Город веселья и злобы

Алексис Л. Менард

Город веселья и злобы

Alexis L. Menard

City Of Mirth And Malice

Copyright © 2024 by Alexis L. Menard

Перевод с английского Эрики Воронович

© Воронович Э., перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

Моей дочери, показавшей мне хаос в его истинной форме. Не дайте никому отнять ваш огонь.

Примечание автора

Предупреждения о содержании:

«Город злобы и радости» – молодежное романтическое фэнтези. В тексте романа присутствуют грубые, в том числе богохульные, выражения и ругательства, а также моменты, которые могут расстроить некоторых людей или показаться им неприемлемыми, например, описание курения и употребления алкогольных напитков, откровенных сцен сексуального характера, сексуальных игр с удушением, газлайтинга в отношении ближайших родственников, а также упоминания самоубийства и смерти родителя. Если вы находите пугающими или неприемлемыми другие моменты, которые не попали в этот список, не бойтесь написать автору, чтобы добавить их в это предупреждение.

В предыдущей книге

После смерти отца, став единственной наследницей железной дороги, принадлежащей ее семье, Камилла Маркезе делает все возможное, чтобы удержать компанию на плаву и не дать ее обанкротить. Ставя интересы синдиката во главу угла и жертвуя даже велениями собственного сердца, Камилла идет на уступки четверым своим братьям и соглашается выйти замуж за алхимика Феликса Фиренце в обмен на инвестиции и уплату огромного долга.

В день свадьбы Николаи Аттано, глава семьи, враждующей с Маркезе, расстраивает церемонию, предложив сделку, от которой Камилла не может отказаться. Они должны на шесть недель стать мужем и женой, чтобы вместе поймать похитителя, известного как Собиратель и наводящего ужас на людей, живущих в части города, подвластной Аттано. После этого все долги компании будут уплачены, а брачный контракт разорван. Камилла соглашается на его условия, однако это ведет к разрыву связей с крайне влиятельным семейством алхимиков и потере их расположения.

Сначала Нико едет с Камиллой в Ньюпорт на скачки, чтобы собрать информацию и начать охоту. Однако Камилла случайно замечает, как Нико тайком пробирается в конюшни, следует за ним и видит его убивающим человека. Ей удается сбежать прежде, чем Нико ее заметит, однако она сталкивается с жаждущими напиться крови веергами, и ее кусают. Укушенная веергом Камилла дожидается возвращения Нико в их квартире и подслушивает его разговор с женщиной по имени Ваня Хартсонг: они бурно обсуждают разрыв своих отношений. Камилла случайно прерывает их, не услышав ничего больше, и Ваня уходит. Однако Нико не успевает расспросить Камиллу о том, как прошел вечер: рана на ее руке начинает болеть, и она теряет сознание.

Несколько дней спустя Камилла приходит в себя в фамильном поместье Аттано и обнаруживает, что братья подослали к ней портниху Сэру, чтобы та передавала им все, что удастся узнать об Аттано. Камилла знакомится с остальными членами этого шумного семейства, восхищается их теплыми отношениями и не может не сравнить их с собственной семьей. Позже Нико заходит в комнату Камиллы, обнаруживает там разгром и понимает, что она похищена веергами, покусавшими ее на скачках.

Нико убивает веерга, ранившего его жену, и тем самым нарушает священный закон, непреложный для потомков Отмеченных Следом. Вместе с Камиллой он скрывается в охраняемой квартире, пытаясь залечь на дно, пока не удастся уладить все проблемы, вызванные его действиями. Охота на Собирателя вынужденно приостанавливается, однако Нико вызывают выполнить работу иного толка для инспектора, отвечающего за правопорядок в Линчхэвене.

Инспектор шантажом заставляет Нико совершать для него заказные убийства. В этот раз в списке жертв оказывается высокопоставленное лицо. Когда Нико уже направляется домой, его арестовывает Общество – местный орган охраны правопорядка. Они предъявляют ему обвинения в убийстве веерга, заключая под стражу без возможности выхода под залог. Узнав об аресте Нико, Камилла отправляется прямо к веергам на переговоры с Сабиной Бьянки – предводительницей всех несущих След Крови и главным конкурентом семьи Аттано. Она предлагает сделку: драться на арене с одним из чудищ, которых Сабине привозят из Пустошей, в обмен на то, что с Нико снимут все обвинения. Чудище жалит Камиллу в спину и оставляет ей на позвоночнике неизвестную метку. Мысленная связь с чудищем отправляет ее за Порог Забвения, где она встречает вестника, который сообщает ей, что Порядок чувствует угрозу от Хаос. Она приходит в себя, когда на арене появляются родственники Нико. Сам Нико пробирается в яму для боев, с помощью родных убивает чудище, атакующее Камиллу, и отвозит ее домой.

Когда Камилла снова может встать на ноги, вместе с Нико она отправляется в Архивный дом, чтобы выяснить, кем была ее мать, и понять, о чем предупреждал вестник. Однако в самом центре Округов на них нападают люди Фиренце. Паре хоть и с трудом, но удается сбежать на проезжающем мимо поезде. Они вынуждены ехать на север, и Нико признается Камилле в том, что он наемник, и рассказывает, почему выполняет эту работу. Поезд приезжает в пункт назначения, и Камилла потрясена до глубины души, потому что это старая, давно заброшенная судоверфь, на которой строят корабль. На принадлежащем ей поезде доставляют запчасти для этого корабля, но Камилла понятия не имеет зачем. Паре приходится прятаться от грузчиков, и у Нико начинается паническая атака. Камилла решается поцеловать его, чтобы отвлечь, однако это выдает их влечение друг к другу.

Вернувшись в город, Камилла отправляется к братьям и расспрашивает их о корабле, однако те отказываются рассказывать что бы то ни было, пока она не найдет способ разорвать свой брак с Нико. Она возвращается в Роу вместе с Аттано, а Нико вызывают к инспектору, чтобы выдать последний заказ, исполнение которого намечено на вечер того дня, когда должен состояться Соляной Бал.

В день бала Нико говорит Камилле, что они должны вести себя так, чтобы все гости бала обратили на них внимание и поверили, что они действительно влюблены. В гостевой нише они заходят достаточно далеко, однако Нико быстро и внезапно уходит, оставив Камиллу с ощущением, что ее отвергли, и в смешанных чувствах по поводу его намерений. Она выходит наружу подышать свежим воздухом и сталкивается с инспектором, который рассказывает ей, что, по слухам, на Верховного Наблюдателя – первое лицо города – этим вечером готовится покушение. Сопоставив в уме то, что она знает о Нико, и то, как эта информация может быть связана с предупреждением инспектора, она сбегает с бала, чтобы предупредить Нико, пока он не попался в подготовленную инспектором ловушку.

Тем временем Нико обнаруживает, что Верховный Наблюдатель его ждал. Глава города сообщает ему, что человек, убивший родных Нико, на которого тот ведет охоту, и есть инспектор. Затем Верховный Наблюдатель выпивает вино с заранее подмешанным ядом, и тут в дом врывается городская стража. Подоспевшая Камилла ввязывается в драку, однако ее ранят магическим клинком, который разрушает ее защитную татуировку и высвобождает подавленную силу, о наличии которой она и сама не знала. Сокрушительная сила уничтожает всех и вся на своем пути, позволяя паре сбежать. Нико снова прячется вместе с Камиллой в охраняемой квартире, где они признаются друг другу во всем. В конце концов они объясняются в чувствах друг к другу, занимаются любовью, а наутро их ждет внезапный визит. Сэра рассказывает Нико, что его кузена арестовали. Когда он уходит, Сэра использует свой След, чтобы завладеть сознанием Камиллы и доставить ее на поезд, где ее уже ждут братья. Они планируют бежать из города, пересечь море и добраться до Континента.

Нико на мосту встречается с инспектором, который признается, что он и есть Собиратель. Нико в ответ признается, что Ваня, составлявшая список целей для заказных убийств, давала инспектору совсем не те имена и Нико расправлялся не с врагами инспектора, а со своими собственными. Инспектора арестовывают на основании предсмертной записки Верховного Наблюдателя, а Нико узнает, что Камиллу похитили. Он бросается догонять отходящий поезд, пока ее не увезли навсегда.

Братья сообщают Камилле, что она несет След богини Хаос и что она – единственная обладательница этого Следа. Семья Фиренце состоит в крупной организации, которая ведет на нее охоту, чтобы сокрушить ее силу, а потому братья увозят ее, чтобы защитить. Однако Феликс Фиренце захватывает поезд, и Камилле, не без помощи новообретенных способностей, приходится с боем прорываться к локомотиву, чтобы обезвредить захватчиков и прервать поездку.

Нико запрыгивает на едущий поезд и завязывает драку с Феликсом, но между ними встает Камилла и что-то говорит Феликсу, заставив того прекратить драться. Феликс стреляет в Камиллу, Нико бросается к ней, позволив Феликсу скрыться. Нико стреляет ему вслед, но их окружает густой туман, а потому Нико не уверен, попал ли в цель.

Несколько дней спустя убитый горем Нико получает записку: ему назначают встречу в поезде, которым в итоге завладела его семья. Он встречает Арамиса, старшего брата Камиллы, который сообщает, что его сестра жива. Сэра была перевертышем. Она притворилась Камиллой и пожертвовала своей жизнью, чтобы обмануть Феликса. Однако люди Феликса Фиренце все же выполнили свою работу, и теперь Камилла заперта в тюрьме Хайтауэр. Там она встречает и узнает женщину-алхимика, с которой уже встречалась в прошлом. Испытания ее изменчивого Следа начинаются.

Пролог

Кподножиям Падучих Гор, где пыль и пепел, поднимавшиеся над лагерем для заключенных, указывали на вход в угольную шахту, приближался посетитель, выглядевший совершенно не типично для этих мест. Хотя его нос и рот были плотно закрыты плащом, чтобы хоть как-то фильтровать загрязненный воздух, от мерзкого запаха гари все равно саднило горло: черный дым поднимался от водяного насоса на поверхности, откачивая воду из шахты, где под землей трудились люди, добывая главный источник топлива на Острове.

Работать в шахты отправляли только осужденных. Этот труд был настолько тяжелым, а его условия настолько опасными, что лишь закоренелых преступников, лишенных всех возможных прав, возможно было заставить его выполнять. Рабочий день длился долго и без перерывов, еду и питье давали редко, а ядовитые газы и обвалы породы убивали людей намного раньше, чем подходил к концу срок их заключения.

Охранники показали ему дорогу к караульной и к помещению, куда отводили для беседы с начальником лагеря тех заключенных, кому не хватало мотивации для выполнения нормы выработки. Судя по пятнам на полу и стенах, в которых не было ни единого окна, к заключенным там явно применялись пытки. Пара керосиновых ламп освещала пространство перед столом, за который он присел в ожидании.

Во дворе раздался сигнал паровой сирены, означающий конец рабочего дня.

По пыльному бетонному полу волочились цепи. Запястья и лодыжки заключенного, с которым он попросил встречи, были закованы в кандалы, надежно закрепленные в соответствии с протоколом. Его пристегнули к стулу, накрепко прибитому к полу напротив стола.

Рубашки на нем не было, а тело было покрыто грязью. Если бы посетитель не знал, что волосы этого человека от природы каштановые, то решил бы, что они седые, настолько рудники изуродовали его лицо. Когда заключенный встретился взглядом с посетителем, его перемазанное грязью лицо расплылось в улыбке. Даже в промежутках между зубами было видно следы угля.

– Дающий и Отнимающий! – произнес Гавриэль. – Тебе понадобилось достаточно много времени, но я знал, что ты сюда доберешься. А я говорил этим проклятым предателям, что ты придешь за мной.

– Вы не в восторге от новых условий, инспектор? – ухмыльнулся посетитель.

Лицо Гавриэля исказила гримаса.

– Здесь просто Инферно. Некоторые из заключенных помнят, что это я их сюда отправил. – Он отвел взгляд, и по его плечам пробежала дрожь. – Они делают со мной ужасное, когда Стражи ложатся спать. А рудники, – он шумно закашлялся, – темнее, чем любое место в этом мире. Иногда рядом со мной люди падают замертво, а бывает, что свод шахты обрушивается на головы всей бригады. Я видел, как люди тонут, когда отказывает насос. Надсмотрщики бьют нас плетьми по любому поводу…

– Мне так жаль это слышать, – вздохнул посетитель. – Быть может, расскажете мне, как вы докатились до жизни такой, и посмотрим, можно ли с этим что-либо сделать.

Гнев вспыхнул в его глазах, вызвав воспоминания. Гавриэль рассказал, как выпустил из тюрьмы Николаи Аттано, договорившись, что в обмен тот будет совершать для него заказные убийства. С этого момента все и покатилось под откос. Маг, естественно, обманул Гавриэля: он был известен своей изворотливостью.

– Мерзавец Аттано, – прорычал Гавриэль. – Он сдавал мне не тех людей. Мы убивали тех, кто поддерживал Девятку, а не наших противников.

– То есть вы его наняли, чтобы зачистить наше руководство от тех, кто выступает против нас, но вместо этого предоставили ему возможность перебить наших самых ценных сторонников? – уточнил посетитель.

Заключенный, брызгая слюной, с жаром заговорил:

– Это было не по моей вине! Ему помогли! И когда я выйду отсюда, я…

– Успокойся, Гавриэль. Никуда ты отсюда не выйдешь.

Гавриэль съежился.

– Что ты имеешь в виду? Разве ты не освободить меня пришел?

– Зачем бы мне это?

Бывший инспектор с трудом сглотнул.

– Я… я думал, это всего лишь формальность. Чтобы все поверили, что закон соблюдается…

– Ты представлял закон, – злобно прошипел посетитель. – Ты точно знал, кого уничтожал Нико Аттано, и позволил ему это сделать. Остальные хотели проявить жестокость, Гавриэль. Они велели мне бросить тебя гнить здесь после всего, что ты наделал. Однако я не согласен. Я решил, что тебе, возможно, захочется узнать решение Внутреннего Судебного Ордена. Я хотел дать тебе возможность обрести покой прежде, чем рудники тебя убьют.

– И это после всего, что я сделал для Внутреннего Судебного Ордена? Они от меня отвернутся? А Девятка? – Стертые до мозолей пальцы заключенного сжались в кулаки, когда он схватился за державшие его цепи. – После того, как я доставил вам всех, кто был вам нужен из-за их Следа! Да вы бы ни одного из них без меня не получили!

– Кому теперь интересна кучка отбросов со Следом? Мы заполучили саму Хаос совершенно без твоей помощи. – Когда Гавриэль в изумлении округлил глаза, посетитель снисходительно улыбнулся. – Все верно, инспектор. Я поймал эту девку и навел за тобой порядок. А теперь я намерен заручиться поддержкой новых сторонников взамен тех, кого убрали при твоем попустительстве, и распространить влияние Девятки на каждую Треть – от Долин до Верхнего Предела через Мец. И когда я с этим закончу, Порядок на Острове будет восстановлен.

– А как же я? – Заключенный дернулся в оковах, и грохот цепей эхом разнесся по всей караульной. – Ты бросишь меня здесь? Я много лет служил Внутреннему Судебному Ордену. Это я нашел Хайтауэр, где наш священный покровитель расколол Пустоту, дав нам ценнейший источник власти. Как насчет того, что я сделал для Порядка?

Посетитель равнодушно пожал плечами:

– Полагаю, Внутренний Судебный Орден позволит тебе вернуться, когда закончится срок твоего наказания. – Он поднялся из-за стола, давая понять, что их недолгая встреча окончена. – Спасибо за информацию об Аттано. Я на самом деле так и думал, однако мне нужно было узнать больше о вашем с ним соглашении, прежде чем двигаться дальше.

– Стой! – закричал ему в спину Гавриэль и забился в цепях.

Не обращая на него никакого внимания, посетитель прошел к выходу, где стояли двое охранников.

– Ты совершаешь ошибку! В Орден затесались предатели!

Посетитель задержался у двери, бросив на заключенного последний взгляд:

– Не трать больше мое время, Гавриэль.

– Хартсонг! – выкрикнул тот в отчаянии. – Тео Хартсонг и его дочь. Это из-за них я оказался здесь.

Гавриэль зарыдал. Из его глаз ручьем полились слезы, размазывая пепел по щекам.

– Хартсонг? – переспросил посетитель.

Гавриэль с энтузиазмом закивал головой:

– Да. Это Ваня выдавала мне не те имена. Она спелась с Аттано, чтобы протащить своего папашу на пост Верховного Наблюдателя.

Это очень удивило и одновременно обрадовало посетителя.

– Приятно слышать. Спасибо, что уделили мне время, инспектор.

– Фиренце! Фиренце, прошу, не оставляй меня здесь!

Феликс Фиренце отряхнул плащ и зашагал обратно к ждущему его экипажу, чтобы, получив столь необходимые ему сведения, вернуться обратно в Линчхэвен.

Глава 1. Николаи

Воздух замер.

Двое Аттано в комнате, полной местных.

След во мне дергался от того, как все присутствующие задержали дыхание, и я кожей ощущал тяжесть их пристальных взглядов. Эти богатые и влиятельные люди были моей последней надеждой вернуть домой мою жену. И наконец выдворить ее братьев из моего гостевого домика. Однако для них мы были всего лишь досадной помехой. Так они на нас и смотрели: как на змей, заползших в их ухоженный сад.

И не то чтобы они были совсем неправы.

Собрание проходило в задней части особняка Верховного Наблюдателя, откуда открывался вид на территорию и раскинувшиеся за поместьем сады. Остальные члены Внутреннего Судебного Ордена сидели за длинным столом. Когда мы с кузеном вошли в зал, они замолчали.

Во главе стола, справа от Теодора Хартсонга, сидел руководивший собранием Нил Колдуэлл, которого недавно назначили инспектором. Остальные присутствующие были большими начальниками, благотворителями и владельцами успешного бизнеса, заплатившими внушительные суммы за право голоса в принятии решений относительно того, как будут обстоять дела в городе. Пожилые и влиятельные местные мужчины и женщины, которые не увидят всех последствий принятых в этом зале решений, потому что не доживут до них.

– Мистер Аттано. – Хартсонг первым прервал ошеломленное молчание. – Я не знал, что вы присоединитесь к нам сегодня.

– А почему бы мне не присоединиться? – Я картинно одернул лацканы пиджака с приколотым к одному из них золотым орлом Внутреннего Судебного Ордена. Этот значок давал мне право беспрепятственно пройти мимо Стражей, охранявших здание снаружи. Тео подарил мне его в знак признательности за все, что я сделал, чтобы он получил пост первого лица города. Должно быть, он сам об этом забыл. – Я представляю интересы Роу, и во время нашего недавнего разговора у меня возникло впечатление, что вы хотите улучшить отношения с соседями, живущими на северном берегу реки. Неужели это больше не так?

Мускул на его челюсти слегка дрогнул. Теодор был назначен Верховным Наблюдателем в отсутствие других кандидатов, так как его предшественник покончил с собой, выпив яд, и высокий пост освободился. Нил получил назначение через неделю после этого, поскольку предыдущий инспектор, благодаря моему сотрудничеству с Хартсонгом и его дочерью, был арестован и отправлен в тюрьму для местных. До следующих выборов оставалось недолго, максимум год, и тут я подверг сомнению благосклонность Нила к моей семье и моей части города прямо на глазах у его беспримерно дорогих избирателей.

– Разумеется, это так, мистер Аттано. Почему бы вам и вашему спутнику не присесть? Мы предоставим вам слово после того, как инспектор представит к обсуждению разработанный им план общественной безопасности. Могу ли я поинтересоваться, кто пришел вместе с вами?

– Лотар Аттано. – Кузен отвесил поклон, слишком церемонный, чтобы быть искренним. – К вашим услугам, Наблюдатель Хартсонг.

Тео натянуто улыбнулся.

– Всегда приятно познакомиться с другими членами вашей семьи.

Мы заняли места в центре зала недалеко от прохода.

– Итак, на чем мы остановились? – заговорил Нил, резко кивнув. – Ах да. Городская канализация. Мосли предоставили отчет, в котором утверждается, что похолодание вызвало некоторые проблемы с движением сточных вод в обратном направлении…

От его гребаной болтовни у меня разболелась голова. Я достал из внутреннего кармана пальто сигариллу и поджег ее большим пальцем искусственной руки.

– У нас здесь не курят, – сделал мне резкое замечание какой-то мужчина с круглым лицом и маленькими темными глазками. Костюм был ему явно мал, а ненависти во взгляде хватало, чтобы сожрать меня живьем.

Я наклонился вперед и постучал тлеющим кончиком сигариллы по краю его стакана так, чтобы немного пепла упало в его виски.

– А я и не курю.

Он злобно посмотрел на меня, и морщина на его толстом лбу стала еще глубже. Он сунул руку в передний карман пиджака, достал короткий нож в кожаном чехле и положил его стол. Сквозь прорези чехла было видно голубое свечение, исходящее от лезвия.

– И у меня нет при себе никакого оружия.

– У вас все в порядке? – поинтересовался Нил. В нашу сторону начали оборачиваться. – Мистер Аттано, нам бы очень не хотелось отнимать у вас и без того крайне ограниченное время. Если вы пришли обсудить что-то с городским руководством, вам слово.

Я улыбнулся мужчине, сидевшему передо мной. Он не успеет дотянуться до клинка – я раньше опрокину его на спину. Угрозы не имеют никакого смысла, если за ними не стоит репутация, подтверждающая их значимость.

– Благодарю, инспектор. Очень великодушно с вашей стороны.

Стул противно скрежетнул по полу, когда я поднялся и обошел вокруг стола, встав перед собранием. На меня пристально смотрели минимум двадцать пар глаз, и я мог почти дословно читать их мысли, словно мой След шел от Мирта.

Они мне не доверяли.

Впрочем, с чего бы им доверять мне? Мое имя в каких только слухах ни звучало, однако доказательств моей причастности к тем преступлениям, которые они мне приписывали, не было. Все, кто был на том поезде, кроме меня, и знал, что произошло на самом деле, когда все покатилось в Инферно, либо бесследно исчезли, либо были мертвы.

Как ни странно, Фиренце сегодня не явились.

Я тщательно готовил свою речь. Несколько дней я по сотне раз повторял эти слова, несмотря на все свои сомнения. Обращение к Внутреннему Судебному Ордену, чье руководство почти полностью состояло из местных, практически не имело шансов на успех. Я ни за что не пошел бы к ним на поклон с просьбой о помощи, если бы не пребывал в глубоком отчаянии.

А именно так сейчас и обстояли мои дела.

– На протяжении последних нескольких лет, – начал я, – потомки Отмеченных Следом бесследно пропадали по всему Линчхэвену. Предыдущий инспектор сознался в своей причастности к похищениям. Его признали виновным в злоупотреблении властью и удержании потомков против их воли…

– И он был арестован на неопределенный срок в соответствии с законом, – заметил Тео. – Внутренний Судебный Орден признал преступления Гавриэля и приговорил его к заключению в исправительно-трудовом лагере, где он будет жить и работать на рудниках в течение двадцати лет. Вас это не устраивает?

– Не устраивает. – Я заметил, как глаза Тео на миг вспыхнули раздражением. – Потому что не решает главной проблемы. Хайтауэр не подпадает под юрисдикцию Внутреннего Судебного Ордена. Вы понятия не имеете, как там обращаются с заключенными. Именно поэтому я привел сюда Лотара, чтобы он засвидетельствовал те опасные эксперименты, которые там ставят на потомках и их магии Следа. Уверен, если вы из первых рук узнаете о том, что творится в этой тюрьме, вы согласитесь, что происходящее на острове нуждается в расследовании, а заключенные должны вернуться домой.

Лицо Верховного Наблюдателя ничего не выражало, однако шепотки, пошедшие вокруг, явно подтверждали мое подозрение. Их почти не волновало, что скажет Лотар.

– Эксперименты? – переспросил Колдуэлл. – Впервые слышу о каких-то экспериментах на заключенных. У вас есть что-то, чем вы можете подтвердить свои обвинения?

– Скорее, у нас чего-то нет. След моего кузена в результате этих опытов был полностью уничтожен. Лотар?

Пристальные взгляды всех присутствующих устремились на него. Лотар медленно поднялся, сначала глядя поверх этих злобных глаз, а затем выбрал на стене точку и остановил взгляд на ней, как я его научил. Он был не из тех, кто умеет и любит говорить на публику, и обычно предоставлял это мне. Однако сегодня я не мог говорить за него, так что он расправил плечи, чтобы успокоиться.

– Я провел в Хайтауэре пять лет, прежде чем предшественник действующего инспектора освободил меня и моего кузена от ответственности за наши противоправные поступки. Через год или около того меня забрали в башню и постоянно что-то на мне испытывали, иногда по несколько дней подряд.