Разлучница. Я заберу у тебя все

Бизнес бывшего муженька – это «Регион-Строй». Детище отца и еще одно больное место.

Мне придется пожертвовать нашей компанией, чтобы уничтожить Игната. Но папа точно не был бы против – это и успокаивает.

– Гараев – опасный человек.

– Опасный, – соглашается женщина, – Тебе нельзя им манипулировать, как Игнатом, иначе нарвешься на неприятности. Но сотрудничать...

– На что ты намекаешь? – тон тети отчетливо говорит, о каком сотрудничестве может идти речь.

– Я видела ваши фотографии, – тонкая сигаретка в ее руках превращается в окурок, который Галя ловко выкидывает в урну, вмонтированную в паре метров от нас.

– Это просто танец.

– Не просто.

– Я не собираюсь раздвигать ноги перед Дамиром.

– И не надо, – соглашается со мной она, – Но изобразить покорность и попросить о помощи ты можешь. Он не откажет тебе, не сомневайся.

***

Возвращаюсь с кладбища ближе к вечеру. Дома темно и тихо, только на кухне горит свет. Это помощница по хозяйству заканчивает с ужином.

– Карина, добрый вечер, – встречает меня женщина в простом черном платье, с пучком светлых волос, чуть старше тети.

Строгая, даже суровая, но педантичная – с такими я люблю работать.

Она не лезет в мои дела, не копается в вещах и не задает лишние вопросы. Кажется, если я завтра притащу в дом труп Кристины или Игната, она молча возьмет лопату и поможет мне закопать тело на заднем дворе.

– Добрый вечер, Инга, – здороваюсь в ответ и устало опираюсь о дверной косяк, ожидая от нее ежедневного отчета.

Еще одна наша рутинная привычка – Инга каждый вечер отчитывается о проделанной работе. Мне все равно, но для нее важно.

– Ужин в духовке на режиме «подогрев», ваши платья вернулись из химчистки. Я повесила их в гардеробной. Костюм на завтра готов. На сегодня все.

– Спасибо вам, – отталкиваюсь от стены и мечтаю только об одном – горячем душе, чтобы сильные струи воды прошлись по плечам и расслабили тело.

– Да, кстати, – вдруг вспоминает женщина, – Вам принесли цветы. Я поставила их в вазу в вашем кабинете.

– Цветы? – удивленно переспрашиваю ее.

– Да, два букета, – сухо отвечает Инга и спешит попрощаться, – До завтра.

– До завтра, – произношу вслед, но женщина словно испаряется в воздухе.

Скидываю с себя кожаную куртку, снимаю водолазку, горло которой душило меня весь день, и джинсы.

Прохожу в одном белье до кабинета и застываю в дверном проеме.

Действительно, два букета.

Красные розы и... белые лилии.

Точно такие же, какие стоят на кладбище у могилы Алины Беловой.

Холодок проносится по коже, но я отмираю и скорее подхожу к цветам.

Красные от Игната, о чем говорится в записке с пошлым посылом: «Эти розы как символ страсти, которую ты рождаешь во мне».

Белые лилии... У этого букета тоже есть записка.

«Карина. Тебе идет это имя».

Глава 11. Карина

– Теперь тебя зовут Карина.

Только тетка могла выбрать такое имя. В моей голове все Карины яркие, опасные и даже хищные, но я ведь не такая.

Я слабая, никчемная и, как оказалось, слишком доверчивая. Настолько глупая, что не замечала измену под носом, за стеной, в гостевой комнате собственного дома.

– Ка-ри-на, – произношу вслед за тетей, пробуя это имя на вкус.

Оно мне нравится, но слишком непривычно. Карина – про дерзость, страсть и силу, в то время как Алина – про мягкость, нежность.

Карины точно не нежные и не мягкие. Они идут напролом к своей цели. И если надо, по головам.

– Да, – кивает Галя, – Ковалевская Карина Дмитриевна. Родилась в Санкт-Петербурге, училась в университете в Италии, работала там же, в одной из строительных компаний Рима. Мой друг тебя заочно устроил к себе.

– Но я не знаю итальянский, – вдруг возражаю.

Целую легенду мне придумала. Словно мы в шпионском боевике.

– Выучишь, – строго отрезает тетя и подходит ближе, садясь на корточки, потому что в этой палате почему-то нет стульев для посетителей.

Прошел год.

Целый год, в течение которого я восстанавливалась после аварии, чтобы снова оказаться в больнице, но уже по другому поводу.

Вчера мне сделали первую пластическую операцию. Изменили лицо. От и до. Так, чтобы от прежней Алины и следа не осталось.

Нос, скулы, разрез глаз – все теперь не мое. И хорошо, что бинты пока не дают увидеть результат.

– Если хочешь жить, придется, – уже ласковее произносит женщина, – Карина.

***

Страх сковывает все мое тело, а глаза вновь и вновь пробегаются по словам в записке.

«Карина. Тебе идет это имя».

Карина.

Кто-то знает. Но как?

Никто, кроме меня и тети, не посвящен в мои пластические операции и перевоплощения. Никто не знает, что раньше я была Алиной.

Не осталось ни единого документа, где я записана под старым именем. Ничего.

Все операции проводились за границей в частных клиниках. Там, где люди платят за полную конфиденциальность.

Все помощники по хозяйству, риелтор, горничная в доме Беловых – все, с кем я сотрудничаю, знают меня исключительно как Карину Ковалевскую.

Хотя нет...

Есть еще кто-то, для кого мое прошлое не секрет.

Игнат? Кристина?

Нет.

Если бы они знали, меня бы тут же попытались убить. Эта парочка не станет устраивать игры за моей спиной – у них не хватит мозгов и смелости на это. Игнату проще немедленно пристрелить меня и закопать в лесу, чем устраивать фокусы с цветами.

Кроме того, букет от него стоит рядом с лилиями.

А Кристина... Она хоть и провернула «аферу века» с моей аварией, но больше так рисковать не станет. Легко устранить дурочку Алину Белову, подстроить нелепую аварию и заплатить кому надо. Сложнее соперничать со мной.

– Нет, это не они, – произношу зачем-то вслух.

И телефон в моей руке тут же оживает с вибрацией.

Кристина.

Легкая паника все же догоняет меня. Не тороплюсь отвечать – еще секунд десять гипнотизирую имя бывшей подруги на экране смартфона, но сдаюсь и отвечаю:

– Привет, дорогая, – в моем голосе нет ни капли страха. Он ровный, уверенный.

Но внутри бушует шторм, посылая крупные мурашки по всему телу. В доме резко становится холодно, и я снимаю со спинки кресла оставленный ранее кардиган. Шерстяной материал колется, но мгновенно согревает.

– Кариночка, привет, – раздается в трубке ее сладкий голосок, – Ты дома?

Напрягаюсь от вопроса. А если это все-таки Кристина?

– Да, недавно вернулась. Была на шоппинге, – спешу ответить, чтобы не создавать подозрительных пауз.

– Тогда приглашаю тебя завтра на йогу, а после мы обязательно должны позавтракать в «Лаванде», – тараторит Кристина, и тут я позволяю себе расслабиться. Это не она, – Новое место в нашем городе, недавно открылось. Говорят, там готовят идеальный матча-латте.

Йога, матча-латте... Мне вообще не до этого, но времени на панику нет.

Нельзя растягивать месть на годы, поэтому я выдыхаю, натягиваю на себя улыбку и соглашаюсь.

– Конечно. Я сама хотела тебе предложить что-то подобное.

– Вот и отлично! – восклицает Кристина, но я ее больше не слушаю.

Неожиданно моих волос касается легкое дуновение ветра. Резко оборачиваюсь, и... ничего.

За моей спиной никого нет. Дома тихо.

Однако ощущение, что за мной следят, только усиливается.

Кто же ты...

Глава 12. Любовница

– Кажется, у твоего Игната есть любовница, – задумчиво произносит Кристина, пока я размешиваю кашу для Юли.

Замираю с ложкой в руке и пару секунд пытаюсь осознать, что я только что услышала.

Любовница? У моего Игната?

Бред.

Или нет...

– Откуда ты это знаешь? – голос дрожит, руки не слушаются, и та самая ложка падает на пол, размазывая кашу по паркету.

Тут же хватаю тряпку с раковины и принимаюсь вытирать пол, пока серая масса не засохла на деревянном покрытии.

Кристина же подходит ближе, опирается спиной на кухонную тумбу и сверху посматривает на мои хаотичные движения.

– А ты сама не видишь? – в голосе подруги то ли ирония, то ли жалость ко мне, – Он возвращается домой поздно, приходит всегда какой-то радостный. И эти его незапланированные командировки. Я, конечно, могу расспросить у его ассистента о поездках, когда буду в офисе, но, мне кажется, тут и так все ясно.

– Не верю, – мотаю головой.

Поднимаюсь и начинаю яростно отмывать тряпку от каши. Руки тут же краснеют из-за горячей воды, каша уродливыми ошметками стекает в слив, а я незаметно для себя начинаю шмыгать носом.

Кого я обманываю?

Первые подозрения, что муж может мне изменять, появились практически сразу после похорон отца. Но до этого дня я списывала все на его нагрузку на работе. Все заботы о компании резко оказались на плечах Игната, поэтому задержки, внеплановые командировки и постоянные ужины с «партнерами» поначалу не казались мне чем-то подозрительным.

А теперь Кристина.

И ее слова окончательно добивают меня.

– Можешь не верить, – произносит подруга, – Но я на все двести процентов уверена, что у него есть любовница.

***

Бикрам-йога – новое направление для нашего провинциального городка. Привычная всем йога, но только в сауне, когда высокая температура воздействует на тело и сознание, улучшая результат от занятия.

И становится действительно лучше.

Несмотря на жужжащий над ухом голос Кристины, я с холодным разумом понимаю, что ничто не заставит меня прекратить свою месть.

Ни незнакомец, который устраивает непонятные фокусы с цветами, ни возможные покушения от Игната или Кристины – не существует такой причины, чтобы я остановилась.

Просто приходится корректировать планы на ходу.

– Ваш завтрак, – вежливо произносит официант и ставит передо мной омлет с овощами.

Занятие закончилось, и сразу после Кристина отвела меня в эту «Лаванду» – новомодное место в центре города, где готовят только правильное питание.

Хотя я бы поспорила – в меню упор на маркетинг, а не на действительно здоровую еду.

– Зря ты отказалась от матчи, – говорит Кристина, отпивая зеленый напиток с белой пенкой, – А еще здесь вкусные панкейки из зеленой гречки.

– Я предпочитаю простую и цельную еду: стейк хорошей прожарки, самые обычные овощи и теплую воду, – отвечаю ей и отпиваю воду с лимоном, которую заказала к омлету, – Без изысков.

– Знаешь, – начинает Кристина, но тут же осекается, потому что к нашему столику подходит молодая девушка.

Около двадцати пяти лет, блондинка с идеальной фигурой – это одна из любовниц Игната. Работает в «Регион-Строй» в бухгалтерии и по выходным часто ездит со своим начальником в те самые «командировки». Видимо, составляет какой-то особый финансовый отчет для моего бывшего мужа.

Усмехаюсь от своих мыслей. Жалко, что Кристине в этот момент совсем не весело.

«Подруга» вся краснеет и напрягается, когда очаровательная Дарина, так зовут эту девицу, нагло садится за наш столик.

И та, и другая знают про положение друг друга. Кристина прожигает взглядом любовницу своего ненаглядного Игната. Дарина в ответ смотрит на нее с пренебрежением.

Если бы не я и куча людей вокруг, они бы точно устроили драку.

– Кристина Олеговна, здравствуйте, – слащаво здоровается с ней девушка, – Давно мы с вами не виделись. Кажется, со дня рождения Игната Игоревича?

– Привет, Дарина, – сквозь зубы здоровается с ней моя бывшая подруга, – Ты вроде должна быть на работе.

Кристине неловко передо мной за эту сцену. Максимально.

А я же чувствую разбушевавшийся аппетит и с удовольствием поедаю омлет, пока эти двое продолжают словесную перепалку.

– Понимаете, – намекает ей Дарина, – Нам вчера пришлось задержаться с Игнатом Игоревичем допоздна. Готовили отчетность по новому проекту для аудиторов. Поэтому сегодня у меня отгул. Вы же знаете своего мужа. Какой он требовательный в работе.

Ауч...

– Да, – в голосе Кристины смесь отчаяния со злостью, и я бы с удовольствием понаблюдала дальше за этой дешевой драмой, но...

– Дарина, – вмешиваюсь в их разговор, перенимая все внимание девушки на себя, – Во-первых, встаньте. Мы не приглашали вас садиться за наш стол, – Дарина настолько в шоке от моего строгого тона, что подскакивает на ноги, – А, во-вторых, оставьте эти глупые намеки при себе. Все знают, что вы всего лишь очередная и... – окидываю ее критическим взглядом, – Весьма посредственная подстилка Игната. Сколько у него таких, как вы?

Дружба с Кристиной – наверное, один из самых сложных пунктов моего плана. Она должна доверять мне, она должна в какой-то момент рассказать про все, что сотворила со мной пять лет назад. Про манипуляции, про аварию – мне нужно признание, потому что это единственное, что может посадить ее в тюрьму.

А пока Кристина видит во мне соперницу и безумно ревнует к Игнату.

Но мы это исправим прямо сейчас.

– Я не поняла... – начинает блеять Дарина, мгновенно потерявшая всю храбрость, – Вы кто?

– Я – хорошая подруга Кристины Беловой, – отвечаю ей, чуть подавшись вперед, – Беловой – улавливаешь? Законной жены Игната и матери его ребенка. А ты кто? Сегодня ты раздвигаешь ноги на его рабочем столе, а завтра твое место займет другая. Кристина же останется в жизни Игната, независимо от количества его шлюх.

Дарина окончательно теряется. Забирает свои вещи, молча разворачивается и выбегает из кафе. А вот Кристина смотрит на меня с огромной благодарностью.

– Я поражена, – выдает она, – Где ты училась так ставить людей на место?

– Слишком много в моей жизни было учителей, – например, один из них – ты, но эти мысли я оставляю при себе.

– Спасибо, – вдруг искренне говорит Кристина, и на секунду мне становится ее жаль.

Столько усилий, столько рисков, и ради кого? Игната, который никогда не оценит такую сильную любовь.

И она, правда, его любит. Знает про все измены, знает про все его слабости, но продолжает любить, задвигая самоуважение на второй план.

«Стоило убивать меня ради него?» – спрашиваю Кристину мысленно, но вслух произношу другое:

– Не за что, дорогая, – кладу свою руку поверх ее руки, дружески сжимая, – Ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку.

– И ты, – отвечает она.

Вот и подружились.

Глава 13. Гараев

Дамир Гараев зря время не теряет.

Прямо сейчас «Регион-Строй» проходит масштабную аудиторскую проверку, по результатам которой проект «Новая Эра» могут закрыть.

Навсегда. Без возможности возобновить стройку через время.

Если найдут хотя бы намек на воровство, на закупку некачественных материалов, Игнат не получит ни копейки от инвесторов.

Ничего.

А на следующий день мой бывший муж станет банкротом, потому что «Новая Эра» – это его последний шанс.

Оказалось, Игнат не такой хороший бизнесмен, каким он себя воображает. Не зря папа держал его в должности заместителя и никогда не подпускал к решению важных для компании вопросов.

Строитель из Игната так себе – ему просто повезло получить прибыльную, крепко стоящую на ногах фирму, которая, к сожалению, за эти пять растеряла былое величие.

А я была дурой, раз так слепо доверяла мужу во всем.

***

– Компания должна перейти в мое управление, – категорично заявляет Игнат в рабочем кабинете папы.

Здесь только я, муж и тетя, потому что отца нет с нами уже сорок дней, и час назад мы вернулись с поминок.

Все в черном, у меня заплаканное лицо, на тете маска раздражения, а Игнату непременно сегодня надо решать рабочие вопросы.

– Обязательно это обсуждать в такой день? – интересуется Галя, и в ее голосе я улавливаю неприятную иронию.

Она права, но Игнат тоже прав.

«Регион-Строй» уже месяц без руководства – долго компания так не протянет. А отец меньше всего хотел бы, чтобы его детище пошло под откос.

– Обязательно, – зло отвечает ей муж, – Дальше тянуть некуда. Мы поговорили с Алиной и решили, что пост директора займу я.

– Ну раз вы решили, – многозначительно произносит тетя...

***

Застегиваю на спине темно-синее платье выше колен. Красиво облегающее тело, с декольте, но не пошлое.

Дамир про другое. Он эстет, в отличие от Игната, которому достаточно голую коленку показать.

Дамир легко раскусит любые попытки соблазнить его, но и приходить на встречу в строгом классическом костюме – плохая идея.

Хочется подразнить этого мужчину, насладиться пристальным взглядом темно-карих глаз, которые будут неотрывно смотреть на меня весь вечер.

В Дамире есть что-то такое, вызывающее дрожь во всем теле. Опасное, властное и по-настоящему мужское.

Наношу прозрачный блеск на губы и еще раз критически осматриваю себя.

Пять лет назад я свято верила, что мужчины любят за ум, за атмосферу в доме, за заботу. Я редко наряжалась, красилась только по праздникам, но и дурнушкой себя не считала.

Я была обычной, простой и любила все простое, не подозревая, что буду втянута в грязные интриги мужа и его любовницы.

А сейчас что?

Теперь я сама устраиваю грязные интриги и готова ради своей мести на многое.

И если Гараев захочет переспать со мной...

Смогу ли я переступить эту черту?

Да. Без сомнений. Когда на кону все. Когда моя дочь живет в доме убийц и называет главную убийцу мамой. Когда бывший муж намеренно женился на мне ради карьеры, и теперь наслаждается безбедной жизнью за счет компании моего отца.

Еще раз смотрю на себя в зеркало и замечаю на лице... Нет, не улыбку. Хищный оскал.

***

«Президентский номер отеля «Империя», восемь вечера. Не опаздывайте. Вас встретят».

Гараев удивительно легко согласился на эту встречу.

Все общение проходило через его ассистента, но положительный ответ я получила спустя час после своего обращения.

И вот я здесь.

Окидываю взглядом отель, который, по иронии судьбы, построил Игнат пару лет назад, и захожу внутрь, позволяя швейцару открыть мне дверь.

На стойке ресепшена меня встречает милая девушка в идеальном черном костюмчике. Она смотрит на меня приветливо, но сказать ничего не успевает – ко мне тут же подходит двухметровый охранник Дамира и просит следовать за ним.

Пока иду до лифта, отмечаю, что одним охранником Гараев не ограничился. Еще двое сидят в мягких креслах в зоне ожидания. Четвертый мужчина в костюме встречает нас у входа в номер, а пятый выходит из него, переглядываясь со своим коллегой, который сопровождал меня.

– Он вас ждет, – коротко отчитывается мужчина, пропуская меня внутрь.

Дверь закрывается с тихим щелчком. На замок.

Еще не вижу его, но чувствую, что мы здесь только вдвоем.

В номере тишина, везде приглушен свет, но я иду куда-то вперед в поисках Дамира.

До встречи я успела изучить план отеля, и президентский люкс в «Империя» отличается от обычных номеров.

Это целый пентхаус, занимающий весь этаж. Отдельно спальня, гостиная, рабочий кабинет и собственный тренажерный зал.

Дамир встречает меня на пороге гостиной. В черных классических брюках и черной рубашке, выпущенной и расстегнутой на пару пуговиц.

Обманчиво расслабленный образ хищника.

– Карина, – ласково произносит мужчина, протягивая мне руку.

– Дамир, – киваю в ответ, вкладывая свою ладошку в его.

Гараев доводит меня до обеденного стола, накрытого на две персоны, отодвигает стул и помогает сесть, но сам не спешит садиться.

– Вино?

– Красное, сухое.

Не люблю алкоголь, но на таких встречах это часть этикета.

– Отличный выбор, – голос мужчины раздается где-то в соседней комнате.

Но вот он возвращается, и передо мной появляется бокал с багровой жидкостью.

Делаю маленький глоток, смакую на языке терпкий вкус напитка и ставлю бокал на место.

Дамир опять уходит от меня – краем глаза вижу, как мужчина встает у большого панорамного окна и смотрит на город. Что-то напряженно разглядывает там внизу, не обращая на меня никакого внимания.

Словно ждет, когда я заговорю первая, и я говорю:

– Ты знаешь, зачем я здесь.

– Знаю, – после секундной паузы отвечает мужчина, – Ты хочешь, чтобы Игнат Белов обанкротился. Чтобы завтра к нему в офис и домой пришли судебные приставы и отобрали все, что он с таким трудом зарабатывал.

«С таким трудом зарабатывал» из его уст звучит как усмешка, и я напрягаюсь.

– Да, – голос впервые подводит меня. Не дрожит, но выдает легкое волнение.

Удивительно, как этот мужчина влияет на меня.

Я могу изобразить любую эмоцию при Кристине или Игнате. Могу оставаться спокойной, показывать веселье или сочувствие, испытывая к ним лишь ненависть.

Но Гараев...

Он давит, подчиняет даже издалека, заставляя чувствовать страх перед ним.

Страх вперемешку с возбуждением.

– Забавно, – тихо произносит мужчина, продолжая гипнотизировать улицу внизу, – Я хотел открыть филиал в этом городе еще шесть лет назад, но Виктор Лаврентьев не дал мне и шанса.

Папа...

Он такой. Жесткий в бизнесе, но безгранично добрый в семье.

Он не побоялся Гараева и точно не стал бы перед ним пресмыкаться, как это сейчас делает Игнат.

Подозревает, что Дамир хочет его вытеснить, но все равно верит в какое-то чудо. Что Гараев разглядит перспективы «Новой Эры» и все-таки даст деньги на стройку.

Только у мужчины рядом со мной изначально другие планы. Смешно, что бывший муж так легко поверил в сказочные инвестиции столичного бизнесмена.

– ...Это он основал «Регион-Строй», – продолжает Дамир, зачем-то рассказывая мне все это, – Жалко, что его дочь вышла замуж за такую бездарность и так легко отдала компанию некомпетентному человеку.

А вот это удар под дых. Неосознанный, потому что Дамир не знает, что дочь – это я, но все равно болезненный.

Делаю еще глоток вина, потому что во рту резко становится сухо.

– Но Виктора Лаврентьева и его дочери больше нет, – стараюсь говорить спокойно и безразлично, – К чему все это?

Я не слышу шаги, но вздрагиваю, когда горячие ладони мужчины ложатся мне на плечи, слегка массируя их.

Еще один обманчиво ласковый жест.

Мы не на романтической встрече и не на деловом ужине – Гараев на охоте, и я – его жертва.

– К тому, что его дочь все-таки выжила пять лет назад в той страшной аварии, – мужчина наклоняется к моему уху, – Правда, Алина?

Г