Я помню тебя, Ким Минджон!

Это ведь действительно была она, верно? Или просто кто-то похожий на нее? Но кроссовки…

– Мне надо идти, – упрямо повторил Донук.

Собрался с силами и все-таки вытащил иглу капельницы, невольно передернувшись от неприятных ощущений.

– Донук, ты совсем с ума сошел? – вскинул брови менеджер Пак. – Директор Ли убьет меня, если я отпущу тебя куда-то в таком состоянии. Поэтому, нет. Никуда ты не пойдешь.

И он раскинул руки, встав перед актером.

– С дороги.

– Что с тобой вообще происходит в последнее время? Ты принимаешь что-то запрещенное? – менеджер Пак схватил его за руки. – Таблетки? Скажи, чтобы мы могли решить это вместе.

Да уж…

– Ничего я не принимаю, кроме поливитаминов, – Донук вырвал свои запястья из мокрых, от волнения, ладоней менеджера и сдался: – Ладно, я подожду директора Ли, но потом сразу уйду отсюда.

Пусть ему сейчас больше всего и хотелось отправиться искать Ким Минджон, но не мог же он всерьез подраться со своим менеджером. Тем более, что хитрый господин Пак успел куда-то припрятать его вещи, а разгуливать по улицам в больничной пижаме было бы слишком.

К тому же, сперва следовало все хорошенько обдумать.

– Вот и славно, – чуть успокоился менеджер.

Донук же откинулся на кровать, прикрыл глаза и стал размышлять.

Ким Минджон, Ли Дан, Сольхи, красная нить судьбы и потерянные воспоминания…

Картинка складывалась.

В прошлой жизни Донук выбрал Минджон, отвергнув свою невесту и порвав нить. Но это закончилось печально.

В этой жизни все повторилось.

Донук был без ума от Сольхи. До тех пор, пока не познакомился с Ким Минджон. Взбалмошная кумихо перевернула его жизнь с ног на голову. И пусть он долго привыкал к ней, но в итоге полюбил. И эти чувства отличались от тех, что Донук испытывал к Сольхи. Они были глубже и прочнее, потому что строились постепенно, от ненависти и страха к симпатии и принятию.

Но как только Донук осознал свою любовь, Минджон пропала вместе с Даном. И здесь наверняка не обошлось без вмешательства свыше. Ведь у кумихо еще оставалось время.

А потом, когда Донук устал ждать возвращения Минджон, и думал пойти искать ее, Сольхи поцеловала его. Поцеловала против воли и так внезапно, что он не успел помешать этому.

Интересно, она знала, к чему приведет ее порыв? Вряд ли… все же Сольхи была простым человеком, далеким от чего-то сверхъестественного.

Донук тоже не знал, что поцелуй сотрет ему память и создаст красную нить судьбы.

Иначе он был бы внимательнее и не допустил бы чего-то подобного.

А вот «бабуля», о которой частенько твердила Минджон, наверняка знала все, раз забрала кумихо в столь подходящий момент.

Боги явно хотели свести Донука с Сольхи, и в итоге добились своей цели.

А нить судьбы превратилась в ошейник, что мешал актеру вспомнить.

Жестоко. Слишком жестоко.

Что такого сделала Минджон, что ей запретили быть с любимым?

Почему Донуку упорно пытались подсунуть ту, которая его не интересовала?

С чего они вообще решили, что вправе вершить чужие судьбы?

Да, может в прошлой жизни у Донука и были обязательства перед своей страной, но сейчас все изменилось.

В этом времени он должен был сделать из кумихо человека и получить то счастье, которого когда-то лишился. Так по какому праву ему не позволили этого?

Разве это грех, полюбить кого-то? Миллионы людей влюбляются, встречаются и расстаются. Так почему именно ему запретили быть с той, кого он выбрал сам?

Нечестно и грязно вмешиваться вот так в чужие судьбы, заставлять забывать самое важное и управлять людьми, точно марионетками.

Впрочем, кое в чем боги просчитались.

Сердце Донука продолжало помнить Минджон. Вопреки красной нити и Сольхи. Вопреки высшей воле оно продолжало помнить.

Образ кумихо не стерся целиком. И все те моменты, проведенные вместе, не исчезли без следа. Они притаились, но продолжали всплывать раз за разом, заставляя Донука чувствовать себя странно.

Они проявлялись внезапной слезой, или опустошенностью, или даже болью в пальце, на котором была повязана эта красная гадость. Они рвались наружу вопреки всему.

А теперь они наконец вернулись, и Донук не собирался отступать.

Он найдет Ким Минджон во что бы то ни стало. Неважно, кумихо она сейчас или человек. Он все равно разыщет и вернет ее. И никакие высшие силы не смогут ему помешать в этом.

Плевать на волю какой-то там «бабули». Она не имеет права указывать Донуку. В прошлый раз ему помешала смерть, но теперь он отстоит свое счастье. Защитит и себя, и Минджон.

Наполнившись решимостью, Донук стиснул кулаки, и в этот момент в палату вошел директор Ли.

– Как ты себя чувствуешь? Если тебе было плохо, то стоило сказать об этом, – он взволнованно подошел ближе, а после заметил напряженный вид актера. – А это что такое? Драться с кем-то собрался?

– Со мной, наверно. Он хотел куда-то уйти, но я ему помешал, – наябедничал менеджер Пак.

– Все в порядке, – произнес Донук спокойно, сделав глубокий вдох и расслабившись. – Наверно, я действительно просто переутомился, и поэтому упал в обморок. Но сейчас чувствую себя прекрасно и хочу уйти. Можете спросить у врачей, они вам это подтвердят. Вы же оба в курсе, что я не особо люблю больницы.

Уж Донук точно знал причину своего обморока – все это случилось из-за красной нити. Но раз сейчас ее не было, значит, и волноваться было не о чем.

– Сперва пройди полное обследование. И перед тем, как вернуться к съемкам, отдохни хотя бы пару дней. О графике я позабочусь, – отрезал директор Ли.

Он знал, что его подопечный слишком упрям и его бесполезно останавливать. Поэтому предпочел сразу перейти к переговорам.

– Хорошо, – послушно кивнул Донук.

Пара выходных были как раз тем, что ему требовалось, чтобы найти Минджон.

За следующие несколько часов Донуку провели полное обследование, но и анализы, и МРТ были в норме, как и ожидалось. Поэтому директор Ли отпустил его. Правда, не одного, а с менеджером Паком, выдав последнему строгое указание отвезти актера домой.

– Заворачивай, я покажу дорогу, – сказал Донук, едва его фургон отъехал от больницы.

– Но директор Ли… – заспорил было менеджер.

– Мы просто заглянем в одно место, а потом отвезешь меня домой. Обещаю, много времени это не займет, – успокоил его актер и пригрозил: – А если откажешься, то я потом поеду сам, и тебе влетит за то, что пустил меня за руль.

Временами менеджер Пак бывал строг, но Донук работал с ним уже давно, и прекрасно знал, на что следует надавить, чтобы получить желаемое.

– Ладно, – сдался менеджер Пак. – Но потом, когда мы приедем к тебе, ты честно расскажешь, что с тобой происходит.

– Хорошо, – легко согласился Донук.

Начать поиски он планировал с квартиры Ли Дана, в которой раньше жила непоседливая кумихо. И он все равно чуть позже хотел расспросить менеджера Пака о земной судьбе жнеца.

Когда фургон остановился возле дома сто двадцать третьего, Донук достал из кармана маску – очередной скандал вовсе не входил в его планы. Закрыв лицо, он натянул на голову кепку, спрятав под нее отросшие волосы, по которым его часто узнавали.

Затем выскочил на улицу и уверенно двинулся в нужную сторону.

– Эй, меня подожди, – за ним поспешил менеджер Пак, сейчас больше похожий на надоедливую няньку.

Вдвоем они поднялись на нужный этаж, остановившись возле квартиры Ли Дана.

– И где мы? – спросил менеджер Пак, нервно оглядевшись.

К счастью, в разгар рабочего дня здесь было тихо.

– Хочу повидаться с другом, – туманно пояснил Донук.

Забавно, они с мрачным жнецом постоянно цапались, но все равно успели немного сдружиться.

Прислонившись ухом к двери, Донук прислушался. Тишина. Кажется, в квартире сейчас никого не было.

Что, неужели Ли Дана отозвали из мира людей навсегда?

Донук позвонил, затем пару раз громко постучал, но ему никто не ответил.

– Может пойдем уже? – занервничал менеджер Пак, не желавший привлекать ненужного внимания.

– Подожди, – отмахнулся Донук, а потом провел рукой по цифровому замку.

Так, если Дана действительно забрали, значит в квартире новый жилец, и он наверняка сменил код. Если же Дан вернулся, и сейчас просто отошел, то код будет прежним…

Донук ввел заветные четверки, и пиликнув, дверь открылась.

Значит, Дан вернулся.

– Донук, ты знаешь хозяина? Может тебе лучше подождать? Это незаконное проникновение, – засуетился менеджер Пак.

– Вот ты и подожди меня здесь, – хмыкнул актер, шагнул внутрь и быстро захлопнул дверь, а после спокойно огляделся.

Прежде Донук бывал здесь несколько раз, но многое запомнил.

С первого взгляда казалось, будто ничего не изменилось – все тот же низкий столик и диван, тот же цвет стен.

Но черная блузка, неряшливо валявшаяся на спинке дивана, явно принадлежала женщине. Как и маленькие тапочки, стоявшие у порога.

Донук замер. Неужели он нашел Ким Минджон с первой же попытки?

Ведь какой еще женщине Ли Дан позволил бы так раскидывать вещи? Больше черного цвета мрачный жнец любил только порядок. А больше порядка – только кумихо.

Впрочем, не успел Донук толком обрадоваться, как дверь спальни распахнулась и оттуда вышла девушка. Хотя актер мог поклясться, что заглядывал туда минуту назад, и там никого не было.

Черный офисный костюм, убранные в пучок волосы, складной зонтик и внезапное появление.

Еще один мрачный жнец, только незнакомый. Так вот почему код не сменился… очевидно, раньше Ли Дан жил на корпоративной квартире. Если, конечно, загробную канцелярию можно было назвать корпорацией.

Заметив незваного гостя, незнакомка невольно замерла. А Донук не нашел ничего лучше, чем спросить:

– А где Ли Дан? – потом напряг память и добавил: – То есть, жнец номер сто двадцать три.

Актер так сильно хотел найти Ким Минджон, что даже не подумал о главном правиле загробного мира, которое как-то упоминал Дан. А именно, о том, что смертные не должны знать о существовании сверхъестественных существ.

– Сто двадцать третий? – девушка в черном поморщилась, но ответила: – Кажется, его перевели в шестой отдел.

– Ага, спасибо, – кивнул Донук и осторожно попятился к двери.

Он наконец вспомнил о том, что жнецы умели не только телепортироваться, но еще и стирать память. Да и вообще, это в целом были не те существа, с которыми можно вот так расслабленно болтать.

– Стой! – до девушки видимо дошло, что Донук простой смертный, и она решила предпринять меры.

Донук тоже решил. Бежать.

Он успел добраться до двери и даже потянулся к ручке, когда девушка-жнец появилась прямо перед ним. Вытянула вперед руки и сложила губы трубочкой, с явным намерением поцеловать.

В голове у Донука мелькнули сразу два воспоминания.

Во-первых, Ли Дан, что упоминал о поцелуе жнеца.

Во-вторых, кумихо, которая точно так же пыталась поцеловать актера на Чеджудо.

Ну уж нет! Он с таким трудом все вспомнил, что не позволит никому снова отнять его память.

– Между прочим, это можно считать домогательством, – выпалил актер, хлопнув девушку по лбу.

Затем закрыл свои губы рукой, оттолкнул жнеца и наконец вывалился из квартиры. Схватил менеджера Пака за руку и побежал.

Конечно, девушка-жнец легко могла догнать его, ведь умела телепортироваться. Но Донук понадеялся, что она не станет этого делать при посторонних. Все-таки стереть воспоминания одному человеку куда проще, чем двоим.

– Что случилось? У тебя снова проблемы? – пыхтя, принялся его расспрашивать менеджер.

– Никаких проблем, – ответил Донук, продолжая бежать. – Вот теперь мы можем ехать.

По пути домой, актер проклинал себя за неосмотрительность.

А что, если эта девушка продолжит его преследовать? И зачем он только полез в квартиру Ли Дана… с другой стороны, как он мог догадаться, что теперь там живет другой жнец?

– Все. Теперь рассказывай, только честно. Ты действительно принимаешь что-то? Или связался с плохими людьми? – спросил менеджер Пак, когда они оказались в квартире Донука.

– Ты видел менеджера Ли? – вопросом на вопрос ответил актер. – Того, который работал со мной, пока ты был на больничном.

– Менеджер Ли, менеджер Ли… – господин Пак задумчиво почесал затылок, но в итоге все же вспомнил. – Погоди, это тот, который потом исчез? Видел однажды в агентстве, но лично мы не были знакомы. А он тут при чем?

– Это была его старая квартира, – пояснил Донук. – Я хотел найти его, чтобы спросить об одной девушке. Но, видимо, он съехал, хотя пароль остался старым.

– Съехал? – менеджер Пак схватился за голову. – Тогда это точно незаконное проникновение… надеюсь, новые жильцы тебя не заметили? Если это утечет в прессу…

– Успокойся, никуда это не утечет, – похлопал его по плечу Донук. – Я рассказал лишь потому, что ты хотел узнать, куда мы ездили.

На самом деле, актер куда больше хотел узнать, не объявлялся ли Дан в агентстве после того случая. Но, судя по реакции менеджера Пака, вряд ли это случилось.

Зато девушка-жнец уж точно не стала бы подавать на него заявление или сливать сегодняшний случай репортерам.

– Ладно, это хорошо, – немного выдохнул менеджер Пак. – Но ты упомянул девушку… кто это? И зачем тебе искать ее, если ты встречаешься с другой? Или вы успели расстаться? Если так, то агентству нужно подготовить заявление. Иначе тебя заметят с другой и заклеймят бабником…

Расстаться с Сольхи… точно. Это следовало сделать в ближайшее время. Донук был с ней, потому что позабыл Минджон. Но сейчас все встало на свои места. И чувства к Сольхи растворились вместе с красной нитью. Теперь он испытывал к ней разве что уважение и дружескую привязанность, не более.

Да уж, ему о многом следовало позаботиться на выходных.

– Не волнуйся, я не допущу скандала. И прежде чем что-то сделать, обязательно предупрежу агентство. А пока езжай домой. Сам же сказал, мне надо отдохнуть, – и Донук принялся подталкивать менеджера Пака к выходу.

– Погоди, так что это за девушка, которую ты ищешь? Эй, кто она? – завозмущался было тот, но Донук уже выставил его в коридор, кивнул на прощанье и захлопнул дверь. – Ащщ… вот наглый паршивец. И когда он только успел завести себе новую подружку? Надо бы сообщить об этом директору…

Оставшись в одиночестве, актер принялся методично заклеивать двери всех шкафов. На всякий случай.

А закончив, устало плюхнулся на диван и потер лоб.

Значит, Ли Дана перевели в шестой отдел. Донук не особо разбирался в принципах работы загробной канцелярии, но раз Дан до сих пор не объявился, значит покинул мир смертных. И наверняка не по своей воле, а по указу очередной «бабули», чтоб ее.

Жаль. Он бы точно помог с поисками.

Но ничего, Донук сможет справиться и один. Главное, что он теперь помнил Ким Минджон. А значит, обязательно найдет ее. И не остановится до тех пор, пока не сделает это.

Глава 5. О поисках

Как найти кумихо (ну, или бывшую кумихо) в таком огромном городе, как Сеул?

Если честно, Донук этого не знал. Раньше Минджон торчала либо у него, либо у Ли Дана дома, так что искать ее не приходилось, скорее наоборот, она сама всех находила.

Еще Минджон обожала мясные ресторанчики, как и полагалось любой уважающей себя лисице. Но не мог же Донук проверить каждое подобное заведение? На это ему и десятка жизней бы не хватило, не говоря уже о паре выходных.

Тогда как и где ее было искать?

Может, стоило смотаться на Чеджудо?

Донук задумчиво покусал губу, но все же решил оставить это на самый крайний случай. В конце концов, он сегодня видел Минджон именно в Сеуле, а не на острове. А значит, потусторонний мир она точно покинула.

Тогда что?

После долгих раздумий Донук не нашел ничего лучше, чем наведаться в «C&K Food». Ведь, когда они только познакомились, Минджон работала там какое-то время. Конечно, ей это не особо нравилось, и шансы, что она захотела бы туда вернуться, были минимальными, почти нулевыми. Но может кто-нибудь из коллег видел ее или связывался с ней.

К тому же, сейчас это было единственным вариантом, пришедшим актеру в голову.

Донук взял телефон, собираясь позвонить менеджеру Чо, но аппарат завибрировал в его руке.

На экране отобразилось «Моя Сольхи» с тремя сердечками.

Ащщщ точно!

Как бы Донуку не хотелось отыскать Ким Минджон, но все же сперва ему требовалось разорвать отношения с Сольхи.

Во-первых, это было бы честно по отношению к обеим девушкам.

А во-вторых, очередной скандал Донуку уж точно ничем бы не помог.

– Да, – взял трубку актер и смущенно закашлялся.

– Ты заболел? – тут же встревожилась Сольхи. – Слышала, сегодня ты попал в больницу…

– Просто устал, так что ничего страшного, – отмахнулся Донук. – Послушай…

– С тобой точно все в порядке?

– Да-да. Но…

– Фух, какое счастье, – Сольхи облегченно выдохнула. – Я так испугалась за тебя, когда увидела новости. Но раз ты в порядке, то отключаюсь, а то у меня съемки. Заеду вечером, привезу тебе каши.

И она повесила трубку прежде, чем актер успел что-то вставить.

Вздохнув, Донук почесал затылок. Если так подумать, она и прежде это делала – говорила то, что хотела сказать, но совсем не слушала то, что хотел сказать он. Просто раньше Донук этого не замечал или игнорировал. А теперь любовная пелена спала с его глаз и все изменилось.

– Ладно, значит наш разговор откладывается, – пробормотал актер и набрал уже менеджера Чо: – Привет, ты ведь все еще работаешь в «C&K Food»?

– Да, конечно. А что? – удивился внезапному вопросу тот.

– Просто… – Донук замялся, вдруг испугавшись, что ответ его не устроит. Но все же задал свой вопрос: – Ты помнишь Ким Минджон?

– Ким Минджон? – кажется, менеджер Чо призадумался. – Нет, не помню. Кто это?

Не помнил… сам Донук тоже ничего не помнил до недавнего времени.

А ведь верно, и директор Ли вдруг начал страдать избирательной амнезией. И когда актер спрашивал у него про кассету с шоу, он тоже не смог вспомнить ничего вразумительного.

Но как это? Вряд ли их всех Сольхи перецеловала… значит, снова эта «бабуля» вмешалась.

Вот уж точно, боги играли людскими судьбами так, как хотели.

– Такая рыжая и немного глупенькая, – как мог попытался описать Донук. – Она еще все время с Ли Даном ходила…

– Рыжая… – пробормотал менеджер Чо.

– Кто это? – в трубке послышался голос Хан Джиен. – Ким Донук? Спроси, получил ли он приглашение на нашу свадьбу…

– Передай, что получил и обязательно приду, пусть не волнуется, – ответил Донук. – Так что, вспомнил?

– Прости, но что-то в голову ничего не приходит.

– Понятно… – расстроился актер, но потом ему вдруг пришла идея: – Подожди, я тебе сейчас скину пару фото. Посмотри, может так вспомнишь.

И почему он раньше не додумался? Ведь проще один раз показать, чем сто раз рассказывать.

– Хорошо, – кивнул менеджер Чо.

Донук отключился. Нашел видео с первой серией той самой передачи, в которой они снимались вместе. Сделал несколько скринов, стараясь, чтобы лицо Ким Минджон было хорошо видно. А после отправил их менеджеру Чо и с нетерпением уставился на экран телефона, ожидая ответа.

Ждать пришлось минут десять, не меньше – видимо, Минхо отлучился. А может и вовсе, они пытались вспомнить Минджон всем отделом.

К счастью, когда Донук уже начал терять терпение, телефон зазвонил.

– Это же стажер Ким, верно? – сходу проговорил менеджер Чо.

Актер сперва оживленно закивал, а потом понял, что его никто сейчас не увидит, и добавил вслух:

– Да-да, это она! Стажер Ким Минджон.

– Так странно… мы ее не вспомнили, пока не увидели. Но даже увидев, вспомнили не сразу, – задумчиво пробормотал менеджер Чо. – Хотя она красивая…

– Красивая? Умереть захотел? – возмущенно фыркнула Хан Джиен, и, видимо, отобрала трубку у своего жениха, потому что в следующий момент ее голос зазвучал громче: – Так что ты хотел узнать о ней?

А на заднем плане менеджер Чо пытался оправдаться:

– Джиен, я не это имел в виду. Конечно, ты гораздо красивее…

– Может кто-то из вас знает, где она сейчас работает? – озвучил Донук свой главный вопрос и затаил дыхание.

Пожалуйста… ну пожалуйста…

– Включи на громкую, – это был уже Юн Чоль. – Кажется, я видел ее пару раз у турникетов и в лифте. Значит, она работает здесь же, но в другом отделе. А в каком конкретно не скажу… и как я вообще мог забыть об этом, если болел за нее на шоу?

Есть! Удача!

Если честно, Донук до последнего не верил, что ему так повезет. В конце концов, если Минджон сейчас находилась в мире людей, то почему не пришла к актеру сама?

Она же всегда липла к нему, точно жвачка. Даже умудрилась угнать фургон агентства и похитить самого Донука.

Или Минджон приходила, но он не узнал ее и обидел этим? Нет, глупости, лиса не умела долго обижаться, а еще была слишком упрямой, чтобы вот так отступить из-за какого-то банального отказа. Донук и прежде отказывал ей много раз, но она никогда не сдавалась.

А может, ее тоже заставили все забыть? Если так, то это не страшно. Донук вернет ей воспоминания… да что там, она, наверняка, и сама все вспомнит, как только они увидятся.

Стоп, не об этом сейчас следовало думать.

– Спасибо большое, я еще позвоню, – поблагодарил Донук за помощь и отключился, принявшись размышлять.

То, что Минджон работала в «C&K Food» было действительно хорошей новостью. Но как теперь узнать отдел, в который она перевелась?

Может, стоило позвонить директору Ли и попросить его об услуге? Кажется, он был дружен с председателем…

Донук представил, как сперва долго пытается заставить директора Ли вспомнить Ким Минджон. И как после этого директор Ли долго негодует из-за ее внезапного исчезновения.

Ведь тогда он был очень зол. Без главной героини шоу пришлось отменить, а компания понесла серьезные убытки.

М-да уж, может лучше директору Ли и не вспоминать Минджон? А то он еще в суд на нее подаст, потребовав возместить ущерб. А Донуку не хотелось доставлять кумихо неприятности.

Но как тогда найти ее?

Точно, менеджер Чхве. Точнее, уже не менеджер, а директор.

У него ведь наверняка имелся доступ к личным делам сотрудников. Да и прежде, во время работы, они прекрасно ладили. И главное, что лично ему Ким Минджон ничего плохого точно не сделала.

К счастью, раз актер теперь знал, что Минджон работает в «C&K Food», объяснять директору Чхве, кто она такая, не требовалось.

Имелся еще и третий вариант – караулить Минджон возле офиса компании. Но его Донук отложил на самый уж крайний случай.

Улыбнувшись, актер набрал Чхве Сокдона, но тот не ответил – видимо, был слишком занят, а может просто не услышал.

В итоге Донук отправил сообщение со своей просьбой, а ровно через час ему позвонил директор Чхве.

– Впервые вижу, чтобы актер искал адрес девушки, а не наоборот, – хмыкнул он вместо приветствия. – Ты же в курсе, что есть закон о защите личной информации?

– Значит, ты мне ничего не скажешь? – расстроился Донук.

– Давай встретимся сегодня вечером. Во сколько к тебе заехать? – не отказал, но и не согласился Чхве Сокдон.

– В семь, – актер продиктовал ему адрес.

И уже повесив трубку, вспомнил, что вечером собирался поговорить с Сольхи.

Впрочем, она обычно освобождалась гораздо позже, а значит, он должен был успеть сделать оба дела разом.

Странно только, почему Чхве Сокдон решил приехать к нему домой, если было бы логичней встретиться в ресторане, чтобы Донук смог угостить его ужином в знак благодарности. Но лучше уж так, а угостить ужином всегда успеется.

Ровно в семь вечера в квартиру актера позвонили, а экран видеодомофона отобразил пластиковую упаковку с банками пива вместо знакомого лица.

Значит, директор Чхве пришел не с пустыми руками. Уже через пару минут Донук узнал, что Сокдон одним пивом не обошелся. Он привел с собой всю вторую группу отдела маркетинга.

Это было не слишком вежливо – заявляться вот так без приглашения целой толпой. Но Донук все равно обрадовался. Во-первых, он успел соскучиться по бывшим коллегам. А во-вторых, хотел поскорее получить заветный адрес.

– Вау, вот это квартирка… – восторженно выдохнула Хан Джиен, прошедшая первой.

– И не говори, – покивал ей менеджер Чо.

– Мы взяли жареную курочку, – менеджер Ко потряс пакетами.

Завершал цепочку гостей директор Чхве. Он похлопал Донука по плечу и сообщил:

– Прости, но они уже давно хотели посмотреть, где ты живешь.

– Все в порядке, – кивнул в ответ актер.

Пока остальные осматривались, он отправил Сольхи короткое сообщение о том, что сегодня увидеться не получится.

«Ничего, поговорю с ней завтра», – подумал с толикой облегчения.

На самом деле, ему было стыдно перед Сольхи. Да, может это боги свели их вместе, причем почти насильно. Но сама девушка ведь об этом не знала, и Донук чувствовал вину и ответственность из-за грядущего расставания.