Туманная академия. Факультет смерти

— Сомнительные защитники, — фыркает Кокки и с любовью поглаживает свои запасы.

— Доброе утро, — здоровается Лидия. — Я приготовила вам пайки с собой, а Ванд — карту. Когда окажетесь на нейтральной земле, она вам понадобится.

— Порталом можно перемещаться только до границ, дальше магический блок, — поясняет рэн.

— То есть вы оба с нами не идете? — уточняю. Что-то мне становится жутко. — Алек, а ты?

— Я просто не мог это пропустить! — бодро отзывается он. Кокки приподнимает бровь.

— То есть нас будет трое?

— Нет, ваш боевик опаздывает, — раздраженно бросает рэн. — Сказал же быть на рассвете!

— Успокойся, вот и он, — нежно произносит рэнни Лидия.

Не успеваю я обернуться, как знакомый до скрежета зубов голос раздражает слух:

— Простите-простите, собирал оружие.

— Натан, я так пожалею, что решил отправить тебя, — хмыкает рэн.

— Эй, вообще-то у меня прекрасная успеваемость! — обижается Натан.

— Ты же на целительском был, — фыркаю недовольно. Пинки встает передо мной.

— Ой, Кайли, ты все такая же злая. Пока ты отдыхала, я перевелся к боевикам. Там у меня получается намного лучше.

— Боюсь спросить, сколько это стоило твоему отцу, — парирую.

— Эй, вы еще выдвинуться не успели, а уже ругаетесь, — одергивает рэн Ванджелис.

— Не уверена, что мы дойдем живыми до ближайшего перекрестка, — не унимаюсь.

— Выбора нет, это мое решение, — отрезает рэн.

— И оно мудрое, — вставляет рэнни Лидия. Эти сговорились, понятно.

— Кокки? — с надеждой смотрю на друга. Тот пожимает плечами.

— Я все равно никому, кроме себя, не доверяю, так что мне все равно, кто будет нас сопровождать. Если он лузер, быстрее поранится и останется где-нибудь позади.

— Вы такие дружные, — смеется Алек. Мне почему-то становится перед ним неудобно. Что мы, в самом деле.

— Жаль, что Паво не придет проводить. Он хотел, — рассуждает Лидия.

— Да? — удивляюсь. В последнее время от него совсем не было вестей.

— Да, просто он… заболел, — пространно отвечает рэн Ванджелис.

— С ним все в порядке? — спрашиваю с нажимом.

— Конечно, — убеждает меня Лидия.

— Ладно, пора, — говорит рэн. — Алек, открывай портал до границы.

— Пару секунд.

В руках артефактора появляется коробочка, в этот раз больше, темно-синяя. Тонкие пальцы ловко нажимают на кнопки. Вдруг захотелось посмотреть на рассвет, надеюсь, что не последний в моей жизни. Вернемся ли мы? Смешанные чувства создают в груди в огненный коктейль. На глазах выступают слезы. При этом я верю, что так нужно, так будет правильно.

Следую за всеми в портал.

На той стороне пшеничное поле, да колосья настолько высоки, что почти ничего не видно впереди, лишь сизо-серое небо над головой и лениво расползающиеся солнечные лучи. Душно, даже ветер не приносит облегчения.

— Хоть бы к дороге перенес, — фыркает Пинки.

— Я вообще-то все четко настроил, — спокойно отвечает Алек. — Здесь должны быть сторожевые домики.

— Но их нет, — озвучивает очевидное Натан.

— Что-то более сильное сбило ориентиры, — поясняет артефактор.

— Ребят, здесь травами примята, как будто кто-то массивный неудачно приземлился, — говорит Кокки, внимательно изучающий землю. Уходит вперед, словно гончая. Порываюсь за ним. — Ребят! Здесь дракон!

Глава 6

Мы дружно бежим на зов. Сердце колотится, вот-вот выскочит, в мозгу бомбит только одно слово “МИК!”. Даже не допускаю мысль, что это может быть не он.

Издалека замечаю длинный черный хвост. Разочарование, как разрушительное цунами, обрушивается на душу, да так сильно, что едва могу стоять на ногах.

— Он мертв? — слышу брезгливый вопрос Натана. Закатываю глаза: он такой же, как обычно.

— Нет, жив, пульс есть, — вторит ему Алек.

— Но очень-очень плох, — подытоживает Кокки.

— Ну, целитель, лечить будешь? — хмыкает Пинки, пропуская меня вперед.

Черная огромная ящерица, правда, несколько меньше Мика и Нари, лежит на погнутых колосьях в неестественной позе. Даже издалека заметно, что лапа сломана, а тяжелое брюхо едва поднимается от слабого дыхания. Нет в ней эстетики королевских линий, грации. Хотя… какого дракона здесь еще один дракон?!

— Со мной почти не осталось магии, — пожимаю плечами. — Так что, Натан, придется тебе вспоминать все те пары по целительству, которые ты проспал.

— Да ладно, на боевом меня научили навыкам первой помощи, — хорохорится Пинки.

— Так вперед, оказывай, — жестом указываю на дракона.

— Но не животному же, — парирует Натан.

— Ох, они всегда так препираются? Время уходит, — слышу голос Алека. Оборачиваюсь. Он склонился к дракону.

— Тогда ты, артефактор, лечи, — отмахивается Пинки.

— У артефакторов нет магии, — спокойно поясняет Алек. Его руки исследуют дракона.

— Тьфу, людишки, — надменно произносит Натан. Невозможно слушать.

— Кайли, ты совсем ничего не можешь сделать? — с надеждой спрашивает Кокки. Это отрезвляет.

— Не уверена, но попробую хотя бы просканировать его состояние.

Впервые работаю в полевых условиях. Магии во мне, как и жизни, остались лишь крошки. Одно дело колдовать на парах, под бдительным оком преподавателей, а другое дело — вот так.

Протягиваю руки. Магия срывается с кончиков пальцев и слабым потоком устремляется к дракону. Внутри теплеет. Сосредотачиваюсь на этом ощущении. От дракона идет мощная отдача энергии, меня словно подпитывает. Следую за руками Алека, который щупает возможные переломы.

— Вот здесь что-то не так, — произношу, ощутив прохладу после сканирования лапы.

— Да, перелом, — подтверждает Алек.

— Здесь тоже, — киваю на туго вздымающуюся грудную клетку. В этом месте очень холодно.

— А вот это плохо. Кокки, у тебя есть что-нибудь мятное?

— Разумеется, — отзывается зельевар и через секунду выуживает пузатый флакончик. Алек тем временем кладет драконью голову на землю, вытягивая шею.

— Натан, помоги открыть пасть, — хладнокровно командует артефактор.

— Что?! — хлопает глазами боевик, но идет. С опаской поглядывая то на дракона, то на Алека, помогает артефактору вставить найденную поблизости деревяшку.

— По команде, кидай мяту, Кокки, — напутствует Алек. — Натан, на счет три. Раз, два… Три!

Пинки со всей добросовестностью уперся в деревяшку, пасть дракона едва приоткрылась, но этого хватило, чтобы содержимое флакончика попало на длинный язык.

— А теперь все в сторону! — командует Алек. Натан с радостью отскакивает в сторону, Кокки и так близко не подходил.

Через долю секунду огромное драконье тело приходит в движение. Грудная клетка расправляется, сжимается и вновь расправляется. Влажные хрипы раздаются из пасти. Дракон качает головой, его горло идет спазмами.

«Сейчас дыхнет», — доходит до меня. А вокруг высушенное солнцем поле… Вот ведь!

Судорога пронзает драконье тело, хрипы становятся оглушающе громкими. Последний рывок — и кашель вперемешку с огнем вырывается из пасти, а сам дракон подлетает от земли.

Пламя вмиг охватывает примятый клочок колосьев.

꧁ ꧂

Мик тем временем

Ситуация ухудшается с каждым днем. Я истощен, я голоден, я зол. Мой отказ играть в ее игры королева Дагмар восприняла в штыки. Нас с Нари разъединили, я понятия не имею, как он и где. Жив ли вообще? Меня держат в клетке в самом подвале. Вокруг наложена магическая стена, ощущение, что я в вакууме. Слышу только собственное сердце и мысли.

Она хочет сломить меня, но не выйдет. Не в первый раз в заточении. Я не сдамся, потому что мне есть ради кого терпеть.

Я верю, что вернусь к тебе, Кайли. И тогда все будет по-другому. Я больше не буду тем дураком, который позволил тебе выскользнуть из объятий. Драконы, ведь не будь мы оба такими амбициозными, сидели бы сейчас в каком-нибудь крошечном домике и воспитывали детишек, которых нянчили бы обе бабушки. Хотя о чем это? Кайли бы никогда не смогла жить без приключений, да и я тоже.

Ее синие глаза часто снятся мне. Я помню ее такой живой, такой нежной. Мечтаю обнять ее и поцеловать. Вот вернусь и больше никогда ее не отпущу. Закрою в том маленьком домике, чтобы не рыпалась. Подальше от дворца и его интриг.

Лязгает металл замка - единственный звук, который есть в моем вакууме, но он слишком редкий. С безразличием смотрю на дверь. О, какие люди!

В тюрьму заходит мой здешний друг. Ну как друг. Это слово подходит для крепкой связи душ, взаимопомощи и т.д. и т.п. К Малику это не подходит. У нас с ним крайне корыстные отношения.

— С добрым утром, мой дорогой друг! — бодро здоровается Малик, от возбуждения потирая ладони.

Хм, значит, начался очередной бесконечный день.

Низкий, пухлый, с забавной реденькой бородкой и лысой макушкой, на которую всегда была натянута длинная остороконечная шляпа, Малик совсем не походит на того, кем является — феем. Выглядит он на манер магов из книжек, даже кафтан носит, хотя здесь невыносимо жарко. Наверное, он верит, что маги могут все, талантливы в любой сфере, но это неправда. И его зелья тому доказательство.

— Вчера приходила риенс Лола, ей помогло мое средство от подагры, — с гордостью сообщает Малик. Он как обычно становится у самой решетки, глядя на меня с восхищением. — А еще риэн Макфи излечен от волдырей на теле после свидания с некоей…

— Довольно! — рычу. Малик мог долго болтать о неизвестных мне людях. — Зачем пришел?

— Не злись, мой хороший. Я с новостью.

— Ну?

— Твой принц вновь стал человеком!

— О, за какие заслуги?

— Не за какие. Он был болен, а благодаря твоей чешуе я смог сделать нечто особенное, и вот принц в прекрасной форме! — Малик даже хлопает в ладоши от чувства собственного превосходства.

— Как посмел ты использовать Архернара в своих целях?! — Резко разворачиваюсь, в глотке сразу же просыпается пламя. На всех входящих, кроме Малика, есть амулет с защитой от огня. А этого дурака поджарю, как курицу, даже вздохнуть не успеет. Только почему-то он стоит, в щенячьем восхищении распахнув глаза.

— Как же ты красив в гневе! — выдыхает он. Этот фей совсем не понимает, что скоро его жизнь, посвященная науке, закончится, скажи он хоть слово.

Отворачиваюсь в попытке сдержать эмоции. Нельзя убивать Малика. От него слишком много пользы: так я узнаю новости.

— Ой, Мик, не злись, ну, — пытается лебезить фей. Получается плохо. — Все в порядке с твоим принцем! Честное слово, сдался он тебе? Да и я не тыкал пальцем в небо. Так, у моих предков осталась книжка интересная о драконах и прочее. Никогда бы не подумал, что она мне пригодится! Ох, посмеялся бы сейчас отец… Ну, не суть. Ты знал, что если дракон будет истекать кровью, его не так-то просто вылечить? Принц считай что в могиле лежал. А я не мог стоять в стороне. Просто не мог!

— Малик, к делу. О чем ты вообще?

— Так принц твой бежать пытался, его стражники и поймали. Бойня была. А потом и чего хлеще, когда королева Дагмар узнала. Не с Архернаром, со стражниками. Она жуть как разозлилась, буквально в буйство впала. Но было уже поздно: ранили принца в грудь, — Малик ударяет кулаком чуть выше сердца.

— Почему мне не сказал?

— Чтобы ты не разозлился. А то дыхнул бы — и нет меня. Кто бы тайные знания тогда на свет Провидения вытащил? Никто. Я один такой, из древнего феевского рода здесь.

— Знавал я одну фею, она не такая болтливая, — хмыкаю.

— Я не просто болтун, я говорю только по делу. Вот слушал бы меня лучше и знал бы, что риэнс Макфи приходится троюродным братом начальнику стражи твоей. Знакомства у меня тут, понимаешь? Могу ходить к тебе почаще! — радостно заключает Малик.

Сдерживаю ругательство с трудом. Вместо этого из пасти вырывается клубок дыма.

— Хорошо, ты пришел сказать, что Нари жив и представляет ценность для королевы. Я понял. Это все?

— Если все так, то не чиста Дагмар на помыслы, говорю тебе. Ждет чего-то. Быть может, вашего короля Эридана.

— Это все очень интересно, но мне пора. Король теперь точно столицу не покинет, — бурчу. Сидеть мне цепным псом тут еще долго.

— То-то же. А ты, небось, по своим соскучился, тоже в столицу хочешь? — как бы между прочим говорит фей.

Оборачиваюсь, щурю глаза.

— Ну?

— Вот скажи, ты когда-нибудь любил взаимно?

Чувствую, что вопрос с подвохом, как будто всем своим драконьим телом встал на тонкий лед, и он вот-вот треснет. Малик не спрашивает такое из праздного любопытства, я уверен. Я все еще считаю, что он действует только с позволения королевы, хотя и часто плюет на ее волю.

— Ну? — отвечаю неоднозначно.

— Я дам тебе целых десять минут общения с любимой!

Я чуть не подавился.

— Очень смешно.

— Не, погоди отказываться. Это просто гениальное изобретение! Я назвал его «Свидание в сновидении». Суть в том, что ты можешь присниться своей любимой и сказать ей все, что хочешь, — гордо выдает фей, активно жестикулируя.

— Угу.

Не верю я Малику и его средствам. Здесь либо цена баснословная, либо средство просто не работает. Знаем, проходили.

— Что, неужели не хочешь сказать ей о своей любви? — не унимается Малик, даже шаг поближе делает.

— Что взамен?

— Очень хороший вопрос! Кусочек твоего ногтя, — довольный фей потирает ладошки.

— И на что он пойдет?

Все же я отдаю ценные части себя, не хочу служить злу. Только увидеть Кайли хочется невыносимо.