За сто дней можно напрочь избавиться от бронхита. Роман-исцеление

Александр Малышев

За сто дней можно напрочь избавиться от бронхита. Роман-исцеление

Глава 1

СТО ДНЕЙ ОГНЯ: ИСКУССТВО ДЫШАТЬ ЗАНОВО

Роман-исцеление в двух томах с прологом и секретной главой

ТОМ ПЕРВЫЙ. ПЕПЕЛ И ХОЛОД

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА, КОТОРОЕ НЕОБХОДИМО ПРОЧЕСТЬ НА ЕДИНОМ ДЫХАНИИ

Я обращаюсь к вам не как врач к пациенту, а как мастер к ученику, который забыл, что он мастер. Вы держите в руках (или видите на экране) не просто текст. Это карта возвращения. Я пишу это предисловие в состоянии особой ясности, зная, что вы, читающий эти строки, уже прошли круги ада: бесконечные ингаляции, банки, горчичники, муколитики, антибиотики, рентгены и это липкое, унизительное чувство, когда ты просыпаешься в три часа ночи от собственного лая, сотрясающего всё тело.

Бронхит — это не болезнь. Это состояние души, выразившее себя через плоть. И сейчас я скажу фразу, которая либо заставит вас закрыть этот труд и выбросить его в мусорную корзину памяти, либо вы затаите дыхание (насколько это возможно при бронхите) и продолжите читать с жадностью путника в пустыне.

За сто дней можно напрочь избавиться от бронхита. Не загнать в ремиссию, не подлечить, а выжечь его из своей физиологии без остатка.

Я знаю, о чем вы думаете. Хронический бронхит неизлечим, так говорит наука. «Курильщика не исправить», «Астматический компонент останется навсегда», «Бронхоэктазы не рассасываются». Это правда. Но это правда только для того мира, где вы привыкли искать лекарство вовне. Мы же будем искать его внутри. Мы будем не лечиться. Мы будем разогреваться.

В этой книге-романе я не буду сыпать медицинскими терминами. Я не буду писать про рецепторы гистамина, про простогландины и прочие сложности. Забудьте это. Я хочу, чтобы вы представили свои бронхи прямо сейчас. Что это, по-вашему? Ветвистые трубочки? Протоки для воздуха? Нет. Это остывшее жерло вулкана. Когда-то давно, в детстве, этот вулкан дышал жаром. Вы бегали босиком по лужам, ели снег, орали на ветру — и были здоровы. Ваш внутренний котел работал на полную мощность, испаряя любую слизь в момент ее появления.

А потом котел остыл. Кто-то залил его холодной логикой, чужими обидами, страхом перед будущим, никотином, городской гарью и верой в то, что «я часто болею». Слизь перестала испаряться. Она начала копиться. Бронхит — это попытка организма вытолкнуть то, что не смог сжечь внутренний огонь. И вместо того, чтобы добавить дров, мы начинаем бесконечно выскребать сажу из трубы.

Система, которая позволит вам за сто дней обрести легкие новорожденного младенца, существует. Она будет озвучена чуть позже. Пока я скажу лишь одно: эта Система не имеет ничего общего с тем, что вы пробовали. Она не про лекарства и не про спорт. Она про тот самый инициатический, священный жар, разогнав который по бронхиальному древу, вы поймете: болезни нет, есть только недостаток энергии в конкретной точке пространства тела.

Пока же нам нужно предисловие. Нам нужно понять, где мы находимся и куда пойдем. Я не могу дать вам огонь, не объяснив предварительно, что такое холод.

ГЛАВА ПЕРВАЯ. АНАТОМИЯ БОЛОТА, ИЛИ ЧТО МЫ НАЗЫВАЕМ БРОНХИТОМ

Посмотрите на сырую землю в ноябре. Туман. Морось. Холод пронизывает до костей. Именно так чувствуют себя ваши легкие прямо сейчас, пока вы читаете этот текст. Попробуем представить этот пейзаж образно, не прибегая к медицинскому жаргону.

Внутри вашей грудной клетки, в темноте и тепле, которое пока еще не жар, растет Древо. Это не просто трахея, бронхи и бронхиолы. Это корни, всасывающие небо. Каждый ваш вдох — это акт питания космической пыльцой. И на стенках этого Древа оседает не пыльца, а холодная, мутная взвесь.

Откуда берется эта слизь? Организм мудр. Представьте, что ваше бронхиальное древо — это жемчужница. Если внутрь раковины попадает инородное тело, она выделяет перламутр, обволакивая чужака. Слизь в бронхах — это тот же перламутр. Она обволакивает то, что вы вдохнули, и то, что поднялось изнутри. Микробы? Химия? Частицы эмоциональной грязи? Неважно. Обволакивай и выводи.

Но если «жемчужница» живет в холодном море, ее реакция замедлена. Перламутра выделяется так много, что он заливает всё вокруг, а сил вытолкнуть этот комок наружу у остывшего организма нет. И тогда начинается то, что врачи называют застоем, а мы назовем болотом.

Бронхит — это всегда болото. Застойная, теплая (но не горячая!), влажная среда. Там, где нет движения воздуха, нет и огня. Там, где нет огня, разрастается плесень — метафизическая и самая что ни на есть физическая. Ваш кашель — это отчаянная попытка ветра пробиться сквозь заросли камыша этого болота.

Можно ли вылечить болото? Осушением. Но мы пойдем дальше. Мы не будем просто осушать болото дренажами и откачкой слизи таблетками. Мы превратим болото в степь, по которой гуляет раскаленный суховей. Мы сделаем так, чтобы никакая слизь не могла существовать в принципе. И для этого нам придется понять природу внутреннего холода.

ГЛАВА ВТОРАЯ. КОНСПИРАЦИЯ ХОЛОДА: ПОЧЕМУ ВЫ ЗАМЕРЗЛИ?

Вы думаете, что вы простыли? Что виноват кондиционер на работе, сосед-курильщик на лестничной клетке или выпитое в жару ледяное пиво? Это лишь спусковые крючки. Это сдвинутый на обочину камень, из-под которого хлынула вода. Но откуда под землей вода?

Холод, породивший ваш бронхит, имеет несколько пластов. Нижний, самый глубинный, — это метафизика. Мы не будем углубляться в эзотерику, но согласитесь: бронхи — это орган коммуникации с миром. Вдох — принять, выдох — отдать. Это маятник. Если человек недополучает любви (заблокирован вдох) или не может выплеснуть наружу гнев, невысказанную правду, крик (заблокирован выдох), — маятник застывает. А там, где нет движения, согласно законам физики, наступает термодинамическая смерть. Холод.

Второй пласт холода — химический. Я говорю не о таблетках, а о пище. Мы едим продукты, которые несут в себе энергию стужи и распада. Слизеобразующие продукты. Молочные реки с кисельными берегами, дрожжевой хлеб, сахар — всё это, попадая в наш «реактор», работает как мокрая вата, брошенная в костер. Вместо яркого пламени — едкий дым, копоть и та самая слизь.

И третий пласт — энергетический. Мы разучились разогревать себя физиологически. Мы кутаемся в шарфы, включаем подогрев сидений, греемся о батареи. Тело ленится. Механизм выработки собственного внутреннего жара атрофируется. Посмотрите на моржей. У них есть огонь, который не дает им замерзнуть в проруби. У них капилляры сжимаются и расширяются, гоня кровь, как бешеный курьер, не давая инфекции ни шанса.

Ваш бронхит — это не проклятие, а дар. Это сигнал вашего «биокомпьютера»: «Хозяин, система охлаждения работает на износ, топливо сырое, термостат сломан!». Нам нужно не менять термометр, не сбивать температуру жаропонижающими. Нам нужно починить топку.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ЛОЖНЫЕ ПРОРОКИ: ПОЧЕМУ ТАБЛЕТКИ И БЕГ ТРУСЦОЙ НЕ СПАСУТ МИР

Это будет самая провокационная глава нашего романа. Я прошу вас сейчас проявить мужество и трезвость ума. Индустрия здоровья построила вокруг бронхита колоссальный бизнес. Фармацевтика предлагает вам костыли: отхаркивающие сиропы расширяют бронхи, но на третий день вы чувствуете, как там, в глубине, всё равно что-то хлюпает. Антибиотики выжигают жизнь на корню, стерилизуя болото, но делая его безжизненной пустыней, готовой принять новые споры. Ингаляторы с гормонами гасят воспаление, но гасят и тот последний уголек жизни, который там теплился.

Спорт? Вы видели астматиков-бегунов? Они герои, но они воюют с тенью. Физическая нагрузка, особенно на холоде, без предварительной подготовки внутреннего жарового контура, лишь травмирует раздраженную слизистую потоком ледяного воздуха. Вы дышите часто и поверхностно, вы студите свои «корни» еще больше.

Нам нужен другой путь. Не от внешнего к внутреннему, а от ядра — к периферии. Нам нужно разогреть тело так, как это делают тибетские монахи в своих мокрых простынях на морозе. Нам нужно заставить бронхи и всю легочную область (а заодно и плевру, и диафрагму, и трахею) наполниться такой кровью, таким густым, пряным, горячим электричеством, чтобы слизь вскипела и испарилась, а не выкашливалась.