлечься.

Получив утвердительный ответ, Юра довольно усмехнулся и отключился. С чувством выполненного долга он вернулся к своей девушке, пояснив:

– Это девушка моего школьного друга. Тебе не о чем переживать – я не отбиваю девушек у других парней. Тем более, если они мои друзья.

Казалось, девушка была удовлетворена этим ответом. Она лишь покосилась на витрину, которая уже к этому времени была пустой (не считая манекенов), и постаралась успокоить свою ревность.

Конечно же, обо всём этом Лилия не могла знать. Точно так же, как не могла знать о том, что через каких-то полчаса станет участницей забавного спектакля.

В тот момент, когда Глеб появился в магазине, Лиля только вернулась с обеда, на который она потратила минут десять, не больше. Она никогда не славилась длительными отлучками и старалась как можно больше времени проводить на рабочем месте. И это было как раз кстати, потому что спектакль был разыгран специально ради неё.

– То есть, вы настолько некомпетентны, что даже не знаете, что мне предложить? – Лилия тут же услышала знакомый голос.

Она поспешила на выручку новенькой девочке, которая только четвертый день как работала в магазине и не была готова к такому повороту. Тем более, что Глеб специально провоцировал девочку.

– Молодой человек, – Лиля подбежала так быстро как только смогла, – Может быть я смогу решить вашу проблему?