Правильный выбор

***

Тара и Итан работали весь день в одной комнате, но не вместе. Не как подобает напарникам. Блэк не привыкла к парной работе, у неё есть команда, но она больше владела ими, управляла и командовала. С напарником так не получится, с ним вы должны быть равными, а своё место Тара делить ни с кем не хотела.

Девушка сидела за своим столом, разглядывая дело теперь под другим углом, а Чейз обосновался в углу за столиком, на котором девушка обычно хранила папки со старыми делами, которые ей было лень отнести в архив. Сейчас же там было, пожалуй, самое красивое и эстетичное место в помещении. Среди бумаг, хлама и пустых стаканчиков, Итан умудрился отыскать где-то живое растение и поставить его прямо перед собой. Он молчаливо сидел, сложив ногу на ногу, и рассматривал что-то в планшете, изредка делая пометки на бумаги.

Тара слышала, как он шуршит листами, перелистывает их. Слышала, как он иногда замирает и задерживает дыхание, когда находит что-то важное в деле. Она не поворачивалась к нему и не смотрела в его сторону. Тара чувствовала его присутствие спиной, и это тоже раздражало её, но в то же время и придавало какой-то тихой устойчивости, потому что знала в глубине души, что Итан точно поможет ей раскопать это дело.

Через какое-то время девушка почти привыкла к детективу, переставая замечать и ощущать его присутствие, когда вдруг, где-то через час, она заметила, как он молча встал из-за своего стола и вышел из переговорной. Тара не обернулась, просто краем глаза уловила какое-то движение и знакомый силуэт, а потом услышала, как звук его шагов затих где-то в коридоре.

Через какое-то время в дверях появился Чейз с двумя большими бумажными пакетами. Она подняла взгляд на него, когда услышала посторонний шум, и замерла, глядя, как он ставит пакеты на стол, к которому начала стягиваться голодная орава оперов.

– Обед, – послышался голос Итана, когда он выкладывал сэндвичи на стол.

Несколько сотрудников удивленно заулыбались, кто-то уже потянулся за едой. В числе первых, конечно же, был Майлз. Он кинул на Тару незаметный и короткий взгляд, чтобы увидела только она. В нём читался какой-то намёк, а улыбка выдавала все его коварство и усмешку. Тряхнув головой, Блэк запретила ему жестом наводить смуту и кивком указала ему делать то, чем он занимался раньше. Итан не делал из этого события, просто раздал сэндвичи, словно делал это каждый день. Тара наблюдала за ним, чувствуя легкое замешательство внутри. В ее руке был карандаш, которым она подпирала задумчиво нижнюю губу. Интересно, зачем он это делает?

В какой-то момент их взгляды встретились. Чейз не улыбнулся ей, ничего не сказал, он просто взял из подставки один стакан и подошел к столу, после ставя его аккуратно перед ней. Черный кофе, с двумя порциями сахара. Тара взглянула на лицо Итана, который уже разворачивался к своему месту. Она задержала дыхание, в поиске подходящий слов. Тара хотела спросить, откуда он узнал, как она пьёт кофе. Может, Майлз сказал? Но Майлз не стал бы. Или может Итан увидел какой кофе она пьет, когда она заказывала раньше. Девушка не знает. Но вместо этого просто поёжилась, выпрямляя спину. Итан это заметил и остановился. Он вновь взглянул на Тару. Чейз ничего не сказал и не спросил, просто склонил голову набок, ожидая её реакции. Тара почувствовала, как её пальцы сжали край стола.

– Спасибо, – сказала она ровно, без какой-либо интонации.

Чейз слегка качнул головой и отошел к своему столу, как будто ничего и не было. А Тара смотрела на стакан, который он поставил перед ней и чувствовала, как внутри поднимается что-то теплое, чего она бы никогда не признала. Она сделала один глоток, американо был горячим и слегка горьковатым – идеальные пропорции. Именно это и нужно было ей сейчас.

И вдруг, почти случайно, в голове мелькнула мысль: «Джей даже не знает, как я пью кофе». Они вместе больше года, а он всегда наливает ей эспрессо без сахара, и она никогда не поправляет его. Просто пьет, потому что это проще, чем объяснять.

Тара отогнала эту мысль почти сразу же, как она к ней пришла. Это ничего не значило. Просто бытовая деталь. Просто кофе. Он не обязан помнить все её предпочтения.

Остаток дня Тара провела, пытаясь не сталкиваться с Итаном, но участок казался слишком тесным для такой миссии. В коридоре, когда она выходила из кабинета, она почти врезалась в него, прямо как в первую их встречу. Он стоял у стены, что-то читая в телефоне, и поднял взгляд, когда на горизонте появилась фигура девушки. Интересно, что за злую шутку решила сыграть судьба с Блэк? С появлением детектива Чейза она стала неуклюжее раз в сто. До него она никогда ни с кем вот так не сталкивалась. Или, может, он специально подстраивает такие ловушки, чтобы сбивать Тару с толку? Бред..

Тара замерла на мгновение, чувствуя, как сердце дернулось от неожиданности. Она не готова была оставаться с ним наедине. Не сегодня и не сейчас, когда Майлз подло выдал ей часть прошлого Чейза, которое не может выйти из головы целый день. Итан смотрел на неё спокойно, без напряжения, и в его взгляде было что-то, чего она так и не смогла прочитать. Это не было похоже ни на вызов, ни на насмешку, а скорее на обычное ожидание.

Блэк почувствовала, как её легкие снова забыли, как дышать, и разозлилась на себя за эту реакцию. Она отвела взгляд и сделала шаг в сторону, но Чейз даже не сдвинулся с места. Просто стоял и продолжал смотреть на неё.

– Неужели так сложно отойти, – пробурчала Блэк тихо себе под нос, обходя мужчину.

Её плечо коснулось плеча Чейза, и она почувствовала тепло его тела через ткань рубашки. Она задержала дыхание на мгновение, сама не зная, почему. Девушка прошла мимо на пару метров вперед и почти скрылась за углом, когда услышала его голос:

– Тара, – окликнул её Итан, поворачиваясь в её сторону и облокачиваясь спиной на стену.

Она остановилась, но не сразу. Сначала сделала ещё шаг, потом замерла, чувствуя, как по спине пробегает легкий холодок. Девушка не обернулась, просто стояла, сжимая в руке папку с документами, и ждала.

Итан не торопился говорить. Несколько секунд прошло в тишине, и она слышала только собственное дыхание — слишком частое для того, кто просто стоял в коридоре.

– Ты всегда так нервничаешь, когда узнаешь о ком-то что-то? – Спросил он тихо.

Тара медленно развернулась. Он стоял на том же месте, прислонившись к стене, и смотрел на неё. В его глазах не было насмешки — только спокойное внимание, как будто он ждал её реакции, чтобы сделать следующий шаг.

Блэк выдержала паузу, чувствуя, как внутри всё сжимается. Её пальцы сжали бумажную папку так сильно, что под ними появились складки.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, — сказала она ровно, но голос прозвучал слишком сухо и слишком напряжённо.

Чейз слегка склонил голову набок, и на его губах мелькнула та самая загадочная улыбка — едва заметная, странная, которая с самого начала сбивала девушку с толку.

– Завтра в шесть утра, – сказал он тихо. – Буду ждать у входа.

Чейз сделал паузу, и Тара почувствовала, как воздух между ними стал плотнее. Он не отводил взгляда, и она не могла понять, что он видит в её лице.

— И, Тара… — добавил он еще тише. — Не опаздывай.

Она задержала дыхание на мгновение, чувствуя, как его слова оседают где-то внутри. Блэк не ответила, просто развернулась и пошла, чувствуя его взгляд на своей спине.

Когда она свернула за угол, то наконец выдохнула, прислонилась спиной к стене и закрыла глаза на секунду. Сердце всё ещё пропускало частые удары, и Тара разозлилась на себя за это.

«Ты реагируешь на него как подросток, — подумала она. — Он просто детектив. Просто коллега. Ты не должна замечать, как он смотрит, как он говорит, как он…»

Она оборвала себя на середине мысли и открыла глаза. Внутри поднималось странное чувство — смесь раздражения и любопытства. Итан не был похож на тех, с кем она работала раньше. Он не пытался ей понравиться, он просто делал то, что считал нужным, и это выбивало её из колеи.

«Это не влюблённость, — сказала она себе жёстко. — Это просто… интерес. Он необычный. И он не даёт мне покоя, потому что я не могу его просчитать».

Блэк посмотрела на папку, которую всё ещё сжимала в руке. Она хотела бросить её в урну, но почему-то не сделала этого. Просто аккуратно переложила в другую руку и пошла к выходу, чувствуя, как внутри оседает странное, незнакомое чувство — не тепло, а скорее… осадок. Чейз каждый раз оставлял её в замешательстве наедине с собой, и это она тоже ненавидела.

Тара вышла на улицу, вдохнула холодный вечерний воздух и позволила себе не думать об этом. О том, что это значило. О том, почему он вообще занимает её мысли. И о том, что она чувствовала, когда его плечо коснулось её плеча.

Девушка просто шла к машине, стараясь не оборачиваться. И в голове крутилась только одна мысль: «Он просто заноза, я справлюсь. Завтра я просто сделаю свою работу и все».

Она села в машину, завела двигатель и на мгновение задумалась о том, что Джей, наверное, уже ждёт её дома. Тара улыбнулась этой мысли — потому что она была правильной, тёплой, знакомой. А ей сейчас было необходим почувствовать что-то привычное и правильное.

***

Тара открыла дверь квартиры и сразу услышала звуки с кухни — шипение масла на сковороде, тихое позвякивание посуды. Запах томатов, чеснока и базилика окутал её с порога, и она почувствовала, как плечи чуть опускаются, а рабочее давление исчезает. Она скинула кроссовки и прошла на кухню, стараясь ступать мягко, чтобы не нарушить этот уют.

Джей стоял у плиты, повернувшись к ней спиной, он помешивал что-то в кастрюле. На нём была мягкая домашняя футболка, которая облегала плечи, и старые потертые шорты, в которых он выглядел как-то по-детски. Тара остановилась на пороге и просто смотрела на него — на то, как он двигался, как его рука плавно водила ложкой, как он слегка покачивал головой в такт музыке, которая тихо играла на фоне.

«Это моё», — невольно подумала она. — «Это то, к чему я возвращаюсь и буду возвращаться всегда».

Девушука подошла к Джеймсу ближе и обняла со спины, уткнувшись носом между его лопаток. Джей чуть замер, а потом накрыл её руку своей, слегка сжимая пальцы.

— Ты поздно, — сказал он негромко, в его голосе не было упрёка, была только лёгкая усталость, как будто он ждал и волновался, но не хотел показывать этого.

— День был долгий. — Ответила Тара, чувствуя тепло его тела через ткань. Она задержалась так на мгновение, вдыхая знакомый запах — его парфюм, смешанный с запахом готовки., а потом заглянула в кастрюлю.

— Паста? — Спросила она с лёгким удивлением.

— Ага, твоя любимая, — ответил он, не оборачиваясь. — с морепродуктами.

Тара почувствовала, как внутри что-то еле заметно кольнуло. Это ощущение было привычным, словно заноза, которая давно сидит под кожей, и ты давно перестаешь её замечать. Тара любит пасту, но не с морепродуктами, а с беконом. Джей должен был это знать, но девушка не стала поправлять его. Она лишь улыбнулась, делая вид, что очень рада и благодарна, хотя в этой улыбке не было сил.

– Пахнет вкусно! – Ответила Тара.

Она села за стол, и Джей поставил перед ней тарелку, а рядом — бокал с красным вином. Девушка сделала глоток, чувствуя, как терпкий вкус растекается по языку. Джеймс сел напротив, после чего они начали есть, сначала в тишине, а потом он спросил:

— Ну, рассказывай.

Тара пожала плечами, наматывая пасту на вилку.

— Обычный день. Отчеты, бумаги, опросы. А еще начальник решил, что я теперь работаю в паре с тем новым детективом.

Она сказала это легко, почти небрежно, но почувствовала, как его взгляд на мгновение задержался на её лице.

— С тем, который недавно пришел? — Переспросил он, и в голосе его прозвучала лёгкая усмешка.

— С ним самым.

Блэк поднесла вилку ко рту и вдруг поймала себя на том, что говорит об Итане без привычного раздражения, без огня в глазах. Это прозвучало так обычно, так буднично, что она сама удивилась. Девушка заметила это, но не стала зацикливаться.

— И как он? — Спросил Джей, отпивая вино.

Тара задумалась на секунду, и пауза вышла чуть длиннее, чем она планировала.

— Ну, не такой уж он и плохой, как я думала…— Ответила она наконец.

Это прозвучало почти как признание, и она тут же пожалела об этом. Тара подняла глаза на Джея и встретила его взгляд. Он смотрел на неё с лёгким интересом, но без подозрения. Просто он знал её достаточно хорошо, чтобы чувствовать перемены.

— Завтра мы выезжаем с ним в шесть утра, — добавила она, переводя тему. — К старому лагерю за городом. У Чейза есть теория, что убийца может быть связан с этим местом.

— И вы поедете вдвоём? — Спросил Джей, его голос стал чуть серьёзнее. — Без подкрепления?

— Да, — ответила она. — Но это просто разведка. Посмотрим место, проверим, есть ли там что-то.

Джеймс кивнул, и его взгляд стал мягче, хотя в нём мелькнула тень, которую она не могла прочитать.

— Я надеюсь ты будешь осторожна? — Спросил он негромко.

— Как и всегда, — ответила она с лёгкой улыбкой.

Мужчина поднялся и подошёл к ней, его руки легли на её плечи, сжали их мягко, почти нежно. Он наклонился и поцеловал её в макушку.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я знаю, — ответила Тара, чувствуя, как внутри поднимается тепло. Она закрыла глаза на мгновение, позволяя этому моменту длиться.

Но когда девушка открыла глаза и посмотрела в окно, в темноту, она поймала себя на мысли, что думает о завтрашнем дне. О лагере, о детективе, и о том, что она не сказала Джею, что в груди, когда она думает о предстоящей поездке, появляется не только страх, но и странное предвкушение перед встречей с Итаном. Она не знала, что это значило, да и не хотела знать. Тара просто допила вино, чувствуя, как оно согревает её изнутри, и позволила себе не думать об этом. Завтра она как обычно сделает свою работу и все.

Глава 4

Тара приехала на парковку участка за пятнадцать минут до шести.

Утро было холодным, промозглым, как и вчера. Небо только начинало светлеть, но солнце ещё не поднялось — город застыл в серой дымке, и фонари у входа всё ещё горели, разливая по мокрому асфальту оранжевые лужи. Тара выключила двигатель и замерла на мгновение, глядя через лобовое стекло на пустой вход.

Джей написал «удачи» час назад, когда она уже выезжала. Она ответила коротко: «спасибо, вечером позвоню». И убрала телефон далеко на дно сумки, чтобы он не мешал.

Тара вышла из машины, поправила воротник куртки и задержалась взглядом на входе в участок. За стеклянными дверями было темно. Тара прислонилась к капоту, сунула руки в карманы и почувствовала, как утренний воздух холодит щёки. Тишина. Слышался только редкий шум проезжающих машин где-то за поворотом.

Она ждала. Прошло уже несколько минут. Тара начала закипать, но услышала шаги за спиной. Она обернулась и увидела Итана, который шёл к ней ровным, спокойным шагом. На нём была тёмная куртка и джинсы, что-то более практичное для выезда. В руках он держал два стакана с кофе. Один из них, не замедляясь, протянул ей.

Тара уставилась на стакан, потом на него.

— Ты серьёзно? — Спросила она, но в голосе не было прежней колючести. Скорее осторожное недоумение.

— Ты выглядишь так, будто не спала, — ответил он, и в его голосе не было насмешки, это был просто факт. — А еще я подумал, что кофе нам не помешает.

Она взяла стакан, чувствуя, как бумага обжигает пальцы, и сделала глоток. Американо. Чёрный. С двумя ложками сахара. Он снова дал ей то, что она любит. Вчера она могла подумать, что это просто совпадение, но сейчас понимает, что он правда откуда-то узнал о её предпочтениях.

Она задержала дыхание на мгновение.

— Садись, — бросила она, открывая водительскую дверь.

Чейз молча сел на пассажирское сиденье. Тара завела двигатель, и тишина заполнила салон — не тяжёлая, не давящая, а какая-то странно нейтральная. Она чувствовала его присутствие справа, чувствовала, как он дышит, и это не раздражало её так сильно, как раньше. Это было странно. Она не знала, как это назвать.

Тара выехала с парковки и направилась к выезду из города. Огни улиц медленно таяли позади, уступая место серому утру и пустым дорогам. Она сжимала руль, смотрела прямо перед собой и чувствовала, как внутри что-то тихо меняется.

Они ехали молча. Несколько минут прошло в тишине, и Тара не могла понять, что это было — спокойствие или просто нежелание говорить первой.

— Ты всегда так рано встаёшь? — Спросила она наконец, не поворачивая головы.

— Только если нужно, — ответил он ровно.

Она хмыкнула, но в этом звуке не было злости. Скорее — лёгкая усмешка, почти незаметная.

— А ты всегда такая колючая по утрам? — В ответ спросил он.

— Я всегда такая, — ответила она, в голосе мелькнула привычная резкость, но без агрессии.

Он усмехнулся, и она почувствовала это — короткий звук, от которого у неё внутри что-то сдвинулось. Она не обернулась, но краем глаза заметила, как он смотрит в окно, а его губы расплылись в легкой улыбке.

Тара сжала руль и заставила себя смотреть на дорогу.

Они выехали за пределы города. Дорога стала уже, пустее, а по обеим сторонам потянулись поля — мокрые после ночного дождя, темно-зеленые, с редкими вкраплениями желтой листвы. Тара сбросила скорость, чувствуя, как городское напряжение начинает потихоньку отпускать её плечи.

Она не знала, с чего начать. Тишина в салоне уже не была напряженной, но и не стала комфортной — она просто была. Как нейтральное пространство, которое они оба не хотели нарушать первыми.

— Ты долго работал в ФБР? — Спросила Тара наконец, не поворачивая головы. Вопрос прозвучал почти безразлично, но сама она знала, что это не так.

— Восемь лет, — ответил он ровно.

— И всё это время был профайлером?

— Почти. — Ответил Чейз, после делая паузу. — Первые два года занимался оперативной работой. Потом перешёл в отдел поведенческого анализа.

Девушка кивнула. Она знала, что он смотрит на неё, — чувствовала его взгляд на своем профиле. Это не давило, но заставляло внутренне собраться.

— И как? — Спросила Блэк, стараясь, чтобы голос звучал легко. — Уже понял, с кем имеешь дело? Или тебе нужно больше времени, чтобы составить мой профиль?

Он коротко и едва заметно усмехнулся, но она услышала это.

— Я не профилирую коллег, — сказал Итан. — Только преступников.

— Удобно, — ответила она. — Значит, я могу быть собой.

— Я бы на твоём месте не расслаблялся, — сказал он тихо. — Но, кажется, ты и не умеешь расслабляться.

Тара хотела возразить, но не смогла придумать, что сказать. Он был прав. Она закатила глаза, но в жесте не было злости — скорее раздражение на себя за то, что он читает её так легко.

— Почему ты стал профайлером? — Спросила она, меняя тему. Ей было любопытно, хотя она не хотела этого признавать.

Детектив задумался на мгновение. Пауза была короткой, но она успела заметить, как его рука на мгновение сжалась на колене.

— Потому что хотел понимать, как работает чужой ум, — сказал он. — Я всегда замечал мелочи. Жесты. Интонации. Я видел то, что другие пропускали. Психология стала моим способом читать людей.

— И как, помогает в жизни? — Спросила она, сворачивая на проселочную дорогу.

— Иногда, — ответил он. — Но иногда это мешает. Ты начинаешь замечать, как люди врут. Даже когда они сами этого не замечают.

Тара промолчала. Она вспомнила вчерашний вечер, когда ужинала с Джеем и он сказал «я люблю тебя» так, как говорил всегда. И она почувствовала, что внутри неё нет той теплоты, которая была раньше. Или она есть, но всё слабее.

— Я знаю, что ты хочешь спросить, — сказал он, нарушая тишину.

Она повернула голову и впервые посмотрела на него прямо.

— Ты прочитал это по моим жестам?

— Нет, — сказал он спокойно. — Я просто знаю, что ты хочешь понять, откуда я знаю про твой кофе. Ты спросила об этом взглядом ещё в тот момент, когда взяла стакан.

Она сжала челюсть, но не отвела взгляда.

— И откуда?

— Я видел, как ты заказывала его в пятницу, — сказал он просто. — В кафетерии. Ты взяла американо и попросила добавить две ложки сахара. Я просто заметил и запомнил. Это ничего не значит.

Тара почувствовала, как внутри шевельнулось что-то, чего она не могла назвать. Она хотела бы рассмеяться, сказать что-то колкое, но слова застряли в горле.

— Это значит, что ты наблюдательный, — сказала она наконец. — Или что у тебя слишком много времени.

— Или что я запоминаю то, что важно, — ответил он ровно.

Она замолчала, чувствуя, как воздух в салоне становится плотнее. Она не знала, что он имел в виду. И ей бы не хотелось об этом знать. Тара просто смотрела на дорогу, сжимая руль, и чувствовала, как внутри оседает странное, незнакомое тепло, которое она тут же заставила себя погасить.

Дорога закончилась там, где начинался лес. Тара притормозила у ржавых ворот, которые когда-то, видимо, были зелёными. Теперь от них осталась только труха и облупившаяся краска, а петли давно проржавели настолько, что ворота висели криво, открывая проход внутрь. Она заглушила двигатель, и тишина накрыла их — глухая, плотная, какая бывает только за городом, далеко от шума трассы.

На часах было половина восьмого утра.

Они вышли из машины почти одновременно. Воздух здесь был другим — влажным, холодным, с примесью гнилой листвы и сырой земли. Тара огляделась. Территория лагеря выглядела так, как будто время здесь остановилось лет двадцать назад: старые деревянные корпуса, покосившиеся крыши, высокая трава, которая уже начала прорастать сквозь трещины в асфальте.

— Как думаешь, он был здесь? — Спросила она, не оборачиваясь.

— Был, — ответил Итан. — И недавно.

Он указал на землю у входа — свежие следы шин, оставшиеся после вчерашнего дождя. Тара присела, провела пальцем по краю следа. Грязь была ещё влажной.

— Может, это местные или сталкеры, — сказала она, поднимаясь.

— Может, — согласился он. — Но следы ведут не к корпусам. — Он указал в сторону, где заросшая тропа уходила глубже в лес. — Они ведут туда.

Тара проследила за его взглядом. Там, за деревьями, угадывался силуэт старого склада.

Они пошли по тропе. Девушка шла чуть впереди, а детектив — за ней. Тишина вокруг казалась почти осязаемой. Они обыскали склад, но нашли только старую ржавую бочку и несколько пустых ящиков.

— Пусто, — сказала она, разочарованно выдыхая. — Мы зря потратили время.

— Не зря, — ответил он. — Если бы он хотел, чтобы мы нашли что-то сразу, он бы оставил это на видном месте. Но он не ищет лёгких путей. Значит, и нам стоит поискать как следует.

Они вышли из склада, и Тара почувствовала, как на плечи давит тяжёлая тишина леса. Они обошли ещё несколько строений — старую столовую, заброшенный административный корпус, несколько домиков для персонала, но везде было пусто. Везде пахло пылью и временем.

К полудню Тара начала уставать. Ноги гудели, куртка промокла от утренней росы, а внутри разрасталось глухое раздражение. Она уже почти сдалась и хотела предложить вернуться, когда Итан остановился у небольшого здания, которое они не заметили раньше. Оно стояло чуть в стороне от основной территории, прикрытое ветвями старых деревьев.

— Что там? — Спросила она, подходя ближе.

— Хозяйственный блок, — ответил он. — На карте он не отмечен, но я видел его на старых снимках. Нам стоит проверить.

Она хотела сказать, что это бесполезно, но что-то в его голосе заставило её промолчать.

Внутри было темно и сыро. Тара включила фонарик на телефоне и провела лучом по стенам. Сначала ничего — только старые стеллажи, битое стекло, ржавые инструменты. Но потом она заметила доску в полу, которая выглядела немного иначе, чем остальные.

Она присела на корточки и подцепила доску пальцами. Под ней была небольшая яма, и в ней — старый потёртый рюкзак, выцветший, с оторванным ремнём.

Тара замерла на мгновение, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Она осторожно вытащила рюкзак, положила его на пол и расстегнула молнию.

Внутри лежали детские вещи: рисунки, выцветшая фотография с группой детей, где кто-то был обведён красным, и старая потёртая книжка — «Маленький принц» — с загнутыми страницами.

Она открыла книгу и увидела на первой странице имя, написанное детским почерком.

«Эта книга принадлежит Даниэлю».

Тара смотрела на это имя, и в голове что-то щёлкнуло. Она не знала, кто этот Даниэль, но она знала, что теперь у неё есть имя, за которое можно зацепиться.

Она подняла глаза и встретилась взглядом с Итаном. Он смотрел на неё спокойно, но в его глазах мелькнуло что-то, чего она не могла прочитать.