Плач богов в чертогах сирени 3 Книга трилогии " Мир спасёт любовь

«— Её гнев был таким острым, таким „древесным“ — желанием укорениться, чтобы не унести, ударить, чтобы защититься. Сад просто дал этому форму. Безобразно буквально, надо признать», — прокомментировал Грон.

Плюх, глядя на плачущую женщину, выпустил к её ногам маленькое, прозрачное яйцо. Оно лопнуло, и вокруг неё на миг воцарилась тишина — образ гладкого, чёрного камня в лесном ручье, ощущение покоя, стабильности. Ветви на её руках замедлили рост.

Хромой мальчик Тигра́н, заворожённый, сделал шаг, потом другой — и вдруг сорвался с места. Его бег вышел неестественно быстрым, птичьим. Он нёсся, не касаясь земли, и в его глазах светилась не детская радость, а паническая растерянность существа, которое не понимает собственного тела. Он боялся остановиться, потому что не знал, как.

Старик, тот, что кричал о колдовстве, вдруг замер, глядя в пустоту. Его губы задрожали. Перед ним, сотканная из света и лепестков, стояла женщина — его покойная жена. Но лицо её выглядело не ласковым и призрачным. Оно выглядело таким, каким она умерла, — измождённым, с синяками под глазами. И она смотрела на него с немым укором, который он читал все эти годы.

Он улыбнулся. Не от радости. Он улыбнулся, потому что наконец получил подтверждение. Его вина материализовалась и смотрела на него. Оранжевый День сорвал этот плод и показал ему. Не для того чтобы мучить. Чтобы он наконец смог его переработать, съесть, усвоить.

Лориэ́нс, наблюдая, прошептал:

— Она не творит. Она активирует. Ускоряет процессы, которые уже идут в душе. В Фиолетовый день она работала бы с архетипами, в Синий — искала причины. А сегодня… сегодня она просто даёт урожай. Каким бы он ни был.