P.S. С любовью, твоя Вера

У всех был не поддельный интерес, многие задавали вопрос, как и мои родственники: Почему я приехала одна? Все ли у нас хорошо? Все ли с ним в порядке?

Я с улыбкой отвечал, что он просто слишком занятой, и как только освободиться от своих дел, приедет и закатит вечеринку.

Все начиналось как всегда весело, конкурсы, тосты, танцы, мой сюрприз, выступления, снова танцы, но мне было не до конца весело, потому что не хватало его, и в какой-то момент, когда большинство людей уже хорошо выпило, мне окончательно взгрустнулось и я села на стульчик, и откинувшись на спинку, стала наблюдать за парами. Мне было интересно посмотреть, как они взаимодействуют между собой.

Это был не сбор информации, чтобы потом прилететь домой и встретившись с ним, обсудить, кто как себя вел и что в целом происходило, это было для меня лишь женским любопытством, сравнением своих отношений с другими, это бессмысленно, потому что в неконкуренции, но такое иногда происходит.

Смотря на пары, я ведь прежде никогда и не задумывалась над тем, как нас с ним вместе видят другие люди. Как мы на самом деле смотримся с ним со стороны? Почему они так интересуются, когда его нет? Почему он мне рассказывает о подобных вопросах когда ходит куда-то один? Мы что не только для родителей стали одним целым? На что конкретно люди обращают свое внимание, когда мы вместе с ним? Что их интересует? У нас меняется стиль общения, когда мы вместе? Какая-то аура?

Что они замечают, глядя на нас?

Я бы хотела увидеть это со стороны. Может быть, у нас меняются жестикуляция, тон или мимика, когда мы разговариваем друг с другом, может у нас есть какие-то незаметные прикосновения, или не понятные другим невербальные жесты что способствуют пониманию на расстоянии. Может быть, мы становимся живыми, рядом друг с другом.

Как только я начала об этом задумываться у меня зазвонил телефон. В Москве было еще десять часов вечера.

- У нас все получилось! – радостно произнес он.

- Я вас поздравляю! Я даже не сомневалась в тебе и в вашей команде! - радуясь произнесла я в ответ.

- Ребятам отдал свою часть, завтра отправляем, и через несколько дней будем выступать на конференции. У тебя как дела? Когда обратно билет, напомни? Успеешь с корабля на был?

- Да у меня отлично все, скучно тут правда без тебя. Вылет у меня послезавтра утром и часов в десять утра я буду уже в Москве.

- Наконец-то… Встречу тебя, пообнимаемся, да хоть поспим нормально.

- Ты там, наверное, вообще глаз не смыкаешь. Кофе да компьютер свой. Вот прилечу, получишь у меня! – строго, но улыбаясь проговорила я.

- Сама получишь. – смеясь в ответ произнес он. - Давай прилетай уже, там разберемся.

Через два дня закончив все свои деля я утром приехала в аэропорт, получила свои билеты и села в самолет.

Он позвонил мне чтобы убедиться в том, что все в порядке, что рейс не перенесен и заодно пожелать мне приятного полета. Он уже не спал, возможно, потому что боялся проспать то самое время, когда ему нужно будет ехать за мной в аэропорт чтобы встретить.

Я очень сильно волновалась за его состояние, что он плохо или почти не спит по ночам, и поэтому предложила ему свой вариант, сказав, что доберусь до дома самостоятельно, чтобы он не переживал, и если ему сильно захочется спать, то в этом нет никакой проблемы.

Я не какая-то ханжа с запросами, меня не нужно встречать с цветами возле выхода.

На что он ответил, что все будет отлично и у него еще будет уйма времени поспать, когда я буду дома.

Приняв его аргументы, я не стала повторять свои предложения. Все равно было бесполезно об этом спорить, он не принял бы мою самостоятельность, и свое бессилие перед сном.

Он вновь пожелал мне приятного полета и мягкой посадки, а я пожелала ему отдохнуть, и на этом наш телефонный разговор был закончен.

В середине полета нес немного потрясло, попали в зону турбулентности и после того, как мы вышли из нее, меня охватила мысль о том, как бы чувствовал себя он если бы со мной что-то случилось. А вдруг он переживал именно об этом, когда я улетала и просто не хотел меня пугать своими мыслями, просто стараясь не верить в них. Что было бы если бы они оказались правдой?

На сколько бы сильно он винил себя, что не остановил меня дома перед вылетом, чувствуя эту опасность?

Меня начали захватывать какие-то странные мысли о его самочувствие, о расставании, о чем-то страшном. Было бы намного проще если бы в самолете ловила сотовая связь, и я смогла бы позвонить ему, чтобы услышать его голос, задать вопрос и просто успокоиться его ответами, но это было невозможно. Поэтому, сходив в туалет и умыв лицо, я попросила у стюардессы воды и откинувшись в кресле постаралась отогнать все глупые мысли, надеясь, что зоны турбулентности больше не будет и эти страшные картинки не вернуться в мое воображение.

Через несколько минут все успокоилось в моей голове, за бортом тоже все стало спокойно, и я уже наслаждалась картинками нашей предстоящей с ним встречи.

Как я крепко обниму и нежно поцелую его, а он обнимет меня еще крепче и поцелует немного грубовато, со скрытой страстью, которая заметна мне, что он испытывает, когда мы не видимся дольше чем день. Это видно мне по его взгляду, он становиться совершенно другим и от этого приятно быть с ним, потому что я могу точно так же как и он, подыграть видя какие-то определенные подсказки тела.

Полет слава богу закончился благополучно, пилот посадил эту ласточку достаточно мягко как мне показалась, я даже не особо почувствовала соприкосновения с посадочной полосой. Вернулась сотовая связь, и я тут же написала ему сообщение о посадке, узнав приехал ли он или спит. Я знала, что его телефон на беззвучном и если бы он спал, то моя смс явно не разбудила бы его. Пока самолет доехал до нужного места, пока нам подогнали трап, ответа мне не пришло.

Я понимала, что человек может спать, тем более сама его об этом попросила, но в связи с последними переживания, которые были у меня во время «трясучки» самолета, мне стало как-то не по себе. А вдруг он пошел в ванну и уснул?

Наконец нас выпустили из самолета, привезли в автобусах к зданию аэропорта, и я вышла в зону ожидания.

Его там не было.

Посмотрев статус сообщения, я увидела, что оно доставлено, но не прочитано. Значит с телефоном у него все в порядке и если бы он ехал ко мне явно прочитал бы или хоть что-то ответил.

«Я если что, еду домой…» - написала я еще одно сообщение, на всякий случай, вызвала такси, и отправилась в путь. Первое сообщение так и оставалось без ответа.

Вроде для повседневной жизни вполне стандартная ситуация, человек уснул, с кем не бывает, но чем ближе я подъезжала к нашему дому, тем тревожней мне становилось внутри.

Прихватив свою сумочку, когда водитель остановился около дома, я почти вылетела из машины и направилась быстрым шагом к подъезду, который почти четыре дня назад дарил мне приятные воспоминания. Еле-еле открыла чипом дверь, потому что связка ключей падала дважды, пока я нервничая, пыталась поднести ее к домофону, забежала по ступенькам будто их и не было и нажав на кнопку лифта, с нетерпением ждала его спуска с одиннадцатого этажа. Второй, как назло, завис где-то на третьем. Видимо опять что-то грузят или выгружают строители.

Наконец доехав до нашего этажа, я уже почти с трясущимися от страха ногами открывала дверь.

Шагнув в коридор и закрыв за собой дверь, я сразу же взглянула на шкафчик и увидела, что его обувь стоит на месте. Он где-то дома, значит мы уже не разъехались.

Пока я спешно снимала свою обувь, мне стало понятно, что из ванны не слышно звука текущей из крана воды, значит и там его нет - тоже отлично. Аккуратно, чтобы не разбудить его своими шагами если он спит, и в тоже самое время с учащенным дыханиям, из-за страха увидеть что-то неприятное, я вошла в комнату.

В шортиках, съежившись в клубок, сложив ручки между ног, видимо от того, что замерз так как окна были открыты, он лежал на разложенном диване.

«Наверное он так и спал все это время пока меня не было.» - подумала я. – Мужчины иногда такие не внимательные к себе, когда чем-то озадачены. Я с улыбкой на лице, оттого что увидела его, такого бородатенького, как домовенка, на цыпочках прошла до лежащего на кровати пледа и взяв его, подошла и укрыла им своего мужчину.

Он немного поелозил и приоткрыл глаза. Поднял их на меня и как-то жалобно произнес.

- Прости…

Я все так же улыбаясь присела на коленки рядом с диваном и взяв его за руку, которую он вытащил из-под пледа, хватая воздух, чтобы потрогать меня в качестве приветствия. Я тоже так часто делала, когда он приходил будить меня.

- Ничего страшного, родной мой. Я дома.

- Мысли ошибочны. – до конца не проснувшись произнес он немного улыбнувшись. - Я рад что ты вернулась.

- Я тоже рада что вернулась. Спи давай, я сейчас в душ, и к тебе прилягу.

Он похватал еще воздух рукой, когда я встала, и поняв, что меня уже не поймать, закутался посильней в плед.

- Тебе надо, ты и спи. – произнес он в шутку, когда я закрыла окно.

Мне было так легко на душе. Никаких беспокойств… Он дома, я дома, все хорошо, он просто устал и уснул. Все тревоги окончательно развеялись.

Переодевшись в пижаму после принятого душа, я решила, что не буду перекладывать его на кровать, пусть спит как спит на диване, а я прилягу рядышком. Обняв его, я почувствовала, что он еще не согрелся, хотя окно уже было закрыто. Прижавшись к нему поближе, я почувствовала, как его рука накрыла мою.

- Я рад что у тебя все хорошо. – сонным голос произнес он.

Поцеловав его в плечо и уткнувшись своим носом в его спину, прижавшись к нему еще сильней я отключилась буквально за мгновение.

Все повторялось как в зацикленной кинопленке. Во сне был тот самый вечер перед отлетом и его слова сказанные с грустным выражением лица. «Вот что с людьми делает расставание…» - повторялось снова и снова, а я пыталась каждый повтор сказать ему о том, что «Мы уже встретились. О каком расставании ты говоришь?» - крутился в голове этот вопрос и как только я начинала его задавать, он вновь повторял свою фразу.

Вырвал меня наконец из этого сна телефонный звонок. Это звонила на мой телефон его мама.

- Вер, ты прости что беспокою, он дома? Все хорошо у него?

- Да спит лежит, и я вместе с ним.

- Ой, прости что разбудила… Волнуюсь просто, не спокойно мне как-то.

- Не беспокойтесь, проснется наберет. Я ему устрою.

- Ладно, теперь поспокойней. – словно испытывая облегчения произнесла она. - Еще раз прости что разбудила. Как полет то хоть прошел?

- Да там потрясло маленько, а так в целом не плохо. Тоже домой ехала обеспокоенная. Увидела, полегче стало.

- Надеюсь уснете еще. Все, отдыхайте тогда.

- До свидания. – произнесла я, и отклонив вызов, вернулась в комнату.

Поставила телефон на «без звука», я увидев время, поняла, что мы проспала уже не менее шести часов после того, как я приехала.

- Так, а мы долго спать то будем? – поинтересовалась я, поворачиваясь к дивану, где лежал он.

Меня насторожило что он лежит в той же самой позе, которая была, когда я ложилась рядом с ним и он даже не пошевелился, когда я задала вопрос.

Дрожь пробежала по моему телу, и я еще пару секунд с замиранием смотрела на него, чтобы увидеть признаки жизни, пытаясь мысленно разбудить повторяя в голове один и тот же вопрос. Я разглядывала чистоту его дыхания, но с его телом ничего не происходило.

Чувство опустошенности, непонимания, и паники охватило меня в один момент.

Я бросилась к нему, и потом не помню ничего, до слов врачей, которые словно с глубины какого-то ущелья сказали мне что слишком поздно, сердечная недостаточность, и что это довольно распространённый случай, когда такое происходит во сне. Я не знаю, как я вызвала скорую, не знаю, как открывала им дверь, не знаю, что происходило со мной еще несколько дней после, не знаю, как позвонила его и своим родителям. Я пыталась понять только две вещи, почему и за что? Задавала себе вопросы, которые не давали мне смериться с происходящем. Неужели вот так все неожиданно? Может это сон? Может сейчас он позвонит и разбудит меня по-настоящему? Но мне никто не звонил, или мой телефон был разряжен, или вообще отключен, я не знаю.

Звонок прозвучал ему на второй день. Я знала этого человека, это был его коллега по работе, поэтому я ответила.

- Ты где? – встревоженно поинтересовался он. – Здравствуйте... – обращаясь к кому-то проговорил он. – Алло! Ты слышишь? Куда пропал-то?

- Леш, все… - смотря в некуда констатировала я.

- А, Вера, это вы. Здравствуйте. – немного успокоив свою встревоженность начал он. – Подождите секунду сейчас отойду, где потише...

Через насколько секунд его голос опять заговорил со мной.

- Что значит все?

- Больше нет.

Он замолчал, и я не понимала это было шок от потери близкого человека, коллеги, или просто страх что все созданное в их компании за последние несколько месяцев, под угрозой провала из-за того, что из проекта выпал одна фигура.

- Соболезную вашей утрате. – через секунд двадцать произнес он, стараясь сделать свой голос более печальным. – Если хотите я могу заехать к вам завтра. Скажите только, что я могу для вас сделать.

- Спасибо, мне ничего не нужно…

- Я понимаю, что это будет грубостью с моей стороны… - начал он еще через десять секунд молчания. – но вы не могли бы скинуть некоторые файлы мне на почту. У нас тут просто конференция и есть люди, которые заинтересованы нашим проектом.

- Да, скидывайте адрес почты и как должны называться документы, которые нужно отправить.

Я не знала, что конкретно в этих документах, я понимала, что человек звонил по делу и у меня не было на него обиды, ведь его жизнь продолжается, даже когда чья-то останавливается, и он был не один из тех чья жизнь продолжалась, а других людей нельзя было подставлять.

Успокаивая свои мысли, стараясь сдерживать вылетающие со всех сторон воспоминания, и слезы, я селя за его рабочий стол и открыла ноут бук.

Как только экран включился я сразу же увидела открытый документ.

Он не ушел просто так, он что-то успел оставить, а я боялась что не услышала его последних мыслей.

Его письмо, я свернула, нашла все документы, которые указал в сообщении Алексей, отправила ему на почту, и вытирая текущие из глаз слезы, вновь открыла написанный текст и начал читать. Все что там было:

4:11

Десять минут назад мне приснился очередной странный сон… Или это был не сон? Я уже запутался и не могу с уверенность ответить даже самому себе на этот, казалось бы простой, совершенно очевидный вопрос, потому что вся моя существующая жизнь как ты знаешь, уже давно состоит из сомнений.

Где я путешествую? - известно только моему воображению…

Вот, например, эти десять минут назад я сидел за большим праздничным столом в шумном зале какого-то дома культуры или ресторана. Я был там, как мне казалось, одним из приглашенных гостей. Привыкая к обстановке, рассматривая все и всех вокруг, я понимал, что вечеринка была посвящена встрече выпускников, но в тоже самое время я осознавал, что среди присутствующих гостей, я не имею отношения, ни к одному из них, ни к их школе, ни к их классу, совершенно никакого.

Эти гуляющие в помещении люди выглядели старше меня лет так на тридцать.

Среди всех мест, которые были за столом я как видимо выбрал именно это место, на котором сидел, и поняв наконец, чему была посвящена вечеринка, я повернув голову к столу, начал включаясь в диалог двух человек, сидящих друг на против друга за этим длинным, уходящим куда-то в бесконечность столом, заставленным напитками и разными блюдами.

Странное ощущение, эти два дискутирующих между собой человека казались мне до боли знакомыми, но вглядываясь в их лица, я понимал, что никогда прежде не видел не одного из них. В моей голове начало укрепляться такое впечатление, будто я учился вместе с ними, потому что слушая, я вспоминал их историю, но ни как человек, который был свидетелем происходящего с ними, а как человек, которому пересказывал эту истории кто-то один из этих двух людей, будто рассказ был предысторией, а теперь мне разрешили поприсутствовать и что-то для себя понять.

Странность заключается еще и в том, что для меня нет понимания что это странно, и не обычно, самое главное для меня что я не придумываю их диалог, да мне он не особо то и нужен. Я пытаюсь понять зачем я его слушаю?

Этому мужчине и этой женщина, наверное, лет шестидесяти на вид. Оба празднично одеты, но смотря на них понимаешь, что этот пафос для них всего лишь мишура. Они пришли для другого.

Хорошо, что они оба прямолинейны в своем разговоре, поэтому мне не приходилось тратить время на то, чтобы угадывать кто из них, о чем думает касаемо собеседника. Вовлекаясь еще сильней в их разговор, жесты и манеру общения, я понимаю, что им и думать то незачем, спустя столько лет, не скрываясь под масками каких-то обязанностей, не чувствуя дискомфорта от сказанных слов и не переживая за то, что второй осудит, они рубят правду, говоря друг другу все как есть.

Переводя взгляд то с одного на другого, то наоборот, я полностью задействую свой мысленный потенциал, и вижу эту нить, которая связывала их в далекие школьные годы, где для них это общение было не просто симпатией.

Они уже достаточно «веселы», и она, как и он, уже чуть хуже разговаривают из-за выпитого, но все равно продолжают вести свой веселый, но не до конца понятный и связный для меня диалог. Вспоминают какие-то прожитые события, которые теперь я уже не знаю, но после сказанных ими слов начинаю представлять и это формирует мое представление о их прожитой жизни.

Она - уже немного криво улыбаясь подставляет ему поближе рюмку, намекая чтобы он поухаживал за дамой, в процессе заканчивая свою очередную историю, подводя черту и приводя его в пример, а он - отшучиваясь на ее жест, говоря, что того времени уже не вернуть, подливает ей выпить еще, но далеко не для того, чтобы напоить и предавшись старым воспоминаниям увести ее куда-то подальше от этой суеты. Мне ясно что им есть чем поделиться друг с другом, есть доверие, потому что все для них уже давно стало понятным, еще в те далекие школьные годы, когда все одноклассники еще только представляют свое будущее, и трясутся за оценки, которые вечером нужно будет показать родителям дабы отчитается за свою успеваемость, доказывая самостоятельность.

Каждое озвученное друг другу воспоминания для них, как своеобразный веселый тост, побуждающий отметить это прожитое событие жизни, разделяя его с тем, кого не было рядом в моменте, но кто точно знает тебя и твои эмоции лучше, чем все остальные кто там был. С тем, кто хотел бы что-то изменить, но прекрасно понимает, что в этом никогда не было никакого смысла.

Я не знаю их начала, не видел и конца этого диалога. Я просто проснулся. Просто промежуточное событие и мои мысли вновь вернулись к роману, о котором я тебе так давно говорил. Который хотел написать, но все никак не было подходящего момента.

Кто бы не были эти двое и где бы на самом деле я не побывала, мне кажется, что я понял, что эти две фигуры пытались мне показать. Мне были ясны и близки их ощущения, причем, ни кого-то одного из них, а обоих сразу.

Пока я пишу, я понимаю, что с каждой новой буквой, которая появляется на экране моего ноутбука ты становишься ближе.

Твой полет обратно для меня не менее волнительное событие. В этом переживании присутствует приятный трепет встречи после долгой как мне кажется разлуки, хотя тебя не было всего лишь четыре дня.

Теперь, после того как я встречу тебя из аэропорта, и мы приедем домой, я смогу рассказать тебе все то, что меня так тревожило. Как я волновался, что не увижу тебя больше.

Забавно, но я расскажу о том, как посмотрел на твои собранные вещи и почему-то не хотел тебя отпускать. Но мы ведь договаривались что не будем думать о плохом, ну а если даже такие мысли появляются в наших головах, мы будет резко их выбрасывать в пустоту, даже не пытаясь их удержать.

Почему-то в тот день твоего отлета я с самого утра испытывал что-то странное, какое-то не контролируемое чувство тревоги.

Мысли - приходили ко мне одна за другой.

В этом мысленном потоке мне хотелось найти только одну из них, и уделить все время которое у нас было до вечера именно ей. Я хотел просто смотреть на тебя в тишине собственного разума, сидя на полу, на диване, за столом на кухне, это было не особо важно. Я просто хотел быть рядом, и с каждой секундой как можно ближе. Наслаждаться запахом твоих волос, слышать каждый твой вдох и выдох, чувствовать прикосновения твоих рук на себе, ощущать как твое сердце стучит в такт с моим, когда мы держим друг друга за руки. У меня почему-то складывалось такое впечатление что это не просто полет на насколько дней, а расставание на долгое время.

Как мы и договаривались, я, чтобы не пугать тебя и уж тем более не озвучивать подобное мысли в слух, пытался их отбросить, но мой разум почему-то настойчиво возвращал меня обратно, пытаясь рисовать будущее, которого я никогда бы не хотел видеть.

Я очень сильно волновался за тебя.

Приходили неприятные картины, думал даже, что может что-то случиться с самолетом, а после того, как проводил тебя в аэропорт и вернулся домой, не спал весь твой полет, а когда ты написала, что приземлилась, мне стало намного легче. Каждый день я слышал твой радостный голос и мне становилось все легче и легче где-то внутри.

Ты есть, ты существуешь и с тобой все хорошо.

До того как я начал писать, позвонив тебе как проснулся, мы немного поговорили и твои слова о том что ты хочешь поскорей вернуться, успокоили мою душу, просто потому что я понял, что все мои мысли были лишь только результатом моей усталости.

Ты была права! Ты мудрая, я всегда тебе это говорил, говорю и буду говорить.

Моя голова и правда была забита рабочими процессами настолько, что связь с этой реальностью я ощущал только в твоем присутствии, в остальном это было очередным сном, или игрой, в которой я был главный персонаж.

Я безумно рад, что ты даришь мне это чувство жизни.

До сих пор я не мог понять, если рассуждать, опираясь только на земные рамки объяснений, как все что мне нужно, может сочетаться в одном человеке?

Ведь люди встречаются, находят что-то друг в друге, пытаются выстраивать свои отношения, и вроде даже все хорошо, но в какой-то момент – раз, и все. Все что было выстроено годами сгорает, оставляя после себя лишь еле слышным запах тепла и пепел воспоминаний.

Кто-то ищет годами, и все никак не может встретить до конца своих дней.

Кто-то внимательно подбирает себе пару как сапожник, ту самую, пару недостающего сапога чтобы пройти с ней вместе, не натирая мозолей, и не чувствуя дискомфорта в этом долгожданном путешествии. И он находит, но, к сожалению, даже у этой идеальной пары есть свой срок годности. Со временем сапоги изнашиваются, и если в мире атрибутов нашей одежды есть возможность дать какой-либо вещи второй шанс, вдохнув в нее новую жизнь, заменив какой-то элемент, то в мире сапожника с каждым новым днем как не старайся в изначальное состояние не вид, не мысли, уже не вернешь. Поэтому не известно сколько топтаться им остается по этому белому свету.

Нам с тобой тоже выпала такая возможность, и не одному из нас не известно, отправимся мы с тобой в утиль старыми и уже никуда негодными сандалами или будем радостно выброшены на мусорку веселой модницей, которая провела в них свое незабываемое лето и решила на следующей сезон взять себе новую пару.

Забавно, и в тоже самое время странно, какая бывает судьба злодейка, но никому не дано слышать истинных порывов ее замыслов.

В этом разнообразном спектре эмоций скованного человеческим мышлением и достаточно примитивным словарным запасом, для объяснения тех же самых человеческих чувств, твое присутствие в моей жизни подходит лишь под необычное слово - феномен.

Ведь в одном лице ты моя радость, и моя грусть, благодать и в тоже самое время кара, долгожданная свобода от глупых зависимостей и страх стать вновь свободным.

В тот самый вечер пока ты была в душе, я думал над тем, как же мне повезло и в тоже самое время думал над тем, как боюсь тебя потерять. И может даже было бы хорошо если бы эта была всего лишь эгоистичная мысль одного меня, который думает только о себе, и боится потерять приятное ощущение своих собственных чувств, но от того и становиться еще страшней, что ты испытываешь подобные чувства и подобный страх. Сидя на диване, я сам раскручивал плохое исходя из прекрасного.

В книгах, я не раз упоминал твое имя, даже не зная тебя в живую.

Я думал об этой возможной встрече, верил в нее, считал, что она нужна мне, а она нужна была нам обоим. Теперь я точно знаю.

Когда мы впервые встретились в том кафе, я ведь не знал твоего имени, но ты своим появлением словно задела нужную струну моей души.