Сказы старого Акына

И я совершенно неожиданно для самого себя рассказал ему о своих казахских приключениях. Он слушал не перебивая, только иногда кивал головой, видимо, узнавая знакомые места. А когда узнал, сколько лет прошло с тех пор — совершенно по-мальчишески присвистнул.

— Так долго хранить достаточно точные воспоминания, для того, чтобы через 50 с лишним лет зайти в ресторан — это впечатляет!

— А как вы оказались в России?

— Сразу скажу, ответ мой будет противоречив! Казаху запрещено иметь двойное гражданство, зато вид на жительство в России получить просто. Поэтому в соответствии с установленным порядком я полгода провожу в России, а полгода в Казахстане. Противоречие будет в том, что я не считаю Россию другой страной! Я родился и вырос в Советском Союзе и до сих пор уверен что это была правильная политика. Скажите пожалуйста: русские угнетали казахов? А казахи русских? Какая же причина послужила разделению, если было мирное добрососедское существование?

При этом болтовню про желание нации на самоопределение, можно оставить за пределами дискуссии. Хотя бы потому, что, как мы выяснили минуту назад, не было никакого давления одного этноса на другой. Союз можно было называть как угодно: Хоть большой Россией, а хоть огромным Казахстаном. Невозможно было определить, кто где жил. Казах в составе Большой России, или русский в составе Огромного Казахстана. Права и обязанности у всех были одинаковые. А тогда непонятно — кто от кого должен отделяться, и почему? Если это не так, и есть реальная причина деления, то сегодняшний Казахстан должен разделиться на 124 части. Тут и русские, и уйгуры, и немцы, и даже корейцы. Но попробуйте сказать это ребятам, которые руками и ногами голосовали за самостоятельность Казахстана.

Поэтому, при отсутствии угнетения одного народа другим, раздел государства может быть вызван только стремлением к власти и обогащению отдельных лиц.

Я встал и молча пожал руку Акына. Так началось наше общение. Я приходил по средам и субботам — дням выступления мастера. Заказывал какое-нибудь новое блюдо на пробу, слушал виртуозную игру, а затем спешил в сквер занимать место на лавочке. Молодёжь ко мне привыкла и не обращала никакого внимания. Акын сплетал для них каждый раз новую историю, которая каждый раз вела к новым выводам. А после этого мы сидели с ним на лавочке и неторопливо разговаривали. Я попытаюсь повторить кое-что из этих бесед.

Конечно самым интересным вопросом для меня была причина его общения с молодыми людьми. Долгое время Акын уходил от ответа, уходил совсем не обидно — с шутками и улыбкой. Наконец, видимо начав доверять мне больше, он ответил на этот вопрос. Отрывочно, за несколько раз, но ответил! Я попытался «сшить» его рассказ воедино.

— Видите ли, я абсолютно уверен что человечество движется к гибели. Причём, скорее всего, гибель наступит не от какой-то глобальной катастрофы, а от поведения самого человека. Вы можете это почувствовать, внимательно оглядевшись вокруг.

Достаточно лишь одной приметы такого прогноза. Ежегодно на Земле от голода гибнет 10 млн человек. С другой стороны, в самой развитой стране мира, по их собственному признанию, на помойку в нераспечатанном виде выбрасывается 35% продуктов питания. Как минимум, половина из них находится в пределах сроков годности. Зная, что в этой стране проживает 380 млн человек, вы легко можете подсчитать, какое количество людей можно прокормить выброшенными продуктами.

Лично для меня это служит доказательством того, что никакого разума у человека нет. А любой вид высших живых существ, не имеющий разума, то есть, не способный определить верное направление развития, погибает в течение среднего срока в полтора-два миллиона лет.

Доказать это крайне легко. Подтриба Hominini, то есть группа, включающая людей и всех их вымерших предков, появилась всего пять-шесть миллионов лет назад. На сегодня в эту группу включены около 25 видов, пять из которых были явно разумными, а ещё десяток умели изготавливать сложные орудия. Каждый год дополнительно определяются новые виды. Если вы оглянетесь вокруг, то увидите, что из всего этого перечня остался всего один вид! На сегодняшний день ему исполнилось 300 тысяч, так что, скорее всего, вымирания ждать придётся недолго.

Существует ли выход? Представьте себе, что каждый вид живых существ — это отдельный кораблик в бурном океане. Надеюсь, не надо доказывать, что корабль не имеющий управления рано или поздно погибнет. Для млекопитающих самое позднее — через 3 млн лет.

Единственный выход из положения в наличии разумной команды, которая может взять на себя управление кораблём, определив его маршрут в безопасную гавань. К сожалению, предыдущий пример показывает, что ожидать разумное поведение от команды нашего кораблика не приходится.

Я пытаюсь, в меру своих сил, объяснить молодёжи тот факт, что человечество потенциально в состоянии создать подобную команду. Для этого требуется исключительно простая вещь — добиться того, чтобы человеком руководили не эмоции, а разум! Но это уже другой разговор…

А вот от «другого» разговора он уклонялся вплоть до моего отъезда. Сказал следующее:

— Скоро мы разъедемся по домам. Мне очень хотелось бы, чтобы вы сами сделали вывод из моих рассказов. А потом мы сравнили наши выводы. Ведь я надеюсь, что мы ещё встретимся? Я не возражаю против того, чтобы вы записали несколько рассказов и попытались донести их до окружающих.

Сегодня Акын в Казахстане. Я жду его возвращения, чтобы встретиться с ним ещё раз. А пока результатом нашей встречи явились следующие девять историй.

1. Сказ о визите во времени

— Как вам давно известно, многие открытия совершаются, на первый взгляд, внезапно. Практически — случайно. Но это только на первый взгляд! При ближайшем рассмотрении, случайность эта оказывается тщательно подготовленной.

Я поставил такой вопрос перед нашими экспертами. Ой, как они закудахтали:

— Вы можете себе представить, что будет твориться, если в каждую голову, по которой шваркнет яблоком, придёт закон всемирного тяготения?! Тут на один закон учебного времени не хватает. А на сотню?! Или представьте себе кучу клиентов мыльни, которые, подвсплыв в ванной, выскакивают голыми на улицу с криком «Эврика»! Ладно, когда один! Тут тебе и карета, и медбратья. А где на всех карет набрать в случае массового исхода? Хотите знать, что будет? А будет то, что сегодня же во всех газетах у супостата на первых полосах появятся статьи о том, как по российским городам бегают намыленные полувыбритые медведи! Да с фотографиями!

По мнению экспертов, случайность открытия — это совсем не случайность. Крепкие, хорошо всплывающие тела, с надёжно закреплёнными на шее головами, способными выдержать удар серьёзного яблока — вот предварительные условия подготовки открытия. Лично я называю это «закономерностью случая». Именно таких специалистов у нас прекрасно готовит система высшего образования.

— Разворчался я слегка, пора переходить к делу. — Акын искоса глянул на собравшуюся публику. — И речь я хочу повести о студентах. Как говорится, молодым везде у нас дорога!».

Расскажу я сегодня вам сказ про студента МГУ: парня по прозвищу Михайло Васильич или попросту — Ломоносов. Звали его действительно Михаилом. Но никаким Васильевичем, и уж тем более Ломоносовым, он, конечно, не был. Просто был наш паренёк из местечка под названием Холмогоры, что под Архангельском. То есть, именно оттуда, откуда настоящий Михайло Васильевич 25 дней топал с рыбным обозом, с целью устроиться в Славяно-греко-латинскую академию.

Современный Миша был настоящим помором — клубника со сливками, полностью подходящим для звания будущего учёного: хорошо подвсплывающее тело при росте 1,91, устойчивая к яблочным ударам голова. Михаил шёл по следам своего гениального предшественника и в каком-то смысле даже оптимизировал этот путь. Он приехал в Москву на фуре с рыбой, оказывая помощь штатному водителю, так как с девятого класса дома крутил баранку лесовоза, помогая родителям. Правда, путь занял не 25 дней, а всего лишь сутки. За помощь Мише заплатили 10 000 руб. Кстати, купейный билет на поезд от станции Холмогорской до Москвы стоит 5 900 руб.

— Да не перепутайте! — Акын покачал в воздухе своим длинным красивым пальцем. — За билет надо заплатить, а Миша получил! Я надеюсь, после этого замечания у вас начнут появляться первые штрихи к портрету нашего героя.

Поступления он не боялся. Оценки по ЕГЭ у него были высокие — все за 95. Правда, было ещё ДВИ — дополнительное вступительное испытание, но в итоге и оно оказалось несложным. Таким образом наш помор 4 года назад стал студентом бюджетного отделения экономического факультета. Название «бюджетное отделение», кстати, отлично вписывается в определение современного образования. Стандартная стипендия составляет всего 3 300 руб в месяц. Богато, ничего не скажешь!

Современный Михайло Васильич, будем именовать его именно так, в отличие от прежнего, которого будем называть просто — Ломоносов, привык добиваться поставленных целей и уже со второго курса начал получать повышенную стипендию в размере 14 500 руб в месяц. Хватало такой стипендии ровно на 30 обедов в Столовой номер 10, известной среди студентов под прозвищем «Полик», которая позже займёт в нашем рассказе своё законное место. Разумеется, вышеописанное научное тело, кроме обедов требовало, как минимум, завтраков и ужинов. Была необходима подработка.

Однако, тратить драгоценное время на добычу пропитания Михайло Васильич не считал возможным. «Здесь вам не там!» — говаривал он, имея в виду Холмогоры. С другой стороны, тратить два алтына в день на хлеб и квас, как Ломоносов, он также не считал возможным. «Современницы не поймут!».

Решение было найдено достаточно быстро, ещё на первом курсе. Как Михайло Васильич додумался где искать, история умалчивает. Относительно недалеко — на механико-математическом факультете, была лаборатория сопромата. Беспрерывно там проводились опыты по разрушению различных образцов специальными машинами. В основном это выглядело так: образец, напоминающий гантельку, вставлялся в специальные захваты механизма который подавал пульсирующую нагрузку. В результате рано или поздно, образец разрушался. Происходило это через продолжительный промежуток времени — до одного месяца.

Скажу сразу, поведение образца мало интересовало Михайлу Васильича. Интересовал его только протокол испытаний, в соответствии с которым при работающих машинах, коих было до тридцати, хорошо бы находиться дежурному. Угадать, когда образец закончит своё существование было невозможно. Он ломался со звуком выстрела, машина останавливала свою работу и подавала звуковой сигнал. Дело человека было убедиться в том, что всё прошло штатно и работа станка действительно остановлена. Одним словом — не бей лежачего. Днём в лаборатории находились сотрудники, а ночью — Михайло Васильич, как дублирующий «концевой выключатель». Вернее, как два выключателя, так как «трудился» он каждый день.

Такая практика не является официальной. Ответственность берёт на себя заведующий лабораторией, который считает что лучше перебдеть. Если при этом он ставит начальство в курс дела — неофициально (!), особого наказания ему не грозит. А вот если случайно «полетит» станок… Для этого и нужен был Михайло Васильич, который «официально работал» днём и был оформлен на одну ставку лаборанта с окладом и надбавками в размере 45 000 руб. Так было договорено с заведующим и вполне устраивало обоих. Теперь он мог пригласить даму в ресторан быстрого питания без образования широкой дыры в бюджете. А желающих дам — ой, как хватало!

А самое главное, на эти доходы совсем не тратилось драгоценное время. Расписание утряслось самым наипрелестнейшим образом. Михайло Васильич ехал после занятий в общежитие ДАС на бесплатном автобусе. В восемь вечера он выбирался на своей лайбе в направлении корпуса механико-математического факультета. «Лайба» — это финское слово, означающее большую лодку. Когда-то оно попало к поморам и в результате малой трансформации стало означать любое транспортное средство в отличие от настоящей поморской лодки «шняки». В данном случае лайба означала велосипед.

Приятная дорога в течение 30 минут — 6 км чуть в гору, включающая в себя тренировку. За плечами рюкзачок с тонким спальником, лёгким надувным матрасом и ноутом для занятий. Прекрасно выспавшийся в спальнике на надувном матрасе — звук сломанного образца будил его исключительно редко, наш работник в семь утра совершал обратную велопрогулку. Затем душ, завтрак, автобус и к девяти ты уже в корпусе экономического факультета на первой паре.

— Я так подробно рассказываю по двум причинам. — Акын улыбнулся и его, слегка азиатские глаза, сощурились больше. — Во-первых, «мы все учились понемногу…» и так приятно вспомнить то время, а, во-вторых, нам нужно хорошенько понять характер героя — скоро ему предстоит важная встреча.

Необходимо задаться вопросом: как Михайла Васильич оказался на экономическом факультете? Можно было бы подумать — как все. То есть, благодаря желанию заниматься наукой, за предсказания которой вы не несёте никакой ответственности. Возьмите какой-нибудь закон. Например, закон Вагнера: С ростом доходов населения и развитием экономики государственные расходы растут еще быстрее (?). Если вы будете рассчитывать орбиту спутника при помощи подобного «закона», то лет через тысячу ракета, может быть и полетит вверх… Зато как удобно автору расчёта! Никому и в голову не придёт требовать большей точности!

Так вот, стремления Михайлы Васильича были как раз таки обратные. Его мечтой было открытие точных экономических или политэкономических законов за предсказательное действие которых, он мог бы отвечать. Бунтарь эдакий! Что характерно, подобные чувства даны не каждому.

Взять, хотя бы, профессора Слепова В. В., на которого Михайло Васильич в начале пути возлагал большие надежды. Много раз переизданный учебник, 500 публикаций, аспиранты-докторанты — а огня нет! Парадокс! Признанное светило науки, а не орёл! Наш герой был человеком справедливым. Он вполне оценивал техническую работу проделанную профессором за годы деятельности. Но никак не мог определиться: имеет ли право человек называть себя учёным, если свинца в его заднице значительно больше, чем искры божьей в голове! Древний вопрос! Вспомните Моцарта и Сальери.

Так что студент наш экзамены профессору, конечно, сдавал, здороваясь, улыбался и кланялся, но с обсуждениями идей переустройства мира не торопился и держался на расстоянии.

— Прекратите меня поторапливать! Я понимаю, что интересно! Уже подхожу к сути!

Как вы помните, одним из персонажей нашего повествования должна столовая «Полик». Что особо интересно, Находилась она недалеко от биологического факультета. Что-ж тут интересного, спросит недотёпа. А то, что на биофаке 70% девушек! Расписание биофака предусматривает сорокапятиминутный перерыв между второй и третьей парами. Любой студент знает, что содержание кошелька юношей и девушек категорически различно. Поэтому ежедневный поток из биофака в «Полик» содержит не более 10% особей мужского пола. А то и менее.

Ровно в 12:25 вы можете наблюдать феерическую картину. Из корпуса «Гербария» стайками вылетают райские птички со сверкающим, как драгоценные камни разноцветным оперением, и щебеча летят к столовой. Какой там, к чёрту, тропический лес! Никакие цветы не могут сравняться с парадом этой красоты!

Экономистам тяжелее — перерыва на обед у них нет. Посещать «Полик» получается только при наличии «окна», что случается не каждый день. Причём, только пару раз совпадает с обедом биологинь. Но уж в этот день мужской состав экономфака присутствует на площадках питательного учреждения в полном составе!

Михайло Васильич заприметил Лену ещё в начале третьего курса. А Лена тогда только пришла на первый курс биофака. Как-то сразу Михайла Васильич понял, что дело серьёзное и всякие шуточки с демонстрацией внимания к другим девушкам здесь недопустимы. Леночка была красива какой-то совершенно специфической, не яркой красотой. Если бы были допустимы сравнения, я бы сравнил её с молодой Анной Каменковой.

Всё в ней восхищало нашего героя. Особенно небольшой шрам на верхней губе. Вы будете смеяться — травму нанёс злобный Хозяин двора — Петух, когда двухлетняя Лена отдыхала летом у бабушки. Любой провидец моментально определил бы, что начали завязываться отношения, срок которым — вся будущая жизнь. Но мы с вами не провидцы, мы очевидцы.

Кроме прочего, у Лены была прелестная южнославянская фамилия, которую назвать я никак не могу, так как папа у Лены — генерал, что на отношениях детей никак не отражалось. Если бы не дополнительное обстоятельство: мама была генеральша! Причём, безподделошная. Кроме того был ещё старший брат — Володя. На первый взгляд нормальный парень, за исключением самомнения генеральского сына. Парадокс какой-то! Человек как человек, если бы не самоуверенность в том, что до Генерала дослужился не папа, а он сам лично! Оба они вместе с мамой могли, конечно, представлять некоторую помеху. Но не для Михайлы Васильича! Он их попросту отложил на будущее.

Ну а пока ребята наши старались не расставаться всё возможное время. Вплоть до того, что если у Михайлы Васильича были окна, он ходил с Ленкой на её лекции. Тут-то всё и началось.

В этот раз наш герой пришёл вместе с Леной на лекцию по подведению итогов «эксперимента Дидье Дезора», проведённого студентами.

Пару слов о содержании эксперимента. Селят крыс по шесть штук в помещениях специальной конструкции: посередине аквариум (в начале без воды), с одной стороны домик с лесенкой, с другой стороны кормушка. В определённое время в кормушку подают пищу, крысы спускаются по лесенке, бегут за едой, возвращаются в домик и там едят. Всё чётко и легко, на обучение требуется один день. Все бегают, все возвращаются, все едят.

Затем в аквариум начинают подливать воды. В начале порядок сохраняется. До тех пор, пока крысам не приходится начинать плавать или даже нырять (в зависимости от условий проведения эксперимента). То есть, до тех пор пока получение пищи не становится достаточно затруднительным. И здесь в рядах наших «крысунов» начинается серьёзное разделение на четыре группы.

Первая — Эксплуататоры, две штуки.