Полная версия
Пролог
Я пишу эти строки, наверное потому, что хочется поделиться хоть с кем-то...
Пусть это будет кристалл памяти, спрятанный в недрах корабельного Искина... хоть какой-то собеседник!
Если я не ошибаюсь в расчетах, то на Земле сейчас начинается 2020 год.
Страшно подумать - я УЖЕ ДЕСЯТЬ лет живу в другом мире. Без права возврата домой. В мой Родной Мир. Который во всех документах именуется как Закрытый. Да и не к кому возвращаться...
Всех убили на моих глазах. Дабы не было соблазна вернуться.
"Призывающие" умеют зачищать "хвосты" так, чтобы у их "Призванных" не было шанса вернуться.
Десять лет! Подумать только!
Ух, ты! А ведь скоро у меня - Юбилей! Как совпало-то! Можно было бы отметить его среди Семьи, среди Любимых...
Да, хотя бы - среди друзей! Или, на "худой конец" - среди приятелей...
НО!
Вот за что не люблю Закон Подлости, так это за то, что он действует во всех Мирах! И преследует меня с завидным постоянством.
А посему - у меня НЕТ НИКОГО из выше перечисленного!
Нет. Не так! Где-то есть несомненно - родные и те, кто мне дорог. И, кому, я надеюсь, была дорога я. А теперь, дабы не навредить им, я приказала себе о них забыть. Я для них погибла в первом же боестолкновении.
С тех пор, что я имею? Никого?!
Ни Семьи, ни друзей и родных ... да и приятелей тоже нет! Есть только жесткая субординация. Иерархическая лестница, выстроенная системой. Система есть везде. И, подчинясь системе, я ПОКА командир. Так сказать - по наследству...
Есть те, кто ПОКА терпит моё Командирство. И - только! Впрочем... им не долго осталось терпеть. Скоро я сдам командование Пограничным отрядом быстрого реагирования тому, кого назначат.
И...
А что будет потом - не имею понятия!
Нет! Не буду о печальном!
А то снова не смогу уснуть. Но это - не допустимо! Завтра у нас патрулирование в очень сложном квадрате. И мне как никогда нужна работающая голова.
Но об Юбилее я забывать не намерена!
Всё-таки аж две даты! Шестьдесят лет по Земному отсчету и десять лет, как я в чужом мире.
Устрою себе праздник!
Смотаюсь на какую-нибудь планету-развлечение, благо в Торговой Федерации их больше тридцати. И не факт, что на абсолютно легальную!
Ну а что?! Имею я право хоть раз быть не искоренителем порока, а потребителем? К тому же мне не нужны запрещённые вещества, оружие, рабы неведомых рас... Я просто ХОЧУ СНОВА почувствовать себя ЖЕНЩИНОЙ! Слабой, нужной, притягательной... Даже, если у меня не хватит духу на полный сексуальный контакт, никто не отменял лёгкого флирта... чувства опьянения симпатией... словно от дорогого шампанского...
Может быть, найдётся смельчак, или авантюрист... ну, хотя бы - альфонс , или парень-по-вызову?! Который не отшатнётся от моей внешности - изуродованого модификантами, шрамами и ожогами лица и тела... Может быть... ОН скажет тёплые слова, подарит нежность и улыбку..?
ТАК! Что-то у меня мысли не в ту сторону пошли!
Я собиралась рассказать о своём попаданстве?
Тогда начну сначала...
1.Часть первая
Тот февральский вечер до сих пор вижу в кошмарах...
Вечер, который перечеркнул жизнь моей семьи, наших друзей и меня лично.
Обычно говорят, что люди чувствуют неприятности, фатальные повороты Судьбы...
Может быть есть и такие. Но ни я, ни другие участники грядущей трагедии, и не подозревали о том, что Судьбой запущен механизм обратного отсчета. И леди Неотвратимость уже приняла нас всех под свою беспощадную руку...
Последние дни февраля, в Подмосковье, в этом году выдались пряно-морозными. С лёгким снегом, хрустящим под ногами. С вкусными запахами готовящегося праздника. С радостной суетливостью и приятным предвкушением.
Большой дом, скрывающийся среди берёз и сосен, принимал гостей. Машины, одна за другой, парковались во дворе. Из них выходили улыбающиеся люди. Звучали слова приветствия, смех, распросы... Домовито вытаскивались сумки с вещами, продуктами и домашней снедью.
Женщины, быстренько сбросив пуховики, дублёнки и шубы, и помыв руки, помогали накрывать на стол и завершать приготовление салатиков и нарезок.
Мужчины - разнеся вещи по выделенным комнатам, собирались у мангального комплекса. Где в фольге запекалась баранина, в казане томился плов и своего часа ожидали мясо и курятина для шашлыков. Сильная половина курила, обсуждая семейные, рабочие и политические события.
Солнце уже успело коснуться горизонта, окрашивая небо в малиновый цвет, когда всех позвали к столу.
Мы рассаживались, ухаживая друг за другом.
- Я тебя люблю, - вдруг шепнул мне на ушко муж, - Ты у меня самая красивая на свете!
- Я тоже тебя люблю! - улыбнулась я, поцеловав супруга в уголок губ.
И пускай для остальных я была обычной, располневшей от гормональной терапии женщиной. Я ЗНАЛА! Для мужа - я - САМАЯ-САМАЯ!
Пока мы колготились, незаметно подкрались сумерки. Рассерженный чем-то ветер тряс деревья, стучался в окна... но нам было тепло и уютно в большой, полуовальной гостиной. За огромным столом, под охраной жарко пылающего камина.
- Лета, а что, ещё кто-то должен был приехать? Мы кого-то не дождались? - спросила подруга Ольга, вернувшись в гостиную.
- Нннет, - я осмотрела присутствующих, обмениваясь недоумёнными взглядами с мужем и его родителями, - Все, кого мы ждали - тут!
- Странно! Там, у гаража, снаружи, две машины запарковалось. Здоровый такой, микроавтобус и джип.
Ольга ещё договаривала, как прозвучал сигнал вызова.
На мониторе, у калитки, стояло трое мужчин в ... наверное - в форме.
- Я пойду, узнаю - к кому они, - сказал муж, вставая из-за стола.
- Мы тоже с тобой, - двое его друзей решительно встали и отправились следом.
- Ну, пока там Макс выясняет - кто пришел, я предлагаю принести горячее! - под одобрительный гул голосов, предложила свекровь.
Мужчины сами принесли огромный казан с пловом, установив его рядом с камином, на специальной подставке. На вспомогательный столик уложили три огромных куска запечёной баранины, на стол поставили снятую с шомпуров курятину, рыбу и шашлык.
- Всё готово, - сообщила тётя Люся, окидывая поле предстоящей гастрономической битвы командирским взглядом, - Что-то они там задерживаются! Лета, глянь, что на камерах.
Я, кивнув, включила монитор, на который выводились изображения всех камер наблюдения.
И вот тут мне, конкретно, поплохело!
- Смотрите! На нас нападают! - успела вскрикнуть я, увидев, как мужа и его друзей, связанных, волокут к дому, оставляя в рыхлой, влажной земле глубокие борозды.
- Женщины! - обращается ко всем свёкор, - Не истерить, не перечить, смотрим и слушаем, что они от нас хотят!
- От вассс, раб, мы ничего не хотим. Вашши женщины должны принять сссвою сссудьбу. Редкая удача... аж десссять сссамок! А, чтобы они были сссговоррчивее... мы заберём вссех... - со странной артикуляцией сообщает нам появившийся в дверях гостиной мужик, с явно военной выправкой. Ещё четверо стоят за ним, окидывая нас леденяще-безразличными взглядами.
- Какаую судьбу?! - возмущается свекровь, - Тут Лета самая молодая! И той - под полтиник!
- Ты чья сссамка? - спрашивает Старший у свекрови.
- Она не самка! - возмущённый свёкор выезжает из-за стола в инвалидном кресле и становится впереди всех. - Она - моя жена!
- Уже вдова, - сообщает нам бандит и стреляет в свёкра из какого-то странного оружия.
Обугленный труп, прямо в догорающем кресле, отлетает к французским окнам, идущим в сад.
Одновременно со Старшим, вскидывают оружие и остальные. Нас окутывает дымка...
Последнее, что я слышу:
- Всссех сссамок - в автокар! Ссссамцов - убить! Еду заберите всссю, она у них очень вкусссная! А потом - вссё сссжечь!
***
Прихожу в себя мучительно-долго.
Горло и лёгкие горят огнём. Видимо - из-за той гадости, которой нас "обработали". Голову опоясывает "огненный" обруч. Тело всё онемело...
Как-то сразу я поверила в контакт с инопланетянами. Вот, только очень уж этот контакт напоминает пиратские набеги на Африканский континент. С целью захвата рабов.
Со стоном повернула голову. Я - в камере на кушетке...
На мне - безразмерная рубаха серого цвета с длинными рукавами, подол - почти до пола...
Спасибо, что не голая!
Стоп! А кто меня переодел!? Твари!
В просторной, метров двадцать, клетке - только топчан и странная кабинка. Топчан - точно по центру клетки. Тягостная, липкая тишина, нарушаемая тихими стонами, всхлипами, покашливанием. Едва тлеющие светильники не в силах разогнать какой-то туманный сумрак.
Я не могу со своего места разглядеть - кто в соседних клетках.
И этот, едва ощущаемый, ЗАПАХ!
ЗАПАХ крови, испражнений, перебитый запахом дезинфицирующих веществ. ЗАПАХ страха, отчаяния, Смерти...
"Мда... я - за решеткой!..."
Решетка - самая обычная ... наверное.
Кряхтя, села на постели.
Тюрьма какая-то ... не обычная!
Клетки с нами, пленниками, располагаются разомкнутыми кольцами. В середине - круглая площадка с весьма устрашающими орудиями фиксации и пыток.
От страха и безъисходности затошнило...
Сглотнув кисло-горькую слюну и размеренно дыша, продолжаю осмотр помещения.
Я нахожусь в клетке, в первом, самом маленьком кольце. Прямо передо мной - камера пыток.
Противоположная от пыточной арены стена моей клетки образует коридор со следующим диаметром. Метра три шириной.
Сколько в этом узилище таких колец, составленных из клеток - не понятно. Но явно больше пяти.
"Жеваный кот! Это сколько же народа тут сидит!?" - охнула я про себя, -"Где муж, где все наши!?"
Болью обожгла картинка смерти свёкра...
"Муж! Мне надо узнать - что с ним!" - запаниковала я, - "Может быть он всё же живой!?Мамочки! Я всё перенесу! Только бы он и остальные мужчины были живы! Нет! Не думать о плохом! Мы выживем! Мы найдём способ вернуться домой! Главное - не сдаваться!"
Внимание привлекла красная точка под потолком клетки. Высоко... метра четыре-пять!
Значит - наблюдают за "рабами"! Уроды!
Так же, кряхтя, встала и подошла к кабинке.
О... У нас тут два-в-одном!
Унитаз и душевая кабина. Унитазом попользуемся... а душ... как бы ни хотелось...
Нет! Я не готова "сверкать" телесами перед извращенцами-пиратами, похищающими людей предпенсионного возраста!
Справив естественые потребности, вернулась на топчан, а потом и смирненько прилегла, укрывшись мягкой серой тряпочкой.
Лежу брёвнышком, а сна - на в одном глазу.
Мысли...
"Что надо этим уродам от пожилых женщин? Скорее всего - для неких опытов по продлению жизни... или будут проверять новые лекарства... или новые болезни..."
Так и лежала, не шевелясь, прикидывая варианты использования именно наших организмов. Часа три... Накрутила себя - до колотья под лопаткой и отдышки.
Свет вспыхнул ярко и неожиданно, ослепляя мои немолодые глаза...
А к центру нашего тюремного отсека уже шла группа тюремщиков. Причём, ядро группы составляло пять мужиков среднего возраста. Все - в форме и со знаками отличия... Одним из них был Старший урод, напавший на наш дом. Сопровождавшие пятёрку "солдатики" крутили головой, с любопытством рассматривая пленников, мимо которых проходили.
Присев на топчане, присмотрелась и я.
Справа от меня - свекровь. Свернулась крохотным калачиком, ни на что не реагируя.
Слева - тётя Люся. Тоже села и осмотрелась. Увидев меня, кивком поздоровалась. Кинув полный тревоги взгляд на сестру, не подающую признаков жизни.
Кивнула ей в ответ.
А тем временем, тюремщики достигли центра тюрьмы. Удобно расположились на стоящих по периметру арены диванах.
- Что ж... начнём! - скомандовал Старший главнюк. - Ссссамки! На выход! - распорядился гадёныш.
Решетки взмыли вверх. Мы с тетей Люсей и шестью нашими гостьями вышли на арену. Ну а смысл упрямиться? Не вышла только свекровь и её подруга.
- Все сюда, - главнюк показал на лавку посредине арены, - А этих двух дохлых - в самый примитивный ренегар на нижнем уровне. Им мы быстро применение найдём!
***
23.03.2020
Мы прошли и разместились рядочком на скамейке. А свекровь и её подругу погрузили на странные носилки, висящие в воздухе и увезли...
В голове мелькнула мысль:
"Надо что-то сделать! Надо остановить этот театр абсурда! Надо возмутиться! Потребовать от гадов ... А что требовать!? Что я могу!? Вон, все остальные молчат и только глаза прячут... Все хотят жить! И тут срабатывает принцип - "Своя рубашка ближе к телу!" Наверное потому, что никто из нас ничего не может противопоставить этому гаду. А как гасят бунт и недовольство - все присутствующие уже в курсе..."
Снова острой болью обожгло сердце...
"МУЖ ... Наши мужчины..!"
Так захотелось сорвать с надменного лица главнюка высокомерную усмешку! Сорвать вместе с кожей! Рвать его ногтями, зубами..! Заставить и его почувствовать собственную беспомощность, бесправность, никчёмность!
Они УБИЛИ СЕМЬ ЧЕЛОВЕК! Просто так... походя...
Чего уж говорить о нас сейчас? Мы тут совершенно бесправны!
Но...
Я - ВЫЖИВУ! ВЫЖИВУ - чего бы это мне ни стоило! ВЫЖИВУ, и когда-нибудь встречусь с этим уродом! Встречусь! И тогда он за всё заплатит!
Это - ЦЕЛЬ!
Ради этой ЦЕЛИ - все средства хороши!
Что там говорят о рабынях?
Что ценится в них?
Послушание, но с лёгким флёром непокорности. "Самец" в восторге от того, что "самка" послушна лишь ему! А другие с ней не справятся! Этакий "огонёк", спрятаный в тлеющих углях...
Раскрепощённость в сексе. Это будет сложно для меня. Сложно... но не невозможно! Фригидных и ленивых в сексе - не любят...
Ум, но не заумство. Надо всегда показывать - ОН - САМЫЙ УМНЫЙ!
И, САМОЕ трудное... Надо убедить ВСЕХ в том, что я НЕ ХОЧУ ВОЗВРАЩАТЬСЯ В СВОЙ МИР! Что мне хорошо и так...
Что мне нравиться проживать жизнь престарелой сексуальной игрушки...
А посему - терпение, послушание, старание...
НО! Без подобострастия!
Надеюсь, что я справлюсь.
Из глубокой задумчивости меня вырвал удар острым локтем в бок.
Тётя Люся...
Пока я размышляла о будущем, нас начали осматривать. Как скот.
Причём осматривали три странных существа.
Один - с "текучей" внешностью...
Почему "текучей"? Потому, что у него то появлялись, то исчезали милые овчарочьи ушки.
Второй пугал огромными, чёрными, фасеточными глазами. Большим, безгубым ртом. Сухощавым, даже я бы сказала - измождённым сложением, синеватой кожей и шестью несоразмерно длинными пальцами на руках и жестко шуршащим плащом на плечах. Плащ был алого цвета с крупными горошинами зелёного цвета.
Третий был из семейства рептилий... Глаза с вертикальным зрачком. Чешуя на висках, шее, руках... Мелькающий раздвоеный язык.
Процедура проходила в следующем порядке:
Одну из нас выводили в центр арены и фиксировали, уложив на лавку спиной.
Дальше в ход шли неведомые приборы и инструменты. Брали кровь, слюну, мазки...
Смущение, стыд, страх, боль, унижение исследуемой женщины приносили наблюдавшим за этим действом тюремщикам не просто удовольствие, а извращённое сексуальное наслаждение! Вон у них всех - какие "палатки" в интимной зоне!
Измученную постыдным осмотром, сломленную женщину уводили, надев ошейник. Причём - ошейники были разных цветов.
Чёрный, красный и белый.
Почти всем, кроме тёти Люси и меня достались чёрные. Одной нашей приятельнице - красный.
Я обследовалась последней. Сама встала и без понуканий разделась. Сама легла на место фиксации. Терпела смирно все болезненные процедуры. Не возмущалась и не истерила, как Татьяна, получившая красный ошейник. Не бросала ненавидящие взгляды, не угрожала - как получившие чёрный ошейник.
Отрешенно подумала:
"Как мало человеку надо для того, чтобы стать вещью, скотом ... Вот мы тут все были связаны родственными и дружескими связями... А теперь - я смотрю на этих потухших женщин... Они ощущаются совершенно чужими... незнакомыми существами... Только к тёте Люсе я отношусь как прежде... Интересно - а как я выгляжу с их точки зрения? Предательницей? Смирившейся со всем ради шанса Жить? Может быть и кто-то из них тоже поставил перед собой ЦЕЛЬ - ОТОМСТИТЬ главнюку и его команде? Как бы узнать...?"
Меня бесцеремонно вздёрнули на ноги. Надели БЕЛЫЙ ошейник. Накинули рубаху и повели... куда-то...
В неизвестность...
2. Часть вторая
После долгого блуждания по "немноголюдным" коридорам и подъёмах на странных лифтах, скользящих внутри цветных столбов света, меня привели к забранному массивной решетчатой перегородкой отсеку. За решеткой - короткий коридор, в который выходит десять дверей.
У дверей меня передают "на руки" странному существу. Сглаженные, словно смазанные черты лица. Спокойный взгляд полностью чёрных, "оленьих" глаз. Достоинство, самоуважение, сдержанность... - вот первое, что можно сказать о моём новом ...тюремщике..? Кроме него, в тамбуре было ещё пять охранников той же расы.
Короткий разговор на незнакомом языке... и меня, взяв повыше локтя, ведут куда-то.
Дверь в решетчатой перегородке бесшумно становится на место, полностью сливаясь с ней. К тому же, поверхность затягивается пленкой, похожей на мыльный пузырь.
Вот и пришли.
Дверь открывается, пропуская нас двоих в ещё один коридор. Оттуда - вниз по лестнице. В помещение, разделённое "стеклянными" перегородками на три части. В каждой такой "палате" - огромный саркофаг с прозрачным колпаком, кушетка, большое "ушастое" кресло из глянцево-белоснежной кожи и элегантный столик рядом с креслом.
Кидаю взгляд из-под опущенных ресниц направо... Эта палата пуста.
А вот левая...
Еле сдерживаю крик ужаса...
В левой палате капсула-саркофаг уже "стоит" вертикально. А в ней ... тётя Люся! Полупогруженная в желеподобный матрас саркофага... Нос и рот скрыты "намордником", от которого идут вверх трубки-провода. Тело дополнительно зафиксировано металлическими полосами и всё облеплено ... скорее всего - некими датчиками-приборчиками.
Но! Самое страшное - капсула медленно заполняется некоей жидкостью. Прозрачной, слегка опалесцирующей.
В глазах тёти Люси - обреченнось и страх неизвестности. Тело - напряжено настолько, что кажется - тронь - и зазвенит, словно струна. На шее и руках - вздувшиеся вены...
Мой тюремщик резко оборачивается. Видит, с каким ужасом я наблюдаю за соседней палатой, и что-то негромко, но властно-недовольно приказывает...
Стеклянные" стены мгновенно затягиваются молочной дымкой.
Тюремщик, пытливо вглядываясь в мои глаза, что-то приказывает. Сопровождая приказ характерным жестом.
Я поняла-поняла... уже раздеваюсь...
Трясущимися, ледяными руками снимаю балахон. И не ожидая понукания, делаю шаг к саркофагу и ложусь... на неожиданно мягкое и тёплое ложе. Поворачиваю голову. Тюремщик удивлённо смотрит на меня.
А тем временем, в палату впархивает обладатель фасеточных глаз.
Что-то деловито стрекоча, фиксирует меня. Подносит к губам странную, прозрачную пластинку, от которой отходят трубки и проводочки. Послушно открываю рот и пластинка "удобно" устраивается у меня во рту. Совершенно не принося дискомфорта. Потом следует установка приборов на теле. "Врач"-садюга вводит мне катетеры в мочеточник, прямую кишку, влагалище... И, как вишенка на тортике, "намордник"!
Всё это время тюремщик пристально наблюдает за "врачом".
А потом настойчиво чего-то требует. Касаясь внутренней стороны моего локтя.
"Врач" поначалу разражается импульсивной стрекотнёй. Но тюремщик - неумолим и настойчив. Спор идёт уже на повышенных тонах.
"Врач" вспыхивает от гнева, его "плащ" , словно подхваченный ветром, поднимается вверх, превращаясь... в КРЫЛЬЯ! Как у бабочки! Лицо "врача" транформировалось в голову ... увеличеного в тысячи раз ... комара...
В ответ тюремщик пригрозил оружием...
"Врач" сразу "сдулся", покопался в основании саркофана и послушно прижал к моей руке угольно-чёрный кубик.
Всё вдруг потеряло чёткие очертания...
Так вот что требовал от "врача" тюремщик! Он увидел мой ужас и сжалился..! Он потребовал, чтобы этот садист ввёл мне снотворное!
Я уплыла в спасительный сон!
27.03.2020
Выплывала из дурмана тяжелого сна-кошмара с трудом.
Потёрла всё ещё закрытые глаза. Помассировала дёргающие болью виски.
"Жуть! Присниться же такое! Надо мужу рассказать!" - решила я, открывая глаза. - "Мда... не приснилось..!"
Я лежала на кушетке, а ожидающий очередную жертву саркофаг, стоял справа, жадно распахнув свою прозрачную "пасть".
Стены, по прежнему, были затянуты молочной дымкой.
"Как там тётя Люся!? Остальные наши..?!" - запульсировала тревога в груди.
Я резко села... голова тут же закружилась... и я автоматически схватилась руками за ручки кушетки...
Руки...
Это - НЕ МОИ РУКИ!
С трудом успокаивая, колотящееся уже почти в горле сердце, поднесла руку к глазам. Словно сокращение расстояния могло что-то изменить!
Нет. Это - не мои руки! Это руки совсем юной девушки!
Откидываю простынку, которой укрыта, задираю подол балахона.
И ноги! Ноги - тоже не мои!
"Мамочка! Что со мной?! Перенесли сознание в другое тело?!"
Пошевелила пальчиками на правой ноге. Слушаются...
Значит тело - слушается меня...
В это время, с лёгким шорохом, открылась дверь... там вверху.
По лестнице зашуршали шаги нескольких существ.
- ... уверен в том, что хотя бы у этой самки всё прошло хорошо! У кого-то не полностью усвоились языки. У кого-то - не сработал так как ожидалось, нейронный де-блокатор биоритмов организма. Мы и так потратились аж на семь полных комплектов! А это значит, что стоимость рабынь надо повысить на цену, равную двойной цене де-блокаторов! Иначе мы прогорим! Но все самки какие-то неказистые! Они не могут соперничать на уакционе с наагатами, талеанками и смесками! И это уже - не моя вина! - стрекотал "врач", ступая с лестницы в мою палату. - О! Очнулась!
Неприятный гуманоид тут же закружил вокруг:
- Ты меня понимаешь?
- Дда... - прошептала я, чувствуя как болью отдалось горло.
- Где болит?
- Горло... голова... низ живота... - я сипела, руками дублируя слова.
Вошедшие с "врачом" посетители, среди которых был главнюк с командой, уже знакомый тюремщик и ещё парочка огромных мужиков в чёрной форме, остались стоять у лестницы.
- Почему от неё пахнет кровью!? - угрожающе процедил главнюк, косясь на этих мужиков. - Ты и за здоровьем этой не уследил!?
- Но... она здорова! - запаниковал "стрекозёл".
- Откуда - кровь и боль?! - не повёлся гад.
Мда... надо спасать "стрекозла"! Уверена - он будет мне благодарен! А это уже дорогого стоит... в моём положении...
- У меня просто месячные... это нормально для землян... просто неоплодотворённая яйцеклетка погибает... раз в тридцать дней... - сиплю я, и йес (!), ловлю благодарный взгляд садиста-эскулапа.
