Я люблю тебя, умри

– Доброе утро, Нагисако, – поприветствовал я ее в ответ, с особой осторожностью произнеся это странно звучащее имя Нагисако. Сиори Когути – это, конечно, псевдоним, но ее имя производит более сильное впечатление, чем сценические имена участников. Фамилия – Тэкагами, имя – Нагисако. Один раз увидишь и услышишь и никогда не забудешь. Когда я выпалил это при ней во время нашей первой встречи, она, похоже, не обиделась и даже специально достала водительские права и показала их мне. И сказала: «Это действительно мое настоящее имя. Похоже на имя героя какого-то романа, да?»

У этой многозначительной фразы есть смысл. Я узнал позже, что Нагисако – читательница, которая следила за моими произведениями с самого дебюта! Среди тех, кто приехал на остров, она была единственным ценным – благожелательно настроенным? – человеком. Она рассказала, что с детства любит читать детективы. Поэтому она отнеслась ко мне довольно дружелюбно, хоть я и застенчивый человек. Да и мне она ближе, чем участники.

Я почувствовал, что Нагисако уже некоторое время почему-то пристально смотрит на мое лицо.

– Что-то не так?

– …Должно быть, тяжело работать каждый день допоздна.

– М? – невольно переспросил я, а она приложила указательный палец к области под глазами и сказала:

– Мне показалось, что у вас темные круги под глазами. Уверена, что вы и вчера вечером работали над новым произведением.

Ее чистый взгляд пронзает мое сердце.

Конечно, я привез с собой ноутбук для работы. Но с тех пор как я приехал на остров, я его толком и не включал. Съемки забирают у меня все силы. Эти два дня я падал на кровать, а когда приходил в себя, уже было утро. А темные круги под глазами у меня с рождения.

Пока я чесал затылок и медленно пытался объясниться, она снова заговорила:

– А! Может, вам не подошли подушки в Seven Seas House? И вы из-за этого плохо спите… Я заказала их полностью на свое усмотрение… Если дело в них, то прошу прощения!

Я на мгновение остолбенел, а затем чуть не рассмеялся от такого скачка воображения. На данный момент у меня нет никаких жалоб на постельные принадлежности в коттедже Seven Seas House.

– И подушка, и кровать очень удобные. Дошло до того, что я стал даже больше спать, чем писать, – сказал я, и в этот раз она выглядела растерянной, а потом засмеялась.

– Ахах, да? Ну, тогда хорошо.

– У меня, в принципе, легко появляются темные круги под глазами, но так ли они заметны? Все-таки лучше их скрыть макияжем или чем-то вроде этого?

– Да нет. Это типично для вас, так что думаю, что ничего делать не нужно!

Могу ли я считать это комплиментом? Не заметив, что я задумался, она снова заговорила, как будто вдруг что-то вспомнила:

– Кстати, Сиори. Seven Seas означает «семь морей», а вы знаете, какие именно области имеются в виду под семью морскими участками?

Без всякой причины вдруг начался квиз. В этом плане она довольно свободный человек, а если быть более точным, она немного взбалмошная. Во время съемок были случаи, когда она попадала в объективы камер или говорила в такие моменты, когда записывался звук. Но может, потому, что у нее такой характер и ее принимают такой, или, может, потому, что потом можно будет что-то сделать во время монтажа, но Кино игнорировал все подобные моменты.

…М-м-м, какой там вопрос был? Про семь морей? То, что надо, чтобы убить время. Попробую ответить.

– Не уверен насчет всех семи, но начну с того, что знаю. Прежде всего, Тихий океан и Атлантический. Далее, Индийский океан, Средиземное море. Это уже четыре. Что же еще… Карибское море? А, еще вроде есть Черное и Красное моря. Правда, я забыл, где они. Но в любом случае семь я назвал. Ну как? Некоторые я угадал?

– Ага, понятно. – Нагисако скрестила руки на груди, кивнула и сказала: – А теперь объявляю правильные ответы. Индийский океан – правильно. Но, Сиори, вы были невнимательны. Вы забыли о главных местах. Северный Ледовитый океан и Южный океан.

– А, да. А оставшиеся четыре какие?

– Оставшиеся четыре – это северная часть Тихого океана и южная часть Тихого океана, Северная Атлантика и Южная Атлантика.

– Их разделяют?! – Это было неожиданно. Это, должно быть, шутка.

– Как говорится, «разделяй каждое затруднение»[6].

Я думаю, что это тоже немного другое.

Мне почему-то стало смешно, и я закашлялся, чтобы сдержать новый приступ смеха.

А затем, чтобы сменить тему разговора, я спросил ее:

– Нагисако, а что ты делала с утра на пляже?

– Спасибо, что спросили, – она выпрямилась и показала на камеру, которая стоит на штативе рядом. – На сегодня в качестве мероприятия для всех запланировано купание и барбекю. Место съемки, конечно, этот пляж! Поэтому я устанавливала стационарные камеры, чтобы вас всех можно было снять с разных ракурсов. Вместе с Хаимурой.

Я проследил за ее взглядом и увидел оператора, Кайсукэ Хаимуру, который, наклонившись, устанавливал камеру. Мужчина в расцвете сил, одет в рубашку с короткими рукавами и шорты, на шее – полотенце. Он второй человек из закулисья. Формат этого шоу в основном предполагал установить внутри коттеджа несколько стационарных камер, которые будут снимать участников, после чего отснятый материал монтировать и транслировать материковой телевизионной станцией. Однако простое соединение кадров со стационарных камер неизбежно приводило к отсутствию ощущения реалистичности. Поскольку уследить за перемещениями каждого человека было невозможно, Хаимура взял на себя управление операторской камерой, снимая с нужных ракурсов. Кроме того, для длительной съемки на открытом воздухе были подготовлены специальные стационарные камеры, как эта.

Оглядевшись еще раз, я заметил, что по всему пляжу расставлены черные камеры. Их было штук десять.

– Вы с утра их все расставляли… Снимаю перед вами шляпу.

– Ничего особенного. Мы не можем пропустить живую драму, которую создают участники шоу, – важно сказала Нагисако, но я-то знаю. На этих съемках на нее легла значительная нагрузка. Ведь в съемочной группе, которая приехала на остров, не считая Кино, который является продюсером и режиссером, только два вышеупомянутых человека, и всё. Шесть участников, Кино, Нагисако, Хаимура – итого девять человек. Это все, кто был на съемочной площадке «Верного союза».

Конечно, это не то количество, которое планировалось изначально. Возникла одна проблема, и из-за этого была значительная нехватка людей из съемочной группы. Я вспомнил об этом и снова спросил:

– Кстати, а как там сейчас группа Б? Они смогут благополучно доехать?

И Нагисако тяжело вздохнула, держась за голову:

– Дело в том, что… было принято решение отменить и сегодняшние рейсы тоже. Это полный тупик…

Группа Б – это вторая съемочная группа, которая изначально должна была быть на острове.

Мы, группа А, в первый день вылетели первым же рейсом из аэропорта Ханэда самолетом авиакомпании ANA на остров Хатидзёдзима, а затем на чартерном судне приехали на остров Урусидзима. Поездка прошла гладко, полет занял около 50 минут, поездка на судне – чуть более двух часов. Однако группа Б, которая должна была присоединиться к нам позже, попала в беду. У чартерного судна произошли неполадки с двигателем, и оно село на мель, после этого из-за течения Куросио поднялись высокие волны, и навигация была запрещена. Прошла одна ночь, две ночи, но ситуация так и не улучшилась.

– В это время года такого обычно не происходит… но в случае неблагоприятного цикла корабли, идущие от Хатидзёдзима на отдаленные острова, могут быть отменены почти на неделю. Есть еще способ добраться на вертолете, но на этом острове нет вертолетной площадки, поэтому по закону вертолет не может здесь приземлиться. Решение о навигации принимается утром того же дня. Самое раннее, когда группа Б может приехать, – завтра… но лучше иметь в виду, что это может произойти и послезавтра или позже.

Ситуация серьезнее, чем я думал.

– А до тех пор за съемочную площадку будете отвечать только вы вдвоем… Вам, наверное, очень тяжело. К тому же у оператора часто заняты руки, поэтому тебе, Нагисако, как ассистенту режиссера, надо быть мастером на все руки.

Нагисако, которая молча слушала мои ощущения, взяла меня за обе руки и подняла их вверх, как бы обхватив своими руками. Я посмотрел на нее, а ее глаза, смотрящие на меня, были влажными от слез. Будучи переполненной эмоциями, она сказала:

– …Да! Это действительно так! Вы понимаете, как это трудно!

Похоже, у нее тоже накопился гнев. Она импульсивно начала выплескивать свои недовольства в отношении единоличного продюсера.

– Ассистенты режиссеров от природы хороши в выполнении самых разных задач, но в этот раз было много исключительного, начиная с этапа планирования, и вдобавок ко всему возникло много проблем, так что, честно говоря, пришлось много вертеться! Однако Кино был воодушевлен и сказал: «Я готов к любым проблемам! Это, наоборот, лучший проект!» Действительно, из-за сжатых сроков на съемки мы не можем позволить себе действовать медленно. Все участники на месте, и мы должны снять все, что можем. Но… как можно вот так просто говорить: «У нас и без группы Б все получается, поэтому снимем все без них. Даже я тоже возьму камеру»?! По итогу дополнительная камера у меня! Бесит!

Но ее жалобы на этом не закончились.

– Ах… Я слышала, что Кино – человек с ярко выраженным характером, но я недооценивала его. Начнем с того, что в этом шоу всего чуть больше десяти членов съемочной группы, включая команду Б, так что он уже существенно сократил штат. Возможно, из-за этого задачи сыплются одна за другой, и мы просто не справляемся!

Хоть я и был напуган, я ответил ей немного игривым тоном, чтобы успокоить ее от охватившего ее возбуждения:

– Может, он слишком сильно сосредоточился на подготовке съемочной площадки? Он нашел необитаемый остров, построил на нем коттедж. А потом, наверное, просто не осталось бюджета на рабочую силу.

– Я не знаю весь бюджет… Ну, мы же говорим о талантливом Кино. Он не мог сократить людей просто так, не подумав. Чем больше людей на съемочной площадке, тем более мелко распределены между ними обязанности и функции. Если за камерами будет много людей, это повлияет на концентрацию участников и их погруженность в процесс. У меня есть ощущение, что он это предвидел и решил оставить небольшую, но элитную команду. В этот раз даже менеджерам участников было отказано в сопровождении. Если считать, что устранение как можно большего количества отвлекающих факторов, повышение мобильности и передача естественной атмосферы, создаваемой участниками на камеру, – это стратегия в соответствии с секретами реалити-шоу, то это нетрудно понять… но все же!

– То, что что-то имеет логический смысл, не означает, что это имеет смысл для тебя как для вовлеченного лица.

Нагисако кивнула в знак согласия.

– Но благодаря тому, что я выговорилась, мне вроде стало немного легче, – сказала она и продолжила: – Прошу прощения за… свое безобразное поведение. На самом деле я понимаю, что эти два дня указания Кино были максимально точными. Как только он понял, что камер недостаточно, он увеличил количество стационарных камер, скорректировал на месте запланированные мероприятия и режиссуру… прекрасная работа, учитывая, что мы могли потратить впустую два дня съемок. И то, что мы смогли осуществить съемки в таких условиях, это в том числе и благодаря содействию участников. Просто потому, что я, ассистент режиссера, немного перегружена работой, нет смысла жаловаться, надо работать… Надо собраться! Много чего идет не по плану, но будьте уверены, мы сделаем все возможное, чтобы свести неудобства участников к минимуму. Навигация с материком сейчас закрыта, но связь по-прежнему поддерживается без проблем. Кстати, электричество поступает от генератора, расположенного за Seven Seas House, водоснабжение осуществляется за счет грунтовых вод, пропан подведен, благодаря чему коттедж пригоден для длительного проживания. Еды тоже достаточно. Если у вас будут какие-либо проблемы, пожалуйста, дайте нам знать. Съемки и дальше будут идти в нестандартном режиме, но мы рассчитываем на ваше содействие.

Когда кто-то говорит со мной так вежливо, я чувствую себя неловко.

– А, спасибо. Я очень благодарен, но мне немного не по себе оттого, что вы так много для нас делаете. Может, помочь хоть с установкой оставшихся камер? – предложил я из доброты, но Нагисако наотрез отказалась.

– Не стоит нас недооценивать! Я много чего сказала, но у меня тоже есть гордость, как у работающего человека. Сиори, оставьте закулисную работу закулисному персоналу, а сами поскорее начните ухаживать за одной или двумя девушками!

…Не говори ерунды.

Я неопределенно ответил и посмотрел на часы. Как раз только перевалило за девять часов утра.

И в этот момент.

– Эй, Тэкагами. Если ты закончила, помоги мне! – позвал Хаимура ассистента режиссера.

– А, да, сейчас! – в панике крикнула в ответ Нагисако, аккуратно поправила камеру рядом с собой, кивнула и сказала: – Ну, тогда я пошла. Общая съемка на пляже запланирована с трех часов дня. Всего доброго.

С этими словами она бросилась бежать, поднимая ногами белый песок.

Затем, как я изначально и планировал, я немного прогулялся по пляжу. Но когда я расслабился, в мое поле зрения попадали Нагисако и Хаимура за работой, и я никак не мог успокоиться. На лицах этих двоих, которые два дня всесторонне поддерживали съемочную площадку, на которой царил хаос, видна нескрываемая усталость. Я почувствовал себя плохо оттого, что буду и дальше беззаботно гулять по окрестностям, и, хоть мне и не хотелось расставаться с морским бризом, минут через пятнадцать я решил закончить прогулку.

Все равно в десять часов наступит время, рекомендуемое для активностей внутри коттеджа. Это не принудительно, но это то время, в которое желательно быть активным в коттедже. Если все участники будут просто бродить по острову целыми днями, съемки будут невозможны, поэтому это и внесли в расписание.

Но на удивление я много кого встретил в свободное время утром. Да вроде даже почти всех. За исключением Кино, которому тяжело вставать по утрам, я не видел только одного участника…

О, легок на помине.

Забравшись по тропинке, я столкнулся с человеком, который шел со стороны леса.

– О, доброе, Сиори.

– Доброе утро, Агацума.

Ё Агацума. Пепельно-серые волосы, текстурированная стрижка «волк», рубашка свободного кроя и очень узкие брюки. Как и следует из его имени, он излучает позитив[7], а работает музыкантом. Он фронтмен в рок-группе «Второй альбом». Прошу прощения, но его группу я тоже не знал. Однако название группы показалось мне уникальным и интересным. Ранее нам случайно представилась возможность поговорить, и я спросил его о происхождении названия его группы.

– Происхождение? Ну, есть много шедевральных вторых альбомов, и мы просто назвали так группу.

– Теория о шедевральном втором альбоме? Впервые об этом слышу. Честно, мне кажется, что известных дебютных альбомов больше.

– Знаешь, Сиори, неважно, как оценивает публика. Важно, что считаешь хорошим ты и что нравится тебе.

– Это правда. Извини, я был груб. Известный второй альбом… я не очень в этом разбираюсь, но в голове всплывает Nevermind[8], Morning Glory[9]…

– …?

– Серьезно?! Ты их не знаешь?

– Да нет, если говорить об известных вторых альбомах, то это же, например, Namae wo Tsukete Yaru[10] или Sakura no Ki no Shita[11].

– …М? Понятно.

– Ты их не знаешь!

Совсем их не знаю. Но благодаря этому разговору мне немного стало интересно, какую музыку они исполняют, хотя до этого дня я совершенно не был в них заинтересован.

Кстати, а что Агацума делал? Тоже ходил на прогулку? Я снова посмотрел на него и обратил внимание, что он чем-то омрачен. Более того, он время от времени беспокойно оглядывается по сторонам.

– Что-то случилось? – спросил я его, он растерялся, немного поколебался, а затем в ответ спросил меня:

– …ты не видел Салли?

– М?

– Минут тридцать назад я позвал ее прогуляться, мы пошли в сторону леса, а когда я отвел свой взгляд, она пропала. Я пошел обратно по тому же пути, искал ее, но ее нигде нет.

Вот как? Понятно. Хм.

Я не стал говорить ничего лишнего и попытался вспомнить состояние Салли, когда я встретился с ней, отправляясь на прогулку. Во-первых, прежде всего, когда мы поприветствовали друг друга у входной двери, не было ощущения, что она случайно отделилась от своего спутника и у нее не было другого выбора, кроме как вернуться. Во-вторых, встретились мы с ней тоже около тридцати минут назад. Если случилось что-то непредвиденное, то это слишком быстро, чтобы вернуться в Seven Seas House.

В таком случае в голову приходит только одно… Салли ускользнула от него по своему желанию.

«Все было скучно».

Я проглотил ее слова, которые всплыли у меня в голове, и непринужденным тоном сказал:

– Агацума, думаю, что ты просто не заметил, что Салли остановилась, чтобы завязать шнурки. Тропинки в лесу на этом острове не настолько плохие, чтобы заблудиться, но есть места, где видимость на удивление ограниченная. Думаю, что Салли потеряла бдительность, думая, что сразу тебя догонит, но в итоге упустила тебя из виду. Наверняка она уже вернулась в коттедж.

– Думаешь?.. Да, наверное, ты прав!

Похоже, Агацуму убедили мои слова.

Затем мы вдвоем направились в Seven Seas House.

По дороге я попытался представить текущую диаграмму взаимоотношений участников, как если бы это касалось кого-то другого.

…не многовато ли односторонних стрелок?

3

– Отлично, все собрались. Тогда начнем потихоньку!

Через несколько часов после утренней прогулки девять человек – шесть участников и три члена съемочной группы – встретились на пляже.

Кино, давно не появлявшийся перед всеми, был в гавайской рубашке и солнцезащитных очках, что придавало ему еще больше причудливости. Его длинные волосы, доходившие до плеч, покачивались, а он, как обычно, говорил отстраненно.

– Это первые съемки всем составом на открытом воздухе. Ну, тут в принципе ничего сложного. Думаю, что вы постепенно поняли ритм шоу, друг друга, а теперь просто покажите действия, следуя своим чувствам. Да, и еще раз напоминаю, когда к вам приблизится камера, по возможности кратко воспроизведите разговор, который между вами происходил. До этого на вас были петличные микрофоны, но на море мы не можем их использовать. Кроме того, со вчерашнего дня и Тэкагами местами снимает на дополнительную камеру, поэтому это тоже держите в голове.

– Рада работать с вами.

– Ну, не знаю, получится ли у тебя снять что-то хорошее.

– Ну Кино!

– Я пошел, у меня совещание по монтажу с материком. Как и планировалось, сегодня вечером выйдет первый выпуск «Верного союза». Я хочу создать легенду! Поэтому давайте выложимся по полной!

На этих словах Кино быстро развернулся и ушел.

Взгляды участников почему-то пали на ассистента режиссера.

– М-м-м… Хорошо, тогда начнем съемки. Рассчитываю на вас.

Так начались съемки на пляже всем составом.

По факту просто сменилась площадка и никакого сценария или плана не было подготовлено. Мы будем проводить время на пляже так, как захотим.

Все участники собрались в купальных костюмах. Когда парни разделись, они стали выглядеть еще лучше, а у меня, находящегося в конце этого списка, самооценка сейчас разобьется вдребезги. У Кацуры, который часто участвует в каскадерских трюках по телевизору и на сцене, как я и думал, тело очень подтянутое. Грудь тоже на удивление мощная. Агацума тоже худой, но я вижу, что у него сильные мышцы по всему телу. В любом случае я выгляжу хуже них. Чувствую себя неловко…[12] даже идиомы заставляют меня чувствовать, что мои плечи слишком узкие. Хотя это правда и с этим ничего не поделаешь, но…

А что там с девушками… А на это можно смотреть? Я ни разу не был на море и в бассейне с представителями противоположного пола, поэтому мне сложно поверить в то, что картина перед моими глазами реальна.

Ханаби выглядела прекрасно в простом розовом бикини с цветочным принтом. Это почти божественное ощущение, как будто летнее солнце и южные острова вместе благословляют нас. На Уруру был струящийся розовый топ с открытыми плечами, который создавал впечатление, что ее девичья индивидуальность выделяется больше, чем телесная привлекательность гравюр-айдола. Салли, как и следовало ожидать от профессиональной модели, выглядела великолепно в этом ретрокупальнике с завышенной талией.

Пока я один смущался, остальные искусно делали друг другу комплименты по поводу их аутфитов. Экстраверты легко могут это делать. А я, будучи интровертом, едва поспевал за ними.

Затем вдруг было решено поиграть в пляжный волейбол. Рядом с местом сбора лежал подготовленный полный комплект всего, что может пригодиться для купания и пляжного отдыха. Среди предметов Агацума нашел сетку и мяч и предложил всем поиграть.

В такой ситуации в каждой паре, естественно, один мальчик и одна девочка. В результате честной игры в «Камень, ножницы, бумага» я попал в одну команду с Ханаби.

– Ура, я с Сиори! Мы должны победить.

– Прошу быть со мной помягче…

Внезапно я замечаю, как Кацура, стоя немного поодаль, косится в мою сторону. Ханаби не с ним, и ему, наверное, неинтересно. Недовольное выражение лица. На контрасте с этим его под руку взяла радостная Уруру. В еще одной команде, в паре Агацумы и Салли, настроения противоположные: Агацума с энтузиазмом разговаривает с Салли, а ей, похоже, все равно. Это была сцена, в которой текущая диаграмма взаимоотношений стала максимально компактной.

Тем временем началась игра. Поначалу наибольший энтузиазм все-таки проявлял Агацума. Но вскоре Кацура понял, что ему не обязательно быть в одной команде с той, к кому у него симпатия, чтобы продемонстрировать свои навыки игры, поэтому он стал играть в полную силу. Не похоже, что он опытный игрок, но он спортивный, поэтому у него хорошо получается. Девушки в их командах по большей части просто стояли. Их, похоже, изначально не интересовал исход волейбольной партии.

И только Ханаби в нашей команде была единственным исключением. Мои спортивные способности ниже среднего, и я был бесполезен, но Ханаби оказалась просто отличным игроком. Объективно среди шести человек, включая парней, она была самой технически подкованной. Она легко покрывала все мои ошибки, но не становилась самодовольной и каждую партию превращала в хорошее соревнование. Если бы в бейсбольном и футбольном клубе все были такими, возможно, я бы не возненавидел уроки физкультуры.

Однако проблема в том…

Она наклоняется вперед в ожидании мяча. Осознав, что я уставился на ее соблазнительный вид сзади, я быстро отвел взгляд. Она интенсивно двигается в купальнике, и это… как бы сказать… опасно. Похоже, она совсем не ощущает никакого сопротивления, подлетает, подпрыгивает, нагибается, и это заставляет меня нервничать, когда я смотрю на нее. Так неосторожно будешь принимать мяч в падении? Это действительно нехорошо. С такой ненадежной тканью может случайно что-то…

– Сиори, мяч полетел в твою сторону!

– М?

Ба-а-ам!

Внезапный удар в лицо заставил меня упасть навзничь. Я упал звездочкой на горячий песок, и с небольшим запозданием мяч прилетел и несколько раз отскочил от моей головы.

– Извини, это моя ошибка. Ты в порядке?

В голосе Кацуры, доносившемся с той половины площадки, слышалась доброжелательность. Да он специально целился… Нет, ну наполовину я сам виноват.

– Сиори, ты в порядке?

На фоне размытого неба против света появилось обеспокоенное лицо.

– Да… в порядке, – ответил я и потихоньку сел. Одновременно ощупал себя везде. Отлично, к счастью, травм вроде нет.

– Да ничего страшного же, мяч к тому же для отдыха, – из-за площадки сказал Агацума. – В любом случае сейчас было так смешно! Сиори, отличная работа! Смотри, смотри, Нагисако, камера, камера. Отличный кадр ведь получился. Надо использовать его в шоу, чтобы усилия Сиори были вознаграждены.

– Хо… хорошо. Тогда… Кацура, давайте еще раз! – сказала подошедшая Нагисако.

– Нет, в этом ведь нет необходимости! – не мог я не вмешаться, и весь пляж разразился смехом.

В ходе кругового турнира мы терпели досадное поражение в каждой игре и в итоге заняли последнее место, но я и после этого почти все время на пляже провел с Ханаби. Точнее, она меня везде за собой таскала.