Ступеньки измен Черное и Белое

Бывало раньше, где-нибудь в подворотне, на двоих-троих распивали и пили из горла. Да и после армии он со своими друзьями больше налегал на водку, полируя ее пивком или крепленым вином. В последнее время Серж употреблял редко, дорожил работой. А когда и случалось причаститься, то он в основном предпочитал водочку или вискарь, когда позволяли деньги. А с деньгами всегда выходил напряг…

– Понятно! – улыбнулась дама снисходительно. – Но нам, людям непритязательным, сойдет и шато лагранж…

Когда официант вышел, Виктория вальяжно развалилась в кресле и, расслабленно потянувшись, устремила на мужчину свой томный и одновременно испытующий взгляд. Серж был довольно высоким мужчиной лет тридцати пяти или около того, с темно-русыми волнистыми волосами, гармоничными чертами лица, яркими глазами стального цвета и шрамом на левой щеке. Широкоплечий, с прямой осанкой, говорившей об армейской выправке, и атлетической фигурой.

«А он очень даже ничего! У меня с ним могло бы что-то и получиться! Интересно, а как он в постели? Может, стоит с ним попробовать», – почувствовала женщина, как внутри у нее поднимается желание, смотрела на мужика.

Выпитое шампанское слегка расслабило Сержа, и он тоже не отводил от женщины изучающего взгляда.

«Вот лярва-то какая, как она смотрит на меня! Оценивает, прикидывает, примеряет меня на себя», – смекнул он довольно быстро, что смотрят на него, как на самца.

Впрочем, и он сам смотрел на нее глазами самца. Перед ним сидела красивая самка, из той породы, которых называют женщина-вамп. Сколько же лет Виктории? Он знал, что у нее имеется дочь, молодая симпатичная девушка лет где-то около шестнадцати. Пару раз Сергей видел ее, когда та приходила в офис к отцу. Если Вика родила примерно в девятнадцать, то сейчас ей тридцать пять, но она могла родить и раньше. Такую женщину не понять, она следит за собой. И ей может быть и около сорока, а может быть и меньше, скорее всего, года эдак тридцать три, ну, больше ей просто не дать…

Виктория пристально глядела на него, на ее лице гуляла легкая улыбка, но большие миндалевидные глаза оставались серьезными, казалось, изучали его. Не отрывая от него взгляда, красотка сексуально провела языком по своим губам, как бы глядя на его реакцию на ее провокационный шаг.

«Ну, мужик ты или не мужик? – говорили ее глаза. – Не побоишься с ходу приударить за красивой бабой?».

Их гляделки прервал вошедший официант.

– Вот, все готово, прямо с пылу с жару! – произнес гарсон, ставя на стол шипящее жаркое в чугунном плоском горшочке, издававшее такой аромат, что рот мужика наполнился слюной. – Зелень, как вы, Виктория Марковна, пожелали…

– Спасибо, Миша! – поблагодарила его Виктория.

Улыбнулся довольно польщенный парень, налил им вина в бокалы из заранее открытой им бутылки.

– Приятного аппетита! – пожелал официант и ушел.

Тряхнув головой, Сергей спросил:

– А ты тут уже не в первый раз, Вика?

– Да, мне нравится это уютное кафе. Здесь, как ты видишь, неплохо! И на улице тоже хорошо, особенно в жаркую погоду. Там, с другой стороны, кафе прилегает к парку, и столики стоят прямо под деревьями. Хорошо, тенек. Есть и такие, что стоят среди деревьев, так, что они закрывают сидящих от всеобщего обозрения. Так что, это отличное место для интимных встреч! – произнесла женщина, лукаво улыбнувшись.

– Ну да! – моргнул мужчина.

Выпив залпом бокал вина, как он привык это делать с портвейном, Серж потянулся за бутербродом с красной икрой, подхватил его, откусил от него добрую половину.

С удивлением глядя на него, Виктория протянула:

– Серж, Серж, да куда же вы торопитесь? Вы так и вкуса не почувствуете! И зачем же сразу бутерброд, возьмите грушу! И именно она и будет прекрасно оттенять весь неповторимый букет аромата и вкуса этого молодого вина…

Мужчина сконфуженно моргнул, женщина, взяв из вазы спелую, желтую, почти прозрачную грушу, подала ему.

– Благодарю, – смущенно заморгал Серж. – Мы-то не графья, а потому как-то все так, по привычке…

Глядя на него, Виктория от души расхохоталась:

– Понятно! Вино мы глушим стаканами, икру хлебаем мы ложками, куда нам до них, до графьев! Уморил…

Уводя их разговор в сторону от своей весьма скромной персоны, Серж напрямую и без всяких обиняков спросил:

– А скажи мне, Вика, чего бы ты хотела от меня? Я же, извини меня, ничем примечательным особо не одарен!

Не готовая к столь резкому переходу, сбитая вопросом с толка, молодая женщина едва не поперхнулась.

– Я бы чего от тебя хотела? – помахала она перед лицом ладошкой. – Да ладно… не бери дурного в голову! Подумал еще чего и не того! Да просто я хотела помочь тебе!

Но мужик к тому времени еще не выпил столько, чтобы позволить кому-то легко и просто провести его на мякине, ловко обвести вокруг пальца, оставить его в дураках.

– Почему? – задал он вполне логичный вопрос.

Но и сидевшая перед ним женщина нисколько не уступала ему в ловкости ума, способности мыслить быстро и гибко.

– Ну, – усмехнулась Виктория, – ты же хороший работник, ответственный, был на хорошем счету. Не знаю уж, за что Юра тебя уволил, сам хвалил тебя до этого. Уж не приревновал ли он тебя к своей любимой секретарше? Ты с ней не того?

Тут уже поперхнулся и закашлялся Сергей, настолько уж неправдоподобным оказалось предположение дамы.

– Да у меня на нее и домкратом не поднять! – возмутился он. – Да в голодный год за кусок сала бы не стал, пусть уж ваш муж с ней сам кувыркается. Скажешь же такое!

Оценив по достоинству мужскую реакцию на ее заявление и его ироничный выпад, женщина громко расхохоталась. Ей все больше и больше нравился сидящий перед нею мужик.

– Шучу я! – произнесла Виктория, выдержав паузу. – И кто ж на нее позарится, на эту рыжую мегеру. Ты знаешь, она ведь до этого в бюро ритуальных услуг работала.

Серж от изумления раскрыл рот. И снова женщина за ним наблюдала, делала для себя определенные выводы.

– А как он ее нашел, и за какие заслуги он ее к себе взял? – удивлялся мужчина вовсе и неподдельно.

– Да вот, – качнула женщина головой, – тут, думаю, и доля моей вины есть, приревновала я его.

– Было и такое? – хохотнул Серж. – Я думал, что в его-то возрасте давно пора увлекаться одними лекарствами!

Потерла Виктория носик, откровенно призналась:

– Изменял он мне, гулял стервец, кобель старый. Была у него молоденькая, смазливая секретарь, вся такая из себя! Да ты, наверное, уже не захватил ее, пришел к нам, когда уже эта рыжая стерва пришла. Застукала я как-то их вместе, сказала ему, чтобы больше ее в офисе не видела. Ну и вот, привел он однажды эту кобылицу, кто-то ему ее посоветовал.

– Наверное, кто-то над ним пошутил! – хмыкнул Сергей. – Подсунули вашему мужу завалявшийся товар! В ней же весу столько, что со склада за один раз и не унести!

Дотронулась дама задумчиво пальчиком до своих губ, стерла с них язвительную усмешку, пожала плечиком:

– А вообще-то, ему всегда нравились женщины в теле, да еще и шатенки, вот и нашел себе. Видимо, устраивает его во всем, уж как-то он к ней особенно по-доброму относится. Я за ним раньше подобных чувств никак и не замечала…

– Ну, а чего же ему по-доброму к ней не относиться? Как секретарь, она прилежная, исполнительная! И он за ней, как за каменной стеной! Приплачивал бы ей еще ставку охранника! – усмехнулся Сергей. – Сидит в приемной, как пес цепной! На всех гавкает и отпугивает весь честной народ!

– Это точно! – кивнула Виктория.

– Ну и, как женщина, если ты говоришь, что она в его вкусе, то тоже, наверное, устраивает. У всех вкусы разные! У меня был друг, и ему как раз такие в теле нравились, хотя сам был маленький шибздик, как раз такой, как твой муж. Говорил, что женщина должна быть такая, чтобы, когда ее за задницу взял, то сквозь пальцы жир проступал. Пардон, Вика, не хотел тебя обидеть. Получается, ты прогнала одну, и благодаря этому он взял другую, но еще более подходящую ему по вкусу!

Сощурила женщина глаз, непритворно вздохнула:

– Выходит, так…

– Что и откуда выходит? – засмеялся мужчина. – Главное, чтобы заходило, с выходом проблем не бывает! – хохотнул он, но осекся, увидев направленный на него взгляд.

Сергею стало стыдно за свою солдафонскую шуточку. А всему виной старая привычка, годы, проведенные в казармах, да и несколько бокалов хорошего вина.

– Пардон, еще раз, Вика! Что-то сорвалось с языка. Не хотел, но язык – враг мой! То одно сорвется, то другое!

– И много еще такого на твоем языке? – усмехнулась Виктория, посмотрела на мужчину изучающе.

Качнул Сергей головой, не захотел еще больше наводить тень на плетень, строить из себя паиньку, признался:

– Да хватает! Это все армия, семь лет отдал службе! А там, вы знаете, матом не ругаются, там на нем разговаривают. Но я обычно язык-то придерживаю, тут что-то такое нашло на меня, наверное, вино. Хорошее вино, врать не буду! Это оно…

– Возможно! Оно языки-то развязывает…

– Вы, наверное, от своего мужа интеллигента подобное не слышали? Высшее общество, чистоплюи! Сами внутри полны нечистот, а снаружи лоск, фальшивые все до мозга костей! – не сдержался мужик, вывалил то, что внутри накипело.

Покоробило это женщину, она качнула головой:

– Что же ты, Серж, вот так про всех-то огульно и под одну-то метелку, не все такие! Люди-то все разные…

– Да все! Жизненный опыт, понимаешь ли, навидался уж! В армии у нас генерал был, злой, как Полкан, гавкал на всех. А дома под каблуком у жены сидел. На службе с нами держится, строит всех, а дома напивается, как сапожник! А жена тапками бьет его по мордам, парни всё видели. А сама жена его шлюха, шалава, на которой негде пробы ставить. Все, кому не лень, продрали ее. Идут всегда на людях такие важные, под ручку, генерал с генеральшей, с виду прямо интеллигентная семья, а он – алкаш-подкаблучник, а она – шлюха конченная. С виду у них все хорошо, а на поверку – одно дерьмо!

Усмехнулась Вика, выслушав краткий экскурс Сергея в его военное прошлое, попыталась возразить:

– Нельзя, Сереж, одним аршином всех мерить! Выходит, и обо мне ты такого же мнения, если у меня муж такой?

– Да нет! Что ты, Вика! – выдохнул мужчина с жаром. – Ты не такая! Ты хорошая, красивая.

– Если красивая, то, значит, хорошая?

Поняв, что его подловили, мужик поправился:

– Хорошая, потому и красивая!

Глядя на Сергея, Виктория весело рассмеялась.

– Я тебя, Вика, рассмешил? – моргнул мужик, не понял, что он такого смешного сказал, что развеселило даму.

– Скорее, удивил. Как ты ловко вывернулся-то, шельмец. Но за комплимент тебе спасибо. Но почему ты решил, что я хорошая? Ты же меня совершенно не знаешь!

– Опять же, потому что красивая! – улыбнулся Серж. – Не знаю, но чувствую, а чувства, как известно, не обманывают. И к ним надо прислушиваться, иначе пропадешь…

Прищурилась женщина, поинтересовалась:

– И как же ты отличаешь чувства от обычного желания, которое доминирует у тебя в голове и вызывает определенные мыслительные ассоциации, которые ты, Сереж, принимаешь за чувства? Один мой знакомый говорил, что когда дело касается красивой женщины, то чувствует он и думает только той головой, что расположена у него между ног. Говорил еще, что в голове пусто, потому что все его мысли уже там…

– Да-а, да-да, у нас, мужиков, две головы, трудно бывает дифференцировать, какая из них доминирует в данный момент. Как в частушке: «На горе стояли трое: он, она и у него», –посмеялся Серж над своей примитивной и пошлой шуткой.

Виктория смотрела на него с таким выражением, что было не понять, то ли ее это рассмешило, то ли она осуждает его. И это слегка отрезвило мужчину, он смущенно произнес:

– Сорри! Вылетело…

Сергей чувствовал себя неловко. Как же все-таки трудно ему было избавиться от того армейского лексикона и пошлых шуточек, которые за годы службы просто въелись в него, стали частью его самого. В высшее светское общество он никогда не был вхож, с подобными дамами не общался. На работе все происходило сухо, кратко, только по делу. Друзьями на работе не обзавелся, ну, а дома он общался с подобными себе. Как говорится, матом мужик не ругался, а разговаривал на нем.

– А я отлично понимаю, Вика, твоего знакомого, который говорил тебе, что когда он видит тебя, то чувствует и думает только той самой головой, что расположена у него между ног. Интересно, голова-то та у него большая, на крепкой, толстой шее? – сморозил мужчина очередную глупость.

Видя на себе осуждающий Викин взгляд, он поправился:

– Ну, я имею в виду, умная голова у него?

Поняв, что разговор у них свернул совершенно на не те рельсы, женщина решила, видимо, осадить Сергея:

– Представь себе, Серж, что голова у него очень большая! Он просто вундеркинд, и она на очень толстой шее! Он борец, а какой у него мощный торс!

– Ну, что тебе еще сказать? – пожал мужчина плечом. – Повезло тебе с любовником, если, конечно, речь идет не о той голове, что на плечах! – съязвил Сергей.

– Серж, давай прекратим этот разговор! – поморщилась Виктория. – О чем мы говорили до этого?

Моргнул мужчина, понял, что оглоблю его саней хотят развернуть в другую сторону, иронично усмехнулся:

– О твоем ненаглядном!

– Да уж, ненаглядный мой! – хохотнула женщина. – Хоть на Божичку его ставь, да и молись на него!

Не поняв скрытого смысла сказанных ею слов, Сергей тряхнул головой и с затаенной обидой протянул:

– И что, Вика, ты считаешь, что он поступил правильно, уволив меня? Того, кто привык прямо говорить то, что думает, и высказал ему свое мнение, к тому же, объективное мнение! Если этого не говорить, то делу наступит полный швах!..

Женщина внимательно посмотрела на мужчину. Она все еще никак не могла его до конца понять. Он все время то и дело показывался ей с самых разных сторон, выскальзывал из рук, словно скользкий угорь. То казался простым солдафоном, то вдруг в его словах проскальзывал скрытый смысл. Вовсе даже и неоднозначный и совсем не простой человек.

– Сереж, а ты никогда не задумывался о том, что все, что мы видим, все, с чем мы сталкиваемся, есть лишь проекция чего-то, того, что мы не видим?

– А если, Вика, чуточку точнее сформулировать мысль! – сощурился мужчина, пытаясь уловить глубинный смысл.

– Мы же, Сереж, видим лишь конечный результат, само завершающее действие, но мы не видим саму причину того, что все это вызвало. Представь, ты видишь катящиеся санки, но ты не видишь того, кто их сверху столкнул. Все твое внимание сосредоточено на этих самых катящихся санках. Сама причина же того, почему они катятся, вне поля твоего внимания! И она, причина, стоит в стороне и, ухмыляясь, наблюдает над твоим наблюдением и действиями, исходящими из него.

Теперь Сергей удивленно смотрел на Викторию. Вот уже битый час он никак не мог понять, зачем он тут сидит. Бродят они вокруг да около, переливают из пустого в порожнее.

– Читал, Сереж, про пещеру Платона?

– Нет. А что, должен был?

– Почитай! Найди в инете и почитай, тогда ты поймешь, о чем я. Ладно, пока рассмотрим другой пример. Представь, что ты сидишь в кинотеатре и смотришь фильм. В какой-то момент тебя захватывает сам сюжет, ты отождествляешься с главными героями фильма. И у тебя бурлят эмоции, ты уже на месте главных героев! И если фильм остросюжетный, то у тебя идет выброс адреналина в кровь, сжимаются кулаки, повышается давление, ты можешь засмеяться, а можешь и заплакать! У тебя целая гамма переживаний и вызванных ими эмоций. Но ведь все это нереально, все это лишь проекция на пустом белом экране, вызванная направленным на него светом из проектора. Но ты не видишь самого проектора, так как ты отождествился с тем, что на экране. Ты не видишь причины, но видишь лишь следствие. Выключи проектор, то есть, убери саму причину, и тут же исчезнет и само следствие, то, с чем ты отождествлялся, принимая иллюзию за реальность.

Задумчиво почесав репу, вникая в смысл сказанного ему, мужик погонял по лбу морщины и прямо спросил:

– Никак не пойму, к чему ты это все? Как это относится к твоему мужу? Загадала ты мне ребус загадок!

– А ты подумай сам. Все не так, как есть на самом деле! – улыбалась женщина затаенно.

Мужчина удивленно смотрел на нее. Вот выдала баба, что и к чему, совсем и окончательно его запутала. Нетривиальная логика. И чем-то она этим похожа на его бывшую женушку. Погонял Сергей пятерню в затылке, тяжело вздохнул:

– Я просто не пойму, как связаны эти твои высокопарные высказывания и твой мудак муж, что между ними общего? Или ты как-то хочешь его оправдать? Типа не он это все, а длань Господня его направила? И он всего лишь орудие в Господних руках? Я правильно тебя понял, Вика?

– Если бы и Господня! – покачала женщина головой, ее губы иронично поджались. – Ладно, Серж, не парься, проехали! Это все были мои мысли вслух. Забудь!

Потер мужик переносицу, пожал плечом:

– Странные мысли, как-то не к теме они! Мы пришли тут поговорить об одном, а говорим о странностях…

– В мире много странного! – усмехнулась Виктория. – И обычно люди не обращают внимания на все эти странности, объясняя все это своим рациональным умом. А тот же, в свою очередь, состоит из шаблонов, вложенных в него обществом. Наш социум и сформировал этот самый ум, который работает, как биокомпьютер, опираясь как раз на эти шаблоны.

– И что из этого следует? – сощурился Сергей. – Хочешь сказать, что мой бортовой компьютер плохо фурычит?

– Как сказать! Он работает в силу всего того, что в него заложили воспитанием и образованием! Поэтому-то как раз все странности, все чудеса человек и не видит, а если и видит, то не может объяснить, так как они не входят в эти шаблоны. Под них нет подходящего шаблона. Понимаешь?

Качнул Сергей головой, честно признался, не стал делать вид, что он в этом хорошо разбирается, щелкает, как семечки, все эти проблемки, а потому тяжко вздохнул:

– Пока лишь с трудом…

– Но так как, Серж, наш ум не любит неизвестности, то он начинает все непонятное подгонять под какой-либо шаблон. И появляется в голове человека новый шаблон, а тот настолько же далек от истины, как земля от неба.

– И что получается у нас в итоге?

– А итог – все вокруг есть иллюзия. Мир вообще состоит из множества непознанного нами, как ты, Серж, называешь это, из всяких странностей. То, что мы можем объяснить своим рациональным умом, вычленяется из этого неизвестного. И это мы и называем тем миром, в котором живем. Но он, этот наш познанный мир, является лишь песчинкой в бескрайнем океане неизвестного. Представь сам себе все это…

Хмыкнул мужчина, попытался представить. Вспомнил то, что никак не мог понять, почему его бывшая жена не могла сразу ему все рассказать про то, что запуталась в своих же и ею же созданных иллюзорных представлениях об их мире.

А Виктория смотрела на озадаченного ею Сергея.

– Что, слишком мудрено говорю для блондинки? Просто в самое последнее время я как раз и столкнулась с некими странностями, что заставило меня размышлять именно в этой парадигме. Некоторые вещи невозможно объяснить обычным плоскостным мышлением. И оно не помогает, и нужно более объемное мышление. Нужен выход за пределы шаблонов ума, нужно видение причины, а не следствий. Вот и я хочу увидеть кукловода, а не его марионеток, фигляров и кукол.

– Вот этот твой муж, мерзавец, и есть кукловод! – бухнул мужчина разгоряченно, найдя выход всем своим скопившимся эмоциям. – А все остальные, начиная с рыжей суки секретарши и кончая всеми лизоблюдами в коллективе, его марионетки! Он дергает их за нитки, а они пляшут под его дудку!

Моргнула Виктория, хотела что-то сказать, но сдержала свой порыв, промолчала, решила дослушать.

– Так что, Вика, зачем такие мудреные и высокопарные высказывания, желание найти кукловода, если вот он, всегда стоит под боком у тебя, твой ненаглядный гаденыш! Кукловод чертов, лучше был бы он просто куколдом!

– Э-э-э… – поперхнулась Виктория застрявшим в горле то ли ответом, то ли протестом, то ли еще чем-то.

Понял мужик, что, должно быть, перегнул немного палку, может быть, и сильно перегнул, поспешил извиниться:

– Пардон, Вика, но по-другому о нем не могу!

– Ладно, Серж. Не парься! Я не в обиде!

– И все же! Что ты в нем нашла, Вика? Лысый, пузатый и злой, как бультерьер, всем всегда недоволен! И как с таким еще можно жить? Да еще жуть красивой женщине, как ты?

Улыбнулась Виктория, качнула головой:

– Спасибо за комплимент, Серж. Ну, ты знаешь, он не всегда таким был! Доживи ты до его лет, посмотрим, каким ты станешь. Молодая я была, тогда только институт закончила. Жила в общаге, родители в другом городе, семья небогатая, работяги. В общем, была я, как большинство провинциалок. А тут он! Вежливый, влиятельный, богатый, на крутой тачке, обещал золотые горы! В общем, вот все как-то так. Потом я начала подозревать, что у него, помимо меня, есть женщины, потом уже все мои подозрения подтвердились…

– Ловила его на горяченьком?

– Ловила…

Выдержав паузу, Сергей прищурился:

– А ты ему изменяла?

– Ух ты, какие у нас сразу вопросы! Ну да ладно, коли у нас с тобой настолько откровенный сегодня разговор. Думаю, мужу моему не расскажешь? – рассмеялась женщина.

Усмехнулся мужик, кивнул:

– Фирма гарантирует тайну вклада! Было что?

– А что, Сереж, я настолько сильно на монашку похожа? Ты знаешь, говорят, что посеешь, то и пожнешь. И не я это начала! Муж был любителем молоденьких девушек, всех своих сотрудниц перебрал. Ну вот я и подумала однажды, а чем я хуже, молодость уходит, а я все верна этому козлу. Сделала соответствующие выводы, перестала лезть в его жизнь! Пусть делает, что хочет, имеет, кого хочет! Мне теперь все равно! Но и ему не позволяю вмешиваться в мою жизнь.

Сделав определенные выводы, мужик усмехнулся:

– И ты, Вика, пустилась во все тяжкие…

– Ну, если это так можно сказать!

– Да говори все, как оно и есть!

– Ну, если совсем честно, впервые я ему изменила совсем недавно. И не собиралась я пускаться во все тяжкие. И я даже не думала этого делать, но ты знаешь, иногда женщина может решить важные для себя дела только через это…

«Все-то у вас у богатых одна выгода! Наверное, за какую-нибудь хорошую сделку подставилась или стала любовницей такого же толстосума, как и ее муженек! Все деньги, деньги, все вам мало», – подумал про себя Сергей.

– С того случая и пошло…

– И он что, не ревнует тебя?

По женскому лицу пробежалась тень. На мгновение на нем застыло труднообъяснимое выражение, близкое к тоске и отчаянию, что-то очень сходное с безысходностью. Но Вика очень быстро справилась с собой, кокетливо улыбнулась:

– А к кому он будет ревновать? Я что, в дом любовников вожу? Муженек мой и знать не знает о мой второй жизни, а если и подозревает, то не пойманный – не вор…

– Ну да, муж об измене жены узнает последним!

– Ну, если делать все с умом! – усмехнулась женщина.

От выпитого вина лицо Виктории порозовело, а глаза ее блестели. Разговор становился все более доверительным, Вика стала достаточно откровенной для беседы с собеседником, с которым впервые совсем недавно познакомилась…

Мужчина после небольшой паузы спросил:

– Вика, мы много уже обсудили, но так и не добрались до самой сути нашей встречи. И почему все-таки ты хочешь мне помочь и как? И зачем это, в общем-то, тебе самой?

– Ну, я уже сказала тебе, что ты хороший специалист, ответственный работник, пунктуальный, что показала наша сегодняшняя встреча, – улыбнулась Виктория. – Кроме того, ты симпатичный мужчина, я видела, как девушки с вашего отдела на тебя заглядываются. Мне нужен именно такой, как ты, умный, обаятельный, умеющий построить разговор.

– Спасибо за комплимент! – усмехнулся мужик.

Сергей, вообще-то, никогда не считал себя красавцем, но, как он реально себя оценивал, и страшным не выглядел. При росте под сто девяносто сантиметров имел он атлетическую фигуру, хотя уже начал и отрастать небольшой животик. И да, успехом у противоположного пола он пользовался, до жены у него имелось много женщин. Но, женившись, прекратил все хождения налево, долго чтил клятву верности, опять же, все это армейское воспитание. А вот жена этой клятвой пренебрегала, не удержалась от любопытства, захотела попробовать других мужиков, окунулась в мир чувственных удовольствий…