Якудза. Ты моя добыча

Я отрицательно повертела головой и то ли обняла себя, то ли просто огородилась какой–никакой защитной оболочкой.

На меня давила атмосфера и мужчина, наполняющий стакан со льдом минеральной водой.

– Надеюсь, ты когда–нибудь заговоришь. Болтать сам с собой я могу и в полном одиночестве.

– Извини, – я чуть опустила плечи, – мне очень неловко тут. Я будто попала в параллельный мир. Свитки, икебаны, бамбуковые торшеры…это как–то слишком.

— Это мой дом.

Отпил и пошевелил темными бровями.

– Я не об этом, я…

– Идем, – Ито поставил стакан, вышел из–за острова и протянул мне руку, – я проведу для тебя экскурсию.

Отказаться или согласиться?

Черт возьми, я же в западне. Выбора нет.

– Надеюсь, она не закончится расчлененкой в подвале?

Я приблизилась и наши ладони соприкоснулись, а мгновение спустя, пальцы крепко переплелись.

– Клянусь честью самурая, я не причиню тебе вреда.

– Я наслышана об отваге самураев. Расскажи какую–нибудь историю, пожалуйста.

– Хочешь легенду о великом воине?

Ито лукаво сощурился, потянув меня к светлому коридору. Я улыбнулась с толикой стеснения.

– Хорошо…

«В далёкой провинции жил отважный самурай по имени Гэндзи, служивший благородному господину Фухимори. Он славился не только воинской доблестью, но и острым умом. Однажды, поддавшись страсти к спорам, Гэндзи проиграл в азартной игре всё своё состояние. Он лишился не только денег, но и парадного кимоно — символа чести самурая. Стыд не позволял ему показаться перед господином в рваной одежде. Узнав о бедственном положении своего воина, Фухимори решил помочь ему.

Когда Гэндзи явился на очередной приём к господину, он предстал в одолженном кимоно, сохраняя достоинство.

Фухимори сказал: «Я вижу, Гэндзи, что у тебя всё в порядке, а мне доложили о беде. Так ли это?»

Гэндзи, не смея солгать, промолвил: «Горе, как рваное платье, надо оставлять дома».

Впечатлённый ответом, Фухимори протянул самураю мелкую монету. Гэндзи с поклоном принял дар. Тогда господин спросил: «Почему ты не сказал правды?»

Гэндзи ответил: «Без обыкновенных людей не бывает великих».

Тронутый словами воина, Фухимори вручил ему мешочек с золотом.

В разговоре Гэндзи вспомнил слова старого нищего: «Не бойся немного согнуться, прямее выпрямишься».

За мудрость и верность Фухимори назначил Гэндзи своим советником. А когда на самурая напали грабители, он вспомнил ещё один урок: «Даже если меч понадобится один раз в жизни, носить его нужно всегда».

Двумя ударами он победил врагов, доказав, что честь самурая — в мудрости не меньше, чем в силе».

Впечатленная рассказом Ито, я не заметила, как мы вышли во двор и замедлились недалеко от одноэтажной постройки. Из нее показался невысокий парнишка в банном халате.

– Что это?

Я шагнула назад, разрывая связь с якудзой.

– Офуро.

Мой мозг усиленно выискивал перевод, но Ито опередил:

– Я долго тренировался, а теперь хочу помыться. Ты мне поможешь.

– Все готово, оядзи *

Поклонился мелкий жук и тут же исчез.

Ито снова подал мне руку, но я не пошевелилась. Я не стану тереть спинку этому…

ГЛАВА 10.

– Камилла. – Приказным тоном обратился Ито и поманил меня пальцем.

– Я не буду этого делать. Если это часть игры, то я отказываюсь. Я не…

Но капкан захлопнулся раньше, чем я сумела спастись.

Ито легко обхватил меня за талию и затащил в предбанник или как правильно называлась комнатка с зоной отдыха и релакса.

А дальше, несмотря на мои крики и удары по лицу, плечам и груди, затащил в душное помещение с несколькими деревянными чанами.

Две большие бочки, между которыми выстроились ступеньки, были заполнены водой и алыми лепестками роз. Я глубоко вдохнула, понадеявшись на высшие силы, однако японский засранец оказался сильнее их всех. Поставив меня на ноги, он одним рывком сдернул мое платье и также быстро избавился от своих брюк–хакама.

Мы стояли друг против друга и тяжело дышали. Он абсолютно голый. Я в скромных белых трусиках. Фееричная картинка!

– Откуда шрам?

Кивнул на крошечную отметину под пупком. Я бы могла прикрыть ее, но тогда мне пришлось бы сверкнуть перед ним обнаженной грудью. Ни за что! Пускай он уже все видел, я не опущусь до уровня ниже своего достоинства.

– Из детства. – Солгала с удовольствием.

– Опусти руки.

Черные глаза налились угольной похотью.

Я не выполнила приказ.

Тогда он шагнул ко мне, схватил за запястья и…получил коленом в пах. Я побежала на выход, успев подобрать по пути свою сумочку. Ито громко сматерился, но я не испугалась.

Я выскочила за порог, сдернула с крючка халат, лихо натянула его и понеслась на улицу.

Во дворе было пусто. Ворота открыты. Свобода замаячила на горизонте сахарным облачком.

Не думая не секунды, я побежала прямиком к дороге. Кругом лес. И нет никаких опознавательных знаков, где я находилась. Почему–то чутье подсказало мне мчаться на север. И я помчалась.

Я не останавливалась на передышки, а только шлепала и шлепала босыми ногами по теплому асфальту, желая поскорее очутиться дома. Вечность спустя, я заметила автозаправку. Облегченно выдохнула. Теперь можно набрать Раффи и попросить его забрать меня из этой глухомани. Но брат не брал трубку. Ни после пятого звонка, ни после сто пятого.

Черт!

Рискнула позвонить в службу спасения.

Но и там никто не ответил. Что же это за экстренная организация, которая в самом экстренном случае не реагирует на вызовы?! Завтра же напишу на них жалобу куда–нибудь.

Если у меня будет завтра…

А!

Я крутанулась на месте и не увидела ни одной машины. Заправка, к сожалению, новомодная: полностью автономная. То есть, на самообслуживании.

Как же я влипла…

Пригладив влажные волосы, я постучала телефоном по подбородку, размышляя о дальнейших действиях. Такси в такую глушь никогда не приедет. Или все же да?

Я решила попытать счастье. Прислонившись к металлической опоре одной из колонок, зашла в приложение Яндекс–такси и обалдела. Рядом не то, что машин не наблюдалось, а даже населенных пунктов. Где я?

У черта на рогах.

Да, у японского черта на японских рогах.

Злость собралась в солнечном сплетении ядовитым жжением. Из подручных средств самообороны у меня был только смартфон. От банковских карт и налички, завалявшейся в кошельке проку мало. Точнее вовсе ноль.

И что поделать?

Ждать, пока меня найдут?

Кроме Раффи я никому не сдалась. Отец с матерью от меня отреклись.

Стало еще больнее внутри.

Особенно после мыслей о Николасе. А что, если его люди сейчас, где–то недалеко. Чисто теоретически такое же могло быть? Могло. А следовательно, я в еще большей заднице!

Угораздило же стать пешкой в игре сумасшедшего якудзы. Жила бы себе спокойно, расхлебывала другие проблемы. Их предостаточно и без этого шизофреника, пропустившего курс лекарств.

Мамочки…я зажмурилась. Пусть все вернется на круги своя, пожалуйста.

Огромная рука зажала мне рот, а другая обездвижила, опоясав талию. Я подпрыгнула, но напавший ублюдок, крепче прижал меня к опоре и прошептал на ухо:

– Я всегда найду тебя.

Ито. Его благородный акцент.

– М–м–м…

Я взбрыкнула, а он сунул ладонь в вырез моего халата и смял немаленькую грудь. Отвращение вперемешку с острым удовольствием потекло по венам и подняло волоски на коже дыбом.

– Здесь только мы вдвоем.

Дерзкая хрипотца разворошила огненные искры. Я задышала иначе. Ткань трусиков впитала пару капель возбуждения.

– Сейчас я отниму руку. Если ты закричишь, отвезу тебя к себе домой и трахну так, что захочешь попрощаться с жизнью. Поняла?

Я моргнула разок.

Ито и правда отлепил руку от моего рта. Я нетерпеливо облизнула сухие губы. Потом еще раз, потому что он не переставал истязать чувствительный сосок. Сама того не осознавая, я вцепилась ногтями ему в бедра и чуть–чуть выгнулась.

– Мне остановиться? – прикусил мочку уха.

– Нет.

– Тогда не здесь.

Поцеловал в шею. Продолжая ласкать меня, затащил на заднее сиденье тонированного внедорожника и усадил себе на колени. Пару секунд мы не сводили глаз друг с друга. Будто оба сомневались стоит ли разжигать пламя, если не уверен, что сможешь его потушить. Когда я решилась поцеловать его, он задрал голову и во мне что–то щелкнуло.

– Почему?

– Я не целую женщин с тех пор, как умерла моя жена.

Навел на меня зрительный прицел. Так глубоко пробрался в душу.

– Ты был женат?

Признание повергло в шок. Его нежные прикосновения к моим бедрам заставляли ёрзать и возбуждать нас двоих. В какой–то момент, я уже не смогла сдержать стон.

– Да. Был, – просунул кончики пальцев под ластовицу трусиков, и я оторопела, – а сейчас ты скажи мне, неужели твой муж никогда не ласкал тебя так, как я?

– У моего мужа особенные…предпочтения…

Я привстала. Ито проник меж влажных складок. Черт…

– Какие?

Вопрос немного обескуражил. Я нахмурилась и забыла о тягучем наслаждении.

– Хочешь поговорить о моем муже?

– Да, – прекратил сладкие муки, – и ты расскажешь мне всё о Николасе Капиани.

Зафиксировал меня, прижав руки к моей спине.

– Так нет никакой игры. Ты просто желаешь подобраться к Нику, – до меня дошло с опозданием, – и там, в Тохоку, все было ради того, чтобы у тебя в России появился преданный доносчик. Твою же…

Наивно предположила, будто смогу пересесть и закончить омерзительный разговор. Не тут–то было. Ито не позволил мне даже на полмиллиметра сдвинуться.

– Трахать тебя не входило в мои планы, но я ничуть не жалею, что так произошло. Мне нравится, как ты ощущаешься и очень радует тот факт, что теперь у меня есть собственная «красная кнопка». Нажав на нее, я уничтожу не только весь Бориславль, но и инфекцию в лице Капиани.

– Ты чудовище. – Уперлась локтями ему в грудь.

– А ты мое приятное времяпрепровождение. Я буду пользоваться тобой тогда, когда захочу. Ты не сможешь мне отказать, ведь течешь, словно сука, от одного моего прикосновения, – сорвал халат с плеча, – попробуешь прервать нашу игру, отправишься прямиком к мужу с красивым алым бантиком на шее. Ни брат, ни уж тем более твоя консервативная семейка этому не помешает.