Элитная школа «Сигма». Цена ошибки

Сказать, что Костя был удивлён такой моей реакции и такой интонации, ничего не сказать. Я знаю, что мои слова прозвучали грубо и жёстко, будто я разговаривала не с другом, а с врагом, но его слова были не лучше, и они задели меня за живое.

— Это не одно и то же, — покачал головой Костя. — Здесь не только ты теряешь парня, я тоже теряю друга. Миша… хватит мучить Алекса.

Его слова были подобны прокручиванию ножа в ране. Я, наконец, поняла, истинную цель этого разговора. Но, увы, он закончится не так, как Костя этого желает.

— Если ты не хочешь, чтобы Алекс мучился, — хоть я и пыталась говорить спокойно, но слова получались злыми и колючими, — дай ему спокойно отсюда уехать. Чем дальше он будет от этой школы, тем больше у него шансов выжить. И начать нормальную жизнь.

— Ты подменяешь понятия, Мишель, — жёстко ответил Костя. — Алекс имеет право знать правду.

Я знаю, он хочет помочь и Алексу, и мне. Жаль только, что спасти обоих не получится.

— Если ты ему всё расскажешь – можешь считать, ты сохранил одного друга, но навсегда потерял другого.

Я выдержала его взгляд.

— И нет, Кость. Я не шучу.

Никогда в жизни я не думала, что буду угрожать лучшему другу! Единственному другу, почти брату! Но сейчас у меня не было выбора. Костя должен понимать, что я не шучу. Он должен понимать, что я серьёзна как никогда. Нельзя всё рассказывать Алексу, когда наконец-то появилась надежда покончить с этим! Пусть и 31 декабря!

— Я тебя услышал, Мишель, — спокойно произнёс Костя, но от его ледяного тона у меня по телу пробежали мурашки.

Никогда ещё Костя не был так холоден по отношению ко мне. Я знала, что это просто его реакция на мои слова, я знала, что я её заслужила, но это было чертовски неприятно!

Я молча смотрела на него, пытаясь вернуть прежнего Костю, но он был всё так же холоден.

— Я скажу тебе, когда и что нужно будет делать, — он говорил так, будто перед ним стоял чужой человек. — И мы постараемся взломать ячейку до отлёта Алекса.

— Кость…

— Я не думал, — перебил он меня, — что ты можешь так хладнокровно поступить с тем, кто тебя любит.

Несколько секунд мы молча смотрели в глаза друг другу, но в этой дуэли мне было не победить. И она стала точкой в нашем диалоге – я первой отвела взгляд, после чего развернулась и молча вышла из комнаты.

Как бы больно и неприятно мне сейчас не было, ситуация всё равно сложилась наилучшим образом:

Если Костя найдёт в ячейке и медальон и статуэтку – я сделаю всё возможное, чтобы Алекс остался и никуда не улетал.

Если Костя найдёт там только медальон – я подброшу его Алексу, верну долг, и он улетит в безопасное место.

Если вдруг в ячейке будет пусто, и Фил поймёт, что я снова «нарушила уговор» – он не успеет сдать Алекса, ведь тот улетит в этот же день.

У нас всё получится. У нас точно всё получится.

Фил не выиграет. Он в любом случае ответит за то, что сделал.

***

Вечером мы с ребятами должны были встретиться у нас в комнате. Вроде как Ваня хотел рассказать, что ему удалось узнать об основателе школы, но, если честно, мне совершенно не было до этого дела.

Я не хотела идти. И не из-за Алекса, который, к слову, перестал ходить на наши встречи. Я не хотела видеть Костю. Не хотела делать вид, будто со мной всё в порядке. Не хотела смотреть в глаза Ване и Нике.

Да и вообще – я никого не хотела видеть.

Поэтому я сказала Нике, что мне срочно нужно закрыть хвосты по учёбе и весь вечер придётся провести в библиотеке.

Подруга видела моё состояние и, хоть она и не понимала его причин, Ника пошла мне навстречу и отпустила без расспросов и попыток выяснить, что со мной случилось.

И за это я была ей безумно благодарна.

Весь вечер я провела на улице. Я сидела на лавочке у реки и смотрела на воду, пытаясь ни о чём не думать. Пару раз я и правда поймала себя на том, что нахожусь… на границе миров. Мозгу нужно было отключиться и, думаю, он просто брал своё.

Вернулась я в комнату практически перед отбоем. Ника сидела за домашкой, а я поняла, что опять её не сделала… А ведь со мной никогда такого не было.

— Как погуляла? — спросила Ника.

— Как ты узнала, что я гуляла?

Она посмотрела на меня со странным выражением лица.

— Миш, ты стоишь в куртке.

— А, точно, — всё, кажется, мне точно пора спать.

Я сняла куртку и села на кровать.

— Как поговорили? Что сказал Ваня?

Ника, позабыв про уроки, развернулась ко мне:

— В общем, — начала она. — Оказывается, друг Ваниного отца был заочно знаком с основателем этой школы! Ваня выяснил это случайно. На выходных тот пришёл к ним в гости, и Ванин отец обмолвился, что его сын интересовался этой темой. И, как оказалось – тот кое о чём знал.

— Ух ты, — удивилась я. — Неужто сарафанка сработала?

— Прикинь, — сказала Ника. — Но слушай дальше. В общем, выяснил Ваня, основатель был каким-то мегакрутым бизнесменом, но не особо публичным человеком. Изначально он вроде как вообще не планировал открывать никакую школу, но ровно до того момента, пока на аукцион не выставили эту усадьбу.

Ника посмотрела по сторонам, словно гордясь тем, что наша школа была когда-то дворянской усадьбой.

— Она была в ужасном состоянии и, чтобы привести её в более-менее нормальный вид, нужно было вбухать в неё кучу денег. Правительству это было невыгодно, поэтому её выставили на аукцион. Абсолютно невыгодный проект. И никакому здравому человеку не пришла бы мысль – выкупить её. Но вот что удивительно – когда её выставили на продажу, сразу же объявились два кандидата, которые тут же начали бороться за эту сделку. Суммы были баснословные, и никто из них не хотел уступать. И вот тогда-то этот бизнесмен и пообещал, что здесь будет школа, и за счёт этого выиграл торги.

— Серьёзно? — это было неожиданно. — То есть дело всё-таки в усадьбе…

— Ага. И вот буквально за несколько лет она была полностью отреставрирована и модернизирована.

— Получается, этому бизнесмену нужна была эта усадьба, потому что он, скорее всего, что-то знал о ней… Но вот что?

— Костя предполагает, что дело в подземелье. Скорее всего, Усмановы построили его не просто так. Для чего-то это было нужно…

— Вопрос – для чего? — протянула я.

— Может, здесь закопаны какие-то сокровища, а мы об этом не знаем?

— Думаешь тем, кто за этим стоит, нужны деньги? — удивилась я. — Очень в этом сомневаюсь.

— Сокровища – это не всегда про деньги, — пожала плечами подруга. — Или про оченьбольшие деньги.

— Ну да… А как, кстати, звали-то этого бизнесмена? Ваня это выяснил?

— Какой-то там Шумалов или Шувалов… не помню точно, — отмахнулась Ника. — Но догадайся что? Правильно, инфы о нём нигде, конечно же, нет.

— Конечно же, — усмехнулась я.

— Но, кстати, вот ещё, что интересно, — сказала Ника. — Место, идея школы, да вообще всё вплоть до дизайна принадлежало ему. Но знаешь, с кем он всё это проворачивал? Точнее, кто вместе с ним стоял у самых истоков?

— И кто же? — протянула я. — Только не говори, что математик.

— Пам, пам, пам, — Ника изобразила барабанную дробь. — Наш директор!

— А, ну это не удивительно, — протянула я. — Он же изначально проходил по всем бумагам. Слушай, Ника, а где этот Шумалов-Шувалов сейчас?

— Умер. Но это было уже давно.

— Странно всё это… Получается, он точно был в курсе того, что в этой усадьбе что-то есть. Для этого он её и брал, но ему, чтобы выиграть торги, пришлось открыть здесь школу… Возможно, это помешало его планам, и пришлось действовать скрытно. Потом он умер, но информации об этом нет даже сейчас. И при этом его дело продолжает жить… А что, если он вообще…

— Думаешь, он мог инсценировать свою смерть? — Ника догадалась, о чём я подумала. — Но… зачем?

Глава 12

Алекс смотрел на нас, не мигая. И я смотрела в ответ – прямо в его глаза. Глаза, которые я так давно не видела…

Осознание того, что, возможно, вижу его в последний раз, накрывало меня медленно и неотвратимо. Но я держалась. Держалась из последних сил – из упрямства, из гордости, из страха сломаться у всех на глазах.

Музыка закончилась, и я отстранилась от Кости. Он не замечал Алекса за своей спиной, и я была этому рада. Не хотелось бы, чтобы этот треугольник взглядов становился ещё острее.

— Ты в порядке? — тихо спросил Костя.

— Да, — с трудом сдерживаясь, кивнула я. — Спасибо за танец.

Я обогнула Костю и направилась к лестнице. Каждый шаг отдавался в груди тупым ударом. Проходя мимо Алекса, я не остановилась и даже не повернула головы. Только сильнее стиснула зубы и до боли впилась ногтями в ладонь, пытаясь заглушить физической болью ту, что разрывала изнутри. Лишь бы выдержать. Лишь бы продержаться ещё хотя бы пару секунд.

И как только он остался за спиной, внутри всё оборвалось.

Слёзы хлынули внезапно, горячо и неуправляемо. Сдерживать их больше не было сил. Ни сил, ни смысла. Внутри – только боль и пустота. Такая глухая и звенящая, будто кто-то вырвал из груди что-то важное и оставил зияющую дыру.

Я поднялась в комнату почти бегом. Ники там, конечно, не оказалась, и я, не раздеваясь, упала на кровать. Уткнулась лицом в подушку и разрыдалась.

Не знаю, сколько я так пролежала, но минуты тянулись как часы. Голова раскалывалась от слёз и напряжения, виски пульсировали. Мысли крутились по кругу, безжалостно возвращаясь к одному и тому же.

Я пыталась убедить себя, что это просто переезд. Что люди уезжают. Что жизнь продолжается. Пыталась дышать глубже, вставала и умывалась, возвращалась к кровати и била подушку – пыталась хоть как-то выплеснуть эту злую энергию, эту сводящую с ума панику.

Но легче не становилось.

В какой-то момент мне стало невыносимо находиться одной в этой пустой комнате. Тишина давила. Я ловила каждый звук в коридоре, надеясь, что Ника вдруг вернётся – за телефоном, за косметичкой, за чем угодно. Увидит меня и останется. Просто посидит рядом.

Но дверь не открывалась.

— Не могу так больше… — выдохнула я сквозь остатки слёз.

Наощупь нашла на тумбочке телефон и открыла диалог с Женей.

«Твоё предложение ещё в силе?» — набрала я, почти не думая.

Ответ пришёл мгновенно:

«Да, приходи в запаску) Все уже тут».

Я поднялась с кровати и пошла в ванную. Смотреть на своё отражение в зеркале было страшно – словно там была не я, а кто-то чужой. Размазанная тушь, покрасневшие глаза, припухший нос, красные пятна по всему лицу.

Включив холодную воду, я тщательно смыла всю косметику. Затем заново накрасилась, распустила волосы и переоделась в более удобное платье – короткое, лёгкое и не такое парадное. Сейчас мне было без разницы как я выгляжу, всё чего мне хотелось – хотя бы на секунду отвлечься от своих мыслей.

Выйдя из комнаты, я направилась вниз через правое крыло.

На первом этаже прошла до самого конца коридора, спустилась по узкой лестнице, миновала ещё один короткий проход с душевыми и туалетами. Дальше шли раздевалки и два зала – спортивный и танцевальный.

Стало понятно, почему ребята выбрали именно это место – играющую здесь музыку не было слышно из коридора.

Я толкнула дверь в «запаску» – и замерла.

Полумрак разрезали вспышки светомузыки. В центре танцевала толпа людей с мишурой на шеях. У стен стояли столы, заставленные бутылками и пластиковыми стаканчиками. Два парня, взяв на себя роль диджеев, колдовали над аппаратурой. Ещё двое стояли за импровизированной стойкой – играли в барменов, не иначе.

Все танцевали. Смеялись. Общались. И пили.

— Привет, — ко мне подошёл стоящий у входа парень и окинул меня внимательным взглядом. — Ты с кем?

Но не успела я ответить, как из танцующей толпы вынырнул Женя:

— Она со мной!

Парень молча кивнул и посторонился, давая мне пройти.

— Привет, — улыбнулся Женя. — Пойдём?

Не успел он договорить, как ко мне подошёл ещё один парень – с широкой улыбкой на лице и с пластиковым стаканчиком в руке – и сунул мне последний.

— Что это? — тихо спросила я у Жени, не отрывая взгляда от мутной жидкости.

— Лёгкое, почти сок, — усмехнулся он и, понизив голос, добавил: — Пошли к нашим.

Я понюхала жидкость в стаканчике – пахло сладко. Но стоило мне сделать глоток, как горло тут же обожгло – это был далеко не сок.

Женя усмехнулся и подвёл меня к своей компании. Там стояли Мирон, Крис, Ира и ещё несколько ребят, которых я хоть и видела в школе, но даже не знала, как их зовут.

— Это Миша, — представил меня Женя.

И начал по очереди называть имена.

— Даня.

— Лика.

— Арс, — последний парень представился сам и тут же протянул мне руку.

Видимо это тот самый Арс, который и устроил вечеринку. Я молча кивнула и пожала его руку. А дальше случилось чудо: Крис и Ира улыбнулись мне, почти дружелюбно – видимо на них так действовал Новый год – и я постаралась улыбнуться в ответ. Хотя, справедливости ради, последнее время наши отношения, на удивление, улучшились.

Не знаю, с чем это было связано, но никакой злости либо ненависти, исходящих от Крис, как это было раньше, я не чувствовала. Сейчас мы с ней спокойно могли перекинуться парой слов, обсудить что-то или даже подшутить над чем-то. Не думаю, что это был какой-то хитрый план с её стороны, но даже если и так – мне уже терять нечего…

— Бутылочка! — крикнул кто-то сзади. — Все сюда!

Толпа оживилась. Кто-то фыркнул, кто-то обрадовался, но так или иначе – все начали подтягиваться ближе.

— Пошли, — Женя в шутку толкнул меня плечом.

— Я пас, — отмахнулась я. — Посмотрю на вас.

Он недовольно прищурился.

В детском доме это была самая жёсткая игра. Там «бутылочка» никогда не была просто развлечением. Каждый, кто садился в круг, знал: отказаться от задания или соврать – значит потерять уважение. А потерять уважение – стать лёгкой мишенью.

Поэтому играли в неё только самые смелые.

Но парадокс был в том, что отказаться сесть в круг – тоже означало признать себя слабым. И никто не мог сказать, что из двух зол было страшнее.

Здесь же, наверное, все обстояло иначе. А впрочем – мне плевать.

— Ну ок, — кивнул Женя. — Но если тебя кто-то пригласит публично – не отказывайся, ладно? Тут такие правила.

— Хорошо, — кивнула я.

Парадокс – будь то детдом или элитная школа, люди, несмотря на внешнюю обёртку, остаются такими же.

Я отошла к стене, обдумывая пришедшую в голову мысль и наблюдая за тем, как недалеко от меня собирается круг – шумный, разгорячённый алкоголем, с полными предвкушения взглядами.

И именно в этот момент, стоило мне остаться одной, мысли об Алексе снова полезли в голову. Слишком навязчиво и безумно больно.

Может, и правда лучше не стоять в стороне?

Словно прочитав мои мысли Арс поднялся с диванчика и, оглядевшись по сторонам, нашёл меня взглядом:

— Мишель! — крикнул он сквозь музыку. — Сыграешь с нами?

Наверное, это знак. Отвлечься… Заглушить шторм внутри шумом, смехом и каким-никаким адреналином.

— Да, — кивнула я и подошла к кругу.

Стакан в моей руке был наполовину полон, но стоило мне сесть, как кто-то тут же наполнил его до краёв.

Парень, который всех собрал, начал объяснять правила. Они были простые и абсолютно понятные:

Выбираешь правду или действие. И если не отвечаешь на заданный вопрос или не выполняешь действие – пьёшь до дна.

— Поехали! — крикнул Арс, и бутылочка закрутилась.

— Правда или действие?

— Правда или действие?

— Правда или действие?

Эта фраза зазвучала почти без пауз.

Громкий смех, оглушительный свист, пьяные выкрики… Вопросы становились всё откровеннее, действия – всё смелее: выпить, станцевать, поцеловать кого-тои всё это миллионами разных способов. На фоне всего остального действия, типа: Показать свои счета, переписку, запросы в поиске, даже страницы в инкогнито, казались сущими пустяками.

Каждое действие было проверкой границ, каждый кон, каждый выпитый стакан – расширением этих самых границ.

И я прекрасно понимала – дальше будет только хуже, но пока меня это не касалось, я особо не задумывалась об этом. К тому же, мой стакан всё ещё был полон. И, что мне нравилось, эта игра и вправду помогала заглушить мысли…

— О, Миша! — выкрикнула Крис, и все лица тут же повернулись в мою сторону.

— Правда или действие? — спросил парень, который крутил бутылочку.

— Правда, — не раздумывая, ответила я.

— У тебя был секс с кем-нибудь в этой школе?

Видимо, из-за того, что бутылочка впервые указала на меня, вопрос был очень простой. Но я не хотела на него отвечать… И не потому что не знала, что ответить или боялась чужого мнения. Нет. Просто потому что этот вопрос заставлял думать об Алексе, а я уже не могла выносить этих мыслей.

Я поднесла стакан к губам и, закрыв глаза, выпила содержимое до дна.

— У-у-у, — раздалось из круга. — Ну что за облом!

— Да по-любому был, — выкрикнул какой-то парень. И с ним даже кто-то начал спорить, но я их не слышала, стараясь отдышаться – горло не то, что жгло, оно сгорало!

А когда глаза перестали слезиться, и я вернулась в здесь и сейчас, игра уже продолжалась. А мой стакан был снова полон.

В какой-то момент бутылочка указала на Арса, и он выбрал действие.

— Выбери кого-нибудь из круга, — заговорчески протянула девушка.

Этот вопрос означал, что действием будет либо поцелуй, либо что-то ещё более раскрепощённое…

Арс мельком прошёлся взглядом по кругу – мне даже показалось, что он это сделал просто для вида – и остановился на мне. Серьёзно?

— Мишель, — улыбнулся он и перевёл взгляд на того, кто крутил.

— Отлично, — усмехнулась девушка. — Арс, покажи на Мишель как нужно страстно целоваться. Как будто ты вернулся с необитаемого острова.

— Оу! — удивилась я. — Спасибо, конечно, но показывайте на ком-нибудь другом. Не на меня же бутылочка показала.

— Здесь такие правила, — спокойно объяснил Женя. — Если тебя выбирает тот, на кого показала бутылка, считай, она показала на тебя.

— А если я отказываюсь?

— Выпиваешь вместо того, на кого она указала, — пожал плечами Женя.

Сопротивление внутри меня моментально поднялось, но я не выдала его ни одним жестом. Я сама сюда пришла и сама села играть – так, что, будь добра, Мишель, играй по правилам.

— Так это читерство какое-то, — ответила я, в то время как Арс уже подходил ко мне ближе.

Арс был симпатичным, и, наверное, многие бы сейчас хотели оказаться на моём месте, особенно судя по некоторым недовольным взглядам девушек, но я не собиралась с ним целоваться. К тому же, я не в детском доме, и тут правила… лайтовее.

— Я пью! — выпалила я.

— У-у-у, скукота! — начали выкрикивать ребята.

— Ну ничего, посмотрим на тебя через пару стаканов, — усмехнулся кто-то.

Было ли мне до них какое-то дело? Не-а.

— Я тоже пью, — заявил Арс. Хотя по правилам он мог этого не делать.

— Ну тогда выпейте хотя бы на брудершафт, — предложила та девушка, что крутила.

Арс протянул мне руку.

— Только если без поцелуя, — произнесла я.

— Ладно-ладно, пока без поцелуя — улыбнулся он.

Я взялась за его ладонь и поднялась. Арсу подлили что-то в стакан, а мой и так был полон. Мы вышли в центр круга и, скрестив руки, прислонили стаканчики к губам. От Арса пахло алкоголем и сладким парфюмом.

Я сделала глоток и почти задохнулась от жгучего вкуса, но допила до дна.

Не успела я прийти в себя, как почувствовала чужие руки на своей талии. Арс уже наклонялся в мою сторону, но я тут же отшагнула и в следующую секунду влепила ему пощёчину – звонко, но несильно.

И судя по поднявшемуся гулу, толпе понравилось такое представление.

— Я же по-дружески, — с ухмылкой произнёс Арс.

— Я тоже, — скопировала ухмылку я.

Когда села на своё место, в круге раздалось:

— Лучше бы поцеловались! Всяко приятнее…

— Просто кое-кому нужен мастер-класс по страстным поцелуям, — протянула Крис.

— Вот выпадет на тебя – и дашь, — парировала я.

Бутылочку теперь крутила я. Крис сидела напротив, и я примерно понимала, как задать направление. Иллюзий не строила – даже с опытом детдома это всегда лотерея.

Но бутылка замедлилась… и остановилась ровно на Крис.

Я удивилась, но виду не подала. Зато остальные взорвались одобрительными криками.

— Правда или действие? — спросила я.

— Действие, — не задумываясь ответила Крис.

Я невольно отметила её смелость.

Придумывать ничего не пришлось – оставалось лишь выбрать партнёра.

Последнее время я замечала, что Крис была чем-то встревожена. Ника говорила, что они с Мироном поссорились. А я видела или мне казалось, что между ними что-то есть. Что-то настоящее и искреннее.

Может, это глупо. Может, я лезу не в своё дело. Но… вдруг сработает?

— Покажи мне мастер-класс, — сказала я, глядя ей прямо в глаза. — Выпей на брудершафт с Мироном. И стра-а-астно поцелуйтесь.

В её взгляде я не заметила раздражения. Только короткий победный блеск – будто я своим заданием попала прямо в точку.

Мирон же, в отличии от меня, не стал отнекиваться. Да и, честно говоря, здесь вообще мало кто отказывался от заданий и от ответов на вопросы. Просто если люди были в отношениях, их подобным не мучали.

Тем временем Крис с Мироном вышли в центр, переплели руки и, глядя друг другу в глаза, начали пить.

Когда стаканы опустели, они подошли вплотную друг к другу и поцеловались.

Их поцелуй был горячим, живым, с накопившимися эмоциями. Я даже засмотрелась на эту страсть между ними, на это живое чувство. Их поцелуй отличался от всех, что сегодня здесь были.

— Уууу! — прокатилось по залу.

— Всё, хватит! — засмеялись из круга. — Остановитесь!

Крис с Мироном с явной неохотой оторвались друг от друга, и Крис с довольной улыбкой вернулась на место.

— Учись, — протянула она, садясь обратно.

Это не прозвучало высокомерно, поэтому я просто усмехнулась и покачала головой.

Дальше бутылочку крутила Крис. А за ней и другие. На меня она не выпадала, и я была этому только рада. Голова уже ощутимо кружилась, в теле разливалось тяжёлое тепло.

Некоторые задания, а точнее их исполнениябыли действительно смешными: станцевать на стуле, заказать в школу хор Турецкого, рассказать самый нелепый случай с учителями, позвонить родителям и подшутить над ними. Круг то и дело взрывался смехом.

На секунду мне стало даже легко.

И тут бутылочка снова указала на меня.

— Правда, — ответила я. На действии бы точно пришлось пить.

— Тебе нравится кто-то из школы? — спросила девушка напротив.

Сердце вздрогнуло, но лицо осталось спокойным.

— Да, — уверенно ответила я.

— А он здесь?

Я с трудом выдавила из себя улыбку.

— Это уже второй вопрос.

В круге засвистели и начали возмущаться. Но я не дала им развить тему и крутанула бутылку снова.

Парню, на которого она указала, придумать задание мне помогли – он выложил пост: Поздравьте, скоро стану папой!Не прошло и пары секунд, как ему позвонила мама, и он под оглушительный смех ребят добрых пять минут убеждал её, что это всего лишь шутка.

Когда он закончил, кто-то крикнул:

— Эй, народ, давайте перекур!

Компания разбрелась кто куда. Я вышла из зала просто подышать. В коридоре было тише, прохладнее. Голова же кружилась всё сильнее.

Я прислонилась к стене и закрыла глаза на несколько секунд.

— Спасибо, — раздалось сбоку.

Я посмотрела направо – Крис, как и я, привалилась спиной к стене.

— За что? — протянула я.

— Ты же специально дала мне задание с Мироном.

— Не, — усмехнулась я. — Совпало.

Она хмыкнула в ответ, но спорить не стала.

Некоторое время мы молча стояли и смотрели куда-то вдаль. Из зала доносились басы, смех, чьи-то крики.

— Насчёт видео можешь не париться, — произнесла я. — Его никто не видел и… я удалю его.

— Твоё дело, — абсолютно легко, без капли злобы, ответила она. — Только мне скинь. Сохраню на память свой первый раз.

— Первый раз? — удивилась я.

— Ага, — усмехнулась она. — И благодаря тебе – он стал незабываемым.

На этот раз уже рассмеялась я.

— Тогда должна будешь, — протянула я.

Крис толкнула меня в плечо, и мы снова замолчали, уставившись каждая перед собой.

— Ты сказала, тебе нравится кто-то из школы, — наконец произнесла Крис. — Это Алекс, да?

Я не стала поворачиваться на неё, чтобы она не увидела мой взгляд.

— С чего ты взяла? Мы с ним расстались.

Я старалась, чтобы голос звучал ровно.

— Просто вижу, — спокойно ответила Крис.

И вдруг добавила:

— Напиши ему.

— Не могу, — покачала головой я. Даже думать об этом было больно. — Там всё сложно.