Воздаяние

«А полицаи то, чо ж? Не нашли, извергов, чо ль?»-Татьяна, с ужасом, в глазах, посмотрела на мужа.

«А им, чо? Своя рубаха, ближе, к телу! Кто ж, против немчуры, встревать, будет?! Знамо, дело, себя, тешат!»-ответил Иван, дымя папироской.

«Так, чего ж, мы, здесь сидим? В дом, идёмте, ужинать, пора!»-опомнилась Катерина, вставая с крыльца:-«Иван, идём и тебя, накормим. Идём». Все, вошли в дом, ужинать. За, ужином, Иван, рассказал, последние новости, из присланных газет, из самой Москвы, а также рассказал, что делается в городе, занятом танковой дивизией и ранеными немецкими солдатами.

«Так, что, девоньки, сидите, лучше, здеся! Бережёного, Бог, бережёт, а не смышлёного, Чёрт, стережёт!»-закончил Иван, свои новости.

«Господи, а мама, как, там, одна? Она, наверно, боится, всего, этого?! Отец, к ней, ходит? Где, он?»-с испугом, спросила Марта.

«Эльза, там, молодцом! К ней, брат, приехал из Германии. Там, пропасть, ей, не даст! Илья, захаживает, но не часто. В городе, полицаев и патрули, усилили, но нашему брату, это не помеха! Мы, везде, пройдём!»-Иван, отпил из кружки, отвар из сосновых иголок.

«Это, что за брат, там, появился?»-удивлённо, спросила Роза:-«Откуда, он, такой, взялся? Эльза, про брата, своего, ничего, нам, не рассказывала?!»

«Так, она, с ним, не общалась, аж лет пятнадцать! Не знала, свидятся ль, вообще! А тут, война, началась. Вот, приехал, он. Клаусом, его, зовут»-ответил Иван, почесав, свой затылок.

«Так, он, чо, тоже фашист?!»-удивлённо, спросила Нюся, посматривая на Надю и Розу.

«Нет»-категорически, ответил Иван:-«Он, простой немец. Работает телефонистом, при штабе. Нужный, нам, человек! Эльзу, он, любит. Заботится, о ней. Так, что, в обиду не даст, её. А у вас, тут, как дела? В деревне, народ, в огородах, уже, копается! Прошлогоднюю картоху, из земли, достаёт. Поиздержались, за зиму, все. Оголодали».

«Так, мы, тоже, собрались, картоху, сажать!»-ответила Татьяна, переводя разговор, в хозяйские заботы:-«Решили, мы, тут, картоху, на пополам резать и сажать, вдоль овражка. Лопаты, у нас, есть! Навоз, от коровы, есть! Так, что осенью, урожай, соберём! Вот, нам бы, ещё, зерна, посеять, чтоб не голодно, вообще, было! И жили б, мы, здеся, припеваючи!»

«Зерна, не обещаю, но картохи, вам, подброшу, мешка три, не боле»-сказал Иван, улыбаясь жене:-«Вот, с Матвеем, в разведку, сходим, а на обратном пути, вам, подмогнём! Нюська, ты, дорогу, к Тимохиной Гати, знашь? Так, значит, отведёшь туда, Татьяну и Любаву, к послезавтру. А мы, там, вас, подождём. К заячьей заимке, пойдём. Там, запас, в избушке, лежит, своей очереди, дожидается. Придёте, к обедне, не ранее, того! Всё, понятно, вам? Так, что, после завтра, ждём. А тяперь, нам, пора, идти. Матвей, собирайся. Ружьё, с собой, возьми. Пригодится, невзначай». Иван, встал из-за стола, поправляя свою рубаху. Матвей, поспешил за братом.

«А, я?»-спросил Сашка, вставая с лавки:-«Меня, тоже, в разведку, возьмите!»

«Тябе, здеся, особое задание, будет!»-усмехнулся отец:-«Сестёр, охранять, будешь. Это, тоже, важное задание! Кто ж, как не тябе, его, доверить можно?!» Матвей, проверил своё ружьё, щёлкнув затвором.

«Мы, скоро, вернёмся. Не тревожьтесь, за нас»-Матвей, надел ружьё, на своё плечо:-«Нюська, не шали, ты, обещала!» Иван и Матвей, вышли из дома, направились к лесу, в сторону деревни Антоновка. Катерина и Татьяна, провожали, их, взглядом, стоя у окна. Вечер, скрыл солнце, за лесом, наступила ночь.

В назначенный день, с утра, Татьяна, принялась собираться к встрече, у Тимохинской гати, с мужем. Вдруг, в дом, вбежала Любава, с кричащим Егоркой, на руках.

«Мам, чой-то, с ним? Он, аж горит, весь! Мама, он, чо, умирает?!»-испуганно, спросила Люба, не понимая, что происходит.

«Ой! Зубы, начали резаться! Надо ж, сын, скоро ногой, своей, пойдёт!»-ответила Татьяна, забирая сына, к себе, на руки.

«Мам, так, чо? Он, не помирает?»-переспросила Люба.

«Ой, заладила! Типун, тябе, на язык! Здоров, он, здоров! Просто, больно, ему. Вот и орёт, из-за этого!»-ответила Татьяна, укачивая сына, на руках:-«Катерина, подмени, мяня, а?! Сходи, к Ивану, за мяня, а я, тут, похозяйничаю, да за сыном, присмотрю. Вот, разорался, от боли. Любава, отвар, из шишек, приготовь. Отпаивать, малого, будем!».

«А можно, я, с мамой Катей, пойду?»-предложила Нона, погладив малыша, по головке:-«Ой, горячий, какой! Прям, огонь!»

«Такое, быват»-ответила Татьяна, протирая лицо, сына, холодной водой. Люба, суетилась у печи, разогревая воду, в котелке.

«Сейчас, иголок, наберу! Я, мигом!»-Люба, выскочила из дома, побежала набирать иголок, для отвара.

«Так, чо? Кто, со мной, пойдёт?»-спросила Нюся, поставив руки, в бока:-«Матвей и дядька Иван, нас, у топи, дожидаться, сегодня, будут!»

«Идём, идём! Хлопотунья, ты, наша!»-ответила Катерина, одевая на ноги, сапоги:-«Нона, собирайся. Нам, пора, идти». Выйдя, из дома, Нюся, Нона и Катерина, поспешили в лес, к Тимохиной топи, на встречу.

С утра, Семён, зашёл к матери, в дом. Татьяна Ивановна, сидела на лавке, у печи, с тоской, посматривая на окошко.

«Да, уж»-вздохнула она, понимая, что Татьяну и внуков, увидит не скоро.

Войдя, в дом, Семён, осмотрелся, прошёлся по комнате.

«Всё, сидишь, дожидаешься?»-спросил он, остановившись, перед матерью:-«Может, скажешь, всё ж, куда, Танюха то, подевалась? Одной то, тябе, не сподручно, здеся. Картоху, надобно, сажать, а ты, всё, у печи сидишь, греешься. Я б, Танюху, пожурил, для порядку, да, домой бы, привёл! Не че, по лесу, с малыми детьми, шастать. Чо, молчишь то? Сказывай, куда, Танюха, сбежала?» Тамара Ивановна, отвернулась от сына, не желая, с ним, разговаривать.

«Ну, как хошь! Найду, сам, им же, хуже будет!»-Семён, оскалился и вышел из дома. Тамара Ивановна, снова вздохнула. Осмотревшись, во дворе, Семён, поправил своё ружьё, на плече, и пошёл к лесу, к «летней заимке», поискать там, несговорчивую сестру. Снег, в лесу, растаял, оголил землю и тайную тропинку, проходящую меж болотами и валежником. Птицы, тихо щебетали, обсуждая новости, дня. Семён, шёл не торопясь, вспоминая приметы, по которым можно было ориентироваться, среди ёлок и кустарников. Пройдя, пол пути, он, остановился. Прислушался. Где то, неподалёку, послышался девичий голос.

«Вот, те на?! Доча, объявилась! Никак, спешит, куда-то? Вот, я, её, встречу!», пробурчал Семён, определяя, от куда слышится, голос:-«К гати, идут. Вот, бестия! Так, я, её, там, встречу! Никак, с Сашком, там, прячется». Семён, пошёл на перерез, сквозь кустарник, опережая ход, беглянки.

«А вот, крапива, взрастёт, так, щей, наготовим! Всё ж, сытнее, будет!»-лепетала Нюся, смело шагая, к Тимохиной гати.

«А мы, крапиву, редко ели. Батя, её, только весной, просил приготовить»-отвечала Нона, следуя за Нюсей. Катерина, шла за ними, молча, наслаждаясь весенним днём. Подойдя, к гати, Нюся, остановилась.

«Здеся, подождём. Тут, в аккурат, тропа, из Антоновки, ведёт. Скоро, придут, наверно»-Нюся, присела на поваленное дерево, вытянув свои ноги, перед собой. Нона, осмотрелась, изучая Тимохино болото. Катерина, присела рядом, с Нюсей, сняв с головы, платок.

«Спокойно, тут. А раньше, не далеко, от сюда, Егор, со своей артелью, лес рубил. … Хорошие, времена, тогда были»-Катерина, поправила свои волосы.

«А сейчас, тябе, чем, они, плохи?!»-засмеялся Семён, выходя на поляну, где сидели беглянки:-«А я-то, думаю, куда, все, подевались? А ни, вот, тута, все! Не далеко ли, спрятались? От кого, хоронитесь? Вот, я, вас, уважу всех! В деревню, всех, отведу! Пусть, Фрол Вдовин, на вас, полюбуется! Сам, решит, как, вас, всех, наказать! А мне, польза, будет!» Семён, злобно засмеялся, направляя своё ружьё, на Катерину.

«Батя! Опомнись!»-закричала Нюся, бросившись в ноги, к отцу:-«Батя, пожалей, нас! Мы ж, тябе, ничего, плохого, не делали! Батя! Немцы ж, тётю Катю, убьют! Не бери, греха, на душу! Батя!» Нюся, старалась разжалобить, отца, ухватив, его, за руку. Катерина, встала, закрыв собой, Нону.

«Семён, чего, мы, тебе, плохого, сделали, что ты, нас, так, ненавидишь? За какую, такую, провинность, наказать, нас, хочешь?»-спросила Катерина, смотря в глаза, Семёна:-«Скажи, Семён. Перед смертью, знать, нам, хочется».

Семён, усмехнулся. Оттолкнул, дочь, от себя.

«А с тобой, у мяня, свои счёты, имеются! Если б, не ты, падла, то жизнь наша, с Ольгой, совсем бы, по-другому, случиться! Всю, ты, душу, нам, вынула! Тварь, ты, такая! Убить, тябя, мало! Надо б, на дыбу, тябя, посадить, да людям показывать, в нравоученье. Чтоб, все, знали и помнили, как, супротив, Семёна Чернова, идтить!»-Семён, нацелился в голову, Катерины:-«Порешу, тябя, здеся, и дело с концом. А девчонки, со мной, пойдут в деревню, как миленькие! Тяперь, я, решаю, вашу судьбу!»

Нюся, вскочила на ноги, ринулась, на отца, вцепилась в его ружьё. Нона, обняла Катерину, глядя с ужасом, на происходящее.

«Батя!»-кричала Нюся:-«Не смей! Она ж, учителка! Плохого, ничего, делать не могла! Не смей!» Нюся, старалась выхватить ружьё, у отца, стараясь закрыть от выстрела, Катерину и Нону. Прозвучал, выстрел. Все, замерли, пугаясь узнать, о случившемся. Нюся, отпустила ружьё, отца. Семён, корчась от боли, сделал шаг, назад, всё ещё, целясь в Катерину. Ружьё, непослушно, свалилось, с его, руки. Семён, сделал шаг, вперёд, всё ещё, надеясь на свою удачу. Ружьё, выстрелило, снова. Из-за кустов, вышел Матвей, держа в руках, своё ружьё. Семён, оглянулся и упал, на землю, закрыв свои глаза.

«Ты?!»-удивилась Нюся, понимая, что произошло:-«Он, хотел, тётю Катю, убить. Вот, смотри». Нюся, взяла ружьё, отца, в свои руки, показала, его, Матвею. Матвей, тяжело дыша, отдал своё ружьё, матери.

«Дело, сделано. Чего, уж, теперь. Надо, его, в болото, скинуть, чтоб не нашёл, его, никто»-Матвей, взял за руки, Семёна, поволок, его, к топи. Катерина и Нона, стояли молча, не решаясь, ничего, сказать. Нюся, шла следом, за отцом, всё ещё, не веря в его смерть. Матвей, сбросил, Семёна, в болото. Тимохина гать, быстро приняла, свою добычу, довольно чавкая и фыркая пузырями, на оттаявшей поверхности.

«Нюся, девочка, моя!»-опомнясь, от оцепенения, подбежала Катерина, к Нюсе:-«Ты. Ты, поплачь. Поплачь! Тебе, легче будет». Катерина, обняла. девочку, уронив ружьё, сына. Нона, подбежала, к ним, обнимая обеих.

«Не будет, легче»-тихо, сказала Нюся:-«Он, мамку, мою, убил. Бабка Тамара, про то, знает. И молчит». От услышанного, Катерина, пришла в ужас.

«Как, так? За что? Кто, тебе, это, сказал?»-Катерина, прижалась к Нюсе:-«Быть, того, не может!» Нона, заплакала, посмотрела на Матвея. Он, поднял своё ружьё, с земли. В лесу, было тихо.

«Батя, сам, сказал, бабке Тамаре. Я, слышала, всё, сама»-ответила Нюся, держа в руках, ружьё, отца:-«Так, ему, и надо». Матвей, посмотрел на небо, проглядывающее, сквозь верхушки, деревьев.

«Идти, надо. Иван, нас ждёт, у избушки. Приготовил, всё»-Матвей, повернулся, пошёл по невидимой тропинке, в лесу. Катерина, с девочками, поспешила за ним. Остальной путь, они, шли молча, боясь разбудить, лесное лихо, своими голосами. Солнце, повисшее над лесом, ярко светило, на небе.

На «заячьей заимке», Иван, сидел возле избушки, курил, дожидаясь прихода жены. Увидев, Катерину, с девчонками, он, был удивлён.

«А Танюха, где?»-спросил Иван, когда Катерина, подошла к нему, ближе:-«Случилось, чего? Чо, такие, хмурые?»

«Случилось»-согласилась Катерина:-«Семёна, застрелили, там, на Тимохиной гати». Катя, уткнулась в плечо, Ивана.

«Туда, ему, и дорога!»-ответил Иван, погладив по голове, Катерину:-«Не сколь, не жалко! А кто, его, так? Я б, руку, ему, пожал, за такое, деяние. Эх, молодец!» Нюся, села у двери, хижины.

«Матвей, выстрелил. Попал. Пришёл, вовремя. Батя, тётю Катю, убить, собирался, а у мяня, сил не хватило, у него, ружьё отнять»-Нюся, заплакала, осознав, своё бессилие, перед мужской силой.

«Поплачь, поплачь, родная. Тебе, полегчает»-Катя, присела рядом с Нюсей.

«Плачь, не плачь, а дело, сделано! Посидим, немного, и в путь! Нам, до вечера, до лесного дома, добраться надобно. Рассиживаться, времени, нет! А Танюха то, чо?»-Иван, вытащил мешки, из домишка, проверил, как, крепко, завязано:-«Вот, всем, по мешку, приготовил. Дотащим. Своя, ноша, не тянет».

«Татьяна, в доме, осталась. У Егорки, зубы, начали резаться, температура, поднялась. Вот, они, его, с Любой, отпаивают отваром. Мальцу, лучше, сейчас, при матери, быть. Спокойнее». Катя, улыбнулась.

«Знать, пацан, подрастат! Скоро, своей ногой, побежит! Совсем, взрослым, станет»-Иван, взъерошил свои волосы, на голове:-«Эх, Танюха! Ну, да, ладно, нам, идти, нужно, обратно». Иван, поднял свой мешок, надел, его, на плечи. Матвей, надев, свой мешок, помог матери, с её, мешком. Нона и Нюся, накинули мешки, на плечи, сами. Семейство, Кузьмичёвых, отправилась в обратный путь, к лесному дому.

Вечером, в дом Тамары Ивановны, пришёл Фрол Вдовин. По-хозяйски, осмотревшись, присел за стол. Тамара Ивановна, сидела на лавке, молча у печи, дожидаясь готовности, запечённой картошки.

«Чо, тётка Тамара, скучаешь у печи? Семён, где, не знаешь, случаем? С утра, он, к тябе, заходил. Я, это, точно знаю. Так, куда, он, подевался?»-Фрол, посмотрел на Тамару Ивановну, обдумывая случившеюся ситуацию:-«Завтра, в деревню, Никита, из города, приедет за долгом. Кто, отдавать то, будет? Ты, аль Семён? Деньги то, у тябя, есть?»