Я тебя не отдам

Черт! Он там на телефоне сидит, что ли? Я ведь от Игоря и сбежала. Как увидела его возле машины Леськиного жениха, так моментально выбрала меньшее из двух зол и ушла с Марком, точнее, вынудила его меня увести.

Как ни странно, звонок мужа немного отрезвляет, и я теперь уже совершенно ясно осознаю, что иду за руку с Чемпионом, после поцелуев с которым до сих пор горят губы и трепещет сердце. Я не знаю, в чем причина, просто, наверное, меня никогда так не целовали, чтобы сразу со всем пылом и страстью, чтобы чувствовалось желание большего, словно я самая сладкая и вкусная конфета, которую хочется съесть.

А Марк хотел, я уверена. Если бы я его не остановила тогда, в клубе, далеко бы мы зашли? Он бы поимел меня прямо там на кухонном гарнитуре? Сто процентов.

Прячу телефон в сумочку. Смотрю на Чемпиона, он тактично пялится вперед, за что я ему накинула немного очков сверху. Если бы глазел в мой экран, я бы, наверное, уже шла в сторону дома с тортом в руках. А пока просто не выпускаю его руку из своей, будто это самая правильная вещь в мире.

Во мне столько противоречий, что я сама едва не схожу от них с ума. Говорят, нельзя забывать одного человека другим. Нужно отболеть, исцелиться и уже после бросаться в новый омут с головой. Я же поступаю неправильно, наверняка еще успею пожалеть о принятом решении, но сейчас я слишком пьяна, чтобы рассуждать о морали. Мне хорошо в этой конкретной точке, а как известно, самые счастливые люди — те, которые не строят никаких ожиданий, потому что их невозможно разочаровать. Вот и я не строю, все.

Не замечаю, как мы доходим до гостиницы. Она небольшая, но вполне приличная. Номерной фонд тоже крохотный. Но это единственная поблизости, где заселяют круглосуточно.

Когда мы оказываемся в холле, администратор улыбается и здоровается. Она долго смотрит на Марка, но, заметив, наши сцепленные в замок руки, тушуется и тут же отводит лукавый взгляд в сторону.

Я осматриваюсь. Тут миленько, ровно так же, как показали фотки из отзывов в Яндексе. Я не жду чего-то особенного, но внимательно слушаю информацию о номерах. Девушка показывает нам фотографии. Стандарт нас не впечатляет от слова совсем, он похож на номер в слишком дешевом мотеле, и заниматься сексом, думая, что меня привели сюда как шлюху, выбрав вариант поскромнее, как-то не хочется.

Я не успеваю озвучить выбор — Марк сам выбирает полулюкс. Это самая высокая категория номера в этом отеле. Мы с девушкой синхронно улыбаемся. Я с облегчением, она — с радостью, потому что за номера высокой категории идет доплата в процентах, и мы сделали ее смену чуточку приятнее.

— Ваши паспорта, пожалуйста, — выдавливает из себя улыбку администратор.

Порывшись в сумочке, достаю свой и кладу на стойку. Марк проверяет карманы ветровки и поджимает губы. Ну нет. Серьезно, Вселенная, ты обломаешь мне секс с потрясающе горячим незнакомцем, потому что у него при себе нет документов? Это, как минимум, несправедливо.

— У меня с собой нет, но есть фотка. Подойдет? — Чемпион снимает блокировку с экрана и в считанные мгновения находит нужное фото. Мне бы тоже не помешало посмотреть, моя паранойя медленно включается, стоит алкоголю сбавлять концентрацию в теле.

— К сожалению, мы принимаем только оригиналы.

— А как гость он может пройти? — мой голос звучит слишком нервно. Марк, улыбнувшись, тянет меня к себе. Обняв, целует в макушку.

— Пребывание гостей разрешено до полуночи.

А уже половина второго.

Я сокрушенно вздыхаю, девушка, извиняясь, пожимает плечами. Ситуация — треш, никогда не думала, что окажусь в подобной. Ехать к Марку я категорически не хочу, к себе тоже не потащу, это слишком, да и в квартире еще остались вещи Игоря. Куда уж звать одного мужика, пока не собирала шмотки другого. Да и неудобно мне, секс не повод для знакомства и все дела, так что пусть уж лучше он не знает моего адреса.

— Может, так решим вопрос? — Марк обезоруживающе улыбается, в своей фирменной манере, в которой глаза остаются до жути серьезными и пугающими.

Меня уже почти не пробирает, хотя я вижу, что вид у него достаточно брутальный. Острые скулы, мощный подбородок, прямой нос, орлиный взгляд из-под бровей и нереально пухлые губы. Неудивительно, что мне понравилось с ним целоваться. Я как-то тогда не рассмотрела, сосредоточилась на его руке. А теперь пялюсь, так до конца и не поняв, пугает меня Чемпион или восхищает. Наверное, все и сразу.

Марк держит в руке корочку. Я не успеваю толком рассмотреть, она еще в чехле, названия не видно, но по стремительно отливающей краске с лица администратора я как-то моментально понимаю, что передо мной очень серьезный дядя.

И вся магия вечера и знакомства испаряется в один момент.

Глава 13

Аврора

Мы поднимаемся на второй этаж в оглушительном молчании. Точнее, мы просто не разговариваем друг с другом, а вот администратор что-то щебечет о номере, его расположении и каком-то комплименте, который скоро доставят. И пока Марк ее внимательно слушает, я пялюсь на наши снова переплетенные пальцы и думаю, с кем я решила оказаться наедине.

Не то чтобы я боюсь военных. Просто я только сейчас поняла, что добровольно согласилась провести вечер с тем, кого абсолютно не знаю. А что если он увлекается сексуальными практиками, которые мне не подходят? Такие парни вроде любят пожестче, у них что работа суровая, что секс… грубоватый.

Я ведь думала, что Марк обычный мажор, для которого секс на одну ночь — просто повод развлечься, не больше, а к утру он и вовсе забудет мое имя. Не факт, конечно, что сотрудник спецслужб не такой, но я почему-то все равно не могу избавиться от напряжения.

В свете открывшихся обстоятельств я смотрю на Чемпиона по-новому. Вот уже вижу не просто симпатичного парня с чересчур серьезным взглядом, а внимательного мужчину, который профессионально наблюдает за обстановкой. И мне окончательно становится не по себе.

Перед нами открывается дверь номера, я в заложниках у Всленной. Сначала возмущалась, что мне не дают заняться сексом с Чемпионом, а теперь чувствую себя его пленницей, когда вхожу первой в номер и вставляю карточку в специальный отсек, чтобы везде включился свет.

Снимаю туфли и прохожу внутрь, осматриваясь. Нужно выбрать место, где будет удобно сказать ему обо всем. Здесь большая комната, в центре — огромная кровать, сбоку — вход в ванную комнату, а у окна столик и два кресла по обе стороны от него. В углу притаился небольшой холодильник. Вряд ли там что-то есть, храбрость уж точно не лежит, которая мне сейчас необходима.

Продумать пламенную речь не успеваю — на моей талии сжимаются руки Марка. Резко крутанув, он разворачивает меня лицом к себе и тут же же впивается в губы. Этот поцелуй теперь не имеет ничего общего с тем, который был в клубе. Чемпион жадный и немного резковатый. Он вторгается в мой рот сразу же своим языком. Наглые руки изучают мое тело, вынуждая его биться в агонии.

Это так пылко и хорошо, что на пару мгновений я забываю о том, что собиралась ему отказать. Просто все мысли разом вылетают из головы.

— Наконец-то мы одни, — тихо говорит в мои губы Марк, прикусывает нижнюю и оттягивает. Выпускает через пару секунд, и я обвожу ее языком, собирая новые ощущения, от которых будоражит тело.

Наклонившись, Чемпион впечатывается ртом в мою шею, движется к мочке, но не трогает ее, а только целует за ушком, так что по рукам и ногам бегут мурашки, и опускается ниже. Неконтролируемый стон разрезает звенящий от напряжения воздух, я вздрагиваю от звука собственного голоса, он звучит пошло и так, словно не принадлежит мне.

Это приводит в чувство. Марк уже добирается до застежки моего платья, и я пытаюсь выкрутиться.

— Подожди. Постой. Постой, пожалуйста, — аккуратно отстраняю его от себя, но никто меня отпускать не спешит. Одной рукой Чемпион ласково поглаживает мою спину. Недоуменный взгляд впивается мне в лицо. Мы смотрим друг на друга не дольше трех секунд, и именно в это время я успеваю сгореть и снова воскреснуть.

— Все-таки напугали тебя мои корочки, — говорит с усмешкой. Он тянет меня к себе, впечатывая в свою грудь. Упираюсь обеими ладонями, чувствуя под тканью поло сталь мышц. — Так и думал, — чмокает меня в кончик носа. Я неуместно краснею. — Не дрейфь, Аврора, я офицер, мы девочек не обижаем, — и улыбается так соблазнительно, что мой полупьяный мозг плывет и верит, хотя суровая внешность буквально кричит о том, что Марк может обидеть и очень больно. — Хочу тебя, — снова тянется к моим губам, но я отстраняюсь, и тогда Чемпион утыкается губами мне в шею.

— Нет, Марк, отпусти, — толкаю в грудь, но больше для того, чтобы привлечь внимание, чем реально оттолкнуть. Мне не хватит всех сил, чтобы сдвинуть его хотя бы на сантиметр. Он, словно не слышит, мажет по ключицам, ведет горячим языком, медленно разрушая мою уверенность в принятом решении. — Ну хватит, — обхватываю его голову ладонями и, подняв, заставляю Чемпиона посмотреть мне в глаза.

— Малышка, давай потом поговорим, обещаю, что отвечу на все твои вопросы, а пока сдавайся, иначе я за себя не ручаюсь, — он клацает зубами и пьяно улыбается. Выглядит как мартовский кот, которому я вскружила голову. Если он на всех девочек так смотрит, неудивительно, что они сдаются и соглашаются на все.

— Нет-нет-нет, — говорю мягко. Давлю на его руки. Получается отвоевать пару сантиметров свободы. Разворачиваюсь в его руках, и Марк отпускает, но перехватывает мое запястье, не давая далеко уйти.

— Ну что такое? — спрашивает с тяжелым вздохом. Мне не надо смотреть на него, чтобы понять, что он не слишком рад перемене в моем настроении.

— Я не смогу, прости, — качаю головой. Вечер безнадежно испорчен. Перевожу взгляд на часы над кроватью. Стрелка стремится к двум. В клубе в основном все гуляют до четырех. — Если вернешься прямо сейчас, то успеешь найти ту, которая точно согласится и не передумает, — виновато улыбаюсь, глядя в его глаза. Марк надменно выгибает брови. — Я останусь в номере, если ты не против. Деньги переведу, если скажешь куда.

Я замолкаю, горло стягивает будто веревкой. В затылке неприятно стучит, я физически чувствую, что обидела Чемпиона. Но он из служб, они парни быстро отходчивые и вроде как с устойчивой психикой.

— Марк? — все же выдавливаю из себя писклявое.

— Ты закончила пламенную речь? — летит почти небрежное, но строгое.

— А? — не нахожусь сразу. Киваю и неуверенно добавляю: — Да, — вроде мне добавить нечего. Я теперь только жду ответ.

— Супер. Тогда падай на кровать, а я пока заберу наш комплимент.

— Эм… Ты остаешься? — удивленно пялюсь на него.

— Ага.

— Но ты ведь…

— Не говори того, чего на самом деле не хочешь произносить, — обрывает меня, пока я думаю, что ему в принципе любая девушка могла бы дать. Может, даже администратор, и не придется далеко ходить. Но он выбирает быть здесь, со мной. — Я остаюсь, потому что хочу тебя, — выделяет последнее слово, и я глупо улыбаюсь, мечтательно робея. — Это ясно?

Мои тараканы успокаиваются. Им подкинули новую головоломку, и они затихают, поглощенные ее разгадкой.

— Предельно.

Глава 14

Аврора

— Нет, серьезно? Спецназ? — верчу в руках удостоверение, рассматривая фотографию и читая написанный от руки текст.

Марк тянет руку, чтобы забрать корочку, но я уворачиваюсь и сползаю на пол. Сажусь, едва не задевая ногой бокал с шампанским. Чемпион открыл его для меня, но я сделала не больше двух глотков. Сам он не пьет, попросил для себя минеральную воду.

Веду большим пальцем по фотографии. На ней Марк моложе на несколько лет, зеленый, наивный и какой-то открытый. Сейчас он вообще не такой, скорее, полная противоположность портрету в удостоверении.

— Что тебя удивляет? — спрашивает он, расстегивая ремень на брюках.

Марк сидит в кровати, уперевшись спиной в изголовье. Он снял футболку, и я бесстыже его рассматриваю. По красивому накачанному телу ползут блики бра. Мощная грудь ровно вздымается и опускается, я пересчитываю кубики пресса. Их, блин, восемь! Восемь! И пусть нижние два почти незаметны, это не отменяет того факта, что Чемпион — само совершенство. Мне стыдно за свою далеко не шикарную физическую форму, потому то зал я забросила давным-давно и все никак не могу к нему вернуться.

— Скорее расстраивает, — пожимаю плечами. Вижу, как брови Марка взлетают вверх в удивлении. Да, обычно девочки падки на военных, парни в форме, пышущие тестостероном, приводят в восторг любую, потому что в обычной жизни таких вот мужчин недобор. Смотрю еще раз в удостоверение. Шевцов Марк Евгеньевич. Складно. — Когда в первый раз тебя увидела, подумала, что ты спортсмен, — поясняю с улыбкой. — Но спецназ тебе тоже подходит.

— Ну спасибо, — смеется. — И какой спорт ты мне приписала? — спрашивает с интересом. Опускает взгляд на свою грудь, напрягает мышцы, красуясь передо мной. Я уже все там оценила, еще больше меня покорить невозможно. Я думала, такие ребята только моделями работают и кубики им прорисовывают контурингом и хайлайтером, а оказывается, у них вполне реальная мужская работа.

— Шахматы, конечно, — отвечаю быстро и уверенно. Лицо Марка на мгновение меняется, а потом мы оба заразительно смеемся. — Бокс. И не просто спортсмен, я решила, что ты Чемпион, — выставляю перед собой указательный палец. Марк улыбается, будто одобряет мои фантазии.

— Так и есть, — кивает медленно, не сводит с меня взгляда. Я уже привыкла к фантомной тяжести, наоборот, без нее ощущение, будто что-то не то. — КМС по боксу, тяжеловес.

— Ого! — подскакиваю на ноги от удивления и закрываю удостоверение, возвращая владельцу. — Они вроде около девяноста или типа того, — еще раз скольжу взглядом по Марку от головы до ног. Я вижу, что он большой, особенно в сравнении со мной, но когда начинаю думать о цифрах, удивляюсь.

— Ага, я потом на службе отъелся, когда закончил карьеру, — он хватает мои пальцы, не давая отойти. Тянет к себе, я осторожно перешагиваю через бокал. Торт мы предусмотрительно запихнули в мини-холодильник, чтобы он выжил до завтра.

— Почему закончил?

Прикрываю глаза, когда его пальцы медленно и почти невесомо скользят по запястью. Мне щекотно, но больше приятно.

— Это допрос? — со смешком в голосе. Я киваю, смотрю на Марка, он для меня сплошная загадка. То серьезный до дрожи в коленках, то пылкий и ненасытный, то вот такой, как сейчас, разомлевший и почти даже милый. — Ладно, иди сюда тогда, — тянет к себе и хлопает ладонью между своих ног.

— Хочу тебя видеть, — это правда, я еще не насмотрелась.

Качаю головой и, высвободившись, забираюсь на кровать, но ложусь на пустую ее половину вальтом с Марком. Укладываюсь на бок и подпираю голову рукой. Обнимаю подушку, которую успела урвать.

Платье бессовестно задирается, Чемпион улыбается, скользит ладонью по моей голени. Обхватывает мою лодыжку в самом тонком месте. Обводит стопу, пальцы, легонько массирует, так что мои глаза закатываются от удовольствия.

— Ноги у тебя вау, — выдает восхищенно. Я смущаюсь, хочу даже разорвать наш странный контакт, но Марк не дает, держит крепко, и я сдаюсь.

Но сворачивать с темы не даю.

— Не отвлекайся. Ты бросил бокс, потому что… — подсказываю ему интонацией.

— Я же высокий, — говорит так, словно от этого в моей голове должно все проясниться. Но что-то не помогает, и Чемпион продолжает: — Вытянулся быстро, было тяжело искать партнера в спарринг. Я выше, руки длиннее, в общем, больше тусовался с грушей, потому что, как и она, мне никто не мог дать сдачи. А потом, в старшей школе, когда рост перевалил за отметку в сто девяносто, начался ад, — его пальцы рисуют узоры на моей ноге. Меня снова мурашит, но в этот раз все очень даже приятно, и я расслабляюсь, внимательно слушая. Голос у Марка приятный, такой по-мужски низкий, иногда в нем появляются хрипящие нотки, на выдохе царапающие кожу. — Я дрыщом весил восемьдесят. Как только начинал набирать форму, быстро переваливал за девяносто, а больше нельзя, это уже любители, а не профи. Приходилось держать себя в рамках, в очень жестких рамках. Диета, четкие тренировки, режим, который нельзя нарушать. Мне надоело так, и я бросил на втором курсе универа. Ничего впечатляющего, это скучная история для первого свидания, — отмахивается от дальнейших расспросов. А мне впервые так интересно. Я хочу спросить его о турнирах, о том, как получил кандидата, о том, болела ли за него на трибунах девушка, есть ли записи с боев.

— У нас уже свидание? — флиртую, веду большим пальчиком ноги по предплечью Чемпиона. Он, как завороженный, наблюдает за мной. Взгляд горячий, обжечься можно, но я и сама вся пылаю.

— С сексом не получилось, поэтому будет первое невинное свидание, — смеется он, но тут же ловит в плен мой взгляд. Улыбка медленно сползает с его лица. В глазах вспыхивают искры, отражая мои. — Или я рано расстроился?

Глава 15

Аврора

Не успеваю выдумать ответ — Марк, обхватив мою ногу, тянет меня на себя, подминая в один счет, и уже в следующую секунду нависает сверху. Внутри все переворачивается и сжимается.

Я чувствую его жаркие выдохи на своих щеках. Смущенно опускаю взгляд, он упирается в совершенно ожидаемый стояк, который видно даже через штаны. Я тяжело сглатываю. Сопротивление в моем случае бесполезно. Да и нужно ли, когда я сама была инициатором продолжения вечера? Мое тело уже накалено до предела. Марк жадно скользит по нему рукой, исследуя. Задирает платье, сжимает талию.

— Вечность бы так с тобой лежал, — улыбается. Наклонившись, ведет носом по моей шее.

Наши рты наконец сталкиваются в тягуче долгом поцелуе. Я мычу в ответ на прикосновения. Сама пробую, захватываю зубами его губу, но не грубо, а изучающе. У меня не было на это времени. Сейчас все так медленно, что идеальнее варианта не найти. Марк тихо рычит, никогда не подумала, что сравню этот низкий гортанный звук с рыком.

С Чемпионом все будто впервые в жизни. Вот я сама его целую, облизывая пухлые губы и поражаясь тому, какие они мягкие. Вот уже он с жадностью атакует мой рот, показывая, что такое по-настоящему целоваться, когда пальцы на ногах поджимаются от превышенной концентрации оголенных эмоций.

— Охе… Очень красивая, Аврора, — шепчет сбивчиво.

Я больше не отдаю отчет своим действиям и не понимаю, как подчинить свое тело. Оно уже на двести процентов принадлежит не мне — оно полностью во власти Марка. Он сжимает грудь прямо через платье, я выгибаюсь навстречу, усиливая наш контакт.

Губы спускаются ниже. Целуют шею, скользят по голым плечам, зубы прихватывают кожу, каждый раз пуская слабовольтные разряды тока по венам.

— Бля… — Марк отстраняется. Поднимает на меня растерянный взгляд, потом опускает. — Рори, прости, я не заметил.

Смотрю вниз, на моем белом платье красуются красные пятна. Повязка Марка промокла, а он даже не почувствовал! Вот это нас окунуло в страсть.

— Надо замыть, пока я не осталась совсем без платья, — ерзаю. Нараставшее возбуждение как рукой снимает.

Чемпион выпускает меня. Сам тоже аккуратно встает, вижу, что тянется к телефону, но я не слушаю — захожу в ванную и закрываю за собой дверь, ненадолго привалившись спиной к холодному дереву. Замка здесь нет, поэтому мне остается надеяться лишь на благоразумие спецназа, хотя вряд ли вид девушки, стирающей одежду, может быть возбуждающим..

Прикрываю глаза и ровно дышу, прислушиваюсь к ощущениям. Кожа горит в тех местах, где были губы Марка. Низ живота тянет, там собралась приятная тяжесть. Между ног влажно, я от одних поцелуев дошла до того состояния, когда готова ко всему. Касаюсь пальцами припухших от поцелуев губ. Нахожу в себе смелость встретиться с отражением в зеркале и не узнаю себя. На меня смотрит кто-то другой, это не я. Я не такая отвязная и раскрепощенная, а еще мои глаза не светятся так ярко.

Красные пятна отвлекают.

Впопыхах стягиваю с себя платье. Оно носится без бюстгальтера, чувствую себя слишком обнаженной, но у меня сейчас каждая секунда на счету. Открыв воду, беру кусок мыла и энергично натираю ткань. Красные следы светлеют, но я продолжаю намыливать и смывать грязную пену, каждый раз поднимаю платье и на свету рассматриваю, остались ли следы крови. Я не боюсь ее вида, просто платье жалко. Я его всего лишь один раз надела.

Становится зябко. Я жалею, что не надела халат. Решаю заканчивать. Вроде бы следов не осталось, по крайней мере, на мокрой ткани не видно. Хорошо отжимаю платье и встряхиваю над раковиной. Поднимаю, разглядывая на свету. Все, хватит, иначе это превратится в паранойю. Но я медлю и все-таки провожу мылом по ткани еще раз.

Теперь я просто тяну время, не решаясь вернуться к Марку. Мне придется надеть халат. Это неловко, потому что под ним останутся только трусики. В платье как-то было надежнее. Не в плаще же сидеть, в самом деле. Плащ на голое тело — это вообще очевидный сигнал. Поэтому я нарочно долго вожусь с платьем, по крайней мере, делаю вид, если вдруг Чемпион решит поинтересоваться, как я тут.

Я такая дурочка. Сбежала в ванную, а сумочку с телефоном, картами и наличкой оставила в номере. А если он обчистит меня и свалит? Или, что еще хуже, спрячет мой мобильный и до утра будет делать со мной что угодно, а я даже на помощь не смогу позвать. Он, конечно, офицер, как и сказал, но где гарантии, что с его головой полный порядок? Не буду же я искать потом по всей стране какого-то Шевцова Марка! Я даже не знаю, местный ли он.

Меня так увлекают размышления и бурные фантазии, что я не замечаю, как Марк заходит в ванную.

— Смотрю, операция по спасению проходит успешно, — улыбается он, а я, перепугавшись, прижимаю мокрое платье к себе, пряча грудь. Вода мигом стынет, и вот моя кожа уже становится гусиной, пока лицо наливается краской.

Марк подходит ближе, я смотрю на него через отражение в зеркале. На его руке новая повязка, из-под которой торчит пластырь.

— Я тебя не приглашала, — произношу как можно мягче, но так, чтобы было понятно, что Марку пора на выход.

— Решил проверить, как ты, — пожимает плечами, ничуть не смутившись. Этого спецназовца можно хоть как-то поставить в неловкое положение? — Справляешься одна или нужна помощь?

Его ладонь скользит по моей талии и останавливается на животе прямо под платьем. И вот мне уже не холодно, а нестерпимо жарко. Марк умудряется, почти ничего не делая, вызывать в моем теле бурную реакцию. Его губы касаются основания шеи, он ведет носом по коже. Я вздрагиваю и стискиваю челюсти, не позволяя себе застонать.

— Марк… — хочу остановить его, но все слова застревают в горле. Тело явно жаждет продолжения и протестует.

Или сдается жадным рукам и губам.

Глава 16

Аврора

Запрокинув голову, упираюсь затылком Марку в плечо, подставляя шею под поцелуи. Их становится все больше. Губы втягивают кожу, зубы царапают и сжимают. Возбуждение расходится всполохами, они уже вспыхивают под веками.

Я знаю, что сейчас у нас все случится и, наверное, даже хочу. Меня сносит первобытным желанием, которое источает Чемпион. Я сама им заражаюсь, поэтому позволяю себе поднять руку и, запрокинув ее, скользнуть по мускулистому плечу.

— Давай оно пока полежит здесь, — аккуратно забирает из моих рук платье и оставляет его на раковине

А я не сопротивляюсь, просто наблюдаю за тем, как темнеет взгляд Марка и как пошло он облизывается, когда смотрит на мою грудь.

— Ты хочешь здесь? — спрашиваю, мельком оглядывая просторную ванную комнату. Меня не смущает, скорее, непривычно. Игорь всегда говорил, что в ванной небезопасно, но с Марком у меня почему-то нет никаких сомнений. Опасность? Он приструнит ее одним тяжелым взглядом.

— И здесь, и в кровати, и на каждой поверхности этого номера, — говорит, перемежая слова с поцелуями, и резко разворачивает меня, тут же впиваясь в губы.

Я прижимаюсь к Марку всем телом, хватаюсь за плечи. Мы целуемся жадно, кусаемся, ласкаем друг друга языками. Все получается само собой, мы чувствуем друг друга на каких-то запредельных уровнях, предугадывая следующее движение, взгляд, вздох.

Больше не сомневаюсь в правильности происходящего — этот вечер должен был случиться. Марк должен был случиться со мной, чтобы убедить, что все со мной в порядке. Это не я неправильная или «не такая», поэтому мне можно изменять. Горящие глаза спецназа говорят о многом. Я все еще желанная, красивая, обожаемая. И немного безумная, раз согласилась переспать с первым встречным. Но наша близость — моя терапия.

И сейчас я погружаюсь в транс.

Руки, губы, тела — мы сразу соприкасаемся всем. Исследуем, изучаем. Я вспыхиваю в каждой точке, которой Марк касается поцелуем. В груди печет, когда Чемпион обхватывает ртом сосок и втягивает его в себя. Ладонь накрывает вторую грудь, пальцы мнут, перекатывают между подушечками, выбивая из меня протяжный стон.