Гранатовый сад, или Как соблазнить дракона

Жижа внутри яростно бурлила, точно живая. В фильмах на таких склянках всегда рисовали череп с перекрещенными костями.

— Если справишься и не наделаешь глупостей — долг будет наполовину погашен.

— Н-наполовину? — я недоверчиво нахмурилась. Перспектива стать наемной убийцей не прельщала. — А если я откажусь?

— Тогда отправлю в веселый дом. Может, хоть так восполню убытки, — безразлично пожал он плечами.

Колени предательски задрожали. Выбора не было. Ни единого шанса на бегство.

— И кто этот ваш знакомый? Как я должна передать ему зелье? А если он не выпьет? — забросала я его вопросами, злясь на собственное бессилие.

— Тебе какая разница? — раздраженно отмахнулся Викторин.

— Огромная! Я не собираюсь никого травить!

— Да не убьет это никого. Я ж не такой дурак, чтобы поручать тебе убийство лорда, — съехидничал дракон. — Помучается от жесточайшего несварения пару дней. Этот наглец позарился на чужое, а мне это очень не нравится!

Я удивленно окинула взглядом эту надменную физиономию и едва сдержала истеричный смешок. Его раздутые от возмездия ноздри и поджатые губы выглядели до того комично, что пришлось сильно прикусить щеку изнутри. Всемогущий дракон заказывает слабительное для врага!

— Эм… А это «чужое» точно знает, что оно чужое? — с невинным видом уточнила я.

На меня уставились с таким возмущением, что запахло паленым деревом.

— Хорошо-хорошо, — пошла я на попятную, выхватывая у него бутылек и отскакивая на безопасное расстояние.

Мужчина брезгливо скривился от моей суетливости, развернулся к выходу, но у самого порога вдруг замер.

— Ах да, — бросил он через плечо. — И принеси мне тот флакончик, что даешь всегда. Для личного пользования.

Я окаменела. Пальцы, сжимающие фиолетовую отраву, побелели.

Флакончик, что Райя дает всегда?

Я до крови прикусила губу, лихорадочно соображая, как объяснить всесильному огнедышащему дракону, что я понятия не имею, о чем, черт возьми, он говорил.

Глава 11

У ведьмочки хранились сотни всяких колбочек и флакончиков. Цвета и формы на все случаи жизни! И разобраться в этом арсенале у меня попросту не было времени.

— Что застыла? — резко и повелительно бросил Викторин, вздернув подбородок.

Мужчина небрежно кивнул на стеллаж, где в полумраке поблескивало стекло. Очевидно, он имел в виду своё драгоценное зелье, о котором я не имела ни малейшего понятия.

«Вот же принесла его нелегкая! Их там штук десять в один ряд! И какое из них его?!» — запаниковала я.

Я стояла ни жива ни мертва, чувствуя, как кровь отлила от лица. Сердце колотилось как сумасшедшее, пальцы предательски дрожали. Что делать? Каждая секунда промедления только усугубляла положение, а дракон сверлил меня тяжелым, нетерпеливым взглядом.

— Раз знаете, какое именно, так возьмите сами, — нервно улыбнулась я, указывая на полки.

— Я с тобой не первый день знаком, ведьма. За дурака меня держишь? — хмыкнул он. — У тебя там всё защитными заклинаниями понапичкано. Пальцы оторвет.

— М-м-м, как жаль, — совершенно искренне вырвалось у меня.

Пока я на ватных ногах шла к стеллажу, в голове царил кавардак. Меня накрыла противная, сосущая тоска от осознания того, что этот чешуйчатый знал о секретах моего нового дома больше, чем я сама. И он явно не был тем тупым, самовлюблённым качком, каким казался на первый взгляд.

С одной стороны, уважать умного противника — дело благородное. С другой… Да ну его к лешему! Пусть бы лучше был туповат, честное слово. Вдруг это просто уловка или проверка моей памяти? Воспоминания прошлой Райи возвращались урывками, и этого было катастрофически мало для выживания.

— Ух ты ж ё… — тихо выдохнула я, замерев перед армией склянок. Я облизала пересохшие губы, и все здравые мысли окончательно испарились.

— Он или не он? Жёлтый или красный? — забормотала я себе под нос. — Жёлтый вроде к его глазищам подходит… Может, жёлтые — это для драконов? Райя, ну неужели нельзя было нормально подписать?!

Я прищурилась. На самом донышке обнаружились какие-то выцветшие руны, но прочесть их без фамильяра-переводчика я не смогла. Напряжение в комнате сгустилось настолько, что его можно было резать ножом. Казалось, еще секунда — и меня саму пустят на ингредиенты.

— Что ты там копаешься? — сквозь зубы процедил Викторин.

— Пыль! — пискнула я. — Пыль стереть решила… Пыльно тут у нас, представляете…

— Зелье, как всегда, на третьей полке, идиотка! Схватилась за яд для сорняков, прямо как за соломинку, — его голос сочился пренебрежение, а моё сердце ухнуло куда-то в пятки.

Я в ужасе уставилась на зеленую бутылочку, которую уже успела сжать в пальцах. Даже представлять не хотелось, что случилось бы, выпей он гербицид. Наверняка разнёс бы дом по кирпичику в поисках противоядия. Заодно и меня бы прикопал на заднем дворе.

Дрожащими руками я водрузила отраву на место и, словно в бреду, схватила нужный флакон с третьей полки.

«Да чтоб тебе так же хорошо было со всех сторон! Чтоб наизнанку вывернуло от счастья! Прямо как меня», — в сердцах, на одних голых эмоциях мысленно пожелала я, чувствуя, как от злости кончики пальцев на мгновение обдало жаром.

Внезапно меня повело. Голова закружилась так, что я едва не поцеловалась с половицами. Антуан застонал где-то под сбоку, следом послышался глухой стук.

— Антуан, прости! — выдохнула я, наблюдая, как фамильяр потерял сознание. Похоже, неконтролируемый выброс магии привел к откату.

Сама же я ухватилась за край стола, как за спасательный круг. Нужно было как можно скорее спровадить дракона, чтобы отпоить Антуана.

Собравшись с силами, я вихрем обогнула помещение и всучила дракону флакон.

— Вот, не обляпайтесь! — буркнула я, демонстративно кивнув на дверь. Силы резко иссякли, хотелось просто упасть и уснуть. — Что, даже не спросишь, зачем оно мне? — хмыкнул он, явно удивлённый моей поспешностью.

— А что мне это даст? — пожала плечами я, делая вид, что мне абсолютно все равно.

— И правда, ничего, — прищурился он. Вытащив пробку, дракон одним махом осушил настойку и поморщился. — Слушай внимательно. Завтра к тебе придет лорд...

Он не договорил.

Внезапно с мужчиной начало твориться что-то жуткое. Его взгляд неестественно заблестел, зрачки расширились, а дыхание стало тяжелым и прерывистым, словно он пробежал марафон. Черты лица хищно заострились, а по идеальной коже пробежала легкая дрожь.

Он бросил ошалелый взгляд на настенные часы.

— Но ещё рано! — возмущенно прорычал он.

Когда дракон снова посмотрел на меня, его вертикальные зрачки превратились в две бездонные, черные ямы, полные животного голода.

Мой взгляд в панике заметался по его фигуре и случайно скользнул ниже пояса. Я поперхнулась воздухом. Моё проклятие «чтоб тебе было хорошо» явно сработало как-то не так! Это что за виагру местного разлива Райя ему варила?!

Я инстинктивно отпрыгнула. Страх ледяной змеёй пополз по позвоночнику. Происходящее выходило за рамки нормального!

— Эм… Эм-м, у вас там… хвост пробивается? — ляпнула я первое, что пришло в паникующую голову, пытаясь отвлечь мужчину, который постепенно терял контроль. Понятно, что для драконьего хвоста эта пипка маловата, но… Но на что только не пойдешь, чтобы заставить его очнуться!

И это сработало. На пару секунд, правда. Мужчина удивленно моргнул, а затем соблазнительно облизнул заострившиеся клыки.

— Ну раз времени нет… Пойдем наверх, Райя.

— Вы с ума сошли?! — очешуела я. Еще пять минут назад он брезговал даже смотреть в мою сторону!

— О-о-о, ты решила поиграть в недотрогу? — низко проурчал он, делая шаг ко мне. — Всегда была готова упасть мне в руки по первому зову, а сейчас ломаешься?

— Не знаю, что вам известно, но информация устарела! — воскликнула я, пятясь назад, пока не уперлась спиной в покосившийся книжный шкаф. — Вам пора уходить!

Хищно, пугающе он оскалился.

— Будет неудобно, но ты сама решила остаться здесь, — он шагнул вплотную. Его горячее дыхание обожгло мою щеку.

— Не подходите! — мой голос предательски дрожал. Ужас парализовал мышцы. — Я закричу!

— Кричи сколько хочешь. Здесь край леса, забыла? Скоро ты будешь умолять меня не останавливаться. Я-то знаю, какая ты на самом деле.

Он грубо обхватил пальцами мой подбородок, заставляя смотреть в свои горящие глаза.

— Всё-таки эльфийская кровь дает о себе знать. Какая ты стала… привлекательная, — прошептал он.

Я зажмурилась, отчаянно пытаясь вырваться, как вдруг мужчина резко осекся. Будто кто-то дернул стоп-кран.

Хватка на моем подбородке ослабла. Лицо дракона начало стремительно меняться: полыхающая страсть в одно мгновение сменилась недоумением, а затем — гримасой чистой, невыносимой боли. Его идеальная бронзовая кожа на глазах приобретала отчетливый болотный оттенок.

Он согнулся пополам, прикрывая рот ладонью, а второй рукой инстинктивно схватившись за живот.

— Что… что ты мне дала, ведьма?! — сдавленно прохрипел он, глядя на меня полными муки глазами.

До меня начало доходить. Дикая магия сработала на славу. Сначала «хорошо», а потом «наизнанку вывернуло»!

— Эм… Вашу настойку, с третьей полки! — максимально невинно похлопала я ресницами, вжимаясь в стеллаж и еле сдерживая истеричный смех. Облегчение было настолько сильным, что подкашивались ноги.

— Не ври мне! — прошипел он, но в его голосе уже не было былой угрозы. Только паника существа, чей кишечник готовился объявить независимость.

— Ничего кроме, вы же сами видели!

— Да-да, точно... Да и на драконов такие мелкие пакости не действуют, — процедил он, пытаясь сохранить остатки достоинства при плохой игре.

— Верно, верно! — закивала я, как китайский болванчик. — А вы прямо-таки зрите в самый корень...

— По крайней мере, от такой слабой ведьмы, как ты нечего ждать! — сделал он шаг к двери, странно подволакивая ногу.

— Вы абсолютно правы, лорд. Но вам, наверное, уже пора? — заботливо намекнула я. — Время позднее… Ветер переменчив, а полет долгий…

— Я… я жду результатов по нашему уговору! — выдавил он, хватаясь за дверную ручку.

— Поняла, — кивнула я и напоследок спросила: — А как я узнаю, что это именно он?

— К тебе часто посетители заходят? — раздраженно проговорил он, едва сдерживаясь.

— Эм… Ну… Нет?

— Вот и я о том же, — пренебрежительно цыкнул он, оставив за собой последнее слово.

Всемогущий дракон пулей вылетел из дома, громко хлопнув дверью.

Прошла секунда. Вторая. Третья.

Когда за окном стих тяжелый хлопок драконьих крыльев, я шумно выдохнула и просто сползла по стеллажу на пол. Дыхание вырывалось из груди рваными всхлипами. Пальцы всё ещё тряслись, но в душе разливалось дикое, пьянящее удовлетворение. Я только что вышла живой из клетки с тигром.

— Ха! — нервно хохотнула я в пустоту. — Заходи еще на огонек, чешуйчатый! Я тебя такими «дарами» одарю — в уборной заночуешь!

Смех быстро перешел в усталый вздох. Я оглядела разгромленную комнату: упавшие книги, покосившийся стул, сдвинутые склянки.

— И всё-таки, — пробормотала я, с трудом поднимаясь на ноги, — нужно срочно нам с Антуаном восстановиться и заставить его перевести эти чертовы этикетки на нормальный язык. Второго такого потрясения моя нервная система не выдержит.

Глава 12

Несмотря на угрозы дракона о скором визите очередных гостей, ко мне так никто не торопился заглянуть. Может, оно и к лучшему — у меня появилось время изучить этот мир, его суровые законы, а заодно хоть немного прийти в себя после пережитого стресса.

Первые дни я провела, тщательно исследуя каждый уголок своего нового жилища.

Дом словно упирался фундаментом, наотрез отказываясь избавляться от скопленного десятилетиями хлама. Он напоминал мне капризного, ворчливого Плюшкина:

«Всё в дом, всё когда-нибудь пригодится!».

«Пакостник!» — с лёгким раздражением думала я, оттирая очередную полку от вековой копоти и подозрительной слизи.

Но постепенно мы договорились.

Увы, я не могла переделать интерьер по щелчку пальцев, как привыкла в своём мире, да и запасов магии на это не было. Зато в процессе изнурительной уборки я обнаружила, что в углах комнат под потолком тускло мерцали граненые кристаллы.

Антуан соизволил объяснить, что в этом мире их использовали все, от простолюдинов до лордов, для стабилизации магии и защиты жилища. Правда, мои едва теплились — хозяйский резерв-то был на нуле.

И всё же, когда я отмыла дом своими собственными, стертыми в кровь руками, он словно выдохнул и позволил мне навести уют. Половицы перестали скрипеть под ногами, а сквозняки, гулявшие по коридорам, чудесным образом исчезли. Я не выбрасывала старинные вещи, а просто находила им правильное, логичное место.

Винтажный стиль пришёлся мне по душе.

Тяжелые бархатные портьеры, массивные дубовые столы и медные канделябры отлично сочетались друг с другом. Комнаты посветлели, избавившись от нагромождений, и дышать стало ощутимо легче.

Я не могла наглядеться на результат!

В своей прошлой жизни, ютясь в съёмной конуре на двадцать квадратов, я о таком могла только мечтать. Настоящий двухэтажный особняк! Лаборатория со всеми её пугающими склянками гармонично расположилась в прохладном подвале. На первом этаже разместились просторная кухня с пузатой печью, уютная гостиная и библиотека. А наверху остались спальня, гардеробная и крошечная комната для отдыха.

В той дальней комнатке теперь стоял небольшой круглый столик и плетёное кресло-качалка — моя давняя, несбыточная мечта. Серая подушечка под поясницу, пушистый шерстяной плед того же оттенка... Большое окно с широким подоконником пропускало море света, а чахлые цветы в горшках после моего тщательного полива словно ожили, потянувшись к стеклу.

Это было мое идеальное убежище от безумия внешнего мира.

Дни потекли размеренно.

По утрам, кутаясь в теплую шаль, я отправлялась на сбор ингредиентов: искала в лесу редкие травы, сбивая ногами холодную росу, набирала у звенящего ручья чистую воду, отыскивала в оврагах необычные минералы.

Вечера я проводила у растопленного камина, перелистывая дневники Райи, в которых она скрупулезно описывала свои удачные и провальные зелья. В такие моменты дом наполнялся мягким, согревающим свечением, а в воздухе витал уже не удушающий больничный смрад, а приятный, пряный аромат сушеной мяты и чабреца.

Ночью же я выходила на крыльцо, кутаясь в плед, и подолгу смотрела на чужое звёздное небо, размышляя о своей странной судьбе.

Я искренне наслаждалась этой передышкой.

Пока однажды мой взгляд снова не зацепился за безымянную толстую книгу в самом дальнем углу библиотеки. Её переплет казался обтянутым странной, чешуйчатой кожей.

— Всё просто: дом не хочет, чтобы ты это видела. Что тут непонятного, дрында? — раздался сбоку ворчливый голос Антуана. Он вальяжно развалился на стопке старых газет, лениво вылизывая лапу.

— Я сказала это вслух? — флегматично отозвалась я, подавляя зевок. Последствия магического истощения всё ещё давали о себе знать постоянной сонливостью и быстрой усталостью.

— У тебя всё на лице написано, — фыркнул енот.

— И почему же он её прячет?

— Мало ли причин. Может, ты не готова. А может, есть вещи, которые маленьким любопытным ведьмам лучше вообще не знать, чтобы спать крепче.

— Тайна должна оставаться тайной? Глупости, — я решительно потянулась к книге. — Без тебя бы всё равно не разобралась, так что не ворчи.

Я попыталась открыть упрямую обложку, с силой поддев её пальцами, и вдруг — ай!

Острый, как бритва, край пожелтевшей страницы глубоко резанул по указательному пальцу. Капля крови сорвалась вниз, шлепнувшись прямо на нарисованную на форзаце карту.

В ту же секунду часть тяжелого книжного стеллажа пошла рябью и растворилась в воздухе, открывая каменный проход с витиеватой лестницей, уходящей куда-то вниз. Оттуда подул свежим ветром.

— Это что ещё за чудеса? — ахнула я, переводя округлившиеся глаза с пореза на образовавшуюся в стене дыру. — Это же второй этаж! Антуан, куда она ведет?!

— А я тут при чём? Кто ж знал, что ты такая неуклюжая? — нервно дернул усами енот, вскакивая на четыре лапы. — Это ж надо было умудриться пустить кровь на Карту Удела! Еще и находясь в комнате с портальным контуром!

— Ты ещё поцыкай мне тут! Идем.

Ступая с осторожностью минера, я спустилась по каменным ступеням и обомлела. Лестница вела прямиком в сад за окном. Но стоило пересечь невидимую магическую границу, от которой по телу пробежал слабый электрический разряд, как иллюзия спала.

Из окна спальни этот двор казался унылым пустырем с пожухлой травой и кривыми тропинками. В реальности же передо мной раскинулся настоящий, дышащий магий оазис. Идеально ровные дорожки, посыпанные белым гравием, аккуратные кустарники и необычные цветы, чья серебристая пыльца мягко светилась в полумраке. Воздух был напоен густыми ароматами влажной земли и увядающих листьев — местная осень тоже понемногу вступала в свои права, окрашивая сад в золото и багрянец.

Но самым поразительным оказалось то, что росло в самой глубине сада, окруженное невидимым тепловым барьером.

Я медленно подошла к раскидистым деревьям, чьи ветви прогибались под тяжестью крупных алых, но местами уже почти иссушенных плодов.

— Вот это да… — завороженно выдохнула я. — Гран… Гранииты? Звучит почти как в моем мире!

— Твоя душа адаптирует чужие названия для твоего же рассудка. Довольно успешно, — важно пояснил Антуан, семеня следом и настороженно принюхиваясь. — Граниит. Ударение на последний слог.

— Выглядят абсолютно так же, — я не могла оторвать взгляд от плотной, слегка светящейся изнутри кожуры. — У нас на Земле люди обожают всё мистическое. Говорят, первое такое гранатовое дерево посадила сама богиня любви. В этих плодах куча микроэлементов. Это символ страсти, мощный природный афродизиак.

Енот вдруг странно хрюкнул, подавившись воздухом, и потер нос когтем.

— Значит, он сильно действует на тело? — осторожно, с каким-то подозрительным прищуром уточнил он.

— Ну, он улучшает кровообращение, повышает… эм… влечение. Поэтому его сок в сказках часто называют любовным зельем.

— Смотри-ка, покраснела, прямо как этот граниит, — почти по-человечески расхохотался Антуан, явно издеваясь над моим смущением.

— Пакость проклятущая! — возмутилась я, но тут же вздохнула, уже привыкнув к его невыносимой манере общения. — Знаешь, в моем мире верят, что если влюбленные разделят этот плод, их страсть будет вечной. Отличная же идея для бизнеса! Сделаю серию зелий, буду продавать местным аристократам...

— Категорически не советую, — отрезал Антуан, мгновенно растеряв всё веселье. — Пламенные плоды строго-настрого запрещено выращивать на частных территориях. Вообще считается, что они исчезли с лица земли столетия назад.

— Почему? — спросила я, машинально протянув руку к ярко-алому фрукту, висевшему на уровне лица.

— Для чего тебе книжка, дрында?! — вдруг истошно завопил енот, подпрыгнув на месте так, что его бантик сбился набок. — На первой странице крупным шрифтом написано: РУКАМИ НЕ ТРОГАТЬ! Его не просто так назвали Пламенным плодом! Дрында!

Глава 13

Я вздрогнула и опустила взгляд. И только сейчас, с леденящим ужасом поняла, что моя рука, на которой всё ещё не зажила царапина от книги, уже коснулась тонкой, шероховатой ветви.

Земля под ногами вспыхнула ослепительным зеленым светом, ударив по глазам. За спиной что-то глухо щелкнуло, словно намертво закрылся невидимый, тяжелый замок. Воздух вокруг сгустился, создавая невероятную концентрацию магии. Небо над садом рассекла беззвучная молния, выжигая в пространстве сложную руну.

— Да ты просто ходячий магнит для неприятностей, — обреченно простонал Антуан, закрывая лапами морду.

Ответить я не смогла. Моё тело охватило самое настоящее, обжигающее пламя. В висках болезненно застучало, а в груди словно разгорелся ядерный реактор. Кожа засветилась мягким зеленоватым светом. Меня буквально разрывало от хлынувшей из самой земли первобытной мощи.

Не в силах сдерживать этот поток, я инстинктивно вскинула руки, пытаясь направить шквал раскаленной энергии на соседнее, самое увядающее дерево. Ветви вздрогнули, приподнялись, на них даже набухло несколько свежих почек… и тут же бессильно опали обратно.

Свечение погасло так же резко, как и началось.

— Да что же это такое?! — я мешком рухнула на колени, судорожно хватая ртом воздух. От недавнего всемогущества не осталось и следа. Только звенящая пустота.

— Аш-ш-ш… — обескураженно прошипел Антуан, осторожно подходя ближе. — Поздравляю. Привязка завершена. Земля окончательно признала тебя. Теперь у тебя есть иммунитет к драконьему огню, но ты намертво привязана к этому саду.

— Я не смогу выйти за ограду? — запаниковала я.

— Почему же? Сможешь. Но теперь этот сад питается от твоей ауры, а ты — от него. Долгая разлука будет болезненной, — отозвался Антуан.

— Это состояние... когда-нибудь пройдет? — я закрыла лицо дрожащими руками, пытаясь унять колотящееся о ребра сердце.

— Жар спадет через пару дней. Ты могла бы сварить стабилизирующее зелье, если бы Райя не отдала последний экстракт дракону, — философски заметил фамильяр.

— Подожди, — ошарашенно посмотрела я на него сквозь пальцы. — Он пил зелье из этих самых граниитовых плодов?

— А ты думала, зачем этот негодяй Викторин держал Райю подле себя? — енот зло дернул хвостом. — Дурочка доверилась ему и рассказала про этот пусть и увядающий, но невероятно мощный сад...

— А он воспользовался, — с горечью закончила я, чувствуя, как внутри закипает ненависть к этому блондинистому лорду.

— Он выкачивал из неё магию, забирал зелья, а когда запахло жареным — просто оставил её один на один с долгами. Ещё и подтолкнул к краху. Если бы не он, она... — зло выплюнул Антуан, но так и не смог договорить фразу.

— Получается, Викторин шантажировал Райю?

— Скорее всего, — грустно проговорил фамильяр, опуская уши. — Она мне всего не рассказывала... Только плакала по ночам.

— Антуан...

— Слушай внимательно, Рая. Только избранные, сильнейшие алхимики древности могли выдержать силу и не сгореть заживо при случайном контакте. Но время великих алхимиков прошло, — перебил меня фамильяр, пристально заглядывая мне в глаза. — А ты сейчас выжила. Тебе несказанно повезло.

Я потерла гудящие виски. Чем же на самом деле промышляла прежняя хозяйка тела? Поставляла запретные стимуляторы для драконьей элиты? Но так и не осмелилась спросить, лишь задумалась, как бы это использовать...

— Я так и знал, что ты справишься! — вдруг радостно пропел енот, меняя тему.

— Охотно верю, пушистый лицемер, — с трудом поднялась я на ноги, чувствуя себя так, словно меня пережевал и выплюнул тролль. — На сегодня открытий достаточно. Я пошла в дом, пока еще чего-нибудь не коснулась.

— Подожди! — Антуан резво засеменил следом. — Я же не самое главное рассказал! Эти плоды запретили выращивать не только из-за стихийной магии. Выяснилось, что если именно дракон съест такой плод или выпьет его чистый экстракт, его сила многократно возрастет.

— И что в этом плохого?

— Побочный эффект, дрында, — Антуан многозначительно пошевелил усами, останавливаясь на ступенях. — То самое… повышенное влечение, о котором ты так красочно рассказывала. Только умноженное на драконью физиологию. Агрессивная гиперактивность и полная потеря контроля над инстинктами. Всё вкупе производит ошеломляющее и невероятно яркое действие!

В голове что-то щелкнуло. Кровь мгновенно отлила от лица.

— То есть… — мой голос сорвался на жалкий сип. — когда Викторин приходил… Я же ему именно этот флакон отдала! Чистый экстракт! Зелье с третьей полки!