Мир садов со статуями

Стас подал голос, предложив пройти в сад и проводить его мать, он был спокоен внешне. Вера здесь несомненна и бесспорна, но расставание неизбежно. Как и в жизни, впрочем. Провожая дорогого человека в вечную жизнь, мы горюем, не зная, предстоит ли новая встреча. Теперь я знаю.

Сейчас Стас отпустит мать в жизнь и пройдёт несколько десятилетий до их новой встречи. И ещё несколько до встречи здесь. Осознав это, я поняла причину своего состояния. Разлука. Почти бесконечная. Но тёплое пламя надежды будет тлеть внутри и поможет преодолеть временную бездну. Главное не дать ему погаснуть.

Мы вместе вошли в сад и стали не спеша пробираться мимо статуй к нужной. Они окружали нас, некоторые гротескные непонятные, многие изображали людей. Изваянные кем-то, они хранили пути в жизнь, только для отдельных избранных душ, которым принадлежали. Странно, но как-будто в этом саду была осень, палая листва шуршала под ногами. Небо, островками проглядывающее из-за густых переплетений, выглядело серым, казалось вот-вот заморосит. Неподвижные лица статуй разглядывали нас, выискивали знакомые черты, не находили. Мы шли дальше, похрустывая листьями. Изваяние Аделаиды возникло впереди, остановило нас, притянуло к себе. Девушка из серого мрамора, вглядывающаяся вдаль. Падали листья в тишине осеннего сада, а мать с сыном прощались, плакали и улыбались сквозь слёзы, надеясь на новую встречу уже живыми. – Помоги ему, просит Аделаида. – Я помогу – звучит мой ответ. Пора. Она подошла к статуе, положила на неё ладонь, и последний раз оглянувшись на нас исчезла внутри. Несколько минут ничего не происходило, как вдруг, мраморная девушка будто вздохнула и рассыпалась в пыль, а там где она только что находилась, появилось молодое деревце. Где некогда был сад, теперь леса шумят.

Мы отправились дальше по дорожке, разглядывая статуи и забираясь вглубь сада. – А как происходит, когда появляется новая статуя? Она появляется из дерева? – Не всегда, но бывает и такое, например на маленьких островках, где совсем нет места для новых деревьев, они могут уступить. – Может есть тот, кто создаёт статуи? – Стас задумался, а потом сказал: – Создатель всего – Бог, и есть единый механизм, по которому возникают статуи, задуманный им конечно. Не думаю, что есть кто-то ещё, участвующий в этом. Мы шли, изваяния непоколебимыми монолитами обступали нас со всех сторон. Было очень уютно бродить среди них. Они не памятники, они – окна и двери в жизнь. И всё-же мысль о том, кто создаёт статуи не отпускала. Почему-то казалось, что я напала на след. Может остаться в этом саду, чтобы подстеречь рождение новой статуи? Или продолжать поиски, надеясь, что нам повезёт? О чём это я, конечно повезёт. Это не тот мир, где существуют неудачи. Так что же дальше? А дальше нас ждал город Закатного холма.

Мы должны там побывать. Навестить родовой дом и местные сады. Осталось решить вопрос, как туда добраться. – Мне бы хотелось посетить долину за водоразделом, закинула я удочку, – Там есть что-нибудь? – Стас задумался. – Дорога прорезает долину и расходится у самых гор. Домов там нет, а вот сад есть, доводилось бывать. – Один? –уточнила я. – Я знаю только один, но возможно есть и другие. Тогда решено. Мы можем отправиться прямо по путям, думаю мне удастся услышать зов. Решив не мешкать, мы выбрались из сада и пошли в сторону путей, а дойдя, ступили на них и скоро вошли в короткий тоннель. Дальше дорога углублялась в лес. Мы неспешно пробирались через него. Я прислушивалась к ощущениям. Но пока зова не было. Тогда я начала привычно пытать Стаса расспросами:

– А что там в доме в Закатном холме? – Нуу, там длинный коридор, уставленный стеллажами с книгами, от пола до потолка и несколько комнат. Есть камин. – А какие книги? – Разные, я люблю там бывать. Можно застрять надолго и всё время провести за чтением. Книги в этом мире не такие, как в жизни. Хотя.. Мне не много приходилось читать. Больше работать в полях. Колхоз, деревня, ну ты понимаешь. – Он немного помолчал, наверное вспоминал прошлую жизнь, потом продолжил описывать город, куда мы направлялись: – Там огромный сад, не такой, как те, которые ты уже видела. Много статуй, они большие, красивые, дорожки, скамейки, фонтаны, люблю бродить там. И ты полюбишь, не сомневаюсь. – Я уже полюбила, весь этот мир. Единственное, чего опасаюсь, так это застрять в доме на неделю другую, полностью погрузившись в чтение. Мы рассмеялись, продолжая шагать по шпалам.

За разговорами, горы немного приблизились. Дорога не сворачивала, но густой лес скрадывал горизонт и вдруг, я ощутила его. Зов. Слабый, но настойчивый. Я остановилась. – А тот сад, про который ты упоминал, он не справа от нас? – Нет, – Стас недоумевая, пожал плечами, – Он ближе к горной гряде, там есть небольшое озеро и сад расположился на берегу. – Тогда сворачиваем, справа есть ещё один. Не было ни тропинки ни дорожки, но идти было нетрудно. Землю покрывал мох, опавшая листва и хвоя. Подлеска не было и мы углублялись в зелёное царство. Через некоторое время я огляделась. Лес будто обхватил нас со всех сторон и прижал к своей шершавой груди. Скрыл дорогу, небо, горы. Оставил только себя. Я улыбнулась. Лес был добр. Дома, я бы, пожалуй уже успела заблудиться. А может и нет. Люблю лес и никогда там не блуждала, всегда чувствовала направление. Мы пошли дальше, зов чуть-чуть повернул правее, и скоро мы услышали воду. Ручей. Скорее всего стекавший из родников водораздела и пробиравшийся через лесную долину к озеру. Мы остановились и напились чудесной воды. Вкус лесных орехов и земляники наполнил меня, освежил и заструился внутри. Я восторженно улыбнулась, прислушиваясь к весёлым искоркам, разбегающимся по телу. – Может это он нас звал? – предположил мой спутник, – Никто давно не пробовал его воды, а тут мы. – Нет, – возразила я, – Здесь точно есть сад и совсем недалеко. Мы перепрыгнули через ручей, и через несколько минут оказались у арки-входа. Лес также густо обступал нас и статуи. Напротив была ещё одна арка, а за ней различалась дорожка. Статуи стояли меж деревьев, образовывая почти правильный круг, а в центре рос огромный дуб, почему-то казалось, что он тут недавно, будто статуя, из которой он возник, исчезла только вчера. Стас быстро обошёл все изваяния, дотрагиваясь поочерёдно до каждой из них. Ни одна не отозвалась. Жаль, но зато путешествие продолжится и поиски нужной ещё приведут нас в разные места этого мира.

– А ты не хочешь коснуться какой-нибудь. – Я задумалась… – Пожалуй нет, прямо сейчас выпасть из удивительного умиротворения, царящего в лесном саду и очутится на кладбище, пронзающем унинием и тоской. Нет, не хочу. – Вернёмся на дорогу или попробуем пройти через вон ту арку? Думаю, пройдя через неё мы пройдём параллельно железной дороге, выйдем в долину и тогда сможем исследовать сад у озера под горной цепью.

– Мы пройдём через арку, – я прислушиваюсь и глубоко вдыхаю воздух, пропитанный лесом. Густой и вкусный. Листва, свежая на деревьях и опавшая под ногами, цветы, мхи, травы, грибы и что-то ещё…Да, узнаю, вода. Какой чудесный запах у воды, если ей вдруг случилось протекать по лесу. Особенно по такому.

Ручей встретил нас недалеко от выхода из сада и решил сопроводить до долины, а может и дальше. Мы движемся в молчании. Но Стас вдруг решает начать разговор и спрашивает меня о том, как изменился мир. Я увлечённо начинаю рассказывать: о компьютерах, смартфонах, интернете, еде и вдруг буквально вываливаюсь из леса. Тропа кончилась и вот она, долина фиолетовых трав разостлалась перед нами, волнуясь и замирая. Я застыла, впиваясь глазами в очередной неописуемо прекрасный пейзаж. Наверное даже рот приоткрылся.

– Никогда не смогу привыкнуть… – Подал голос Стас, также замерев в восхищении. – Столько времени нахожусь здесь и каждый раз, увидев что-либо столь чудесное, не могу просто окинуть коротким взглядом и пройти мимо. – А чудесное здесь всё, медленно произношу я. – Да, ты права. Так вот время и летит, в созерцании потрясающих воображение пейзажей. – Как хорошо, что время здесь не особенно ценный ресурс, – замечаю я. – Ты права. Действительно, тем, кому этот мир дан в награду, вместе с ним дано в дар и время. – И ещё полёты и тело, не нуждающееся в пище, воде и справлении естественных надобностей. Чувствую, что немного, хотя чего уж там, много. Очень сильно завидую. Стас, глядя на меня начал смеяться, он хохотал и хохотал. И я вдруг проснулась. Лёжа в кровати, я начинаю понимать, почему он откровенно потешался надо мной. Чему мне завидовать-то? Ведь и у меня это есть, пусть только ночью, но если я буду жить честно и быть доброй к окружающим, то и вечности я смогу сполна насладиться всеми прелестями мира садов со статуями. – Вроде ведь правильно мыслю, вслух говорю я, обращаясь к дрыхнущей на своём диванчике, напротив меня, псине. Даже не проснулась, эх, собаки иногда такие собаки. Я засыпаю вновь, потому что ещё глубокая ночь и открываю глаза в мире, где меня терпеливо поджидает уже отсмеявшийся Стас. Глядит на меня, приподняв одну бровь. – Поняла? – спрашивает с лёгкой укоризной. – Поняла. – говорю и грустненько так вздыхаю. Стас поднимается с мягкой травы и легонько пихает меня в бок. – Всё же это было очень смешно. Я тоже отвечаю ему дружеским тычком. – А теперь полетаем немножко.