Роман. Черный рыцарь. Не на жизнь, а на смерть. 3 часть

Глава 9. «Разбойники скрылись»

Не спали в Парме рыцари, которые в отряд спасения Хельмута входили. В него, кроме отряда Хельмута, уже известного, ещё порядка двадцати бойцов включили. В лесу Солерно и его разбойники тоже не спали. Они, собравшись у костра, историю сегодняшнюю обсуждали. Погиб Бертуччо, и Бруно тоже пал. Но больше всех, конечно, главарь Солерно смерть брата переживал: «Фердано, ох, мой брат Фердано. Что я скажу, когда узнает мама? Ты был её любимейший сынок. Мой младший брат Фердано, я уберечь тебя не смог…» Солерно смотрел на языки костра, и сокрушался. Сегодня из-за рыцаря, лежащего в углу, без брата он остался. Как пляшут языки костра, пещеру освещая… Однако, что-то же решать пора, всю банду их спасая. На пленника Солерно посмотрел, и жестко приказал (уж это он умел): «Антонио! Джованни! Плесните на него водой. Пускай очухается этот наш герой». Как было велено — водой плеснули. Потом вдвоём, чтоб в чувства привести, встряхнули. Солерно увидал перед собой, то, что и мы увидим, читатель мой. Виконт де Эжен был без доспехов — доспехи с него сняли. И руки впереди тугим ремнем связали. Сопротивлялся он до этого как мог, его избили, и в угол на какую-то солому повалили. Ранение в левый бок, ранение в ногу… сочилась кровь из раны понемногу. Глаз правый от удара заплывал… Да, в переделку наш герой попал. Но он живой, и это оптимизм ему вселяет. Хоть жизнь ему пока никто не обещает. Но ведь и не убили его сразу тоже. Надо молиться, и Бог ему поможет. Солерно факелом плененного осветил, И, сплюнув через зубы, ему проговорил: «Не знаю точно, кто ты есть средь всех ваших вояк. Но то, что птица важная, то это точно так. Тебя ребята мои в городе видали. Они-то мне и рассказали. Тебя, конечно, я убить бы мог. Но смерть твоя мне не наполнит кошелёк. Вот если жизнь тебе дарую, на выкуп я потом неплохо попирую». Запекшуюся на губах кровь Хельмут облизал, и из под лобья, говорившему, сказал: «Так трусы только поступают — толпой пленяют, потом и выкуп предлагают. Вот если б ты мне руки развязал, я сам бы долг тебе немедленно отдал — лишь только б меч свой в руки взял». «Да-да, конечно. Только лучше быть живым, к тому же и богатым. Хватит болтать! Заткните рот ему, ребята! А ты, уж постарайся уразуметь — здесь от меня зависит жизнь твоя и смерть». Затем Солерно шайкой стал своей руководить: «Всё, собираемся, ребята, нам надо срочно уходить. Приятели вот этого нас утром могут посетить. В мешок его доспехи положите, да поперёк седла его покрепче привяжите. Быстрее шевелитесь, поменьше говорите. Костры, смотрите не забудьте, потушите…» И получаса бы часы на башне не отсчитали, как все бандиты снялись с места — и в темноте пропали. Главарь Солерно стоянку банды последним покидал. Он наколенник от доспехов рыцаря оставить на дороге приказал. И через тридцать метров на дороге, что уходила за поворот, был наколенник брошен. Солерно знал — кто ищет, тот найдёт. А он того, похоже, и добивался, чтоб на виду какой нибудь предмет остался. Не очень явно, и, всё же, чтоб указание какое было — куда их банда уходила. Теперь вести он будет преследователей за собой. Он тоже ведь охотник, ещё какой. «Нам», — думал он, — «сначала надо оторваться, найти местечко поудобнее, а после торговаться». По виду рыцаря главарь бандитов догадался, что не простой им человек сейчас попался. А за такого и куш бы хорошо урвать. Вот только самому бы не сплоховать. И как же быть? В горах надежнее укрыться, и в город приходить? Да бургомистр его лично знает. И раз Солерно здесь, то здесь и банда — сомнений это не оставляет. И если выкуп в городе за рыцаря спросить… То самому бы там в капкан не угодить. Давно мечтали в Парме и банду, и Солерно изловить. Но глупо как-то подставляться. Нет, этому не быть. Он в горы выманит их, разбойникам там всё знакомо. Они в горах окрестных, как дома. Возможно, проще будет рыцарей там обмануть… Поэтому… В путь, братцы, в путь. Соблазн наживы, выкупа главарю не дал за смерть Фердано рыцаря убить. Как дело дальше обернётся — он не знал. Пока лишь надо было уходить.

Глава 10. «Напали на след»

С востока, юная Аврора, ступая в нежность облаков, посеребрить спешит узоры пушисто-мшистых белых снов. Спешит нас всех скорей будить, чтобы немедля сообщить, что нужно новый день встречать… Но рыцарей уж не догнать. Пока лишь первый лучик встал, отряд их в лес уже въезжал. Ведь чтобы время не терять, решили раньше начинать. Свет факелов, тьму разгоняя, дорогу освещал. Но солнца пламенный восторг никто бы победить не смог. День наступал. Что этот день им принесёт? Отряд их Хельмута найдёт? Убит он, или же живой? В лесу бандиты. А был ли бой? Что ждёт их — радостное восклицание? Иль скорбь, тоска и отпевание? Вопросов больше, чем ответов, пока что лес им предлагает. Тайну всего, что здесь могло случиться, от них сейчас лес укрывает. Листвой, опавшей, засыпает, и ветви накрепко смыкает. И станет чащей без просвета, где много тайн и мало света. Трава расправится, и нет следов. Но отступить никто уж не готов. И без следов готовы Хельмута искать, чтобы в беде не оставлять. Ещё бы знать — в беде какой? Была ли драка, был ли бой? Друзья у Хельмута открыты к боям и честным поединкам. Здесь не понятно что. Как биться с невидимкой? Кто этот — не известный пока что враг? «Какие-то разбойники» — не армия Лотрека, хоть видно, тоже всё не просто так. Так или же иначе, они в лесу уже, и надо быть, конечно, настороже. За каждым деревом враг может здесь стоять — удар бы им какой, коварный не прозевать. Идти по одному в колонну — такой себе поход. Никто и ничего так не найдёт. Решили рыцари по двое распределиться, и в лес по сторонам дороги углубиться. Друг друга надо прикрывать, и шире что-нибудь искать. Ведь Хельмут съехать мог с дороги, нельзя же это исключать. Довольно неплохую площадь для поисков, при этом, охватили. Внимательно смотрели на кусты, деревья, и траву… Следов пока не находили. Был в каждой паре рог, который обычно на охоту брали. Договорились — кто что найдёт, чтоб остальных по звуку звали. Отряд искавших виконта де Эжена неумолимо приближался к поляне, на которой накануне с разбойниками бой состоялся. Один из рыцарей из леса выехал, увидел место, свой рог поднял… И через несколько минут, весь остальной народ поляну скорбную обозревал. То, что открылось рыцарям, конечно, впечатляло — двенадцать человек убитых там лежало. Отнюдь не воины, по виду — простого кроя. Всех удивил размах, здесь состоявшегося, боя. Земля до черноты пролитой кровью пропиталась. Здесь был не бой — здесь бойня состоялась. И кое-где оружие валялось… И впечатление странное довольно создавалось. Осматривая местность, рыцари заговорили: «Убитых много для одной поляны…» «Странно другое — их не хоронили…» «А не похоже, что они дрались между собой?» «Не думаю. Со стороны был с кем-то бой». «С чего возникли ваши соображения?» «Характер ран убитых не подходит под их вооружение…» «Какое уж вооружение, бандитский, вобщем-то набор. Смотрите, братцы, вот нож, короткий меч, топор. Ещё топор…» — так граф фон Шимман говорил. Он слез с коня и по поляне между убитыми ходил. «По-моему», — добавил Карл фон Рейн, — «какие-то всё это оборванцы здесь собрались…» «Сдается мне, про них мы и предупреждались…», — сказал, слезая с лошади Эдгард. «А вот чему я несказанно пока рад — не вижу друга нашего средь убиенных…» «Да, постарался кто-то здесь отменно», — Вендель фон Лих проговорил, «И раз нет Хельмута, то это он и был…» «Но почему же они всё-таки своих не хоронили?» «Возможно, слишком быстро уходили, не стали время тратить — трупы убирать», — Зигмунд фон Леер тоже продолжал побоище разглядывать. Решили поподробней осмотреть поляну и окрестности. Быть может, что-то есть ещё, достойное внимания, в этой местности. Всех убиенных обошли… «Какие отвратительные рожи. Да, слишком на разбойников они похожи…» Один из рыцарей подъехал, остальным сказал: «Я, братья, недалеко пещеру здесь видал…» «Разбойники навряд ли нас в ней остались ждать. Пещеру стоит осмотреть, и там следы искать». В отсутствии Хельмута, Мартин фон Шимман вопросы все решал. И это он друзьям сейчас сказал. Поскольку мёртвые разбойники тайн рыцарям не открывали, то всей командой к пещере путь держали. Искомая пещера в горах неподалёку располагалась, и за огромным валуном она скрывалась. Кто ехал слева, тот пещеру бы не сразу увидал. А путник справа огромный видел камень, возле которого он сразу же в пещеру попадал. Кто хоть немного пунктуацию соблюдает, тот знает, какою формы запятая — знак препинания, бывает. Пещера эта на запятую походила. Заход был через «хвостик», а точка в глубине, как комната, людей бы много, если б надо было, приютила. Как это, в общем-то, героями предполагалось, пустой пещера оказалась. Пучки соломы валялись тут и там. Какой-то мусор, какой-то хлам. «Да, спешно, видно уходили. Хотя, имуществом, конечно, были не богаты. А вот костёр они при этом потушили. И он чуть тёплый, держу рукой, ребята», — Иоганн фон Шоттен к костру присел, его рукой касался. Но он, при этом, явно не обжигался. Граф Мартин Шимман, подойдя к костру, сказал, то, что почти здесь каждый понимал: «Ну, значит, до полуночи они пещеру покидали. Они, на то похоже, наш визит предполагали. Тем лучше, о нашем существовании они знают. При этом встречи избегают. Выходит — нашу силу понимают. Нет ни доспехов, ни виконта де Эжена тоже. Друзья мои, на что это похоже? Я думаю, его от нас скрывают, поскольку вижу, что они уходят, и всех убитых на поляне оставляют. Наш Хельмут ранен, быть может… Да, быть может. Однако, его с собой забирают. Меня, конечно, это всё тревожит. Но, думаю, он жив пока, это важнее, всё же. Нам надо всё в округе обыскать, чтобы на след, как гончим встать. Надо понять — в какую сторону