Желанная для Демона

Проводив старшего сына в школу, а младшего в садик, иду на работу. Час назад звонили коллекторы. Тот, что самый настойчивый и самый противный, напомнил о том, что завтра истекает срок выплат. Что расплата будет жестокой. Сегодня он не гнушался подробностями о том, что они не только заберут квартиру, но и пустят меня по кругу. О том, что они следят за мной, и что я ему якобы приглянулась. Лучше б пустили моего бывшего, козлы! Он это точно заслужил! Если босс не даст мне денег, вечером мне придется покинуть город и прятаться в отдаленных деревнях всю свою оставшуюся жизнь. Только проблема в том, что меня уведомили о том, что знают о моих родителях и о подруге, а также их адреса. А так жестоко поступить с ними я не смогу. Отправить их всех куда-то подальше вместе с детьми - не вариант, они не согласятся сделать это за ночь. В общем, остается только уговаривать до последнего Демона.

Не успела я зайти в вестибюль, как меня встречает хмурый Никита. Он долго молчит, махнув мне рукой, чтобы я подождала, и быстро пишет что-то по кнопочному телефону. Затем смотрит на меня слишком откровенно, удивленно разинув рот. Его взгляд останавливается на моей груди, ногах. Он будто видит меня впервые. Но отчего-то мне не нравится его пристальное внимание к моей скромной персоне.

- Ань, шеф просил зайти, - вдруг говорит он, когда я толкаю его в плечо, требуя объяснений.

- Хорошо, спасибо, - отвечаю ему, обходя турникет и подходя к лифту, тыкая на кнопку вызова.

- Ань, - подходит ко мне охранник со спины, останавливая, - скажи честно, у тебя с ним что-то есть?

- Господи Боже, - краснею я, отчего-то понимая, кого именно он имеет в виду, - Никит, ты чего? – спрашиваю у него, истерично выплевывая каждое слово. Вижу, что парень как-то сначала побледнел, потом резко побагровел, что мне самой отчего-то становится не по себе. Еще не хватало, чтоб его удар хватил из-за меня! – Нет, конечно, что за странный вопрос?

- Я просто подумал, что ты с ним, ну это самое… - начинает мямлить он, снова разглядывая меня. – Ты очень красивая сегодня!

«Еп-та! Только сегодня, что ли?» – хочется спросить у него, но вижу, что настроен парень вполне серьезно, и тоже, впрочем, именно на сегодня! И тут меня осеняет. Неужели я нравлюсь ему? Господи, милота какая! Он же мальчик еще совсем! Юнец! Знаю, что он после армии служил где-то еще три года по контракту. Ему лет двадцать пять-двадцать шесть, не больше. И зачем я ему, старуха такая нужна? Я прямо вижу рядом с ним красивую молодую девчонку и кучу детишек, за которыми он бегает по двору. И это явно не я!

- Никит, мне сорок скоро! – говорю ему, широко улыбаясь, когда лифт открывает свои двери. Вижу, как округляются его глаза. Не верит. Приятно, надо признать. – И у меня двое детей! – продолжаю я и захожу внутрь спиной, добивая бедняжку, с сочувствием глядя на него.

- Ну и что, я люблю детей! – говорит он мне, держа двери лифта, не давая им сойтись. Потом, вдруг, смотрит мне за спину, делает шаг назад, убирая руку, и опускает голову.

Ну да, конечно! Все их любят, когда не приходится заниматься ими!

Я, бляха-муха, прямо на расхват! То пусто, то густо! А что густо-то? Никитка один за последние три года? Но зато какой! Высоченный, здоровенный. Правда, молодой совсем и ростом чуть ниже Демьяна Романовича, но тоже вариант. Какой вариант, Анька? И почему ты всех сравниваешь с Шиловым?

Ох, как я его!? А? Напугала, небось, до усрачки, бедного охранника, своими детьми?! Хотя, спасибо ему за это, я практически забыла о своих проблемах.

Хихикаю, оборачиваясь, и впиваюсь взглядом в гневное лицо Демона и его распрекрасной секретарши. Чего это они здесь делают в лифте, а? Катаются что ли?

- Мы вообще-то за тобой! – улыбается мне Марина, отвечая на мой немой вопрос, а я не могу отвести взор от пронизывающего оловом глаз начальника, что скользят по мне с ног до головы и останавливаются на лице. – Никита маякнул Демьяну, - смотрит она на босса, - Романовичу, - добавляет она, а тот опять ведет глазами вверх-вниз по моей фигуре, - что ты, наконец, явилась. У нас срочное дело на счет переговоров в среду, а у Демьяна, - снова девушка смотрит на начальника, обхватив его локоть своей ладошкой, показывая мне, кто здесь хозяйка, - Романовича срочная командировка сегодня.

- Вообще-то, - скрестив руки на груди, буравлю взглядом через чур наглого секретаря, - у меня рабочий день начинается с девяти, - гляжу на нее в упор. – И у меня есть еще двадцать пять минут, чтобы выпить кофе! Молодец, что сама пришла заранее в кой-то веке и спасибо, что сообщила мне о встрече, раз у Демьяна, - злобно смотрю на шефа, который почему-то начинает улыбаться, - Романовича нет языка, чтобы сообщить мне о том, чтобы я пришла к нему до начала рабочего дня.

- Представьте себе, - неожиданно встревает в наш разговор Шилов, - у Демьяна Романовича тоже есть язык! Впрочем, так же, как и глаза! – выжидающе смотрю на него, потому что не понимаю, о чем он говорит. Он будто бы доволен, в прекрасном настроении, но смотрит на меня как-то странно, поэтому ожидать чего-то хорошего от него мне не приходится. – Ко мне! – рявкает он, и двери лифта открываются на его этаже. Как же я была права! Мариночка остается стоять на ресепшене, а мы заходим в его кабинет. Шилов указывает на уже знакомый стул, а я не могу оторвать глаз от его дубового стола, потому что все еще помню, что было под ним еще несколько дней назад. Он ловит мой взгляд и широко улыбается, поняв, что у меня в голове, рассевшись в кожаном кресле, прямо как тогда. Только сейчас его костюм застегнут наглухо, а белая рубашка на самую последнюю пуговку, что не видно ни одной татуировки на его шее. Сажусь напротив, выпрямив спину, будто кол проглотила. – Раз мы обо всем договорились, дай мне контакты тех кредиторов, мне нужно сегодня уехать. Сделку проведем сегодня.

А я не пойму откуда он все знает!?

- У меня номер не определяется, - только мямлю.

Сверлит меня взглядом, затем кивает, будто о чем-то догадался.

- Дай телефон на час, я верну, - говорит он, протягивая руку.

Даю, как под гипнозом.

- А откуда… - хочу спросить я, но все еще нахожусь в ступоре.

- От верблюда, - перебивает он меня, набирая кого-то уже на своем телефоне. – Дим, будь добр, подойди!

- Ой, Демьян Романович, - вовремя вспоминаю, что часть-то денег у меня, - мне нужно добежать до дома и в банк, чтобы передать вам то, что я насобирала! Дайте мне полчаса, я быстро, обещаю!

- Угомонись, Семенова! Еще ничего не решено, иди работай! – рявкает он мне, а я продолжаю сидеть на месте, боясь пошевелиться. Боясь осознать, что все это лишь иллюзия, сон. А он смотрит на меня выжидающе, будто выпроваживает.

- Я обязательно вам все верну! – поднимаюсь со стула, а в моей груди все переворачивается от безумной надежды, что дает мне крылья.

- Обязательно! – хмыкает он. – За три месяца, как договорились.

- А разве мы обо всем договорились? – осторожно спрашиваю у него, когда в моей голове мелькают Санькины слова о договоре, останавливаясь у двери, взяв ее за ручку.

- Семенова… - начинает свою речь Демон.

- Я помню, «на себя»! – говорю ему, чуть улыбнувшись. Не могла не подъебнуть его. – Но я бы хотела проговорить некоторые условия с вами.

- Слушай, иди отсюда, пока я не передумал! – шипит он на меня, поднявшись со стула и уперевшись ладонями на стол.

Я смотрю, что это его самая грозная поза, если кто-то его не слушается. Так он показывает свои габариты, а значит и то, кто здесь босс. Только вот не пойму, он вроде хочет показаться злым, а уголки его губ все равно дергаются в легкой усмешке, потому что ну не боюсь я его! Наоборот, я ему безмерно признательна! И я уже согласна практически на все.

- Простите, - не могу принять его ответ из-за неопределенности. – Можно мы обсудим все с вами в среду?

- Обсудим, - машет он мне рукой, чтоб валила, потому что в этот самый момент залетает Новиков, чуть не прибив меня дверью.

- О, Ань, привет! – удивляется он нашей встрече. – Ты тут чего?

- Здравствуйте, Дмитрий Петрович, - а я и не знаю, что сказать ему о причине моего нахождения здесь.

- Дим, - встревает Шилов, протягивая ему мой телефон, - отдай это кому надо, пусть найдут последний неизвестный номер.

- Понял, - кивает тот, глядя на меня, опустив карие глаза на экран, где заставкой стоят мои дети. Он, конечно, держится, не показывая мне удивления, но я вижу, как его лицо вытягивается. И это напрягает. Потому что если лучший друг не понимает причины того, почему Шилов помогает мне, то я - тем более!

Заторможенно выхожу из кабинета. Медленно прохожу ресепшен и вижу слишком довольную Маринкину рожу, от которой становится тошно. Ее самодовольная улыбка раздражает. Она провожает меня высокомерным взглядом и тушуется, когда выходит Новиков, будто боится его. Тот подходит ко мне, останавливая за локоть.

- Ань, - говорит он тихо, - ты чего не сказала мне ничего о своих проблемах? – запихивает он меня в лифт, когда его двери распахиваются перед нами.

- А зачем? Чтобы это решило? – не понимаю я.

- Так я думал, что мы друзья! – вроде бы даже обижается он. – Я бы обязательно сразу помог тебе!

- Спасибо, - не могу сдержать улыбки.

- За что? – теперь уже он ничего не понимает.

- За доброту твою и поддержку, - прижимаюсь к его плечу, - друг!

Он обнимает меня в ответ, когда двери лифта разъезжаются, а там стоит целая толпа любопытных зевак. Не стесняясь их, Новиков провожает меня до кабинета.

- Как ты уговорила Шилова на эту авантюру? – спрашивает у меня Дмитрий Петрович.

- Ты о чем? – искренне не понимаю я. – О его помощи?

Тот смотрит на меня как-то странно, кивает, широко улыбаясь, и, блин, уходит.

Странный какой-то, сил нет! О какой авантюре он говорил, не пойму.

Решаю не беспокоить босса до обеда. Когда мне Димка принес телефон, то сказал, что тот уезжает в три. Мне безумно хочется узнать, все ли срослось, чего мне ждать и стоит ли дальше бояться этих кредиторов. Новиков же мне больше ничего не сказал, он был напряжен и очень недоволен. Будто что-то произошло. Что-то нехорошее. Даже предложил мне сегодня подвезти до дома. Естественно, я отказалась. Странный он, честное слово!

Уже два. Все же решаюсь подняться наверх. Вдруг, что прояснится? Я знаю, что это очень меркантильно с моей стороны, но все же. Я даже не знаю, безопасно ли мне сегодня вести детей домой? Считаю, что жизнь и здоровье моих сыновей важнее, поэтому, подхожу к Мариночке.

- Марин, шеф на месте? – спрашиваю у нее.

- Ты о котором? – ехидничает она. – У тебя их столько, что не разобрать, кому именно ты вылизываешь зад! Прикидываешься серой мышью, а сама – настоящая шлюха!

Ах, ты ж, сучка ты, крашена! Взбесила, мымра!

- Кто бы говорил! - хмыкаю ей в лицо, приближаясь нос к носу. Ее карие глаза лезут на лоб, а мое эго прямо кричит о возмездии. – Лижешь здесь гениталии шефов только ты! По крайней мере, мне не приходится рвать свою пасть ради должности! – стукаю по столу кулачком для убедительности, что та прямо вздрагивает. – Благодарю за беспокойство, но тебе не стоит этого больше делать, я как-нибудь обойдусь и без твоего участия!

- Я не… - мямлит она, не зная, что ответить.

- Демон где? – рявкаю, перебивая.

- Уехал уже, будет в четверг! – отвечает мне Марина.

- Как в четверг? – не понимаю, вспоминая про среду.

- Вот так, будет в четверг, - щурит она глаза, заметив, что я затушевалась. Ну и ладненько, мне же лучше, что среда отменяется.

- Дай мне его номер, Марин, - требую у нее.

- Еще чего! – возмущается она. – Совсем сбрендила? Я не даю личные контакты непонятно кому!

- Ладно, - машу рукой, понимая, что с нее, как с козла молока. Пойду лучше доить Новикова. В смысле, требовать номер босса.