Полная версия
— Удивительно, не исключено, что в юрте есть потайной ход, — я задумчиво взглянула на зайца, но любопытство всё же взяло верх, решив, что заяц подождёт, отправилась проверять свою догадку.
Скрытый проход был искусно замаскирован, и потребовалось приложить некоторые усилия, чтобы обнаружить его. По-видимому, пожилая женщина тщательно хранила эту тайну, и никто, кроме неё, не ведал о его существовании.
Наконец последняя шкура поддалась, я просунула голову в образовавшуюся узкую щель. Это была обжитая пещера, с потолка падал свет, и разглядеть, что внутри, не составляло труда. Только я собралась войти туда, как позади меня послышался голос женщины, она просила пить. Чертыхнувшись, с сожалением закрыла проход и подошла к ней.
Ситуация, связанная с роженицей, вызывала у меня раздражение. Не сама женщина как таковая, а то, как она была мне навязана. Старая Веда, по всей видимости, была знахаркой и, возможно, обладала какой-то целительской силой, которую передала мне. Я никогда не верила в подобные вещи, моя бабушка тоже была знахаркой: настойки, отвары — это да, ну ещё она заговаривала пупочные грыжи у младенцев, и на этом всё.
Однако я, не имеющая опыта родов и не присутствовавшая при них никогда, точно знала, как действовать и как спасти роженицу. Возможно, именно из-за старухи я и оказалась здесь. Истины, конечно, я уже никогда не узнаю, но, если следовать логике, то, вероятно, так оно и есть.
Ломать голову над этим я точно не собиралась, и всю жизнь прожить здесь, и насильно посвящать себя спасению людей категорически не хотела, да и вообще медицина — это не моё. Вот почему меня это раздражало.
Взяв стоявшую черепушку возле очага, молча направилась с ней к реке.
Вернувшись, застала женщину, сидящей на лежанке и кормящей младенца.
- На, - я дала ей воды, она жадно попила и кинула череп на пол, остатки воды разлились по шкуре.
- И что это за наглость такая, могла бы и спасибо сказать, я всё-таки спасла тебя и твоего ребёнка.
Кара уставилась удивлённо на меня.
- Веде не говорят спасибо, от неё откупаются. Странная ты, и одежда у тебя странная. - Женщина нахмурилась.
— Тебя не касается моя одежда. Когда тебя от меня заберут? - Она начинала меня потихоньку выбешивать.
- Как взойдёт первая луна, мой муж придёт за мной.
— Это было бы отлично. «И кто твой муж?» - ехидно спросила я.
- Мой муж — вождь, я его вторая жена. - Кара гордо вскинула подбородок.
- Супер, поздравляю! Возьми с полки пирожок. - Засмеялась я над её самодовольным видом.
Она непонимающе заморгала глазами, а потом надменно выдала: «Я есть хочу».
- Прикинь, я тоже, что-то я не припомню, чтобы кто-то со мной этот нюанс оговаривал, что плюс ко всему я тебя ещё и кормить должна, - фыркнула я и пошла на улицу за своим зайцем, есть и вправду очень хотелось.
В очаге были отличные угли. Повертев тушку, решила порезать её на куски, так и прожарится быстрее, и переворачивать проще. Уже через некоторое время юрту наполнил аромат жареного мяса.
Кара молча в изумлении таращилась на меня.
Где-то через полчаса я проткнула один кусок и, убедившись, что с соком не вытекает кровь, сняла остальное мясо с жаровни. Положила на камень, чтобы дать ему немного остыть.
Женщина наблюдала за мной голодными глазами. Я демонстративно взяла ножку и откусила от неё, зажмурившись от удовольствия. Соли, конечно, не хватало, но в остальном мясо было божественным.
- Ты должна была первой дать мне! - возмутилась Кара. - Я всё расскажу мужу, что ты не проявляешь ко мне должного почтения.
- С какой стати? - ехидно спросила я, продолжая наслаждаться пищей.
- Я жена вождя, после моего мужа всё лучшее мне. Я ему пожалуюсь, и тебя забьют до смерти.
- Давай попробуй, и я тебя прокляну на несколько поколений вперёд. - Сделала кровожадный взгляд и для полного эффекта протянула в её сторону руку и, скривив пальцы, сделала резкий выпад.
Она завизжала и, отпрянув, прижалась к стене юрты.
- То-то же, мне абсолютно пофиг, кто ты, уяснила, терпеть не могу наглость. Пока не принесёшь мне извинения, еды не получишь. И можешь жаловаться кому угодно. - Я равнодушно окинула её взглядом и продолжила есть.
Кара некоторое время пребывала в мрачном расположении духа, затем начала издавать протяжные звуки, напоминающие вой, и вскоре к ней присоединился младенец, вторя её печальным интонациям.
Моих сил хватило лишь на десять минут.
— Кошмар какой-то, на, иди бери, — я протянула ей кусок зайчатины.
Женщина радостно вскочила и, выхватив у меня мясо, стала его жадно поедать с каким-то утробным урчанием. Я поморщилась от этого не очень приятного зрелища.
Некоторое время посидев в раздумьях, решила лезвия от коньков припрятать, выбрала самую длинную палку и, подхватив их из огня, вынесла на улицу, положив в сугроб, чтобы побыстрее остыли. Потом засунула их между скалой и юртой. Возвращаться обратно совсем не хотелось, и я решила пройтись по тропе, по которой утром пришли мужчины, принеся эту чокнутую бабу ко мне.
- Хотя я думаю, они, скорее всего, все тут такие ненормальные, - хмыкнула я и отправилась вверх по тропинке. Через некоторое время дорожка резко повернула влево, и моему взору предстала небольшая заснеженная долина.
На противоположной от меня стороне, ближе к горам, расположилось несколько юрт, выстроенных в круг. В центре полыхал большой костёр, вокруг которого хлопотали женщины, разделывая какую-то крупную тушу, бегали дети. У каждой юрты были вбиты в землю жерди, на которых торчали черепа каких-то животных. Я укрылась за валуном и принялась с любопытством наблюдать за происходящим.
На первый взгляд ничего необычного не происходило: женщины разговаривали, смеялись, визжали дети. Просидев так минут десять, поняла, что за всё время, пока я тут нахожусь, я не видела ни одного мужчины.
Я стала подмерзать, так ничего и не увидев интересного и полезного для себя, решила вернуться к себе.
Сделав несколько шагов, услышала, как справа от меня сверху посыпались мелкие камешки. Я подняла голову, чтобы определить источник звука, как внезапно кто-то прыгнул на меня сзади, прижал к земле и больно схватил за волосы. Сопя и пыхтя, неизвестный стал активно пытаться сорвать с меня конькобежный костюм. Первые мгновения я испытала шок от неожиданности. Что-то твёрдое стало упираться мне в ягодицу. Ярость мгновенно затопила меня жгучей волной, когда я поняла, что это и что со мной хотят сделать. Я дёрнулась что есть силы, пытаясь скинуть с себя вонючее тяжёлое тело и добраться до ножа, который оказался у меня под животом.
Мужчина, оказавшийся неожиданно тяжёлым, с силой дёрнул меня за волосы и издал злобный рык. Я, охваченная паникой, сделала глубокий вдох и завизжала что есть мочи. Сквозь свой визг и ругательства мужика услышала топот ног, быстро приближающихся к нам.
Внезапно он прекратил свои попытки сорвать с меня одежду, захрипел и всем своим весом навалился на меня и замер. Что-то липкое и горячее потекло мне за шиворот.
— Бросить в реку на растерзание рыбам, он недостоин очищающего пламени.
Услышала я голос, и мне стало сразу же легко от того, что груз, лежавший на мне, исчез.
— Вставай. — это уже, видимо, было сказано мне, и я подняла голову. Напротив меня стоял уже знакомый мне бородатый мужчина.
Я поднялась, меня слегка потряхивало.
— Спасибо, — сказала я осипшим голосом, глядя ему в глаза.
Он кивнул. — Веда не должна выходить за пределы своей территории одна. Мужчине нельзя брать Веду силой, это табу, за это смерть. Это понятно?
Он посмотрел на меня вопросительно.
Я кивнула, хотя мне почти ничего не было понятно, но решила пока не задавать лишних вопросов.
- Ты всё сделала, я могу их забрать? - спросил он меня, видимо, имея в виду Кару с ребёнком.
Я утвердительно кивнула.
- Готовьте погребальный костёр, - сказал он рядом стоящим мужчинам.
Я удивлённо на него посмотрела, но решила промолчать, мало ли кого они собрались хоронить, это вообще не моё дело. Он отошёл в сторону, пропуская меня вперёд.
Мужчина зашел вслед за мной в юрту и замер на месте, как громом пораженный. Кара доедала последние куски кролика. Увидев нас, вскочила и, встав перед мужчиной, низко опустила голову и пролепетала: «Мой вождь, я подарила тебе сына».
Бородатый в недоумении перевёл на меня взгляд.
— Поздравляю, сделала, что смогла, они живы, и это главное, — улыбнулась я ему и равнодушно отвернулась. С сожалением посмотрела на оставшиеся кости от моей еды, обречённо вздохнула.
На ложе раздался плач младенца. Вождь, преисполненный благоговения, взял его на руки и с восторгом оглядел.
— Ран! — выкрикнул он. В юрту поспешно зашел мужчина.
— Веде лучший кусок мяса с сегодняшней охоты, — окинул меня взглядом, — и лучшие шкуры для одежды. Она спасла моего ребёнка. Я всё сказал. — И, окинув меня странным взглядом, с орущим младенцем вышел на улицу.
Кара подняла голову, одарив меня презрением, и молча последовала за ним.
С чувством глубокого облегчения, что наконец-то я осталась одна, окинула взглядом своё обиталище и решила привести его хотя бы в относительный порядок.
Я собрала все шкуры, которые использовала для подстилки, и вышла наружу. События этого дня полностью вымотали меня, и я с сожалением осознала, что осмотр пещеры придётся отложить до следующего утра — на улице уже стемнело. Быстро перетряхнув шкуры, я развесила их на ветках дерева, чтобы они немного проветрились на свежем воздухе, вонь от них, конечно, никуда не денется, но состояние шкур хоть немного, но улучшится. Вздохнув, решила сходить к реке.
Окинув взглядом окружающее пространство и не увидев никого постороннего, я расстегнула комбинезон, стянула его до пояса и, дрожа от холода, быстро омыла шею и лицо водой, смывая следы чужой крови.
— Так уже лучше, — одевшись, я помчалась к своей хибаре и чуть не налетела на двух подростков, которые с восхищением взирали на меня.
От неожиданности я вскрикнула: «Чтоб вас, вы кто такие?»
- Вождь приказал тебе откуп принести, — заулыбался парень с веснушчатым лицом и грязно-рыжими волосами, нагло меня рассматривая.
- А ты красивая, Веда, я бы тебя в жёны взял.
— Это табу, — проворчал второй.
- Да знаю я, — он отмахнулся от своего товарища рукой. — Но если Веда сама захочет, то с ней можно спариваться, и за это ничего не будет. — Он похотливо посмотрел на меня и поцокал языком. — Таких красавиц, как ты, в нашем стойбище нет.
Я расхохоталась от наглости этого малолетки.
- Губу закатай, желторотик. Не боишься, что порчу на тебя наведу за наглость твою?
- За что, я правду сказал, скажи, Гек. - Он обратился к своему угрюмому другу, который кого-то мне напоминал.
- Нам пора, - сказал парень, посмотрел на меня исподлобья и потянул рыжего за руку.
Уже отойдя на значительное расстояние, конопатый мальчишка обернулся и прокричал: «Веда, я вернусь, жди меня».
«Ну вот, у меня уже появились и первые поклонники», — сказала я, усмехнувшись, волчатам, крутящимся возле плетёной корзины, в которой лежал огромный кусок мяса.
Рядом с корзиной обнаружилась шкура, завёрнутая в рулон. Развернув её, я была поражена: внутри находились пушистые меха какого-то рыжего зверя — целых десять шкурок!
«Вот это да, какое богатство!» — воскликнула я, восхищённо взяв мех и встряхнув его. «Да здесь можно сшить целую шубу!»
Я завернула эту красоту и отнесла в юрту.
На улице уже почти стемнело. Разделкой мяса решила заняться завтра. Затащила корзину в жилище. Расстелила проветренные шкуры. Подкинула в очаг дров.
«Ну, вроде, всё на сегодня», — подумала я облегчённо и прилегла, прикрыв глаза. Волчата прижались ко мне, расположившись рядом.
Несмотря на все мои старания, сон не приходил, и я продолжала нервно ворочаться с боку на бок, а через некоторое время ещё и ко всему от голода заурчал живот.
— Как же хочется есть! — Я резко села, и мой взгляд упал на вяленую рыбу. Я встала, посмотрела на волчат, которые активно виляли хвостами, и взяла кусок рыбы побольше. Это был большой пласт тёмно-красного цвета, скорее всего, горбуша, подумала я, разрезая его на кусочки. Попробовала и скривилась — без соли рыба напоминала рыбий жир из детства, которым нас пичкали врачи.
— Да, это тебе не дома открыл холодильник и зажевал бутерброд с колбасой, всё запив йогуртом, — вздохнув, я сделала над собой усилие и проглотила хорошо разжёванный кусок.
Урчание в моём желудке прекратилось, и я вновь приняла горизонтальное положение. Интересно, удалось ли Ксюхе завоевать кубок? Скорее всего, да. Вероятно, меня всё ещё ищут.
Сквозь вереницу своих мыслей я услышала скрип снега и приглушённый шёпот. Волчата подняли морды и зарычали, я шикнула на них, и они сразу же затихли, глядя на меня с ожиданием. В полной тишине я попыталась сосредоточиться на звуках, доносящихся снаружи.
Чем сильнее я старалась вслушаться в тихий чужой разговор, тем всё отчётливей становились слова неизвестных, было такое ощущение, что в моей голове поворачивалась какая-то шестерёнка, увеличивающая звучание.
- Кара говорила, что у неё есть сияющий клык и не сгорающие палки, на которых она жарила мясо. Но я всё равно боюсь.
- Наша Веда сказала, что её можно убить, пока она не вошла в полную силу. Она уже спит, перережем ей горло, и всё, даже пикнуть не успеет.
- Всё равно страшно, вдруг успеет проклясть.
- А тебе не страшно, что сделает с нами наш вождь, если мы её не прикончим? После того как Варс оставил себе ребёнка, а Кару вернул ему обратно, наш вождь очень зол.
— Подождём ещё немного, чтобы уж точно всё было наверняка. — голоса замолчали.
В голове моей вихрем проносились мысли, и перспектива быть убитой в самом начале моего жизненного пути здесь никак не входила в мои планы.
Я поднялась, тихо подошла к входу в пещеру, открыла его, достала свои припрятанные вещи, завёрнутые в шкуру, и протиснулась в узкий каменный проход, и максимально постаралась как можно лучше закрыть его за собой.
Проделав всё это, облокотилась на каменную стену, волчата, на удивление, ведшие себя очень тихо, примостились рядом у моих ног, я перевела дух и опять прислушалась.
Некоторое время стояла полная тишина, лишь где-то в глубине пещеры раздавалось мерное капанье воды.
К моему удивлению, зрение, как и слух, обострилось в несколько раз.
Отвлекшись на несколько мгновений на созерцание пещеры, пропустила момент, когда в мою юрту проникли чужаки.
Я сжала кинжал в руке, стараясь унять охватившее меня беспокойство. Вероятность того, что они обнаружат вход, была невелика, но всё же исключать такую возможность не стоило.
— Где она? — воскликнул удивлённый мужской голос.
— Не нравится мне всё это, может, она нас слышала, говорят, что Веды умеют отводить глаза, может, она тут, а мы её не видим, лучше погибнуть на охоте, чем от проклятия, давай уходим, — сказал второй, голос которого звучал на грани истерики.
- Сейчас надо что-то отсюда прихватить, а то вождь не поверит, что мы здесь были.
Послышались быстрые удаляющиеся шаги, и через некоторое время всё стихло.
Я сползла по стене и облегчённо выдохнула. Возвращаться в юрту, где меня могли прикончить в любой момент, желания не было.
Просидев так несколько минут, всё же решила поглядеть, что они у меня забрали. Ценного в хибаре ничего не было, я с любопытством выглянула, окинув помещение взглядом. Не было корзины с мясом.
— Вот заразы, прощай, утренний шашлык. Чтобы у вас, гады, руки отсохли, — проворчала я.
В следующий миг окрестности огласились пронзительными воплями, исполненными ужаса, которые эхом разнеслись по всей округе.
Я оцепенела от страха и в тот же момент ощутила непомерную тяжесть во всём теле, словно меня придавило бетонной плитой. Я упала на колени и, собрав последние силы, доползла до лежанки, рухнула на неё, и моё сознание мгновенно провалилось в тягучую темноту.
Пробуждение было ужасным. Я лежала, стараясь не шевелиться, и немигающим взглядом буравила потолок юрты.
Так плохо мне было всего лишь один раз в моей жизни, когда наша сборная заняла первое место на международных соревнованиях и мы с девчонками напились на радостях в местном пабе.
Подсознательно я знала, как бы это ни парадоксально звучало, со мной произошёл элементарный откат. Сама того не ведая, я прокляла тех чужаков, за что и получила по полной.
«Я ведьма», — в десятый раз сказала я себе вслух, но мозг всё равно настойчиво отказывался в это верить. Теперь, как бы там ни было, на всякий случай надо быть поосторожней со словами, особенно с теми, что сказаны в гневе.
Вот почему все так боятся местных ведьм. Из разговора тех мужчин становится ясно, что я не единственная в своём роде в этом мире. Наверное, у каждого племени есть своя Веда. Я невольно вздрогнула. Не хотела бы я встретиться ни с одной из них, это точно.
В нетопленой юрте было холодно, незакрытый проход в пещеру вытянул весь тёплый воздух. Кряхтя, как старая бабка, я встала и подошла к очагу, углей в нём не осталось.
— Вот засада, как же мне теперь разжечь огонь? — ни спичек, ни зажигалки у меня не было, и до этого момента, надо признаться, я даже над этим не задумывалась.
— Растяпа, что же мне делать? — Я оглядела юрту, и взгляд упал на вход в пещеру. — Возможно, там что-то найду, ведь как-то же разжигала огонь старая Веда.
Протиснувшись в узкую щель, отделяющую юрту от пещеры, осмотрелась.
— Замечательно! Значит, мне всё это не приснилось. Небольшая пещерка действительно оказалась хорошо обустроенной и на удивление сухой. Здесь была удобная лежанка, застеленная прекрасными шкурами, и импровизированный каменный стол. В каменных нишах стены стояла посуда, хотя и не похожая на привычную кухонную утварь. Однако это были настоящие миски, выточенные из камня. В центре пещеры находился очаг, выложенный камнем и обмазанный глиной, который напоминал маленькую печку.
Вдоль одной стены были дровни. Причём это был совсем не хворост, а именно небольшие поленья. Рядом с дровнями стояла корзина с чёрным камнем.
— Не может быть! — воскликнула я, беря один из камней в руки. Камни оказались углём.
Заглянула в каменные плошки. Я даже взвизгнула от восторга: в одной из них была соль, серая, с примесями, но это точно была соль. Чеснок, очень и очень мелкий, но чеснок, сушеные ягоды и грибы.
Старушка оказалась весьма находчивой и хорошо устроилась в этом первобытном мире.
— Неплохо, даже очень неплохо, — мой взгляд остановился на противоположной стене, где висела большая шкура. Заинтересовавшись, я подошла ближе и отодвинула край. За шкурой оказался небольшой проход, примерно полтора метра в высоту, который, помимо шкуры, плотно закрывала каменная плита. Приложив ухо к камню, я прислушалась. За плитой отчётливо слышалось капанье воды.
Моё любопытство разгорелось с новой силой, и я, уже позабыв о первоначальной цели своего визита, принялась с усилием отодвигать камень.
- Веда? — раздался мужской голос, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности. Медленно повернувшись, я увидела бородатого вождя, который с недоумением осматривал пещеру.
— Как всегда, не вовремя, — пробурчала я, с сожалением взглянув на уже немного отодвинутый камень. Вздохнув, я натянула на лицо приветливую улыбку и пошла навстречу вождю.
3
Я молча подняла руку в знак приветствия и, встав напротив него, стала наблюдать за тем, как он пытается протиснуться в узкий проход, отделяющий юрту от пещеры.
Мужчина был поистине внушительных размеров, олицетворение силы и мощи, в своём мире мне нравились исключительно спортивные парни, и такого, как он, я бы точно не оставила без внимания. Конечно, с одним условием: если его хорошенько отмыть. Господи, и о чём я только думаю. Вчера почему-то я совершенно не обратила внимание на его мышцы.
Вождь
Красивое и тренированное мужское тело, безусловно, всегда будет вызывать интерес у представительниц прекрасного пола, независимо от времени, мира и места. Я перевела взгляд на его лицо и внезапно почувствовала себя неловко. Пока я восхищалась его мускулатурой, он перестал пытаться пройти и с не меньшим интересом рассматривал меня.
Наши взоры скрестились, и меня обдало жаром от его пронзительного тёмно-карего взгляда, устремлённого на меня.
Немая пауза начала слишком затягиваться, и я, сделав над собой усилие, опустила глаза в пол и произнесла: «Ты что-то хотел, вождь?»
- Я пришел узнать, как у тебя дела, Веда. Рано утром мои люди сообщили, что нашли корзину с мясом, которую я тебе посылал, на тропе, ведущей к соседнему племени. — Он отодвинулся от прохода, давая пройти мне.
Пройдя молча в юрту, не зная, как себя с ним вести и что говорить, я в растерянности взяла палку и, присев, начала ворошить потухшие угли.
— Отчего у тебя нет огня? — спросил он и присел рядом. Я пожала плечами. Мужчина, не говоря ни слова, собрал хворост, хорошо проложил его мхом и извлёк из кожаного мешка, висевшего на его поясе, два камня, после чего, несколько раз ударив их друг о друга, быстро развёл костёр.
- Меня сегодня ночью хотели убить, - проговорила я, наблюдая за его умелыми действиями.
— Кто осмелился? — выкрикнул он грозно и возмущённо, вскакивая со своего места.
Я невольно сглотнула, ощущая, сколь велика была физическая сила, исходившая от этого человека.
— Даже не знаю, кто, я их не видела, только слышала, — слегка осевшим голосом сказала я.
Повествуя ему о событиях минувшей ночи, я с любопытством наблюдала, как на протяжении всего моего рассказа менялось выражение его лица. Когда я дошла до момента моего невольного проклятия, он помрачнел, и его взгляд стал метать молнии. Вождь с силой сжал огромные кулаки, от чего его и без того объёмные бицепсы увеличились в размере.
— Они заплатят за это, — с этими словами он с силой ударил кулаком по раскрытой ладони и твёрдым шагом вышел из юрты.
В ту же секунду с улицы донёсся злой голос вождя:
— Нашу Веду пытались лишить жизни и оставить наше племя без её милостивой поддержки, — послышался возмущённый гул из мужских голосов. — Веда прокляла нападающих, у них отсохли руки — это доказательство вины соседнего племени. «Смерть им!» — выкрикнул воинственно он, и ему дружно ответили: «Смерть, смерть, смерть».
Я осторожно выглянула из юрты, слегка отодвинув полог. Мужчины быстро удалялись по тропе в сторону стойбища, воинственно тряся копьями и каменными топорами.
Моё буйное воображение мгновенно представило кровавую бойню во всех красках.
— Ужас какой, — произнесла я дрожащим голосом и тряхнула головой, пытаясь отогнать жуткое видение.
Но как бы я ни старалась, видение продолжало стоять перед моими глазами. Вождь с копьём, пронзившим его грудь, падает в снег, окрашенный кровью.
— А что, если это не игра моего воображения? Быть может, у меня, помимо способности к проклятьям, есть и способности провидения? — Я нервно заметалась по жилищу.
— Вождь может из-за меня погибнуть. — Решение пришло мгновенно, я достала лук, стрелы и добавила в ножны два кинжала.
Вышла наружу и в растерянности замерла, решая, по какой тропе мне направиться. Возле меня закрутились волчата, взявшиеся неизвестно откуда.
— И где же вас носило? — я наклонилась и потрепала их по пушистым головкам.
Щенки завиляли хвостами и помчались по тропе, противоположной той, что шла в направлении, где проживало теперь уже моё племя.
- Вот и решение, - сказала я и уверенно направилась вслед за волчатами.
Сегодняшнее утро было солнечным. В воздухе чувствовалось приближение весны, и погода была намного теплее, чем вчера. Тропа убегала всё выше, и я растянула молнию на комбинезоне, от быстрой ходьбы становилось жарковато.
