Тот свет

В Раю все знают друг друга, все говорят на одном языке, как до Вавилонского столпотворения. Все смиренны, считают себя ниже других, все любят и ощущают любовь. Здесь ни у кого нет греховных мыслей и тем более не бывает плохих поступков. Нет повода ненавидеть, завидовать, раздражаться. Нет материальных устремлений, потому что не нужно заботиться о пропитании, передвижении, жилище. Ефрем Сирин, один из известнейших богословов, считал, что праведников в Раю питают ветры. Получая такую духовную пищу, люди не имеют заботы о желудках. Предположение небезосновательное. Однако мы знаем, что райские деревья беспрерывно плодоносят, и, когда одни плоды опадают, тут же созревают другие. Только ли для украшения они появляются? Если люди имеют ТАМ жилища, как привыкли к этому в земной жизни, то, возможно, вкушают райские плоды ради поддержания своих пусть и духовных, но всё же организмов. Ведь душа — это не воздух, не вакуум, и уж тем более она не обладает совершенствами Бога, который не нуждается ни в чём.

Чего нет привычного в Раю, так это семьи. Никто не женится, не выходит замуж, не рождает детей. Там единое человечество, и все — дети Божии.

Каковы занятия душ в горнем Царстве? Конечно, никто не лежит целыми днями на травке и не загорает. Это быстро надоело бы самому закоренелому бездельнику, а такие в Рай не попадают. Но некоторые из моих читателей скажут: если на Небе есть всё, значит, там нет никаких дел. Но ваше «есть всё» относится к материальному плану. Это на земле мы большую часть своего времени посвящает заботам о теле: работаем, чтобы напоить, накормить, согреть, развлечь его. Многие ли из нас регулярно ходят в церковь, читают перед сном Евангелие? Или хотя бы слушают качественную музыку, смотрят документальные фильмы о святых угодниках своей родины, беседуют с детьми об их делах и проблемах? Вряд ли. На земле у людей сложился значительный и опасный перекос от жизни ради души к жизни ради тела. А потом мы отдаём тела, на которые потратили столько сил и времени, могилам, и оказывается, что душа, хоть и вечная, но за семьдесят-восемьдесят лет земной жизни не наполнилась ни положительными чертами характера, ни воспоминаниями о добрых делах, ни пониманием мироустройства. В общем, осталась пустой.

Получается странное противоречие. С одной стороны, человек мечтает о райском блаженстве, покое и отдыхе, жизни без болезней, страданий, без постоянных материальных забот, стрессов, необходимости ежедневно ходить-ездить на работу, подчас скучную и ненавистную. С другой — боится, что в Раю ему будет тягостно, что там предсказуемость и однообразие. Понимая такое заблуждение, великий русский философ Бердяев указывал, что для правильного восприятия небесной жизни надо отказаться от понятия времени. Ведь ТАМ его нет. ТАМ вечность. Поэтому внешнее движение жизни человека во времени и пространстве заменяется на движение внутреннее, духовное.

Во-первых, оказавшись в высшем мире, человеческая душа начнёт испытывать блаженство — особое состояние, которое невозможно объяснить земными понятиями и хоть как-то уяснить. Наверное, если сложить воедино все наши радости, открытия, восторги, вдохновения, самые счастливые часы за всю земную жизнь и умножить на сто, то это будет что-то похожее на блаженство. «Похожее», потому что счастье — состояние земное, а блаженство исходит от Бога. Но это ещё не всё. В зависимости от степени духовного развития на земле различается и степень блаженства, которую получает человек, вступив в небесные сады. У праведного эта степень одна, у святого, конечно, более высокая. Внешне это незаметно. Никто не знает, что испытывают другие. Но когда человек в Раю совершенствуется в своём духовном развитии, он ощущает всё новые и новые волны блаженства, в которые погружается. Ощущает и понимает, что сделал ещё один маленький шажок на пути к Богу. Какая скука, какое однообразие?!. Каждому захочется подняться выше в постижении Высочайшего. И это вечный путь, потому что Бог несоизмеримо совершенен. Конечны наши земные дела, для них всегда есть какой-то потолок. Вот это как раз скучно. Для «дела» небесного потолка не существует. Вот вы ощущаете себя абсолютно счастливым, сияете любовью ко всему миру и ко всем в мире, сами впитываете лучи любви, вы — в океане блаженства. Но тут подступает что-то новое, охватывает таким, что никогда не испытывалось, как будто сам Бог приблизился к вам, невидим, и вдохнул такое состояние, что, если б у вас в груди было то, человеческое, земное, сердце, оно остановилось бы, не выдержав обрушившегося на вас счастья.