Сочинение на вольную тему. Книга 2

- Товарищ младший сержант, я отношусь к Вам с большим уважением и не скрою, заслуги Ваши перед Родиной очень большие, вы показали себя очень дисциплинированным и исполнительным человеком и являетесь самым почётным солдатом гарнизона, поэтому командование решило Вас наградить отпуском в пределах гарнизона в течении 7 дней с пятого числа, но главное, это праздничный концерт, будет серьёзная борьба и нужно будет выступить достойно. И ещё, мне бы не хотелось,

чтобы потом приезжала мама Вашей невесты и не предъявляла мне претензий!!

- Товарищ капитан, за концерт можете быть спокойны и за маму тоже, она моя невеста и мама в курсе её поездки и ещё – служу Советскому Союзу!!! Разрешите идти?

- Идите, только сейчас зайдите к секретарю, и получите отпускное свидетельство.

- Есть!!! – На крыльях счастья Жорка полетел к секретарю, получил отпускное, Анатолий ждал его в штабе и вместе они отправились в роту.

Жорке не верилось, что так всё быстро решилось в его пользу, но на Зою он обиделся за такую неожиданность, другое дело жена едет, а тут невеста – кот в мешке какой-то.

- Жорик, ты не переживай, неделю поживёте у меня, думаю что трёхкомнатной квартиры нам всем хватит, я Наташке говорил, она не против.

- Да ты что старшина, у вас двое детей, мне неудобно перед тобой, давай попробуем сначала квартиру снять, а если не понравится, то перейдём к тебе.

- Хорошо, попробуйте, но лучше не пробовать, ведь я тебе тоже многим обязан, с тобой у меня началась райская служба, мы с тобой объездили пол страны, ты мне теперь как брат!!

- Мне приятно это слышать и ты хороший брат, ты надёжный человек, помогаешь мне и ансамблю во всём, я думаю, что вопрос жильем мы всё-таки решим. - Они пошли в посёлок и очень быстро нашли квартиру, комнату сдавала женщина с ребёнком и быстро договорившись, отправились в часть. Оставалось завтра встретить Зою, но это уже будет отпуск, а сегодня Жорка провёл генеральную репетицию и довольный результатом после ужина сделал отбой, предстояло много работы. Утром дал распоряжения музыкантам, что бы не расслаблялись и со спокойной душой вместе с Анатолием поехали на вокзал. Никогда в своей жизни Жорка не ждал так прибытия этого поезда, на протяжении нескольких месяцев творились в его жизни чудеса, но это чудо было главным. Она вышла из вагона с двумя сумками, в красивом пальто с песцовым воротником, в общем, одета как картинка. Быстрым шагом он подошёл к ней, обнял и поцеловал, потом просто высказал ей свою позицию:

- Зоенька, я безумно счастлив, от того, что ты приехала, у нас с тобой будет семь дней, но так неожиданно приезжать нельзя, а если бы меня не отпустили к тебе, здесь же секретный район, его даже на карте нет, и что бы мы тогда с тобой делали?

- Разве ты не рад моему приезду?!! – в недоумении спросила она – я так старалась, я так соскучилась, я так люблю тебя, я не могу без тебя!!! – почти выкрикнула она.

- Просто ты не хочешь понимать, что здесь я не свободный человек и всё зависит от настроения командиров, но я не просто доволен, я безумно счастлив от того, что ты здесь и я очень тебя люблю!!!!

- Хватит тебе Жора издеваться над девчонкой, она столько проехала, тебе нужно гордиться её приезду и вообще она умница и красавица, а ты жлобоватый солдафон, так что равняйсь, смирно, вперёд и с песней!!!

Зоенька успокоилась и на маршрутном автобусе они поехали в посёлок. Зашли в магазин, купили разной еды и бутылочку водочки, на прощание Толик сказал:

- Не забудь, лучше вам будет у меня, так, что ждём вас.

Хозяйка квартиры встретила их доброй улыбкой. Таких квартир в посёлке было много, ведь к военным часто приезжают родственники, а гостиница не всегда вмещает всех желающих. Они вошли в чистую, ухоженную, двухкомнатную квартиру, в ней проживали хозяйка с дочерью - школьницей. Хозяйка была ещё молодой и неизвестно почему не было хозяина, это сейчас и

неважно было. Квартиранты разделись и прошли в свою комнату, а потом сразу решили пообедать, а дальше жизнь покажет, чем заняться. Обедать сели вчетвером с бутылочкой, под рюмочку разломили тушку жареной крицы, досыта наелись и хозяйка с дочкой отправились по своим делам, оставив квартирантов одних, а они время не стали терять. Проголодавшись друг по другу, даже не полностью раздевшись, они опять, как и летом, поплыли по волнам любви, оба дрожали от прилива чувств, но дело своё знали, так здорово, когда в таком плаванье присутствует обоюдная любовь. Заплыв получился не долгим, всего минут 10. Они оделись, налили по рюмке выпили, закусили, теперь уже разделись совсем и на кровати, на белых простынях, под томные стоны и глубокие вздохи спокойно поплыли дальше, меняя позы, он опять видел её голую, а она его. Казалось, что обоюдным ласкам не будет конца. Грудь разрывалась на части от переизбытка чувств, теперь плыли долго, но всё равно приплыли, отдышались, оделись и только вышли на кухню, как пришли хозяйка с дочкой. Хозяйка делала вид, что всё путём, а дочка была ещё маленькой, что бы догадаться, поэтому женский коллектив дружно начал готовить ужин, а Жорка уселся смотреть телевизор и не верил, что только – что всё было совсем по-другому и улыбался сам себе лёгкой мечтательной улыбкой. Ему хотелось выпить, а водочки оставалось совсем немного, но он терпел. Когда был приготовлен ужин и все стали садиться за стол, то хозяйка откуда-то достала целую бутылку водки и сказала:

- Это от меня, мне нравится ваша компания, молодые красивые люди, сразу видно, что вы любите друг – друга, я за вас очень рада, предлагаю выпить за любовь, так за столом начались задушевные разговоры, эта бутылочка опустела, допили и обедний остаток, потом чай и отбой. Влюблённые закрылись в своей комнате и как-то неожиданно приступили к своим амурным обязанностям, вот только теперь они услышали, что не сильно, но по предательски скрипит кровать и им пришлось выбирать позиции, что бы она не скрипела, но самая лучшая позиция получилась на полу, они сбросили своё ватное одеяло и дело пошло уже без скрипа. Когда же всё закончилось, то они завалились на кровать и дружно заснули. Проснулись рано и хозяйке сказали, что уходят к друзьям, иначе они обижаются. Расплатились и пошли к Толику. Сегодня нужно было постараться изо всех сил. Концерт начинался в 16 – 00 часов, а поле него переноска аппаратуры в танцевальный зал, если победить, а если не победить, то грузить аппаратуру в машину и ехать в роту. Музыкантов собралось много, только от строителей три коллектива и четыре от ракетчиков. Два коллектива были однозначно фаворитами и во всех у них музыканты имели разное музыкальное образование, в отличии от Жоркиной команды, а поставили их выступать предпоследними и они видели и слышали со сцены как работают другие, постепенно накапливалось сомнение в триумфе, да и волнение преобладало. Жорка успокаивал своих парней, и они вели себя спокойно. Через пару часов подошла их очередь. Конферансье стал объявлять их коллектив, и они вышли на залитую светом сцену. Зал был очень большой на 1000мест, покатый пол с уклоном к сцене, свободных мест не было, в проходах тоже стояли зрители. Зазвучала музыка и она отличалась от предыдущих исполнений, с каждой песней аплодисменты становились всё насыщенней, заключительная песня была самодельной и ни кому не известной. Её сочинил Жоркин друг Кобзарь, когда сам служил в армии. Эта песня была настолько пропитана патриотизмом и любовью к Родине, что аж мурашки шли по коже, когда она звучала, причём куплет шел в стиле – блюз, а припев в стиле – марш, приведу вам последний куплет и припев дословно:

Куплет – Пусть в веках процветает она, необъятная наша Держава

Мир и счастье пусть будут всегда, нашим людям и партии слава!!!!!

Припев – Я хочу, что бы знали все люди, те кто верит, дерзает и любит.

Мы на страже своих рубежей, мы за мир на планете своей!!!

А когда прозвучали слова про партию, то весь зал встал и припев, до самого конца песни звучали аплодисменты. Это был настоящий триумф. Толик с Зоей тоже были в зале и слушали весь концерт, Наташа, жена его осталась с детьми, но из за яркого света Жорка не смог разглядеть их, но он точно знал, что они в зале и это прибавляло ему сил. Аплодисменты были долгими, но на бис нельзя было петь, не то мероприятие. Последняя группа выступала, ярко, но такой реакции у зала уже не было. Решение жюри было однозначным, все голоса были отданы вокально – инструментальному ансамблю «Россияне», то есть Жоркиному и танцы озвучивать предстояло тоже им и здесь музыканты приготовили ещё один сюрприз, с разрешения начальника полит отдела они должны были спеть три песни из репертуара западных рок – групп. Подполковник сначала задумался, а потом сказал:

- На наш фестиваль и вечер отдыха мы не приглашали англичан, а наши военнослужащие, скорее всего дословно переводить слова их песен не могут, поэтому я думаю, что можно исполнить, разрешаю.

И он поступил очень правильно, первая песня была из репертуара группы « Дип Пёрпл», вторая песня из репертуара группы « Юрай хип», она называлась «Июльское утро», третья песня из репертуара группы «Битлз» - «Естудэй». Аппаратуру быстро перенесли в танцевальный зал, подключили, поднастроили, Зоя вместе с Анатолием была уже рядом, что очень вдохновляло Жорку, да и музыканты частенько поглядывали в её сторону. Поглядывали не только музыканты, а и многие офицеры с неприкрытым вниманием разглядывали Жоркину девочку, она резко выделялась из всей этой женской компании, но она находилась рядом с Жоркой и его охватывала бесконечная гордость, как обладателя такой девчонки.

- Жора, в этот раз ты побил все свои рекорды на сцене, я не верила своим ушам, что это играете и поёте вы, если бы ты слышал, что о вас говорили в зале? Главный вопрос беспокоил всех – откуда взялись эти «Россияне»?, а потом уже и другие всякие домыслы, а когда вы подняли со своих мест весь зал, то это было что-то.

- Вот видишь моя прелесть, когда очень стараешься, то всё получается по-настоящему, а главное здесь – дисциплина, на гражданке очень редко на репетициях бывает весь состав, у всех свои причины и это не музыканты, просто рисовщики, ты же помнишь сколько у нас было таких? Музыкант это тот, кто уважает свой коллектив, у кого музыка на первом плане и в Пугачёве в нашей «Радуге», таких было трое: Семён, Кобзарь и я, это был костяк, остальные приходили и уходили, а мы всегда оставались, поэтому и первые были всегда. Стоило мне уйти в армию, как «Радуга» спустилась на третье место, но вот увидишь, мы всё это исправим.

Разговоры разговорами, а пора начинать танцы, Жорка разрешил ей танцевать, если пригласят и первый пригласил её ротный. Сам по себе красавец мужчина и она красивая девушка, получилась очень красивая парочка, очень привлекательный объект для внимания. Где то через час решили спеть первую западную песню. Ценителей западной музыки в зале было очень много и как только заиграли вступление, то снова пришлось испытать на себе удивлённые взгляды. Таким образом, без перерывов они отыграли с 19 – 00 до 21 – 00 часов. Во время работы к Жорке подходили офицеры и интересовались, какое музыкальное учебное заведение он заканчивал? Он всем отвечал и очень правдиво, что он слухач – самоучка, такой ответ вызывал ироничные улыбки на лицах интересующихся, скорее всего они не верили его словам. На танцах были и гражданские, скорее всего старшеклассники мальчишки и девчонки, они подходили поближе и с любопытством разглядывали музыкантов, а музыканты на совесть делали свою работу и это был настоящий триумф. Реклама получилась отличная, теперь весь посёлок в количестве сорок тысяч человек, знал про них. По окончании танцев собрали и погрузили аппаратуру, музыканты отправились в роту, а Жорка, Зоя и Толик пошли ночевать на новую квартиру к Толику. Жорка конечно сильно волновался, а сейчас он расслабился и ноги были ватными. Наташа ждала их, она приготовила сытный ужин и конечно же с бутылочкой. Они выпили, закусили, сразу всех впечатлений невозможно было высказать, это выступление на долгое время осталось в памяти всего населения гарнизона. Для Жорки это было обычное выступление, только очень хорошего качества, а людям оно очень запало в душу, да и песни были очень задушевными. Результат сказался утром 8 ноября. Произошло очередное построение роты и командир объявил, что в честь праздника двоим членам ансамбля объявлен отпуск: сержанту Саше с выездом на Родину, а младшему сержанту Жорке отпуск в пределах гарнизона, всем остальным участникам – благодарность от начальника управления строительства, а это значит, что после следующего выступления ещё двое поедут в отпуск. Даже находясь в отпуске, Жорка забегал в роту, проведывал своих музыкантов, но ненадолго. Они жили у Толика, Наташа сдружилась с Зоей, со стороны казалось, что это давнишние подруги. Влюблённые брали жизнь сполна, условия были прекрасными. Зоя привезла с собой много денег, поэтому все расходы на питание оплачивала она, но отпуск очень быстро пролетал и вот снова перрон. Но только теперь печальный, уж очень не любил Жорка провожать, а уж любимую и подавно, на глаза наворачивались слёзы, а комок в горле он настойчиво глотал. На прощанье поцеловались, он проводил её в вагон до места, вышел, помахал рукой и поезд тронулся. Сразу всё перевернулось и солнечный день стал казаться каким-то мрачным. Жорка давным – давно перестал верить в любовь, после того, как его предала первая девочка, она перечеркнула всё, что было свято, наплевала в душу и после того, как он бросил её, он сделал свои выводы, уж если такую любовь она предала, то значит её нет вообще. После этой девушки у него было много девушек и женщин, все они ему нравились, но ближе этого к своему сердцу он ни одной не подпускал. Даже с таким отношением расставаться было тяжело, но подходило время, когда нужно было принимать решение, и он расставался, а камень на душе надолго оставался, потом с появлением новой пассии он быстро уменьшался и дальше совсем исчезал. Доводы были простыми – не собирался он жениться. Все без исключения его сверстники, уже давно были женатыми и имели некоторые по два ребёнка, а он всё никак не мог созреть, а тут ещё и армия, а после неё мировоззрение полностью меняется, а тут попалась эта глазастая со своей любовью до самопожертвования и он влюбился как пацан, сразу забыл всех своих девчонок. Сейчас, стоя на перроне, он чувствовал какую-то незавершённость, им нужно было здесь подать заявление и расписаться, эта процедура заняла бы совсем немного времени, но подумал он об этом только сейчас. Ему стало некомфортно, медленным шагом он направился к автобусной остановке, отпуск заканчивался завтра утром и он, уже в посёлке, зашёл кинотеатр на дневной сеанс, купил билет на какой-то фильм, ему нужно было скоротать время, уселся на последнем ряду и погрузился в свои грустные мысли. Тоска, печаль и грусть собрались в одну кучу и не хотели расходиться, какое-то предчувствие не давало ему успокоиться. Кино закончилось, уже собирались сумерки, он зашёл в магазин, купил две бутылки водочки, колбасы, сыру, конфет, лимонаду и пришёл домой к Анатолию. Его семья была в сборе, Жорка выставил из сумки покупки и попросился на ночлег хотя бы на полу.

- Жора, ты что, с ума сошёл? Будешь спать в зале на диване, ну ты молодец, додумался.

Этот вопрос был решён, и компания приступила к ужину. Водочка приятным огнём обожгла Жоркину душу, разлука как-то откатилась куда то назад, а её место стало занимать любимое веселье, как то сам по себе в его мятежной душе возник упрёк – Жорик, забудь всё плохое, с тебя же все берут пример, ты такой весёлый, компанейский человек, ты поймал удачу за хвост. В твоей душе больше нет места негативу и не забывай, что утро вечера мудренее. Он тут же взял себя в руки, водку они не допили. Ему постелили на диване, он лёг и отключился, а в пять часов утра Толик сыграл подъём, они попили чай и отправились в роту. Казарма встретила его спокойно, без эксцессов, просто в конце октября на дембель отправились осенние старики – солдаты, в этом их призыве их было всего человек десять, в их числе два сержанта, один из них подонок Аркашка. Всё это время он вёл себя тише воды и ниже травы, совсем не узнать было всегда весёлого Акелу, но Жорка и Анатолий слово сдержали и не рассказали ни кому, о том, какой на самом деле гнилой оказался этот сержант. Гораздо позже всё-таки пришлось рассказать, но это было уже не актуально. Просто в день их отбытия Жорка отправился в караул, что бы не видеть его наглую рожу. Новый призыв должен был подойти после карантина и присяги в середине декабря, поэтому была небольшая напряжёнка с кадрами и в музыканты, как и все стали нести службу в усиленном режиме, до пополнения оставалось немного больше месяца. А тут, во второй половине ноября, Жорку срочно вызвал в канцелярию командир роты и спросил:

- Жора, тут создалась какая-то непредвиденная ситуация, представляешь из самого полит отдела дивизии поступила просьба – приказ, что бы ты со своими музыкантами, позанимались с квартетом девушек десятиклассниц. Они в своей школе к новогоднему балу готовят свою программу, и хотят исполнить три песни на английском языке. Для этого у них есть пластинка, они принесут её с собой. Как ты на это смотришь, сможете вы им сыграть или нет?

- Товарищ старший лейтенант, сыграть не трудно, вот только где нам с ними заниматься, ведь мы в казарме, а здесь сами понимаете, в свободное время ходят кто в чём, кто в кальсонах, кто в трусах, не все конечно, но такие обязательно будут, тут как быть? На КПП я их вечером встречу, после репетиции провожу до КПП, а вот с казармой нужно подумать.

- Думать нечего, на время прибытия и убытия женского коллектива помещение побудет немного пустым, вот и всё. Главное это выполнить эту просьбу, ведь они наши заказчики и мы работаем на них, всё у нас должно быть по-братски. Связь будете держать по телефону, вот номер, так, что созванивайся и завтра же приступайте.

- Есть товарищ старший лейтенант!!!

Такое известие очень обрадовало музыкантов, далеко не всем солдатикам удаётся в процессе службы пообщаться с девушками, но как говорится. Ближе к делу. В музыкалке был наведён идеальный порядок и Жорка пошёл встречать. Он ещё не верил, что такое вообще может быть. Он представлял себе, какая будет буря эмоций, когда об этом узнает Брас, первое, что он сможет об этом сказать, это то, что комендантскую роту превратили в публичный дом, но пока всё ещё как бы в тайне, можно было не сомневаться, этот вопрос решался на самом высоком уровне и Брас – слишком маленькая сошка, что бы влезать в это дело, но гавно в нём кипело от собственного бессилия и в порыве гнева он орал на всю комендатуру в Жоркин адрес:

- Вот устрица!!! Это же самая настоящая устрица!!! Такой же скользкий как устрица!!! Он уже два раза побывал в отпуске, а говорил, что: «Я дурак, я ни чего не помню…..», вот вам и дурак, это мы все дураки, а он устроил из роты клуб, а теперь и баб туда привёл!!!!

В те времена кричать так было категорически нельзя, кто-то сразу донёс на него начальнику управления строительства, и его сразу вызвали на ковёр и потребовали объяснений, сказав ему, что эти бабы являются детьми офицеров ракетной дивизии стратегического назначения, а одна из них – дочь начальника полит отдела дивизии и очень непонятно, кто приказывает, полковник или прапорщик?

- Вам товарищ прапорщик должно быть известно, что это младший сержант создал профессиональный ансамбль и уже второй год им руководит, Вы хоть знаете, что на армейском фестивале они победили всех? Вы не можете не знать, что службу свою они несут на ровне со всеми, а занимаются музыкой в свободное от службы время, таких солдат нужно беречь.

- Виноват, товарищ полковник, об этом я не знал.

- Вот теперь знайте, мешать этим ребятам недопустимо и повторение подобных инцидентов тоже недопустимо!!!

Вот это командир!! Не зря его уважали все, от рядового солдата, до генерала. Но эта гнида не успокаивалась, он потихоньку стал травить на музыкантов помощника коменданта, лейтенанта Мишу, который скучал в своём кабинете от безделья, а тут такой конфликт, из за каких то там музыкантишек, такого человека насадил, ни кто – нибудь, а самый главный начальник. Миша по своей натуре, не далеко ушёл от прапорщика и решил проявить солидарность, он и раньше с презреньем относился к музыкантам, а тут подвернулся случай. Он очень быстро подключил к этому ротных стукачей, что бы они сливали весь негатив про ансамбль. Жорка, знал о развернувшемся геноциде, но поделать ни чего не смог, а просто предупредил всех свих музыкантов и скорее всего они поняли его. Подступал новый 1978 год, девчонки оказались очень талантливыми. Программу сделали быстро и ка всегда на хорошем уровне. Девчонки были без комплексов, всегда на репетиции с собой чего - нибудь вкусненького, однажды даже предложили вина, но Жорка запретил им даже думать об этом, тут же везде уши, поэтому сердца молодых людей постепенно сближались, в свою очередь девчата предложили после нового года дружно сходить в кино, но это было похоже на небылицу, нужно было просто дожить. Оставалась одна репетиция и через день новогодний бал в школе. Репетиция прошла успешно и ка всегда Жорка пошёл провожать девчонок, через территорию теле. Центра, до самой окраины посёлка. Здесь уже улицы хорошо освещались и он немного стоял, пока они удалялись, а потом быстренько уходил сам. В этот раз на окраине стоял чей-то УАЗик с работающим движком, но в кабинке кто то был. Жорка как всегда довёл девчат до границы. Развернулся и пошёл назад. По приходу в казарму у него из головы не выходил этот УАЗик. Он прошёл в музыкалку и попросил записать номер телефона Томы, дочери начальника полит. отдела. Ночь прошла спокойно, но сразу после завтрака, Жорку срочно вызвали в комендатуру, предчувствие его не обмануло, он сказал своим музыкантам, что если он долго не вернётся, спросить у ротного, и если его посадили, то сразу звоните по телефону Томе. Все всё поняли. В комендатуре его ждали Брас с ехидной улыбочкой на бульдожьей морде и его теперь уже союзник – лейтенант Миша:

- Ну что товарищ младший сержант, Вы оказывается у нас самовольщик, на Вас поступил рапорт от офицеров другой части, что вчера Вас видели в компании женщин на окраине посёлка, на основании этого, от лица помощника военного коменданта, объявляю Вам трое суток ареста.

Жорка не стал ни чего говорить в своё оправдание, всё было на руку его противникам, они уже были уверены в том, что дни музыкантов сочтены и что наконец то они отправят Жорку на самую дальнюю точку. Брас уже не фигурировал в этом деле, он понимал, что его не погладят по головке, а Миша шагал уверенным шагом к славе и к новым звёздочкам на погонах. Жорку сразу закрыли в одиночную камеру, а ребята сразу узнали, что его посадили. Ротный уточнил у музыкантах об этой посадке и тут же стал узнавать , что и как, а ребята дозвонились до Томы и обо всём ей рассказали. Тома спокойным голосом ответила:

- Хорошо, что вы мне сказали, сейчас буду решать вопрос.

Она тут же позвонила папе и всё закрутилось. У Жорки появилось свободное время для раздумий, а подумать было о чём. После отъезда Зои, он получил от неё телеграмму, о её приезде домой, после этого получил письмо, после долгой паузы, было ещё одно письмо, из которого он понял только то, что она очень скучает, что настроение очень плохое, но всё равно она верит, любит и ждёт, а для Жорки это самое главное.

Глава 7.

Жорку сейчас волновал один вопрос, почему молчит Зоя, неужели она его бросила? Он писал ей, невзирая на её молчание, но ответа не получал. Сегодня уже 31 декабря и через несколько часов будет новый год, а она так и не поздравила его, в отличии от него. Всё это не укладывалось в голове, а верить в её измену после таких клятв, очень не хотелось. С другой стороны после триумфального выступления, у него появилось очень много знакомых молодых офицеров, которые наперебой хвалили красоту его девчонки и все, как один как бы невзначай бросали: «Обычно такие красавицы не ждут своих солдатиков!!», на что Жорка отвечал, что красавицы и офицериков своих тоже не ждут. Что в их городе находится полк, четвёртый курс лётного училища, так вот офицеры как и все встают рано и сразу залазают на своих жён, что бы быть первыми. Неприятно слышать такое от солдата, но как граждане своей страны в таком словестно – психологическом состязании они имеют общие права и обязанности, невзирая на субординацию. Можно было заехать в репу, а это мы все понимаем, встать – суд идёт. Они это тоже прекрасно понимали, поэтому спокойно расходились. Могла быть и другая причина.

У Жорки после приезда и отъезда Зои, появилось много завистников, невзирая на чинны и звания, очень многие считали, что музыкой занимаются лодыри и те, кто не хочет служить. Ну что там такого, играй себе на балалаечке, да пой песенки и за это тебе всё, а другим ничего, ведь это несправедливо, а то, что служат они наравне со всеми, то это незаметно совсем. Почтальоном в роте был неизменно украинец, со вкусной Фамилией – Сало, он был всегда молчаливым из редка улыбался, но своё значение осознавал, а на Жорку всегда смотрел завистливо – лукавым взглядом. Почему то сидя в камере, Жорка вспомнил про него и про иронию в голосе в последнее время. Жорка прекрасно знал, что особый отдел читает входящие и исходящие письма, но так, что бы уничтожать их, такого просто не было никогда, если что-то подозревалось, то солдата вызывали, проверяли и если что-то находили, то уже не отпускали, а значит если это Сало, то не пойманный не вор. И теперь оставалось последнее, что же будет с новогодним балом, неужели всё пропало? За время репетиций Жорка изучил девчонок, главарём в этом коллективе безусловно была Тома, она не скрывала это перед другими, а так же она ещё и не скрывала своей симпатии к Жорке. Он это замечал, но о каких то отношениях речи быть просто не могло, при любом раскладе с Зоей, он больше заводить романов не собирался, а тут школьница, а если представить, кто её папа, то это просто самоубийство, но тогда Жорка не знал кто папа, знал что у них у всех папы офицеры, но конкретно не знал. Как только Тома узнала по телефону, что Жорка сидит под арестом за то, что провожал их до посёлка, она разу позвонила папе, объяснила ему ситуацию, а главное она заострила внимание на том, что Жорка провожал их и папе это очень не понравилось. Он тут же позвонил куда следует и буквально через полчаса после этого звонка, лейтенант Миша освобождал Жорку и приговаривал: