Земли ушедших богов

Проснулся он, хотелось бы сказать, на рассвете, но ничего подобного, вокруг была уже привычная темнота. Прислушавшись к себе и поняв, что выспался, Чугунов скинул куртку, потянулся и стал собирать свои пожитки. Через три минуты он стоял во внутреннем дворе. Умывшись и почистив зубы порошком, Сергей направился к двери, через которую его привел Егор. Та оказалась не заперта. Пройдя узкими коридорами, он выбрался в залу. Там под потоком неярко горела лампа. На лавке у дальней стены кто-то храпел, не сильно, но было вполне слышно. Часы на стене показывали, что сейчас примерно восемь утра, так что поспал он вполне прилично, часов десять, не меньше. Деда за стойкой не оказалось, но стоило парню подойти, как из маленькой дверки появилась заспанная маленькая круглая женщина лет тридцати с огненно-рыжей головой. Она зевнула, прикрывшись рукой, и вопросительно уставилась на Чугунова.

- Завтрак, - выкладывая на стол десяток медяков, попросил Сергей в полголоса. - Яичницу с колбасой, чай или еще что-то бодрящее.

- Если кофе, - так же тихо произнесла женщина, - нужно доплатить еще пять штук.

- Хорошо, - согласился парень, и на свет из кошеля появилась требуемая сумма. Пятнадцать меди, это чуть меньше половины серебряной куны, в той было сорок медяшек.

- Идите за стол, десять минут, и все будет, - сгребая деньги и закидывая их в какую-то коробку, стоящую под стойкой, заявила женщина.

Сергей прошел к столику, который занимал накануне, и, устроившись, принялся обдумывать ситуацию. Еду принесли даже быстрее. Хлеб, пара кусков обжаренной колбасы, глазунья на три яйца и чашка с кофе, ароматным, настоящим, никакой пыли колумбийских дорог, только что смолотый и сваренный.

Ел Сергей быстро, ему снова предстояло немало прошагать, поэтому надо торопиться. Конечно, выгодно было бы кому-нибудь на хвост прыгнуть, но искать попутчиков в сонном царстве бесполезно. Да и не доверял он людям, многие посетители вчера смотрели на его оружие, и взгляды эти были алчными.

Не прошло и двадцати минут, как он вышел за ворота постоялого двора. Лендровер так и стоял под навесом, а вот коновязь была пустой, исчезли и телеги. Кивнув сторожу, правда, детинушка был незнакомый, тот, кто его впускал, сменился, Сергей бодро зашагал в сторону Арконы. Его ждала долгая дорога, но парню начинала нравиться такая жизнь, домой хотелось все меньше.

Глава 11

Трактир остался за спиной. Сергей отдалился от него примерно на километр, когда почувствовал, что ему требуется свернуть в лес. Остановившись, он уставился в темную чащу. Даже с артефактными очками видимость была сильно ограничена. Рациональность, в которой он был всегда силен, твердила, что не хрен ему там делать, но желание с каждой секундой идти во тьму только усиливалось. Он почувствовал, как холодный ветерок пошебуршил волосы на затылке, он даже понял, что на него снова воздействуют ментально, но сил сопротивляться не было. Тот, кто его звал, медленно вытеснил из его головы настороженность, страх и здравый смысл, осталось только любопытство, тянущее его вперед, и авантюризм. Кукловод, подливая масла в огонь, поддерживал идею, что в лесу его ждет много интересного и сокровище.

Три минуты Сергей пялился в темноту, даже не борясь с собой, он просто принимал новые установки. Следуя внезапно возникшему желанию, он прошел еще метров десять по дороге и обнаружил тропинку, ведущую в чащу. Она привела его на небольшую пустую поляну. Именно в этот момент его начало отпускать Чугунов завертел головой, пристально вглядываясь в пустоту, из которой начали проступать силуэты людей и лошадей. Парень еще не осознал, что происходит, рука легла на рукоять меча, но именно в этот момент что-то маленькое и мягкое врезалось ему прямо в лоб. Взгляд Чугунова поплыл, закружилась голова, и он без чувств повалился на траву. Последняя мысль, коснувшаяся его сознания, была о дежавю, ведь его точно так же сперли из родного мира.

Открыв глаза, Сергей попытался осознать, насколько он вляпался на этот раз. На голове плотный мешок, через который ни черта не видно, кисти затекли, поскольку кто-то очень надежно их связал, а еще его куда-то везли. Из своей неудобной позы Сергей сделал вывод, что его как мешок с картошкой забросили на лошадиную спину.

- Эй, там, а ну освободите, - потребовал он, понимая всю глупость своей просьбы.

В ответ было молчание, если рядом и были люди, то они ничем себя не выдали. Сергей как мог напряг слух. Копыта цокали по чему-то каменистому, уж больно звонко стучали подковы, явно не лесная мягкая земля. А еще лошадей было куда больше, чем одна. Ехать поклажей было неудобно, у Сергея все затекло, особенно руки. На его просьбы ослабить веревку похитители никак не реагировали.

- Суки, я же скоро без рук останусь, - не сдержался он.

И снова неизвестные никак не обозначили свое присутствие. Понимая бесполезность переговоров с пустотой, Сергей заерзал, попытавшись сползти с лошади, но оказалось, что его привязали. Все, чего он добился, что стало еще неудобней.

Все когда-то кончается, кончилось и это. Внезапно он ощутил мороз на кистях, и его куда-то потянуло вместе с его средством передвижения. Затем был удар, но не такой жесткий, как в прошлый раз. На этот раз благодаря веревке обошлось без падения.

«Сглазил» - подумал парень, когда некто, подойдя и развязав узлы, сбросил его на землю. Посадка оказалась довольно мягкой, все испортил камень, который врезался в поясницу. Больно было жутко, слезы непроизвольно брызнули из глаз. Вскрикнув, Сергей разразился матерной тирадой, в самой грубой форме выдав все, что думает о них и их матушках, которые были крайне неразборчивы в своих сексуальных связях и родили полных дебилов.

Это без внимания не осталось, и его довольно ощутимо саданули ногой в бок, так, что он пару раз кувыркнулся вокруг своей оси. Ребра с левой стороны заныли, но вроде обошлось без переломов. Затем его ухватили за шиворот и куда-то потащили, развернув, пристроили спиной к чему-то жесткому, скорее всего, к стволу дерева, и сняли мешок.

Сергей пару раз зажмурился, поскольку света вокруг резко прибавилось, потом пару раз моргнул и увидел над головой то, чего никак не ожидал. Сквозь не слишком густую, вполне себе зеленую листву пробивалось солнце, тусклое по сравнению с привычным, но все же света в этом лесу было куда больше, чем от трех лун Тридевятого царства. Надо сказать, было очень приятно снова увидеть природный свет, а еще он разглядел своих похитителей.

- Долбанные эльфы, - вслух выдал он, увидев перед собой присевшего на корточки Кэлтира.

Тот не слишком сильно двинул ему в челюсть. Тушка тут же завалилась направо, рухнув в довольно высокую траву. Обследовав рот языком, Чугунов успокоился, зубы были целы, в худшем случае синяк приличный получится, хотя у него регенерация хорошая, может, и без него обойдется, удар-то так себе.

Безымянный эльф, стоящий у дерева в слепой зоне, ухватил его за ворот куртки и вернул в исходное положение.

- Советую тебе не оскорблять никого из присутствующих, человек, - с презрением, словно смотрел на опустившегося бича, произнес Кэлтир. - Мне не нужно, чтобы ты был целым, для отведенной для тебя задачи это неважно.

- Какого хрена? - не желая спускать эльфу случившееся, поинтересовался Чугунов. - Не могли нормально подойти и предложение сделать?

- Ты отказался, а нам необходим человек для одного дела. Остальные, кто был в этом трактире, тоже не согласились, да еще Лунарет совершила ошибку, при свидетелях воспользовалась силой, а Дед этого не любит. Ты единственный без защиты, остальные стали бы отбиваться, а нам это не нужно, просто тебе не повезло. Но если ты согласишься, то хорошо заработаешь, и мы вернем тебе твои вещи. Хотя, твой меч…

- А если не соглашусь? - поинтересовался Сергей, прекрасно зная ответ на вопрос.

- Мы тебе глотку перережем, - голосом, полным равнодушия, проинформировал Чугунова Кэлтир, - и пойдем искать того, кто согласится. Да, мы потеряем время, но это неважно.

Что так и будет, парень поверил сразу. Ему не угрожали, просто сообщили, что будет, и эти ребята, в отличие от самого Сергея, не будут сомневаться, рубить молящего о пощаде человека или нет, полоснут ножом по горлу и, не дожидаясь, когда тело прекратит дергаться, скинут умирающего под куст, пойдут дальше по своим делам.

- Твое слово? - дав человеку осознать перспективу, так же надменно и равнодушно поинтересовался эльф.

- Отвечу, когда узнаю, что нужно делать, и сколько заплатите, вы ведь всегда держите слово. Вдруг мне лучше лечь тут под кустик с перерезанным горлом, чем лезть в вашу авантюру?

С минуту Кэлтир обдумывал слова Чугунова, потом кивнул.

- Справедливо, человек. Сначала о цене, ты ее слышал, пятьдесят кун золотом.

Сергей покачал головой.

- Сначала о задании, я должен понимать на что подписываюсь, и тогда уже можно цену обсудить.

Эльф снова кивнул.

- Хорошо. Есть одно место, руины древнего храма, он принадлежал падшему богу этого мира. Там, в подземелье, хранится сокровище, похищенное у нашего народа. Его возвращение - наша цель.

Сергей уже хотел ляпнуть - «так идите и заберите», но вовремя прикусил язык, понимая, что Кэлтир и сотоварищи так бы и сделали, но не все так просто.

- Прийти и просто забрать не выйдет, - словно прочитав его мысли, продолжил эльф. - Дверь в святилище запечатана кровью, человеческой кровью, это раз.

Сергей напрягся, опять нужна его кровь, чтобы открыть какой-то замок. Неужели судьба его такая? Вторая мысль была о том, что его могут просто убить, чтобы открыть замок, жертва выглядит логично, и платить ей потом не нужно.

- Не беспокойся, - видимо, считав что-то с лица Чугунова, произнес Кэлтир, - никто не собирается перерезать тебе горло и приносить в жертву. Порезать руку, приложить ее к двери, вот и все, что потребуется. Но это должно быть сделано добровольно, кровь, отданная против воли хозяина, не сработает. Клянусь, что ни я, ни мои спутники не собираются тебя убивать ни до, ни после. Если ты, конечно, не вынудишь нас, напав первым.

Это заявление немного успокоило Сергея. Дед говорил, что, если эльф дал слово, даже с его точки зрения низшему существу, он его сдержит.

- Но это ведь не все, так?

- Не все. Замок только часть твоей работы, поскольку кровь твоя не даст тебе доступа внутрь. Ты не служитель этого бога, поэтому к тебе выйдут стражи и начнут задавать вопросы: кто ты, и зачем тебе нужно войти. Проблема в том, что до этого момента они будут находиться в бесплотном состоянии. Мы дадим тебе амулет ментальной защиты. Не сказать, что сильный, но его должно хватить, чтобы бесплотные стражи, которые не смогут общаться с тобой мысленно, приняли физический облик, и сделают они это только перед человеком. Любой эльф будет уничтожен, стоит ему приблизиться к этой двери, и он даже не увидит этих стражей.

- И ты хочешь, чтобы я принял бой, пока вы не подоспеете?

Кэлтир кивнул.

- Да, человек, ты должен продержаться до нашего подхода. Мы не сможем войти в храм, пока стражи остаются бестелесными сущностями.

- Ясно, - задумчиво произнес Сергей, вертя ситуацию так и эдак. - Где подвох?

- Подвох в том, что убиваются эти стражи только магией. Даже зачарованное здешними богами оружие не способно причинить им вред. Видишь, человек, я с тобой откровенен.

- Монах, - произнес неожиданно твердо Сергей, - зови меня Монахом. Тебе нужна моя помощь, я не напрашивался, а значит, я буду требовать уважения к себе. Хотя, как мне известно, вы, эльфы, людей презираете, забудем об уважении, вас не переделать. Так что давай, Кэлтир, будем хотя бы вежливы друг с другом.

- Хорошо, Монах, это справедливо, - кивнул эльф. - Я признаю твое имя.

- Вот и хорошо. Теперь поговорим о цене. Я соглашаюсь на эту работу, иду в храм, открываю дверь, бодаюсь со стражами. Вы возвращаете мне мои вещи, все, включая оружие. Даю слово, что не обращу его против вас, пока вы не попытаетесь навредить мне.

- Только один меч, который рунный, - попытался торговаться Кэлтир, явно желая отжать артефактный клинок.

Сергей решительно покачал головой. Ему было понятно, почему эльф хочет поступить именно так. Если Сергей сгинет в подземелье храма, артефакт останется там, не доставшись остроухому. А может, думает, что после гибели Сергея, тот начнет его слушаться, ведь он уже испытал кучу неопрятных ощущений, когда попытался обнажить клинок, вон у него повязка на правой ладони, скорее всего, обожгло не хило. Про кольцо-то он не знает, оно так и осталось на руке Сергея, у парня даже сложилось ощущение, что его кроме него никто не видит.

- Нет, - твердо произнес парень, - все мое имущество.

- Хорошо, - после слегка затянувшейся паузы произнес эльф.

Сергей постарался не показать, как он доволен. Кэлтир просто не представлял, какое сокровище спрятано в ножнах. Наверное, если бы он понял, он бы перерезал ему горло на той поляне, где его схватили.

- Теперь по цене за мою работу. Пятьдесят золотых, которые вы мне предлагали, меня устраивают, но сверху я хочу амулет, защищающий от ментальных атак, тот самый, который вы дадите мне, когда я пойду в подземелье.

- Это дорогой амулет, - задумчиво произнес эльф. - Наш народ славится изготовлением именно таких. Сильнее могут сделать, наверное, только ваши боги, которых вы, люди, зовете ушедшими.

- Вот и хорошо, - одобрил Сергей. - Амулет, пятьдесят кун золотом и возвращение в Тридевятое царство. Ну, и клянись, что не причините мне вреда действием или бездействием. Я же со своей стороны даю слово, что попытаюсь сделать все от меня зависящее, чтобы вы могли получить свою реликвию.

- Не верь человеку, - раздался за спиной Сергея женский надменный, холодный голос, - они лживые и предадут при первой же возможности. Надень на него ошейник покорности.

Сергей обернулся, чтобы глянуть на говорившую, и почему-то не удивился, увидев шепчущую, имя которой начисто вылетело из памяти.

- Знаешь, - обратился он к ней, - это не я одурманил сам себя, не я похитил, не я затащил в какую-то глушь, и это вам от меня что-то надо. Причем, надо добровольно, иначе ничего не выйдет. Так что, либо вы мне доверяете, и я делаю то, на что подписался, или ищите себе другого дурака, а я пойду своей дорогой.

- Он прав, Лунарет, - произнес Кэлтир, - нам придется доверять человеку. - Это снова прозвучало с пренебрежением. Эльф перехватил недовольный взгляд Сергея и тут же поправился, - Монаху, это его имя. Давай будем вежливы с человеком, от которого нам нужна услуга, хоть и платим мы хорошую цену за нее.

Эльфийка опешила от отповеди командира, который ее этим явно озадачил. Окатив Сергея волной презрения, она, ничего не сказав, развернулась и ушла.

Чугунов проводил красивую и надменную девицу взглядом, после чего посмотрел на эльфа.

- Ну что, Кэлтир, договор?

- Договор, - согласился эльф и произнес слова своей клятвы.

Сергей повертел так и эдак, ища двойное толкование, но вроде все выглядело вполне неплохо. После этого он произнес свою часть клятвы, и они пожали друг другу руки. Правда, Кэлтир сделал это очень неохотно, судя по его лицу, которое он все же не смог настолько контролировать, была бы у него возможность, он бы достал белоснежный платок и протер бы свою руку.

- Ты бы себя видел, - усмехнулся Сергей, - такое ощущение, что ты попал рукой в кучу дерьма.

Эльф никак это не прокомментировал, не видел в этом смысла, достал нож и разрезал веревки на запястьях Чугунова.

- Знаешь, - неожиданно произнес он, - тебе в это сложно поверить, но я тебе симпатизирую, мне понравилось, как ты держался. Но я не могу себя переделать, так что просто прими все как есть. Большинство эльфов, кроме тех изгоев, которые веками живут среди вас, ненавидят и презирают людей, исключения очень редки. Так что не ищи среди нас друзей. Это бессмысленно. Но, как я уже сказал, несмотря ни на что, ты мне симпатичен, Монах. А теперь мы поедим и будем собираться в путь, нам до храма сутки добираться.

- Вещи мои, - напомнил Сергей.

Кэлтир кивнул и громко крикнул:

- Нивара, верни человеку все его вещи.

Эльфийка, стоящая возле одной из лошадей, на которой была свалена поклажа, повернувшись к командиру, уставилась на него, широко распахнув глаза.

- И меч вернуть?

- Все, - отрезал Кэлтир и направился в сторону небольшого костерка, вокруг которого расселись почти все остальные члены отряда.

Сергей уже пересчитал глазами собравшихся на поляне. Если не напутал, не хватало еще одного, скорее всего, он в секрете, приглядывает за возможными неприятностями.

Эльфийка смерила его дежурным презрительным взглядом. Чугунов поймал себя на мысли, что еще немного, и он начнет их проклинать. От крепкого посыла, «чтоб ты вся чирьями покрылась или гнойными прыщами» его останавливал только контроль и нежелание платить куском души за такую мелочь. Но если выдастся случай, он припомнит остроухим все эти взгляды и слова.

- Забирай, - снимая с лошади один из мешков и кидая его под ноги Сергею, процедила сквозь зубы Нивара.

Чугунов спокойно присел на корточки перед объемным мешком и, развязав завязки, заглянул внутрь. Два меча, нож, сумка с его имуществом, наручи и поножи, которые с него сняли, больше ничего. Пояс с артефактным мечом и ножом занял свое место, затем за спину ножны с рунным клинком. Достав рюкзак, проверил, не потырили ли остроухие золото, все ли остальное на месте, и, закинув его себе на плечо, отправился к костру.

Встретили его там уже вполне привычно, эмоции у эльфов были довольно единообразны, презрение - основная, некоторые при появлении Чугунова морщились, словно им перед носом кучу говна навалили.

- Бери котелок, - распорядился Кэлтир и указал на пустое место на траве, чуть в стороне от всех, - ешь, и выступаем.

Сергей молча кивнул, взял указанную тару, полную какой-то овощной похлебки с мясом и крупой, и, усевшись на траву, вытащил из рюкзака деревянную ложку, которую по тихой прихватил в трактире, и принялся есть. Ну, что сказать? Настоящая походная еда, сытно и горячо, слегка остро. Спрашивать, плюнули ли остроухие ему в еду, он не стал. Даже если плюнули, лучше не знать, а если нет, то нечего им подбрасывать идеи. Пока ел, смог рассмотреть своих новых спутников или конвоиров. Хотя нет, оружие ему вернули, а значит, он уже не тянул на заключенного. Соратник неверное слово, наемник - куда ближе. Внешне они все были молоды и прекрасны. Интересно, они бессмертны, как у Толкина? Может, он тут побывал и с ними знакомство свел? Отсюда и его описание, уж больно точное. Только вот неприятные черты писатель убрал. Прекрасные молодые лица, например, Кэлтир выглядел на лет на тридцать, лишь глаза выдавали возраст, чувствовалось, что он долго прожил и многое повидал, и взгляд отражал мудрость лет, так сказать. Остальные, за редким исключением, были похожи на командира. А вот севшая напротив Нивара выглядела иначе, она была словно подросток, и взгляд ее был более живым. Рядом с каждым эльфом лежал лук и колчан со стрелами, только, в отличие от экранизации «Властелина…», луки эти были больше похожи на современные. Сергей не знал, как такая модель называлась, но выглядела она не средневековой. Все они были белыми, покрытыми рунами и какими-то рисунками. Можно голову дать на отсечение, что стоят подобные очень дорого, не одну сотню золотом. На поясе каждого эльфа имелся меч, они были совсем не похожи на его клинок. Откуда они взяли их, было неясно, но внешне они напоминали то, что русский человек называет катаной. Еще у них имелась пара винтовок и пистолетов, во всяком случае, у Кэлтира на боку висела внушительная кобура. Одеты все, даже женщины, в штаны, заправленные в высокие сапоги, сверху куртки. Все это зеленоватого цвета. Головы непокрыты, волосы у всех светлые, ближе к золоту, только у Лунарет и Нивары они были платиновыми.

С едой Сергей расправился быстро, даже все вымакал хлебом. И тут у него возник вопрос, который мог прояснить теорию с Толкиным.

- Кэлтир, - позвал он командира эльфов, - вопрос имеется.

Все ушастые, собравшиеся у костра, синхронно повернули к нему головы, и выражение лиц у них было уже вполне привычное - брезгливое, словно он громко испортил воздух.

- Ну, чего тебе, Монах? - нехотя поинтересовался тот.

Эльфы при этом сильно удивились, что их главный решил снизойти до ответа человеку, да еще по имени его назвал.

- А у вас есть лембас? - выдал Сергей, чем еще раз ошарашил эльфов.

И тут Кэлтир улыбнулся.

- Я понял, что ты хотел спросить. Я знаю об этой книге, ее написал один человек, англичанин, который побывал в нашем мире и узнал его древнюю историю. В ее основу легли наши легенды о сотворении мира. И да, у нас есть лембас, и люди когда-то у нас тоже жили. Но потом они все испортили. Зависть, гордыня, была война, и мы их всех уничтожили. А вот полурослики, которых в книге этот писатель обозвал хоббитами, остались только в наших сказках, и орков давно нет, все это уже далекое прошлое. Лишь гномы до сих пор живут в глубине гор, только не любят появляться на поверхности. Последний раз кто-то из нашего народа видел их лет триста назад.

- И как вы к себе человека подпустили?

- Он оказал большую услугу нашей королеве, - совершенно без напряга ответил Кэлтир. - Когда она была в этих землях с посольством, кто-то послал убийц, и этот человек, не помню, как его звали, закрыл ее собой, поймав отравленную стрелу. Его долго выхаживали, но спасли и нарекли другом эльфов. Он жил с нами несколько лет в Золотом лесу, потом уехал и больше не вернулся, но написал книгу, которая прославила его. Мы ее даже читали. Для людей, наверное, неплохо.

- Дай угадаю, как завали вашу королеву. Галадриэль?

- Почему звали? - удивился Кэлтир. - Она и сейчас здравствует. Ей где-то пять с половиной тысяч лет, ни за какое море в волшебную страну она не уплыла и по-прежнему правит Золотым лесом.

- М-да, - озадачился Сергей, - вот и еще одной тайне конец.

- Доел, - поднимаясь с бревна, утвердительно произнес Кэлтир, - тогда мой котелок, вон там родник, метрах в двадцати, и выдвигаемся. Ты ведь вроде как торопился в Аркону?

- Спешу, но пара дней ничего не решит, - вставая и идя в указанном направлении, отозвался Чугунов.

Через двадцать минут кавалькада из одиннадцати всадников и двух заводных лошадей тронулась по древней заросшей, не слишком широкой дороге. Лес исправно разрушал ее, сжимая со всех сторон. Раньше она была выложена каменными плитами, но время хорошо поработало над ними, оставив только обломки.

Сергею ехать на лошади не понравилось, несмотря на то, что у него теперь имелось седло. С непривычки его зад превратился в сплошную мозоль. После трех часов скачки он мог думать только о том, как болит его задница. Но поскольку лошади, как живые, так и артефактные были основным способом передвижения, то ему придется научиться держаться в седле, поскольку пешком передвигаться по Тридевятому царству очень медленно. За все время пути эльфы трижды делали санитарную остановку сбегать в кустики и поесть.

Мир, по которому они ехали, хоть и выглядел живым, но ощущался как мертвый. За все время, что Сергей ехал с эльфами, ему на глаза не попаслось ничего живого крупнее белки. Никаких стычек, просто конная прогулка, очень неторопливая, поскольку после того, как на высоком темпе Чугунов едва не свернул себе шею, вылетев из седла, Кэлтир приказал сбавить скорость. С одной стороны, хорошо, с другой, плохо, так как путь вместо суток занял чуть ли не вдвое больше. Правда, надо сказать, что, следуя советам эльфа, ехать на вторые сутки стало гораздо легче. Но все равно Сергей сомневался, что сможет полюбить верховую езду, да и лошадей в частности, поскольку его скакун дважды пытался куснуть парня и трижды лягнуть копытом, ну не нравился Чугунов ему.

Лес кончился неожиданно, и впереди за каменным плато показались руины храма. Он был расположен прямо в толще скалы и поражал своими размерами. Гигантская статуя, вырубленная в камне, высота, наверное, метров пятьдесят, а может, и больше. Сергей был не силен в оценке расстояний и масштабов, да и далековато, до храма не меньше пары километров. Это был мужчина, судя по сложению, поскольку его огромное лицо кто-то старательно уничтожал. В руках он сжимал огромный меч, опущенный острием вниз, именно под ним, между ног, располагался вход в храм - огромный провал, уходящий вглубь скалы был виден даже оттуда, откуда Сергей наблюдал всю эту картину. Еще одной деталью пейзажа являлись руины города, который, скорее всего, жил нуждами храма. Но теперь все было мертво.

- Добрались, - произнес Кэлтир, ни к кому конкретно не обращаясь.

Сергей промолчал, сейчас его больше всего беспокоили две вещи - отбитая задница и то, что ему придется идти добывать для эльфов их реликвию.