Второй шанс княжны Леи

Глава 6. В замок князя

Дорога заняла почти полдня. Карета мерно покачивалась на ухабах, за окнами проплывали бесконечные леса — тёмные, плотные, с высокими кронами, которые почти не пропускали свет. Анна сидела у окна и смотрела на этот мир, который становился её миром.Она поймала себя на том, что считает деревья. Сто двадцать три. Сто двадцать четыре. Сто двадцать пять. Это помогало не думать о том, что она только что вышла замуж за незнакомца, уехала из единственного места, которое знала в этом мире, и понятия не имела, что её ждёт впереди.— Вы считаете деревья? — раздался голос Дэмиана.Анна вздрогнула и обернулась. Князь сидел напротив, откинувшись на спинку сиденья, и смотрел на неё с лёгким любопытством.— Откуда вы знаете?— Вы шевелите губами, — усмехнулся он. — Я не шпионю, просто заметил.Она почувствовала, как щёки заливает румянец — наверное, впервые за многие годы. В прошлой жизни она давно забыла, что такое смущаться. А в этом молодом теле всё было иначе — эмоции приходили быстрее, ярче, и она не всегда успевала их контролировать.— Я просто… привыкаю, — сказала она. — Всё здесь такое чужое.Дэмиан кивнул, и его лицо стало серьёзнее.— Я понимаю. Вы не просто вышли замуж — вы уехали из дома, в котором прожили всю жизнь. Это тяжело.— В этом доме я прожила всего два дня, — сказала Анна. — А до этого — восемь лет ада.Она не знала, зачем говорит это. Но слова вырвались сами. Может быть, потому что Дэмиан смотрел на неё без осуждения. Может быть, потому что он был единственным, кто не пытался её использовать.— Я знаю, — тихо сказал он. — Вы не рассказывали мне деталей. Но я догадывался. Леди Ирма — та ещё женщина. Я встречал её раньше, на приёмах у короля. Она всегда производила впечатление змеи.— Вы не ошиблись, — усмехнулась Анна. — Она действительно змея. Но теперь я свободна.Дэмиан приподнял бровь.— Свободны? Вы только что вышли замуж.— Замуж за человека, который не хочет меня, так же как я не хочу его, — ответила Анна. — Это не брак. Это сделка. И сделки, знаете, я уважаю больше, чем лживые обещания.Он несколько секунд молчал, разглядывая её. Потом его губы дрогнули в лёгкой усмешке.— Знаете, Лея, вы не перестаёте меня удивлять. Вы единственная девушка из всех, кого я встречал, которая говорит о браке как о деловой сделке. Все остальные мечтали о любви, цветах и рыцарях на белых конях.— А вы что, не любите цветы? — вдруг спросила Анна, вспомнив о пионах.Дэмиан опешил от неожиданного поворота.— Цветы? Я… не думал об этом. Их полно в замке. Я просто не обращаю внимания.— А пионы у вас есть? — спросила она.— Пионы? — он нахмурился, пытаясь вспомнить. — Кажется, был когда-то старый сад в восточном крыле. Но там всё заросло. А что?— Просто так, — пожала плечами Анна. — Люблю пионы. Они у меня дома росли.Она спохватилась. Дома — это был не дом мачехи. Дом — там, в её прошлой жизни, на даче, куда она ездила одна, чтобы отдохнуть от бесконечных ссор. Там росли огромные, бордовые и розовые пионы. Она выращивала их сама, поливала, подрезала, разговаривала с ними. Они были её детьми, которых у неё не случилось.— В восточном крыле, говорите? — переспросила она, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Я бы хотела взглянуть.— Когда устроитесь, я покажу вам замок, — пообещал Дэмиан. — Там есть много мест, которые вы можете сделать своими.— Своими? — переспросила она.— Я же сказал: вы свободны, — он пожал плечами. — Замок большой. Я живу в западном крыле. Вы можете занять восточное — там больше света и дальше от меня. Или наоборот, если вам захочется компании. Решать вам.Анна смотрела на него и не верила своим ушам. За двенадцать лет брака её бывший муж никогда не говорил ей: «Решать тебе». Он решал всё сам. Где жить, когда уезжать по делам, как тратить деньги. Её мнение было второстепенным, а иногда и вовсе не учитывалось.А этот незнакомец, которого она видела третий раз в жизни, предлагал ей выбирать.— Спасибо, — сказала она тихо.— За что?— За то, что не пытаетесь мной управлять.Дэмиан усмехнулся и отвернулся к окну.— Я и сам не люблю, когда мной управляют. Король, например, заставил меня жениться. Мы с ним теперь в ссоре. Думаю, в этом мы с вами похожи.— Мы с вами похожи во многом, — сказала Анна. — Только пока ещё не знаем в чём.Она снова посмотрела в окно. Лес начал редеть, и вдали показались очертания — тёмные, массивные, с высокими башнями, уходящими в небо.— Это ваш замок? — спросила она.— Наш, — поправил он. — Отныне ваш тоже.Она смотрела, как замок приближается. Он был огромным. Построенным из тёмно-серого камня, который казался почти чёрным в лучах заходящего солнца. Высокие узкие окна, зубчатые стены, мост через ров. Старый, мрачный, величественный.«Как из сказки, — подумала Анна. — Только не детской, а страшной».— Не бойтесь, — сказал Дэмиан, будто прочитав её мысли. — Он только выглядит пугающим. Внутри тепло и уютно. Марта следит за этим.— Марта?— Моя экономка. Она служит в замке уже тридцать лет. Она вас не съест. Хотя будет ворчать — это её способ показывать, что она заботится о вас.Карета остановилась у ворот. Двое слуг в тёмных ливреях подбежали открыть дверцу. Дэмиан вышел первым и протянул Анне руку. Она взяла её — и впервые почувствовала его ладонь. Большую, тёплую, с лёгкими мозолями от меча. Её пальцы утонули в его руке, и на мгновение ей показалось, что она в безопасности.Они вошли во двор. Высокие стены окружали внутренний дворик, посреди которого бил старый фонтан с каменной чашей, заросшей мхом. Вокруг были аккуратно подстриженные кусты — видимо, Марта всё же следила за порядком.Анна оглядывалась, пытаясь запомнить каждую деталь. Она не знала, останется ли здесь надолго, но почему-то хотела, чтобы это место стало её домом.На пороге замка стояла женщина. Лет пятидесяти пяти, коренастая, с седыми волосами, собранными в тугой пучок на затылке. На носу у неё сидели маленькие круглые очки, а в руках — связка ключей, которую она сжимала так, будто это было её оружие. Ключи гремели при каждом движении, и Анна представила, что они звенят даже тогда, когда Марта дышит.Её лицо было строгим, с тонкими морщинками вокруг глаз и рта, которые говорили о привычке часто хмуриться и поджимать губы. Но в глазах — серых, ясных, умных — теплился живой огонёк. Марта медленно оглядела Анну с ног до головы, задержав взгляд на её бледном лице и хрупкой фигуре, и покачала головой.— Так вот она какая, ваша невеста, ваше сиятельство? Худая, бледная, как поганка. Хорошо, что вы её привезли. Откормим.Анна моргнула. Она ожидала чего угодно, но не такого приветствия.— Я… здравствуйте, — сказала она.— Здравствуйте, здравствуйте, — буркнула Марта и махнула рукой. — Не стойте на ветру. Я уже велела растопить камин в восточной спальне. Идите за мной.Она развернулась и зашагала внутрь замка с таким видом, будто не сомневалась, что все пойдут за ней следом. Дэмиан усмехнулся и подмигнул Анне:— Видите? Я же говорил, она не съест. Пока.— Это было не смешно, — сказала Анна, но сама улыбнулась.Замок внутри оказался не таким мрачным, как снаружи. Холлы были тёплыми, освещёнными множеством свечей. По стенам висели гобелены с изображениями охоты и битв, на каменных полах лежали пушистые ковры. Пахло деревом, воском и сухими травами.Марта вела их через длинный коридор, потом поднялась по широкой лестнице на второй этаж и остановилась перед тяжёлой резной дверью.— Это ваша комната, — сказала она, распахивая дверь. — Я приказала проветрить и разжечь камин. Окна выходят на восточный сад, там тихо. Если вам что-то понадобится — я внизу. Стучите в колокольчик.Анна вошла в комнату и замерла. Она была большой, светлой, с высоким стрельчатым окном, откуда открывался вид на тёмный лес. В центре стояла кровать с балдахином — не слишком пышным, но красивым, синим шёлком. У камина стояли два кресла и маленький столик. В углу — письменный стол с чернильницей и перьями.— Это… очень красиво, — сказала Анна.Марта фыркнула, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на довольство.— Ну хоть что-то. Я велела принести горячую воду и лёгкий ужин в вашу комнату. Вы, верно, устали с дороги. Отдыхайте. Завтра я покажу вам замок.Она вышла, звеня ключами. Дэмиан задержался в дверях.— Я распоряжусь, чтобы ужин принесли нам в малый зал, — сказал он. — Если вы не слишком устали, я бы хотел обсудить с вами наши дальнейшие планы. Нам нужно договориться о том, как мы будем жить. Чтобы не было неловкостей.— Конечно, — кивнула Анна. — Я спущусь через час.Он ушёл, и она осталась одна. Впервые за весь день — по-настоящему одна.Анна подошла к окну и посмотрела вниз. Сад был тёмным, заросшим, неухоженным. Она разглядела кусты, старые клумбы и дорожки, которые почти скрылись под травой. Где-то в глубине этого сада, возможно, были пионы. Она чувствовала это — или ей казалось.Она закрыла глаза и прислушалась к себе. Ничего. Никаких голосов. Никаких флешбэков. Только тишина.«Может быть, Лея наконец успокоилась, — подумала она. — Может быть, она знает, что я не сделаю ей больно».Она развернулась и подошла к кровати. Простыни были свежими, пахли лавандой. На подушке лежал маленький букетик сухих цветов — Марта позаботилась и об этом. Анна взяла их в руки и улыбнулась.Здесь, в этом чужом замке, среди незнакомых людей, она вдруг почувствовала что-то, чего не чувствовала уже много лет. Спокойствие.Час спустя Анна спустилась в малый зал. Дэмиан уже ждал её за столом. На столе стояли тарелки с дымящимся супом, жареное мясо, свежий хлеб и вино. Он поднялся, когда она вошла, и указал ей на место напротив себя.— Проходите. Я попросил подать что-то сытное. Марта сказала, что вам нужно набрать вес.— Она говорила это вам? — удивилась Анна.— Она всем говорит это. — Дэмиан усмехнулся. — Она считает, что я тоже слишком худой для князя. Кормит меня как на убой.Анна села и взяла ложку. Суп оказался вкусным — с курицей, травами и какой-то незнакомой крупой. Она ела молча, чувствуя, как тёплая пища разливается по телу. Дэмиан тоже не спешил говорить. Они ели в тишине, но это была не та давящая тишина, которую она помнила по прошлой жизни, когда муж молчал, чтобы наказать её. Здесь было просто спокойно.Когда они закончили, Дэмиан отодвинул тарелку и посмотрел на неё серьёзно.— Я хочу обсудить наши правила, — сказал он. — Мы женаты официально. Но я не претендую на то, чтобы быть вашим мужем в полном смысле этого слова. Вы свободны.— Я уже поняла, — сказала Анна. — Вы это уже говорили.— Я повторяю, чтобы вы не сомневались, — он подался вперёд. — В замке живут два десятка слуг. Они будут называть вас «ваша светлость» и «княгиня». Вы будете иметь полный доступ ко всем комнатам, кроме моих личных покоев — они заперты. Я попрошу вас не входить туда, если вас не пригласят.— А если я туда войду? — спросила Анна с лёгкой усмешкой.— Я поставлю ловушки, — серьёзно ответил Дэмиан, но в глазах его заплясали чёртики. — Шучу. У меня там просто старые карты и книги. Ничего интересного.— А как насчёт гостей? — спросила она. — Что я должна говорить, если кто-то спросит о нашей… семейной жизни?— Говорите, что мы очень счастливы, — ответил он. — И улыбайтесь. Если кто-то спросит подробности — переводите разговор на сад или цветы. Я слышал, вы любите пионы. Так и говорите: «О, у нас в восточном саду скоро зацветут пионы, приходите посмотреть».Анна рассмеялась — не сдержанно, а искренне.— Вы серьёзно? Я должна прикрывать наш фиктивный брак разговорами о цветах?— А что вы предлагаете? — он развёл руками. — Говорить о политике? О войне? Я думаю, цветы — гораздо приятнее.Она покачала головой, но улыбка всё ещё оставалась на её лице.— Договорились. Цветы так цветы.— И ещё кое-что, — он стал серьёзным. — Я не буду прикасаться к вам без вашего согласия. Если вы почувствуете неловкость — скажите мне. Я уважаю ваше личное пространство.Анна замерла. В его словах не было ни снисходительности, ни притворства. Он говорил так, будто это было само собой разумеющимся. И это было так непохоже на её прошлую жизнь, что ей захотелось плакать.— Я… спасибо, — сказала она. — Вы не представляете, как много это для меня значит.— Я думаю, я знаю, — тихо сказал он. — Вы говорили, что ваша мачеха воспитывала вас в страхе. Так что я понимаю. Мой отец тоже был тираном. Так что мы с вами, возможно, больше похожи, чем я думал.Они помолчали. Тишина была тёплой, уютной.— Хотите вина? — спросил он.— Хочу, — кивнула Анна.Он налил ей в бокал тёмно-рубиновую жидкость. Анна сделала глоток — вино было сладким и пряным.— Это местное, — сказал Дэмиан. — Его делает старый винодел в деревне у подножия холма. Лучшее в окрестностях.— Я запомню, — улыбнулась она.Они проговорили ещё около часа — о замке, о слугах, о том, какие места ей стоит посетить завтра. Дэмиан был внимательным, терпеливым, и Анна впервые за долгое время почувствовала, что её слушают.Когда она поднялась в свою комнату, уже почти стемнело. Она зажгла свечи на столе, подошла к окну и посмотрела на звёзды.— Ну что, Лея, — прошептала она. — Мы справились. Мы здесь. Мы свободны.

Глава 7. Восточный сад

Анна проснулась оттого, что в комнату пробивался солнечный свет. Он лился сквозь высокое стрельчатое окно золотыми полосами, падал на покрывало и танцевал на стене маленькими зайчиками. Она приоткрыла глаза и несколько мгновений просто смотрела в потолок, привыкая к мысли о том, где она находится.Не её спальня. Не её кровать. Не её жизнь.Но тело было лёгким, молодым, полным сил. Спина не болела, суставы не ныли, голова не гудела от бессонницы. Она чувствовала себя так, будто выспалась впервые за десять лет.Анна медленно села на постели. Комната утопала в утреннем свете — тёплом, янтарном, почти осязаемом. Стены были из светлого камня, на полу лежал мягкий пушистый ковёр, у камина стояли два уютных кресла. Вчера она не заметила всех деталей — слишком устала с дороги. Но сегодня всё выглядело иначе.На прикроватном столике стоял глиняный кувшин с водой и небольшая тарелка с сыром, хлебом и мёдом. Рядом лежала записка, выведенная аккуратным, чуть старомодным почерком:«Доброе утро, княгиня. Я подумала, что вы захотите позавтракать без лишней суеты. Свежий хлеб в корзине на столе. Марта».Анна улыбнулась. Вчерашняя суровая экономка уже заботилась о ней, пусть и в своей ворчливой манере.Она умылась холодной водой из кувшина, надела простое платье — тёмно-синее, шерстяное, которое нашла в шкафу, — и села за стол. Хлеб был ещё тёплым, мёд — прозрачным, янтарным, пахнущим травами. Она ела не спеша, наслаждаясь каждым куском. В прошлой жизни она часто забывала позавтракать — сначала суета, потом привычка, потом апатия. Здесь, в этом замке, она вдруг вспомнила, что еда может приносить удовольствие.Когда она закончила, она накинула на плечи лёгкую шаль и вышла в коридор.Замок днём был совсем другим. Не мрачным, как вчера вечером, а спокойным, уютным. Солнечные лучи проникали сквозь высокие окна, оставляя на каменном полу тёплые пятна света. По стенам висели гобелены — изображения лесов, охотников, замков и битв. Анна остановилась перед одним из них, изображавшим женщину с мечом. Та смотрела на неё с холста тёмными, серьёзными глазами.«Наверное, какая-то древняя воительница из рода Ротвальдов», — подумала Анна и пошла дальше.Она не знала, куда идёт — просто брела по коридорам, запоминая повороты, заглядывая в пустующие комнаты и любуясь старинной архитектурой. Замок был огромным. Коридоры уходили в разные стороны, лестницы вели наверх и вниз, и через полчаса Анна поняла, что заблудилась.— Ну и ладно, — сказала она себе. — Где-нибудь выйду.Она повернула налево, потом направо, потом прошла через небольшой круглый холл с фонтаном, который не работал уже много лет — об этом говорили засохшие листья на дне чаши. В конце концов она оказалась перед тяжёлой дубовой дверью, которая вела куда-то наружу.Анна толкнула её. Дверь со скрипом открылась, и она вышла.Перед ней был сад.Старый, запущенный, дикий. Каменные дорожки почти скрылись под высокой травой, кусты разрослись так, что превратились в непроходимые заросли, а деревья казались древними великанами, дремлющими на солнце. В центре сада стоял полуразрушенный фонтан с каменной чашей, поросшей мхом. Вода в нём давно высохла.Анна медленно пошла по дорожке, вдыхая запах мокрой земли и травы. Было тихо. Где-то вдалеке пела птица — негромко, монотонно. Бабочка, большая и яркая, пронеслась мимо лица и скрылась в кустах.«Красиво, — подумала Анна. — Запущенно, но красиво. Как будто время здесь остановилось».Она шла дальше, не зная, что ищет. Просто чувствовала, что должна идти — что-то влекло её вперёд.И вдруг она увидела их.В самом дальнем углу сада, за старыми яблонями и высокой крапивой, росли цветы. Они были почти не видны — бледные, увядшие, поникшие. Их стебли пожелтели, листья скрутились, а бутоны висели, как тряпочки. Но Анна узнала их сразу.Пионы.Она подошла ближе, раздвигая руками высокую траву. Здесь было около десяти кустов — старых, больных, почти мёртвых. Но они всё ещё жили. Где-то в глубине стеблей теплилась жизнь, слабая, но упрямая.Анна опустилась на колени перед самым больным кустом. Он был почти сухим, наклонённым к земле, будто просил о помощи. Она протянула руку и коснулась его листьев.И в тот же миг по её пальцам пробежал разряд. Тёплый, приятный, пульсирующий. Она дёрнула руку, испугавшись, но ничего не произошло — просто в ладонях вдруг появилось тепло, лёгкое и живое, как будто под кожей зажглась маленькая свеча.— Что это? — прошептала она.Она снова коснулась стебля — и почувствовала, как что-то течёт из неё в растение. Тёплое, зелёное, живое. Она чувствовала, как пион отзывается, как тянется к ней, как он хочет жить.На её глазах пожелтевший стебель начал зеленеть. Сухие листья расправились, налились соком. Верхушка, которая считалась мёртвой, вдруг выбросила маленький зелёный побег.— Не может быть, — выдохнула Анна.Она отдернула руку, но пион уже изменился. Он стал ярче, крепче, живым. Рядом с ним другой куст, к которому она не прикасалась, тоже вдруг ожил — будто магия передалась по воздуху.Анна поднялась на ноги и отступила на шаг. Сердце колотилось где-то в горле. Она смотрела на свои руки — обычные, тонкие, с длинными пальцами — и не верила, что они только что сделали это.— Это я? — спросила она вслух. — Я… что я сделала?Но ответа не было. Только ветерок пробежал по саду, качнув траву, и птица всё так же пела где-то в ветвях.Анна снова опустилась на колени и прикоснулась к другому кусту. И снова — тепло, пульсация, движение. Сухой стебель оживал под её пальцами, наливаясь жизнью. Она чувствовала каждое растение в этом саду — больные, уставшие, голодные. Они тянулись к ней, просили о помощи, и она отдавала им себя.— Я могу это делать, — прошептала она. — Я… я могу их спасти.Она коснулась третьего куста, четвёртого. Её ладони светились слабым зелёным светом, но она не замечала этого — она видела только то, как цветы оживают под её пальцами. Пионы расправляли листья, поднимали головки, и на некоторых даже появились маленькие зелёные бутоны.Анна плакала. Не от горя — от радости. Впервые в жизни она чувствовала, что может что-то дать этому миру. Что она не просто бесполезная домохозяйка, которую выбросили как старую вещь. Что она способна создавать жизнь.— Я могу это делать, — повторила она, уже громче. — Боже, я могу.Она сидела в траве, среди оживших пионов, и улыбалась сквозь слёзы.Не знаю, сколько времени прошло — может быть, час, может быть, два. Она переходила от куста к кусту, прикасалась к каждому, отдавала им тепло. Пионы оживали один за другим, и сад наполнялся зеленью, свежестью, жизнью.Но когда она попыталась подняться на ноги, её качнуло. В глазах потемнело, в ушах зашумело. Она почувствовала слабость, такую сильную, что едва удержалась на ногах.— Ого… — она схватилась за ствол старой яблони, чтобы не упасть. — Похоже, магия забирает силы.Она медленно пошла обратно к замку, чувствуя, как ноги наливаются свинцом. Но внутри было тепло и спокойно.Когда она вошла в замок, Марта стояла в холле и что-то проверяла в ведомостях. Она подняла голову, увидела Анну, и её взгляд изменился — стал настороженным, изучающим.— Княгиня, — сказала она медленно. — Вы выглядите… бледной. Что случилось?— Всё в порядке, — улыбнулась Анна. — Я просто гуляла. В саду. Там так красиво… запущенно, но красиво.Марта прищурилась. Её глаза пробежали по платью Анны, по её рукам — и вдруг задержались на ладонях. Анна проследила за её взглядом и увидела, что её пальцы всё ещё слабо светятся зелёным светом.Она быстро спрятала руки за спину, но Марта уже всё видела.— Княгиня, — сказала она ровно, без паники. — Пройдёмте в мою комнату. Нужно поговорить.Анна сглотнула. В груди похолодело, но она кивнула.— Хорошо.Они пошли по коридору молча. Марта вела её через весь замок в маленькую комнатку на первом этаже, где пахло травами, воском и старыми книгами. Это была комнатка экономки — скромная, тёплая, с камином, в котором потрескивал огонь.Марта плотно закрыла дверь и повернулась к Анне.— Покажите руки, — сказала она.Анна протянула ладони. Свет исчез, но на коже осталось лёгкое тепло.— Я… я не знаю, что это, — сказала Анна. — Я просто коснулась цветов, и они начали оживать.Марта смотрела на неё долгим, внимательным взглядом. Потом вздохнула, устало, и села в кресло у камина.— Я знаю, что это, — сказала она тихо. — Это магия. Дар твоего рода, который дремал в тебе многие годы. Твоя прабабка была сильной ведуньей, княгиня. Она выращивала такие цветы, каких больше никто не видел. Но магию в твоей семье запретили — после того, как один из князей Рейвенвудов чуть не разрушил половину королевства своей силой.Анна смотрела на неё, не дыша.— Ты проснулась, — продолжала Марта. — И теперь тебе нужно научиться контролировать этот дар. Иначе он уничтожит тебя.— Как мне научиться? — спросила Анна.Марта усмехнулась и покачала головой.— Для начала — поесть и отдохнуть. Ты потратила слишком много сил на цветы, хотя они того и стоят. Я видела, что ты сделала с восточным садом. Ты, похоже, изменила его до неузнаваемости. А завтра… завтра я поговорю с князем. Он должен знать.— Но он… он не будет злиться? — с опаской спросила Анна.Марта пристально посмотрела на неё.— Князь Дэмиан — не его отец. Он не боится магии. Он уважает её. Он наймет тебе учителя, если я попрошу. А пока — иди в свою комнату и ложись спать. Я пришлю тебе горячего молока с мёдом.Анна кивнула и уже у двери обернулась.— Марта… спасибо.— Иди уже, — буркнула экономка, но в глазах её теплело что-то тёплое. — И не вздумай снова идти в сад до завтра!Анна улыбнулась и вышла, чувствуя, как внутри разливается спокойствие.Она и не знала, что в этом мире есть кто-то, кто будет защищать её.