Вместе навсегда

— Девушку отпустил, — глухо и ледяной пригрозил мужчина, направив черное дуло пистолета прямо в лицо парню, который все еще сжимал плечо Анны.

Тот послушался мгновенно: резко вскинул руки вверх и попятился назад.

— Ладно, ладно, мужик... Мы просто пошутили.

— Проваливайте. Или через минуту ваши трупы будут валяться вон в тех мусорных баках, — абсолютно спокойно, без капли сомнения произнес наш спаситель.

Парни с диким ужасом в глазах бросились бежать, подхватив своего стонущего друга. Мужчина хладнокровно убрал пистолет обратно в скрытую кобуру и повернулся к нам, коротко кивнув в сторону стоящего неподалеку автомобиля:

— Поехали. Я отвезу вас домой.

— Я никуда с вами не поеду! — собрав остатки храбрости, рявкнула я, загораживая собой испуганную Анну. — Кто вы вообще такой?

Мужчина спокойно посмотрел на меня и ответил:

— Меня зовут Кадир. Я друг Искандера.

Мы обе одновременно и шумно выдохнули. Напряжение немного спало.

— Он прислал вас следить за мной? — я сердито нахмурилась, чувствуя, как внутри снова закипает злость на иранца.

— Присматривать, а не следить, — спокойно поправил Кадир. — И, как показала данная ситуация, это была не такая уж и плохая идея.

Спорить сил не было. Мы без лишних уговоров двинулись к его тонированному автомобилю и сели на заднее сиденье. Мужчина вежливо помог нам устроиться. Теперь, в тусклом свете салона, мне удалось получше рассмотреть нашего спасителя. Он был высоким, хотя чуть ниже Искандера. Темноволосый, с мрачными, почти черными карими глазами. На нем был строгий черный костюм, подчеркивающий отличное телосложение. Лицо казалось хмурым, даже угрюмым, но в глазах светилась какая-то скрытая доброта. На вид ему было около тридцати пяти лет, и он определенно был очень хорош собой.

Всю дорогу в машине стояла плотная тишина. Кадир молчал, лишь изредка бросая на нас короткие взгляды через зеркало заднего вида. Алкогольный туман в моей голове понемногу рассеивался, сменяясь упрямым раздражением. Анна, измотанная страхом и выпивкой, склонила голову мне на плечо и мирно вздремнула.

Когда мы наконец доехали до ее дома, Кадир молча вышел и вежливо проводил её до самой двери квартиры. Затем вернулся за руль. Настала моя очередь ехать домой. Но внутри меня все бунтовало. Я не хотела возвращаться в пустую квартиру и признавать, что Искандер снова победил.

Разрушив тишину, я громко попросила:

— Отвези меня к нему.

— Таких указаний не было, — Кадир даже ухом не повел, продолжая хладнокровно вести машину и полностью игнорируя мой выпад.

— Мне плевать на его указания! — меня окончательно понесло, алкогольная смелость требовала немедленного реванша. — Я не поеду домой!

— Я обязан доставить вас домой, мисс Браун, — ровно повторил он.

— Нет, вези меня к Искандеру! — буквально потребовала я, подавшись вперед.

Кадир на мгновение растерялся, в его глазах промелькнуло замешательство. Поняв, что словами его не пронять, я решительно достала из сумочки телефон и быстро набрала сообщение Искандеру:

«Все еще ненавижу тебя. Но либо твой слуга везет меня к тебе, либо я выпрыгиваю из машины прямо сейчас, через минуту».

На часах было два часа ночи, но мне было абсолютно плевать. Я хотела этой встречи здесь и сейчас. Ответ от Искандера прилетел моментально:

«Он мой друг, а не слуга. Ты можешь приехать ко мне. И даже не пытайся прыгать, иначе просто больно ударишься о заблокированную дверь».

Я ехидно, торжествующе улыбнулась. В ту же секунду в тишине салона оглушительно зазвонил телефон Кадира. Мужчина нажал на кнопку на руле и глухо произнес в микрофон:

— Да... Хорошо, понял.

Кадир сбросил вызов, крутанул руль и резко перестроился на другую полосу движения, разворачивая машину. Взглянув на меня через зеркало заднего вида, он тяжело и обреченно вздохнул.

А я откинулась на сиденье, победоносно улыбаясь во весь рот.

Искандер

Было уже поздно, но у меня все еще проходила деловая встреча — сделка по скупке и конфиденциальной отправке антиквариата. Мой постоянный покупатель Грэг встретился со мной в закрытой зоне возле порта. Мы сотрудничаем уже много лет, и между нами давно установилось полное доверие.

— Спасибо, Искандер. Как всегда, ты не подводишь, товар отличный, — поблагодарил меня Грэг, а затем, помедлив, добавил:

— Я бы хотел купить твою картину.

— Какую именно? — спросил я, хотя внутри уже знал ответ.

— «Безликая девочка». В ней есть что-то особенное, необъяснимое.

— Она не продается, — ровно, не терпящим возражений тоном отказал я. — Это личное.

— Жаль, — вздохнул Грэг.

Нужно было еще свести финальные отчеты и проверить транспортные документы, но резкий сигнал сообщения от Кадира отвлек меня от дел.

Кадир: «Угадай, где я».

Я: «Ближе к сути».

Кадир: «Присматриваю за Холли и ее подружкой в баре».

Я: «Что там?».

Кадир: «Уже напилась неслабо, но я все контролирую. Не думаешь составить компанию?»

Я: «Она злится на меня».

Кадир: «Дай угадаю, из-за того студента».

Я: «В точку. Что на ней надето?»

Через минуту Кадир прислал фотографию. На снимке Холли отчаянно танцевала с каким-то мудаком в невероятно откровенном наряде. Если это вообще можно было назвать платьем — тонкая черная ткань едва прикрывала её ягодицы. В груди мгновенно вспыхнула и уколола острая, обжигающая ревность. Пальцы жестко застучали по экрану.

Я: «Глаз с нее не спускай. Отвечаешь головой».

Кадир: «Положись на меня».

Я: «Пристрели этих кретинов, чтобы не лапали ее».

Кадир: « Обойдемся сломанной рукой».

Я: «Держи меня в курсе».

Я заметно занервничал, и Грэг сразу это почувствовал.

— Искандер, все нормально? — послышался голос моего покупателя.

— Да. Продолжим.

Внутри все клокотало, безумно хотелось выпить и забыться. Но я знал, что Кадир надежен как скала и присмотрит за ней. Нужно было довести сделку до конца и успокоить нервы.

Мы закончили отправку последней партии товара, когда от Кадира пришло новое сообщение: он везет девушек домой. Я наконец немного расслабился и, наскоро попрощавшись с Грэгом, поехал к себе.

Дома я принял душ, налил в стакан виски и уже собирался набрать номер друга, чтобы узнать подробности, как вдруг экран телефона загорелся от сообщения Холли. Она просилась приехать ко мне.

Бог свидетель, будь на то моя воля, я забрал бы её к себе навсегда еще в самую первую нашу встречу. И пусть Холли совсем не помнит меня из-за своего состояния, её душа интуитивно тянется ко мне. Наверняка сейчас она была сильно пьяна, что, конечно, меня не радовало. Но разве я мог ей отказать? Кому угодно, только не ей. Я и сам до безумия жаждал этой встречи. И судя по тому, что Кадир вез её лично, в баре явно что-то произошло. Ничего, завтра я узнаю все подробности.

Холли

Мы приехали в роскошный, строго охраняемый район. Квартиры в этих современных высотках стоили целое состояние. Когда машина плавно затормозила у парадного входа, Кадир по-джентльменски вышел, открыл мне дверцу и пригласил выйти. Мое сердце ритмично и гулко забилось в груди в предвкушении встречи. Взволнованная, я едва поспевала за своим провожатым.

Мы вошли в зеркальный лифт и взлетели на самый верхний этаж. Пентхаусы здесь были самыми дорогими, ведь оттуда открывался великолепный, головокружительный вид на город. Поднявшись, мы подошли к массивной двери, которая оказалась незапертой. Наверное, Искандер знал, что мы уже едем, и ждал нас.

Мы переступили порог и оказались в удивительно огромной, изысканно обставленной квартире. Мужчина сидел на низком диване возле большого панорамного окна, небрежно держа в руке стакан с виски. Он ждал нас. Он ждал меня.

— Доставил в целости и сохранности, как и обещал, — негромко нарушил тишину Кадир. — Я нужен еще?

— Спасибо, Кадир. До завтра, — отозвался хозяин дома.

Тот коротко кивнул и бесшумно вышел, оставив нас наедине. Я застыла посреди гостиной, не в силах отвести взгляд от его силуэта. Это зрелище завораживало. В мягком полумраке комнаты Искандер сидел в одних лишь черных свободных брюках. Свет из окна выгодно подчеркивал его безупречный, сексуальный рельеф тела, к которому мне отчаянно, до дрожи хотелось прикоснуться — к каждому сантиметру его горячей кожи.

Искандер продолжал пристально, гипнотизирующе смотреть на меня. Сделав глубокий вдох, я начала медленно идти к нему. Подойдя, я опустилась прямо на пол возле дивана, доверчиво обняла его за ноги и устало положила голову ему на колени.

— Я так устала... — пробормотала я и, помолчав секунду, добавила:

— И я все еще ненавижу тебя.

Искандер ничего не ответил на мою колкость. Его большая, теплая ладонь опустилась на мою голову, и он начал нежно гладить мои волосы.

— Поэтому ты так отчаянно рвалась ко мне среди ночи? — негромко спросил он.

Я ведь шла сюда с твердым намерением высказать ему все, что накопилось на душе, наговорить кучу колкостей и гадостей, но вместо этого из моих губ само собой вырвалось тихое:

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста, Холли. Налить тебе содовой? — заботливо предложил он.

— Хорошо.

Искандер плавно поднялся с дивана, чтобы достать из холодильника бутылку воды. Оставшись одна, я поднялась на ноги и подошла к панорамному окну. Вид на ночной город отсюда действительно открывался великолепный. Я никогда не видела эти улицы под таким потрясающим углом.

Мужчина вернулся и протянул мне прохладный стакан. Я сделала несколько глотков, чувствуя, как внутри все приятно немеет. Искандер встал вплотную рядом со мной, глядя в темноту за стеклом.

— Здесь невероятно красиво... А я, кажется, ужасно напилась, — вздохнула я, без сил облокачиваясь на его крепкое плечо.

— Ты не выглядишь сильно пьяной, — тихо заметил он.

— Мне просто одиноко, Искандер...

— Ты не одинока. Я рядом, — твердо пообещал он и коснулся ладонью моей щеки, заставляя повернуться.

Я прижалась к нему всем телом, чувствуя его сумасшедший жар. Посмотрев прямо в его темные, мерцающие в полумраке глаза, я прошептала:

— Мне иногда кажется, что я — это совсем не я... Но когда ты рядом, я чувствую себя совершенно другим человеком. Поцелуй меня, пожалуйста, — молящим, срывающимся тоном попросила я.

Глаза Искандера странно блеснули. Я потянулась к его губам, и — о боже — он ответил. Сначала это было едва уловимое, невероятно нежное прикосновение. На несколько секунд мы отстранились друг от друга, тяжело дыша и всматриваясь в лица. Меньше всего на свете я хотела поцелуя из жалости или одолжения, мне было жизненно необходимо, чтобы он желал этого так же сильно, как и я.

И тут, словно прочитав мои мысли, Искандер с такой безумной, первобытной страстью прильнул к моим губам, что у меня в легких мгновенно закончился воздух. Это был сумасшедший, сокрушительный поцелуй. Он крепко обхватил мою голову обеими руками, удерживая, а мои ладони скользнули по его широкой груди к шее. Меня с головой затянуло в этот бурный круговорот, по телу мелкой волной прошла сладкая дрожь, а ноги стали абсолютно ватными. Я не хотела, чтобы это прекращалось. Этот поцелуй был великолепен, он был полон таких глубоких чувств, каких я никогда ни с кем не испытывала. Он казался каким-то до боли родным, близким и правильным.

Мне отчаянно захотелось большего. Потеряв контроль от нахлынувшего возбуждения, моя рука скользнула вниз, в область его паха, безошибочно натыкаясь на твердую выпуклость. Искандер определенно желал меня не меньше, его дыхание стало прерывистым, но в самый последний момент он проявил жесткую волю: резко перехватил мою руку, убирая её, и отстранился.

— Нет, Холли. Не сейчас, — хрипло, тяжело дыша, сказал он. — Ты пьяна.

— Это просто глупые отговорки! — возмутилась я, пытаясь вернуть его обратно. — Я хочу тебя, Искандер!

— Холли, у нас не будет секса. Не сегодня, — отрезал он тоном, не терпящим споров.

Я разочарованно вздохнула. Кажется, я уже начинала привыкать к его отказам, но внутри все равно ликовала — ведь первый, самый главный шаг был сделан.

— Сейчас ты примешь душ и ляжешь спать, — распорядился мужчина.

— Я буду спать в твоей постели, — нагло перебила я его со своим предложением.

Искандер удивленно приподнял брови, глядя на меня во все глаза.

— Я просто хочу быть рядом с тобой этой ночью. Ничего больше, обещаю, — попыталась я успокоить своего сурового красавца.

Он молча принял поражение, кивнул и показал мне, где находится ванная комната, одолжив свою чистую футболку. Я быстро приняла душ, смывая остатки клубного безумия, натянула огромную футболку, пахнущую его парфюмом, и забралась под одеяло на его гигантскую кровать.

Искандер еще очень долго стоял в дверях, не решаясь лечь рядом. Что ж, я его прекрасно понимала: эта ночь определенно станет для него тяжелым испытанием. Улыбнувшись, я игриво похлопала ладонью по пустой половине матраса:

— Обещаю быть примерной девочкой и хорошо себя вести.

Искандер тихо вздохнул, осторожно подошел и прилег рядом поверх покрывала. Я тут же придвинулась к нему вплотную и крепко обняла за талию, утыкаясь носом в его плечо. Вдыхая его умопомрачительный запах, чувствуя кожей тепло его тела и сильный, мужественный стан, я ощутила абсолютное, безграничное спокойствие. Искандер начал нежно гладить меня по голове, перебирая пальцами пряди волос, и под эти убаюкивающие прикосновения я мгновенно погрузилась в глубокий, безмятежный сон.

Искандер

Грёбаное испытание! Всю оставшуюся ночь Холли прижималась ко мне, закидывая ноги то на мой живот, то на бёдра, а мой член в штанах вытворял невообразимые сальто.

Я так и не смог уснуть. До самого рассвета я просто лежал, не шевелясь, и смотрел на неё, осторожно поглаживая шёлковые пряди. Её внезапный поцелуй у окна застал меня врасплох. В тот момент я сам уже едва сдерживался — я так отчаянно жаждал ощутить прикосновение её губ, хотел этого так сильно, что едва не потерял бдительность. Нельзя. Только не сейчас, не в таком состоянии. У Холли сильный, упрямый характер, но я сломал её, сам того не осознавая. Всё, что с ней случилось, произошло только из-за меня. Я уверен: будь у неё выбор, она прошла бы через весь этот ад снова, лишь бы мы смогли быть вместе. Но это удушающее чувство вины не покидает меня на протяжении многих лет. Она слишком мне дорога, и я больше не могу причинить ей вред.

Под утро Холли заворочалась и что-то неразборчиво забормотала. Я замер, прислушиваясь. Её сон был глубоким, но явно кошмарным. Она металась по подушке, её лицо исказилось от боли, и она начала звать кого-то:

— Мама, нет... Нет! Это я виновата. Моя вина… Мама!

Услышав это, я мгновенно напрягся, внутри всё похолодело.

— Холли? Вернись ко мне, — ласково позвал я её, осторожно прикоснувшись ладонью к горячей щеке.

Но она не слышала, не просыпалась, глубже увязая в своём кошмаре. Мне было жизненно важно узнать, что именно ей снится — ведь это наверняка был сон-воспоминание.

— Холли, малышка… Ты слышишь меня? — тихо прошептал я ей прямо на ухо.

— Мамочка!.. Это я убила её. Всё из-за меня! — Холли продолжала кричать во сне, её лоб покрылся мелкой испариной.

— Холли, проснись! — Я сильнее потряс её за плечи, но она словно ускользнула в какую-то другую, страшную реальность.

Мне стало не по себе. Я продолжал настойчиво будить её, но она не реагировала, лишь сквозь слёзы бормотала одно и то же. Наконец, после нескольких усердных попыток, мой голос пробился сквозь её кошмар, и она резко очнулась.

— Искандер?.. — тяжело дыша, спросила она. Её взгляд был диким, блуждающим, будто она не понимала, где находится. Она испуганно осмотрелась по сторонам.

— Да, я здесь, — я сразу притянул её к себе, и она мёртвой хваткой вцепилась в меня, крепко прижавшись всем телом. — Тебе приснился страшный сон. Иди ко мне.

— Я видела кровь, Искандер... — прошептала она, и её тело задрожало. — Очень много крови. Но я не могу вспомнить, чью именно.

Было видно, что Холли до смерти напугала сама себя.

— Ничего страшного, маленькая. Я рядом, всё хорошо. Это просто дурной сон. Засыпай, малышка, — я плавно поглаживал её по волосам, убаюкивая и пытаясь унять эту дрожь.

Холли доверчиво положила голову мне на грудь и закрыла глаза.

— Только не бросай меня. Ладно? — едва слышно попросила она.

— Никогда. Обещаю.

В моих объятиях она уснула удивительно быстро. А вот мысли в моей голове окончательно похоронили любую надежду на сон. За окном уже вовсю рассвело, а Холли продолжала крепко и безмятежно спать, уткнувшись мне в плечо. Ещё какое-то время я просто лежал, любуясь её чертами, но дела не ждали. Не желая её тревожить, я максимально осторожно отстранился, выбрался из-под одеяла и тихо вышел из спальни.

Перед уходом я приготовил для неё завтрак, а на подушке оставил короткую записку. Напоследок я вернулся в комнату, нежно поцеловал её в макушку и направился к выходу. В офисе меня ждал долгий рабочий день.

Холли

Я проснулась, когда солнце стояло уже высоко — ближе к обеду. Искандера рядом, конечно же, не оказалось. Вместо него на подушке я нащупала аккуратно сложенный листок бумаги.

«Доброе утро. Завтрак на столе. На работе у тебя сегодня выходной. Если что-то понадобится — дай знать. Кадир отвезёт тебя домой, когда захочешь».

— Ну, конечно. А где же «целую»? Сухарь, — буркнула я себе под нос, хотя в груди приятно разлилось тепло. — И вообще, может, я хотела остаться.

Я сладко потянулась и улыбнулась новому дню. К слову, я уже сто лет так хорошо и крепко не спала. Накинув рубашку, я вышла из спальни и направилась на кухню. Каково же было моё удивление, когда за столом я обнаружила Кадира! Он невозмутимо пил кофе и читал бумажную газету.

— Доброе утро, мисс Браун. Ваш завтрак, — произнёс он, даже не подняв на меня глаз.

Я посмотрела на стол и обомлела: тосты, хрустящие круассаны, йогурт, пышный омлет, свежие фрукты и свежесваренный кофе в стеклянном кофейнике. Неужели Искандер сам приготовил всё это для меня перед уходом? Это было чертовски трогательно и мило.

— Газета? Серьёзно? — поддразнила я Кадира, открывая холодильник и доставая бутылку содовой. — Кто в наше время вообще читает газеты? Ты из какого века к нам прилетел?

— Я должен быть в курсе свежих новостей, — сухо отчеканил он.

— Может, ты не знал, но в газетах правды меньше, чем в пабликах с подростковыми сплетнями. Везде врут, Кадир. И в твоих газетах тоже.

Я присела на стул напротив него и налила себе кофе, внимательно наблюдая за его каменным лицом.

— Ты рассказал Искандеру о вчерашнем... происшествии в баре?

— Само собой, — ответил Кадир, не отрываясь от чтения.

— А он что? — я слегка напряглась, но продолжала закидывать этого молчуна вопросами.

— С ним всё в порядке, — обрывисто бросил он.

— А что, если бы я вчера всё-таки трахнулась с тем парнем в туалете? — решила я зайти с козырей и нагло обескуражить собеседника.

Но Кадира, казалось, невозможно было пробить даже бронебойным снарядом. Он остался абсолютно непоколебим.

— Этого бы не произошло. Я всё контролировал, — так же угрюмо парировал он.

— Ты теперь что, мой личный телохранитель? — я откусила кусочек тоста и сделала глоток кофе.

— Просто присматриваю за вами, мисс Браун, — Кадир наконец сделал глоток из своей чашки.

— А если я не хочу надсмотрщика? — непринуждённо протянула я.

— Ничем не могу помочь.

Да уж, вести диалог с Кадиром — то ещё удовольствие. Отстранённый, холодный, не особо разговорчивый.

— И что же твой босс задумал? Чего он вообще добивается? — предприняла я последнюю попытку испытать терпение этого стального человека.

Кадир наконец опустил газету на стол и посмотрел прямо на меня. Его тяжёлый, проницательный взгляд буквально пригвоздил меня к стулу.

— Вас так удивляет забота и порядочность Искандера? Что, мисс Холли, это для вас что-то непривычное?

Я явно не ожидала такого прямого вопроса и на мгновение полностью растерялась.

— Я не знаю... Всё это как-то странно.

— Привыкайте.

Я удивлённо приподняла брови:

— К чему?

— К заботе.

После этих слов он как ни в чём не бывало поднял газету обратно и углубился в чтение. Пока Кадир шуршал страницами, я быстро закончила завтрак и потянулась к телефону. Нужно было срочно написать Максу.

Я: «Буду у тебя через час».

Макс: «Что случилось?».

Я: «У меня внутренний срыв».

Макс: «Что ещё за внутренний срыв?».

Я: «Я вчера напилась. Меня чуть не изнасиловали».

Макс: «Ты в порядке?! Я могу приехать за тобой».

Я: «Не надо. Я сама приеду».

Макс: «Тебе нужна помощь, Холли».

Я: «До встречи».

Сейчас мне мог помочь только Макс. Быстро приведя себя в порядок, я попросила Кадира отвезти меня к брату. Он беспрекословно выполнил мою просьбу.

***

Я коротко поблагодарила Кадира за поездку и вышла из машины. Макс уже ждал меня у входа, его лицо выражало крайнюю степень тревоги.

— Привет.

— Салют.

— На тебе коктейльное платье, — Макс сразу окинул меня оценивающим взглядом. — Ты что, не ночевала дома? И почему ты не на работе?

— Да. Нет. У меня выходной, — поэтапно, отсекая лишние расспросы, ответила я.

— Что произошло вчера, Холли? — продолжал допрос брат.

— Всё обошлось, мне помогли, — попыталась я его успокоить.

Макс тяжело вздохнул, открывая передо мной дверь в квартиру.

— Холли, на выходных приезжает Кэти.

Кэти была девушкой Макса. Они встречались всего месяца четыре, но он был по-настоящему влюблён. Она работала в другом городе и приезжала к нему каждые две недели на выходные. И, разумеется, она понятия не имела о моей... специфической проблеме.

— Как-то совсем некстати, — скривилась я.

— Холли, не будь эгоисткой. Тебе нужна профессиональная помощь...

— Макс, я это уже слышала. Давай не будем начинать снова, — жёстко оборвала я его заготовленную речь о психологах, травмах и терапии.

Брат послушно замолчал, видя мой настрой. Я устало побрела в спальню, на ходу расстёгивая молнию на платье. Сбросив одежду, я легла на кровать. Макс вошёл следом и нахмурился, глядя на моё тело.

— У тебя ещё с прошлого раза спина не зажила, — с явным беспокойством заметил он.

— Ничего страшного. Мне не больно, — заверила я его, переворачиваясь на живот.

Макс привычным движением взял верёвку и надёжно привязал мои руки к изголовью кровати. Я лежала абсолютно голая, чувствуя, как внутри нарастает сладкое, тягучее предвкушение. Когда Макс сделал первый замах, удары были относительно мягкими — он бил меня любя, бережно.

— Сильнее, — приказала я, до боли закусив губу.

Макс послушался, увеличивая темп и силу. Хлёсткие удары обжигали кожу, и по телу мгновенно разлилось сумасшедшее, острое удовольствие. В промежности стало невыносимо влажно, внутри всё горело, и я буквально молила о ещё более жёстком воздействии.

— Освободи мне руки, — хрипло попросила я.

Брат послушно развязал узлы. Я не знала, что именно со мной происходило в этот момент, но внутри проснулось дикое, непреодолимое желание. Перевернувшись, я скользнула пальцами к своему клитору, начиная ласкать себя всё интенсивнее и быстрее.

— Какого чёрта ты творишь?! — испуганно выдохнул Макс, отступая на шаг.

Такого при нём я не позволяла себе никогда. Наша «терапия» всегда была другой. Но сейчас в моей голове будто щёлкнул какой-то тумблер. Закрывая глаза, я с пугающей отчётливостью представила, что это не мои, а длинные, сильные пальцы Искандера ласкают мою промежность. Острое, болезненное сексуальное желание затопило меня при одном лишь воспоминании об этом недоступном иранце. Я будто наяву ощутила его горячие руки на своём теле. Господи, как же сильно я хотела этого в реальности! Его постоянные отказы ранили меня, выжигали изнутри, и справляться со своими эмоциями становилось всё тяжелее.

— Придуши меня, Макс! — прерывисто дыша, выкрикнула я в потолок.

— Холли, это опасно, прекрати! — в полном недоумении и страхе осадил меня брат.

— Пожалуйста, сделай это! — умоляюще взмолилась я, ускоряя движения руки.