Путеводитель по БорноАвии

В Беврополе школа большая, шумная, двухэтажная. Она стоит прямо напротив детской фабрики игрушек, и по утрам слышно, как гудят станки, пока дети идут на уроки. Упор здесь делают на труд и ремёсла. Мальчики с пятого класса учатся работать с деревом и металлом: строгают, пилят, чинят старую мебель. Девочки учатся шить, вязать и готовить. И те и другие изучают математику, русский язык, литературу, историю и географию — стандартный набор, без излишеств. Директора школы зовут Иван Степанович, он бывший мастер с завода и носит усы как у старого моряка. Дети его любят, потому что он никогда не кричит, а если кто-то провинился — просто садится рядом и долго молчит. Это действует лучше любого наказания.

В Лисовске школа тихая, почти домашняя. Она размещается в старом особняке с деревянными балконами и резными наличниками. Здесь много читают. Библиотека занимает целый первый этаж, и это лучшая библиотека в стране после главной Лисовской. Упор делают на науки, искусства и языки. Дети изучают физику, химию, биологию, астрономию, а ещё музыку и рисование. При школе есть маленькая обсерватория с телескопом — подарок местного астронома-любителя. Директриса — пожилая женщина по имени Софья Марковна, в прошлом учительница русского языка. Она ходит в длинных юбках, цитирует Пушкина по памяти и считает, что каждый ребёнок рождается гением, просто не каждый взрослый умеет это разглядеть.

В Мираделе школа считается образцовой. Она находится недалеко от резиденции Олатора, и это самое новое здание в стране: светлые классы, большие окна, спортивный зал и даже компьютерный класс на пять машин, подключённых к интернету через спутник. Здесь учится больше всего детей. Именно в Мирадельской школе преподают борноавинский язык как отдельный предмет. Урок борноавинского — два раза в неделю, с первого класса. Дети учат слова, составляют фразы, читают стихи, написанные Олатором в первые годы существования языка. Учитель борноавинского — молодой человек по имени Андрей, энтузиаст и мечтатель. Он сам выучил язык уже взрослым и теперь говорит на нём почти без акцента. На его уроках всегда тихо — не потому что строго, а потому что интересно.

Всего дети учатся девять классов, как в обычной российской школе. После девятого класса — выбор. Можно остаться в родном городе, пойти работать и учиться дальше у жизни. Можно поехать на материк и поступить в университет в России, Корее или Китае. Своего университета в БорноАвии нет — слишком мало студентов для такого заведения. Но государство оплачивает обучение за границей тем, кто обещает вернуться обратно и применить знания на родине. Стипендия небольшая, но честная. Вернувшихся встречают с уважением: им сразу предлагают работу в совете, школе или больнице. Многие возвращаются. Некоторые остаются на материке, но приезжают раз в год — на День основания, к могиле Старика. Их никто не осуждает.

Учителей в БорноАвии уважают безмерно. Быть учителем здесь — почти как быть Олатором, только в классе. Каждый учитель носит на лацкане маленький значок с буквой «У» — серебряный, ручной работы. Перед учителем принято вставать, когда он входит в класс. Не по приказу, а по традиции. Учитель никогда не повышает голоса, не ставит двоек в журнал и не вызывает родителей. Если ребёнок не понимает предмет, учитель остаётся с ним после уроков и объясняет ещё раз. Если не помогает — подключается директор. Если и это не помогает — собирается совет трёх школ и думает, как помочь ученику. Ни одного ребёнка в БорноАвии не отчислили и не оставили на второй год. Здесь верят: нет неспособных детей, есть не найденный подход.

Кроме обычных уроков, в школах БорноАвии есть особый день — пятница знаний. Раз в месяц, в последнюю пятницу, уроки отменяются, и дети всем классом идут куда-нибудь: на завод, в порт, в библиотеку, в лес, к морю, в резиденцию Олатора. Они смотрят, спрашивают, трогают руками. Считается, что знание, полученное через глаза и руки, остаётся навсегда. Старик когда-то сказал: «Школа — это не стены, это мир вокруг». БорноАвия следует этому завету до сих пор.

Есть ещё одна традиция — прощальный пирог. В конце девятого класса выпускники пекут большой пирог с черникой и угощают всю школу. Учителя говорят напутственные слова, дети плачут и смеются, а потом все вместе поют гимн. После этого выпускники садятся на автобус или велосипеды и разъезжаются по трём городам — уже не как ученики, а как взрослые жители БорноАвии. Ло-ми, школа. Ми-ло, детство.

10. Праздники и традиции БорноАвии

Праздников в БорноАвии немного, но каждый из них отмечают с душой. Здесь не любят шумных парадов и долгих официальных речей. Праздник для борноавинца — это повод побыть вместе, вспомнить хорошее и съесть что-нибудь вкусное. Всё просто, тепло и по-домашнему.

Главный праздник — День основания. Его отмечают 6 августа, в тот самый день, когда старик-основатель впервые ступил на остров. Утро начинается с тишины. Жители всех трёх городов собираются у могилы Старика на холме. Приходят пешком, приезжают на велосипедах и автобусах. Кладут цветы — розы, ромашки, полевые травы. Никаких речей, никаких фанфар. Просто стоят и молчат. Кто-то вспоминает то, что слышал от родителей. Кто-то просто смотрит на море. Считается, что в этот день даже ветер стихает из уважения. После молчания все расходятся по городам, и там начинается вторая часть праздника — общий стол. Его накрывают прямо на главных площадях: сдвигают столы, несут еду из дома. Рыба, пирожки, чай, ягоды. Каждый делится тем, что приготовил, и пробует соседское. Никто не остаётся голодным. Вечером, когда солнце садится в море, запускают бумажные фонарики. Сотни огоньков поднимаются над водой и уплывают в темноту. Это выглядит так красиво, что даже старики, видевшие это пятнадцать раз, не могут сдержать улыбки. День основания — это не просто праздник. Это день, когда БорноАвия снова и снова вспоминает, с чего всё началось, и обещает себе не меняться к худшему.

Второй по важности — День Олатора. Его отмечают в годовщину избрания Лоренса Мираделя. Дата плавающая, но всегда выпадает на весну, когда цветут розы. Главное событие происходит в Мираделе. Олатор выходит на балкон своей резиденции — небольшой, увитый плющом — и произносит речь. Речь всегда короткая, на пять-семь минут. Он говорит о том, как прошёл год, что хорошего случилось, над чем ещё нужно работать, и обязательно заканчивает шуткой. Шутка может быть про погоду, про чай, про жену Елену — про что угодно. Народ смеётся и аплодирует. После речи на площади начинается чаепитие. Пирожки пекут все, кто хочет. Раньше это делала только старуха Лида, но теперь традиция разрослась, и Олатор физически не может попробовать все. Он съедает один-два пирожка, запивает чаем, а остальные раздают детям и гостям. Дети обожают этот день, потому что пирожков всегда с избытком, а ещё можно лично подойти к Олатору и спросить что угодно. Олатор никогда не отказывает. Он садится на ступеньки резиденции, собирает вокруг себя ребятню и отвечает на вопросы: почему небо синее, зачем нужен герб, правда ли что он видел снежного тигра. Он видел, кстати. Один раз, на рассвете.

Третий праздник — День Веникова. Отмечают в годовщину олимпийской победы Александра Веникова. Это самый спортивный и мокрый день в году. По всей стране проходят заплывы в море — от массовых детских до одного серьёзного, на длинную дистанцию, в котором участвуют лучшие пловцы. Сам Александр Веников, если он на острове, обязательно присутствует. Он даёт мастер-класс для детей: показывает технику, рассказывает, как правильно дышать, и обязательно говорит одну и ту же фразу: «Я тоже когда-то боялся глубины». После заплывов — награждение. Победителям не вручают медалей, потому что медаль в БорноАвии только одна, и она на гербе. Вместо медалей дарят пирог с надписью «Чемпион» и путёвку на материк на настоящие соревнования. Вечером все собираются у моря и жгут костры. Жарят рыбу, поют песни, вспоминают, как слушали Олимпиаду по радио и как плакали, когда Веников выиграл золото. Это праздник гордости — тихой, без бахвальства, но очень глубокой.

Есть и неофициальные праздники. Самый любимый из них — День лисы. Его отмечают ровно через две недели после Дня основания, 20 августа. Никакой программы, никаких речей. Просто в этот день принято дарить друг другу открытки с лисами, печь печенье в форме лисьих хвостов и рассказывать детям историю о том, как первая лиса вышла к строителям и подарила им удачу. В Лисовске, конечно, этот день отмечают ярче всего: там устраивают ярмарку, где продают фигурки лис из дерева и глины, и ставят маленький спектакль про встречу человека и зверя. К вечеру праздник сам собой затихает, и люди расходятся по домам, унося с собой улыбку и лисий хвостик из теста.

Отдельно стоит сказать о традициях, которые не привязаны к датам. Первая и главная традиция БорноАвии — чай с пирожками как знак доверия. Если тебе предложили чай — ты принят. Если попросили принести пирожок — ты стал почти роднёй. Эта традиция пошла от старухи Лиды, но теперь она стала всеобщей. В каждом доме, в каждом учреждении, даже в совете при обсуждении важных вопросов сначала разливают чай, а потом уже говорят о деле. Считается, что за чаем невозможно врать.

Вторая традиция — здороваться и прощаться на борноавинском. Даже если весь разговор шёл на русском, в начале всегда звучит «Ло-ми», а в конце — «Ми-ло». Это как печать: разговор состоялся, мир тебе и оставайся в мире. Иностранцы быстро привыкают и сами начинают говорить «Ло-ми» с удовольствием. Третья традиция — не спешить. В БорноАвии не принято торопиться, дёргаться, кричать и нервничать. Если кто-то опаздывает на автобус — автобус подождёт. Если обед задержался — ничего страшного. Если важный разговор не случился сегодня — случится завтра. Старик когда-то сказал: «Время — это вода. Не пытайся её удержать, но и не плыви против течения». БорноАвия живёт по течению, и от этого всем спокойно.

Есть ещё одна, очень трогательная традиция — письмо в будущее. Каждый год в День основания жители пишут письма самим себе на следующий год. Что хотят сделать, о чём меч тают, за что благодарны. Письма запечатывают и хранят в специальном ящике в резиденции Олатора. Через год, в тот же день, их раздают обратно. Говорят, нет ничего интереснее, чем читать собственные мысли годичной давности и видеть, что изменилось, а что осталось прежним. Эта традиция — как тихий разговор с самим собой и со страной, которая тоже пишет себе письмо в будущее. И пока что все её желания сбываются.

11. Кухня БорноАвии

Кухня БорноАвии простая, сытная и честная — как и сама страна. Здесь не найдётся ресторанов со звёздами, экзотических специй и блюд, которые страшно произнести вслух. Но то, что здесь едят, запоминается крепче любого деликатеса. Потому что в каждом куске — море, лес и душа.

Главное блюдо БорноАвии — уха. Её варят из окуня и плотвы, которых ловят здесь же, у побережья. Рыбу чистят, заливают холодной водой, добавляют картошку, лук, морковь, немного зелени и варят на медленном огне. Никаких излишеств. Только вкус моря и леса в одной тарелке. В каждом городе уху варят по-своему. В Беврополе делают её погуще и солонее, как любят портовые рабочие. В Лисовске добавляют больше трав — укроп, петрушку, иногда щавель. В Мираделе уха самая лёгкая, почти прозрачная, с каплей лимона. Но в основе везде одно и то же: свежая рыба, чистая вода, терпение. Говорят, что настоящая уха получается только тогда, когда её варят не меньше двух часов и не мешают ложкой без крайней нужды. Иначе рыба обидится и уйдёт во вкус не полностью. Это, конечно, поговорка, но повара её соблюдают.

Второе по значимости блюдо — пирожки. Те самые, которые старуха Лида носит Олатору. Пирожки в БорноАвии — это не просто еда, это символ. Символ дома, доверия, заботы. Их пекут с капустой, с картошкой, с яйцом и луком, с черникой, с яблоками. Тесто — дрожжевое, мягкое, румяное. Рецепт простой, но у каждой хозяйки есть свой секрет: одна добавляет в тесто ложку мёда, другая — щепотку мускатного ореха, третья вообще молчит и улыбается, когда спрашивают. Про пирожки Лиды ходят легенды. Говорят, что она замешивает тесто с молитвой за мужа-матроса, и поэтому они получаются такими вкусными. Олатор ест их раз в месяц, запивает чаем и всегда благодарит. Остальным остаётся только завидовать и пробовать повторить.

Из напитков главный — чай. Чёрный, крепкий, с сахаром или без. В БорноАвии чай пьют всегда и везде: утром до работы, в обеденный перерыв, вечером после ужина, в гостях, на заседаниях совета, после бани. Чай — это не просто напиток, это ритуал. Его заваривают в больших заварочных чайниках, накрывают полотенцем и ждут, пока настоится. Пьют из простых кружек, без церемоний. Но если тебе налили чай — ты свой. Если предложили ещё и пирожок — ты почти родня. В Мираделе при резиденции Олатора есть особый сорт чая — с мятой и розовыми лепестками. Его подают только по большим праздникам и иностранным гостям. Говорят, сам Олатор предпочитает обычный чёрный чай без добавок, но из вежливости пьёт и этот, когда нужно.

Из прохладительных напитков популярен морс — клюквенный, брусничный, черничный. Ягоды собирают в лесу, варят недолго, чтобы сохранить вкус, и пьют холодным в жаркие дни. Жарких дней в БорноАвии немного, но когда они случаются, морс разлетается мгновенно. Ещё делают квас — по старинному русскому рецепту, на ржаном хлебе и изюме. Квас продают в бочках на рынке в Беврополе и разливают в пластиковые стаканчики. Пьют стоя, заедая пирожком. Вкусно и просто.

Уличная еда скромная, но душевная. В Беврополе у порта стоит ларёк с жареной рыбой на палочке. Рыбу ловят утром, жарят в обед и продают до вечера. Порция стоит копейки, запах стоит на всю улицу. В Лисовске есть маленькая кондитерская «Сладкий Лис», где пекут печенье с розовой водой — местный деликатес. Печенье тонкое, хрустящее, пахнет цветами. Его покупают в подарок или просто к чаю. В Мираделе работает единственный в стране ресторан с видом на море. Называется «У Лисы». Двухэтажный, светлый, с открытой верандой. В меню — уха трёх видов, пирожки с разными начинками, жареная рыба, салаты из свежих овощей и фирменный чай с мятой. Цены умеренные, порции большие, вид на закат потрясающий. Официанты знают постоянных посетителей по именам и всегда спрашивают: «Бе-ло?» перед тем, как принять заказ.

Особое место в кухне БорноАвии занимает баня. Она есть только в Беврополе, при порте. Старая, деревянная, с каменной печкой и берёзовыми вениками. После бани принято пить чай с мёдом и есть чёрный хлеб с солью. Говорят, что именно в бане решаются самые важные вопросы и мирятся поссорившиеся. Потому что когда ты сидишь в пару, без галстуков и должностей, все равны. Олатор иногда приезжает в баню без предупреждения, парится вместе со всеми и никого не выделяет. За это его уважают особенно.

Отдельно стоит сказать о праздничной еде. На День основания пекут огромный пирог с черникой — символ единства трёх городов. Его разрезают на главной площади и раздают всем желающим. На День Олатора готовят сладкие булочки в форме буквы «О» и раздают детям. На День Веникова жарят рыбу на углях прямо на пляже и устраивают общий ужин под открытым небом. На День лисы пекут печенье в форме лисьих хвостов и хвастаются друг перед другом, у кого хвост получился длиннее и пушистее.

Кухня БорноАвии не пытается никого удивить. Она просто кормит. Вкусно, честно и с любовью. Как дома.

12. Спорт в БорноАвии

Главный спорт БорноАвии — плавание. Это даже не обсуждается. Море вокруг, рыбацкие корни, история Веникова — всё сложилось так, что плавать здесь умеет каждый. Ребёнок, который боится воды, в БорноАвии такая же редкость, как снежный тигр. Учат с малых лет: сначала в лужах у берега, потом на мелководье, потом уже всерьёз. К пяти годам большинство детей держатся на воде уверенно. К десяти — переплывают небольшую бухту в Лисовске. К пятнадцати — участвуют в ежегодных заплывах.

Всё изменилось в 2016 году, когда Александр Веников выиграл олимпийское золото. До этого плавание было просто частью жизни. После — стало национальной идеей. Веников приехал на остров в 2014 году, никому не известный молодой парень из Владивостока. У него не было ни бассейна, ни профессионального тренера, ни sponsors. Он тренировался прямо в море, в любую погоду. Его тренером стал старый спасатель с Бевропольского пляжа по имени дядя Паша — человек, который когда-то сам мечтал о большом спорте, но не сложилось. Они занимались каждый день: дядя Паша сидел в лодке с секундомером, а Веников наматывал круги вдоль буйков. Через два года упорных тренировок он прошёл отбор, потом ещё один, потом ещё — и попал на Олимпиаду. Плыл дистанцию вольным стилем. Вся БорноАвия замерла у радиоприёмников. Когда объявили результат, страна плакала. Веников стоял на пьедестале с золотой медалью, а в Беврополе, Лисовске и Мираделе люди обнимались на улицах. Через месяц медаль поместили на герб, и она там до сих пор.

После победы Веникова в Мираделе построили бассейн. Назвали просто: «Бассейн имени Александра Веникова». Он открыт круглый год, вход бесплатный для всех жителей. Две дорожки, тёплая вода, большие окна с видом на море. По утрам там тренируются дети, днём — любители, вечером — все, кто хочет смыть усталость. Сам Веников, когда приезжает на остров, обязательно заходит в бассейн и даёт мастер-класс. Он показывает технику, рассказывает про дыхание и всегда повторяет: «Я тоже когда-то боялся глубины». Дети смотрят на него с открытыми ртами.

Детские секции плавания есть во всех трёх городах. В Беврополе учат плавать с пяти лет, в Лисовске — с семи, в Мираделе — с четырёх. Тренеров готовят из бывших спортсменов, которые вернулись с материка после учёбы. Конкуренция между секциями дружная, без зависти. Каждый год проводятся соревнования между городами: эстафеты, заплывы на скорость, ныряние. Победителям вручают не медали, а пирог с надписью «Чемпион» и поездку на материк на настоящие соревнования. Проигравшим — по рукопожатию и слова: «В следующем году будет твой пирог».

Кроме плавания в БорноАвии любят бег и велоспорт. Бегают в основном по утрам, вдоль моря или по лесным тропам. Велосипедов в стране больше, чем людей, и каждый житель хотя бы раз в неделю крутит педали. Специальных велодорожек нет — просто дороги не загружены машинами, и ездить можно везде. Раз в год устраивают велопробег из Беврополя в Мирадель через Лисовск. Это около пяти часов пути, с остановками на чай и пирожки. Участвуют все желающие, от детей до стариков. Победителей нет, призов нет — просто удовольствие от дороги и компании.

Футбол в БорноАвии тоже есть, но скорее как развлечение, чем как спорт. Поле одно на всю страну, на окраине Беврополя, рядом с портом. Трава на нём растёт неровная, ворота старые, но играют с азартом. Команды собираются стихийно: заводские против портовых, Беврополь против Лисовска, взрослые против детей. Судьи нет, счёт забывают к середине матча, но крику и смеха — на всю округу. Олатор иногда приходит посмотреть. Садится на скамейку, пьёт чай из термоса и болеет за всех сразу. Один раз он даже вышел на поле — встал в ворота и пропустил три мяча подряд. Дети были в восторге.

Зимних видов спорта в БорноАвии нет. Снега почти не бывает, а если выпадает, то тает через день. Лыж и коньков никто не держит. Вместо этого зимой плавают в бассейне, бегают по лесу и гоняют чаи.

Есть ещё один неофициальный вид спорта, о котором редко говорят вслух, но который обожают все местные, — это бросание камешков в воду. Плоских, круглых, чтобы прыгали по волнам. На каждом пляже можно увидеть человека, который сосредоточенно выбирает гальку, прицеливается и запускает её над водой. Считается, что если камешек подпрыгнул пять раз, день будет удачным. Если семь — исполнится желание. Рекорд БорноАвии — одиннадцать подпрыгов, и принадлежит он, по иронии, не пловцу, а библиотекарю из Лисовска.

Спорт в БорноАвии — это не про рекорды и медали. Это про радость движения, про море, про свежий воздух и про то, что тело должно быть в ладу с душой. Как говорит Олатор: «Спорт — это когда никто не ссорится, а все улыбаются и дышат глубже». В БорноАвии так и есть.

13. Законы и порядки в БорноАвии

БорноАвия — страна мирная. Здесь нет суровых полицейских с дубинками, нет тюрем строгого режима, нет длинных списков запретов, за нарушение которых тебя навсегда вычеркнут из общества. Но это не значит, что здесь царит хаос. Порядок есть, просто он держится не на страхе, а на здравом смысле и уважении к соседу.

Главный принцип, на котором стоят законы БорноАвии, очень простой и был сформулирован лично стариком-основателем: «Не делай другому того, чего не хочешь себе». Эта фраза висит в совете, в каждой школе, в каждом полицейском участке. И ей следуют. Не потому что накажут, а потому что так принято. Стыдно сделать плохо соседу. Стыдно обмануть. Стыдно взять чужое. Стыд в БорноАвии работает лучше любого штрафа.

Полиция в БорноАвии есть, но она немногочисленная и занимается в основном профилактикой. Полицейские носят синюю форму без оружия, ходят пешком, знают всех жителей по именам и чаще всего помогают найти потерявшуюся собаку или утихомирить расшумевшихся подростков, чем раскрывают преступления. Серьёзных преступлений здесь почти не бывает. За всю историю страны не случилось ни одного убийства, ни одного ограбления с насилием. Самое громкое дело — кража велосипеда в 2018 году. Велосипед нашли через два дня: его взял покататься приезжий турист и забыл вернуть. Турист извинился, велосипед вернули, дело закрыли. Газеты писали об этом месяц.

Если человек всё-таки нарушает закон, его судят. Суд в БорноАвии — это не страшное место с решётками и мантиями. Это обычная комната в совете, где сидят трое судей, выбранных от каждого города. Они выслушивают обе стороны, задают вопросы и принимают решение. Наказания бывают разными. За мелкие проступки — штраф. Деньги идут в общую казну и тратятся на школы и больницы. За проступки посерьёзнее — общественные работы: чинить дороги, убирать пляжи, помогать в библиотеке. За серьёзные нарушения, как в случае с Глебом, который организовал несанкционированный митинг и подстрекал толпу, могут дать срок в колонии.

Колония в БорноАвии одна. Она находится на окраине Беврополя и больше похожа на трудовой лагерь, чем на тюрьму. Там нет колючей проволоки и вышек с охраной. Заключённые живут в простых бараках, работают в саду или на стройке, читают книги и раз в неделю могут принимать посетителей. Сроки маленькие: максимум два года. Сбежать из колонии можно, но некуда — остров маленький, кругом море. Да и смысла нет: условия там не курортные, но и не пыточные. Большинство заключённых выходят досрочно за хорошее поведение и возвращаются к обычной жизни.

Оружие в БорноАвии запрещено полностью. Никаких пистолетов, ружей, даже охотничьих ножей. За хранение оружия — немедленное выдворение с острова без права возвращения. Наркотики запрещены тоже, и с этим строго: за распространение — колония, за употребление — принудительное лечение в больнице Лисовска. Алкоголь разрешён, но его почти не пьют. В Беврополе есть один бар в порту, где подают пиво и иногда что-то покрепче, но пьяных на улицах не встретишь. Не принято. Старик говорил: «Пьяный человек теряет лицо, а лицо — это единственное, что у тебя есть навсегда».

Самый странный закон БорноАвии, о котором любят рассказывать туристам, касается лис. Лис на острове трогать запрещено. Не гладить, не кормить с рук, не пытаться поймать. Если лиса вышла к тебе — замри и жди, пока уйдёт. Если лиса зашла в город — сообщи в полицию, её проводят обратно в лес. Этот закон появился после того, как однажды туристы попытались сделать селфи с лисой и сильно её напугали. Лиса — символ страны, и обижать её нельзя. Штраф за нарушение — публичное извинение перед городским советом и торт в форме лисы, испечённый лично для полицейского участка. Закон работает: лис никто не трогает, и они спокойно гуляют по окраинам Лисовска, зная, что здесь их дом.

14. Повседневная жизнь в БорноАвии

День в БорноАвии начинается рано. Солнце встаёт над морем, заливает остров мягким золотым светом, и города просыпаются. Но каждый просыпается по-своему.

В Беврополе утро начинается с гудка. Заводской гудок воет ровно в семь утра, и город оживает. Рабочие выходят из домов, кивают друг другу: «Ло-ми». Спешить некуда, смена начинается в восемь, но идти приятно пешком — воздух ещё не пропитался гарью, пахнет солью и свежим хлебом из пекарни у порта. Пекарня открывается в шесть, и к семи там уже очередь. Булочки с маком, ржаной хлеб, сладкие плюшки. Пекарь дядя Толя знает всех и каждому говорит: «Бери, потом отдашь». В Беврополе вообще многое держится на доверии: взял хлеб утром — заплатил вечером, забыл кошелёк дома — завтра принесёшь. Рабочий день длится до шести вечера с перерывом на обед. Обедают тут же, на заводе или в порту: достают свёртки с едой, разливают чай из термосов, делятся пирожками. После работы идут домой, ужинают, сидят на лавочках у подъездов, обсуждают новости. В девять вечера Беврополь затихает. Завтра снова гудок.