Цветок Нави

Мира, тяжело и прерывисто дыша, поднялась на локтях. Ян мгновенно подбежал к ней, хватая за руку, помогая подняться на дрожащие ноги.

— Ты в порядке?! — спросил он, утирая со лба пот.

— Да… — Мира судорожно прижала ладонь к бешено бьющемуся сердцу. На холщовой рубахе все еще горело ледяное пятно. — Как она вообще сюда попала?

— Не знаю. Заклятия Велимиры сильны. Навьи твари не могут переступить порог дома. Никогда раньше у них это не выходило.

С заднего двора, со стороны скотного загона, донёсся жуткий, чавкающий шум и жалобный птичий клекот. Ян кинулся на звук, на ходу подхватив свой походный топорик. Мира бросилась следом. Деревянная калитка птичника оказалась выломана напрочь. За ней открывалось сплошное кровавое месиво: перья, кости и растерзанные тушки кур были разбросаны повсюду. Причём половину своей добычи кикимора даже не съела — просто жестоко поубивала, переломала хребты и выкинула в грязь.

— Вот же тварь ненасытная! — вскричал Ян.

Услышав испуганное ржание, он бросился к конюшне. Пара молодых лошадей стояли взволнованные, взмыленные, они били копытами и не понимали, что происходит, но были живы. Ян зашёл в загон и погладил испуганную лошадь по морде, пытаясь успокоить. Он всегда трепетно заботился о лошадках.

Мира зашла вслед за ним.

— Их она не тронула, — выдохнула она.— Как только я вошел, испугалась и сразу бросилась наутек, — Ян хмуро сжал кулаки. — Не успела закончить то, что задумывала. Вот и решила напоследок сожрать и перебить птицу.

Он вышел из загона во двор, настороженно оглядывая темные кусты подлеска.

— Чего она хотела? — Мира посмотрела на него, прижимаясь спиной к бревенчатой стене конюшни.

Ян лишь пожал плечами.

— Она пробралась наверх, в комнату, где хранятся берестяные связки и старые записи Велимиры. Я только поднялся, как застал ее прямо посреди разбросанной бересты. Копошилась там, будто искала что-то.— Ты раньше видел кикимор?— Видел, но не так близко и не такими. Обычно эти создания пугливы как мыши и убегают, едва завидев человека.— Её глаза… Ты заметил их? Они были чёрные-причёрные, без белков, словно смоль. — она передернула плечами от отвращения, вспоминая жуткую морду твари. — Совсем как бешеный дикий зверь.

Он угрюмо кивнул.

— С чего бы простой болотной твари делать такое? У них же в головах почти нет разума, — судорожно вздохнула она.— Своего сознания у них толком нет, — отозвался Ян, глядя на окровавленный загон. — Но такую мелкую тварь очень легко использовать. Кто-то сильный мог подчинить нечисть своей воле и намеренно направить в Плетень.

От одной этой мысли Мире стало не по себе.

— Нужно рассказать Велимире, когда вернётся. Что если она что-то важное украла?— Расскажем. А пока надо тут побыстрее прибраться, не то запах крови других хищников привлечёт. Из-за этого месива вон и остальные животные в хлеву взволновались.Ян тяжело вздохнул, взял стоявшую у забора лопату и принялся методично убирать разбросанные тушки. Мира молча посмотрела на него. В груди болезненно уколола гордость: он мгновенно сообразил что делать, ни на миг не испугавшись жуткого чудовища, пока она сама стояла посреди горницы, застыв, боясь пошевелиться.

— На, возьми, — Ян повернулся и сунул ей в руку свой походный топорик. — Вдруг эта гадина еще вернется.

С этими словами он пошёл обратно к растерзанному загону. Мира мгновенно напряглась всем телом, сжимая теплую рукоять онемевшими пальцами и вглядываясь в шумящую ночную чащу. Давно она не ощущала такого удушающего, животного страха. Лес вокруг теперь казался живым и зловещим, а темнота за Плетнем пугающе оживала зловещими, шевелящимися тенями.