Как я покорил Америку за 15 долларов!

Усталость, накопившаяся за дорогу и нервное напряжение, взяла своё. Мысли начали путаться, и я, сам того не заметив, провалился в тяжёлый, но необходимый сон.

Проснулся я оттого, что в комнате стало душно, а тело слегка липло от пота. Решив смыть с себя дорожную пыль и остатки стресса, я разделся и отправился в душ. Тёплая вода отлично прочистила мозги и вернула чувство контроля над ситуацией.

Выходя из ванной, я вспомнил о своих припасах. Ещё при заселении, зайдя в вестибюль гостиницы, я прихватил «Сникерс» и маленькую бутылочку «Пепси-колы». Тогда же я мельком заметил в холле обменный пункт, но людей в нём не было — видимо, час был не ходовой, или курс не привлекал.

Устроившись поудобнее на кровати, я развернул шоколадку и сделал глоток сладкой, шипучей газировки. Сахар и кофеин быстро вернули ясность ума. Ситуация с финансами требовала холодной головы, и действовать наобум я больше не мог. Я решил чётко разбить свои следующие шаги на два этапа.

Глава 10. Обменники

Я принял взвешенное решение: не рисковать всей суммой сразу. Разобью её на две части. Половину поменяю сегодня, остальное оставлю на завтра. В карманах куртки теперь лежало по 5500 рублей (по старому, деноминационному курсу). Я специально держал сумму ниже тысячи долларов, чтобы при обмене не привлекать лишнего, нездорового внимания. До нужного места нужно было пройти всего метров пятьсот, и, учитывая, что один обменник я уже видел внизу, решил не откладывать дело в долгий ящик.

Надёжно рассовав половину наличности по внутренним карманам, я спустился в холл. В гостиничном обменнике меня ждал неприятный сюрприз: курс оказался даже чуть выше ожидаемого, перевалив за шесть! Это было неприятно... Оформив сделку, я на всякий случай взял справку и аккуратно спрятал её в карман. Мало ли что.

Выйдя из гостиницы, я оказался на широком, продуваемом ветром проспекте. С крыльца уже виднелась вывеска ещё одного обменника, метрах в пятистах отсюда. «Хоть в чём-то мне сегодня везёт», — подумал я, радуясь, что не придётся бродить по незнакомым переулкам. Бодрой походкой я дошёл до перекрёстка, дождался зелёного света светофора, пересёк дорогу и свернул налево, туда, где издалека маячила нужная вывеска.

У входа в обменник действительно стояла небольшая очередь — человек пять. Я, не сбавляя шага, направился к ним. Не успел я пройти и десяти метров, как произошло нечто, от чего время словно замедлилось.

Из середины толпы кто-то резко, словно подкошенный, вывалился и с глухим стуком грохнулся на асфальт. Одновременно с противоположной стороны очереди выскочила фигура с какой-то барсеткой в руке и, работая локтями, помчалась прочь с быстротой спринтера, мгновенно растворяясь вдали.

Подойдя ближе, я разглядел пострадавшего: мужчина лет тридцати шести медленно, с трудом поднимался с колен. Опираясь одной рукой о грязный асфальт, другой он вытирал разбитую, кровоточащую губу. Он поднялся, отряхнулся и, не сказав ни слова, просто побрёл прочь от очереди, держась за бок.

Но самым леденящим душу было не само нападение, а реакция окружающих. Никто не вскрикнул, никто не бросился на помощь или в погоню. Очередь просто молча, синхронно шелохнулась. Люди немного подвинулись к стене здания и сделали вид, что абсолютно ничего не произошло. Будто так и должно быть. Будто это часть городского пейзажа, как бордюры или фонарные столбы.

По спине пробежал предательский холодок. В этот момент я с кристальной ясностью осознал: я попал в мир с совершенно другими, жестокими правилами выживания. Здесь зазеваться — значит потерять всё, а то и больше. Особенно нервно воспринималось то, что деньги-то были чужие...

Молча, стараясь не привлекать внимания и не встречаться ни с кем взглядом, я перешёл на другую сторону улицы и пошёл дальше, лихорадочно обдумывая только что увиденное и инстинктивно крепче прижимая ладонь к карману, где лежали деньги.

Глава 11. Второй обменник

Я продолжил свой путь по улице, внимательно сканируя витрины. Вскоре взгляд зацепился за ещё одну вывеску обменного пункта. Через стекло было видно движение: внутри что-то происходило, люди суетились. Я заглянул внутрь, но, к моему удивлению, зал оказался полупустым. Решив не тратить время зря и немного прийти в себя, я свернул в соседний продуктовый магазин, чтобы купить бутылку воды — горло пересохло от напряжения.

Вернувшись к обменнику, я как раз вовремя: от кассы отходила какая-то женщина. Она эмоционально жестикулировала, пересчитывая купюры и недовольно бормоча себе под нос о каких-то «копейках» и «грабительском проценте». Видимо, курс только что изменился не в её пользу, и она пыталась выплеснуть своё возмущение в пустоту. Я выждал паузу, подошёл к окошку и, к своему огромному облегчению, без каких-либо проблем и скрытых комиссий обменял свою часть суммы.

Сделав дело, я пошёл дальше. В этот раз обошлось без эксцессов, но бдительность я не сбавлял. Издалека, возле других обменных пунктов, мне бросилась в глаза группа людей. Они просто стояли, переминаясь с ноги на ногу, но их позы и внимательные, скользящие взгляды недвусмысленно намекали: это не клиенты, а «наблюдатели» или, что гораздо хуже, «щипачи». Я инстинктивно ускорил шаг, стараясь держаться подальше от этих тёмных силуэтов и лишний раз не привлекать к себе внимания.

Где-то к вечеру, когда московские сумерки окончательно сгустились над городом, я успешно завершил первую часть своего финансового плана.

Вернувшись в гостиницу, я первым делом запер дверь на все замки. Только оказавшись в безопасности, я высыпал содержимое карманов на кровать и начал тщательно пересчитывать купюры, аккуратно разделяя их на две стопки: то, что уже обменял, и то, что приберёг на завтра.

Усталость брала своё. Я достал небольшую, потрёпанную книжонку, которую прихватил с собой в дорогу, и полистал её, пытаясь переключить мозг с уличных реалий на что-то отвлечённое и спокойное. Но буквы плясали перед глазами. Совершив нехитрые вечерние процедуры, я выставил будильник на своих электронных наручных часах, положил их на тумбочку и, едва голова коснулась подушки, мгновенно вырубился в тяжёлый мёртвый сон.

Глава 12. Последний день в гостинице

Следующий день выдался на удивление спокойным, без нервных встрясок и уличных сюрпризов, за которые я был теперь безмерно благодарен судьбе. Проголодавшись к обеду, я зашёл в первое попавшееся кафе-столовую. Заказал какой-то простой суп. Ощущения, конечно, были не те, что от домашней, наваристой стряпни жены, но горячая, сытная еда сделала своё дело: она отлично взбодрила, согрела изнутри и вернула силы после вчерашнего стресса.

Вернувшись в гостиницу, я с чувством выполненного долга подвёл финансовые итоги. Высыпав содержимое карманов на кровать, я тщательно пересчитал всю сумму. Результат заставил меня горько усмехнуться: 5 850 долларов. Ровно, аккуратно, но совсем не то, на что я рассчитывал. Мечта немного заработать на разнице курсов или хотя бы сохранить стартовый капитал, увы, не сбылась. Придётся выкручиваться с тем, что есть, и жёстко контролировать расходы.

Отбросив мрачные финансовые мысли, я сосредоточился на главном. Завтрашний день обещал быть решающим: нужно идти в офис, чтобы наконец-то забрать свой заветный загранпаспорт с американской визой и долгожданный билет. Мысль о том, что вся эта московская эпопея с обменниками, опасными улицами и гостиничными номерами подходит к концу, приносила огромное облегчение.

Кроме того, перед моим отъездом Игорь обмолвился об одной важной детали: он оформил таким же образом на поездку в Америку ещё одного парня из нашего соседнего района. Мы с ним даже успели созвониться заранее, чтобы не потеряться в аэропорту.

— Я буду в кожаной куртке и с небольшой дорожной сумкой, — говорил я в трубку.

— А я высокий, в тёмном пальто и с красным рюкзаком, — отвечал он.

Этот обмен описаниями внешности по телефону напоминал подготовку к шпионской явке, добавляя предстоящей поездке приятную нотку интриги.

С этими мыслями — о завтрашнем визите в офис, о предстоящей встрече в аэропорту и о новой жизни за океаном — я выключил свет. Усталость наконец-то взяла своё, и я благополучно, без всяких будильников, провалился в глубокий, восстанавливающий сон.

Глава 13. В офис за «счастьем»!

Наутро, проснувшись в гостиничном номере, я почувствовал себя обновлённым. Я отлично выспался, набрался сил и был морально готов покорять эту «великую страну» Америку с 15 долларами своих денег в кармане! Быстро приведя себя в порядок, почистив зубы и на скорую руку собрав свои нехитрые пожитки, я облачился в свою верную кожаную куртку. Мой импровизированный «пояс шахида» теперь был набит не пачками старых, мятых рублей, а новенькими, крупными купюрами и бережно сложенными справками об обмене.

С лёгким сердцем и отличным настроением я вышел из гостиницы. План был прост и логичен: сначала заскочить в соседнее здание, забрать свои документы, а уже затем направиться в аэропорт на встречу с напарником.

Поднявшись на нужный этаж, я оказался в том самом коридоре с тёмной деревянной отделкой. Подошёл к знакомой двери и постучал. В ответ — мёртвая тишина. Я постучал ещё раз. Часы показывали начало десятого, мы же договаривались именно на это время. Недоумевая, я набрался терпения и стукнул в третий раз, уже гораздо громче и настойчивее.

Замок сухо щёлкнул, и дверь приоткрылась всего на несколько сантиметров. Но вместо миловидной, улыбчивой Иры, которую я ожидал увидеть, в щели появилось совершенно другое лицо. Оно было размером с хороший футбольный мяч, с короткой, почти под ноль стриженной головой. В проёме двери маячили массивные, бугрящиеся мышцы борцовских рук, упирающихся в косяк.

— Чего надо? — прорычал он низким, вибрирующим голосом, от которого по коже пробежали мурашки.

Я на долю секунды оторопел, совершенно не ожидая такой встречи. Но, быстро взяв себя в руки и стараясь, чтобы голос не дрогнул, я максимально уверенно произнёс:

— Я сдавал сюда паспорт на оформление. Пришёл забирать.

Не успел я закончить фразу, как дверь с силой распахнулась. Огромная рука молниеносно протянулась ко мне, намертво вцепилась в лацканы моей крепкой кожаной куртки и мощным рывком потянула на себя. Всё произошло так стремительно и внезапно, что я даже не понял, как оказался перемещённым с порога вглубь офиса, стоя посреди комнаты лицом к лицу с этим гигантом.

Оглядевшись, я увидел поистине печальную картину. Кроме трёх девушек и одного парня, которые раньше мирно сидели за столами, в офисе теперь находились двое здоровенных мужиков. Они не выглядели как типичные бандиты из кино; скорее, их массивные фигуры, короткие стрижки и тесные футболки наводили на мысль, что эти ребята только что вышли из бани и решили заодно решить пару деловых вопросов.

— Ну, так кто ты и зачем здесь? — повторил вопрос здоровяк, не выпуская мою куртку из поля зрения.

Я глубоко вздохнул, собрал волю в кулак и максимально спокойно, без лишней дрожи в голосе, обрисовал ему ситуацию: я пришёл за своим загранпаспортом и билетом, как и договаривались.

Услышав это, он молча кивнул и жестом указал мне на стул перед столом. Я сел и, пользуясь передышкой, внимательнее осмотрелся. Офис превратился в хаос. Столы были буквально завалены горами каких-то документов. В углу, у окна, прямо на поверхности лежала внушительная куча паспортов разной масти и пачки валюты, включая рубли. В голове мелькнула тревожная мысль: «Неужели моя поездка так бесславно и закончится?..»

А вот и тот самый мужчина, которого я мысленно окрестил директором. Зрелище он представлял жалкое: сидел, понурив голову и обхватив её руками. Лицо было багрово-красное в слезах, а сам он, громко шмыгая носом, вытирал сопли тыльной стороной ладони.

Рядом, на одиноком стуле, сидела Ирина. Несмотря на происходящий разгром, она держалась на удивление достойно и не плакала, лишь смотрела на всех с холодным вызовом.

Один из здоровяков повернулся к ней:

— Где его документы?

Ирина, не моргнув глазом, ответила с лёгкой ноткой дерзости:

— На этаже ниже. Я могу сейчас их принести.

— Давай, неси, — бросил он, не отрывая от неё тяжёлого взгляда.

Он многозначительно посмотрел на меня, словно взвешивая мои слова на невидимых весах, а затем отвернулся к столам, начиная методично перебирать какие-то бумажки. Там же, уткнувшись в документы, уже копался второй здоровяк.

В этот момент меня немного «отпустило». Ледяной ком в горле начал таять. «Значит, обыскивать меня не будут», — пронеслась спасительная мысль. И это уже хорошо!

Я мгновенно прокрутил в голове запасной вариант. На всякий пожарный я придумал легенду: даже если они вдруг найдут деньги, я спокойно скажу, что это мои личные сбережения. У меня есть официальные справки об обмене, а еду я в Америку покупать машину. Звучит вполне убедительно и, главное, законно.

Минуты ожидания тянулись мучительно долго. Что только не проносилось в моей голове за это время! Сейчас я даже не смогу точно сказать, сколько прошло: может, десять минут, а может, и целых полчаса. В такой напряжённой, гнетущей обстановке время имеет свойство растягиваться, как резина, превращая каждую секунду в пытку неопределённости.

Наконец замок щёлкнул, и дверь открылась. На пороге появилась Ирина. Несмотря на царящий в офисе хаос и присутствие громил, она выглядела на удивление собранной. В руках она держала мой заграничный паспорт и разноцветный конверт с билетами.

Здоровяк медленно повернулся, взял у неё документы и открыл паспорт. Он поднял взгляд от фотографии, затем перевёл его на меня, внимательно, с ног до головы сканируя моё лицо, сверяя живые черты с картинкой в документе. Эта пауза показалась вечностью. Затем он достал из конверта билет в Америку и так же дотошно, прищурившись, изучил его. По его тяжёлому, оценивающему взгляду я понял: всё в порядке, зацепок нет, я тот, за кого себя выдаю.

Он аккуратно сложил документы и, протягивая их мне, хрипло усмехнулся:

— Ну что, Алексей, тебе сегодня крупно повезло. Не будь нас здесь сейчас, не поехал бы ты ни в какую Америку.

У меня от таких мыслей пробежали мурашки по всему телу.

Напоследок он лениво привстал и распахнул передо мной дверь, немым жестом указывая на выход.

— До свидания, — буркнул я сквозь зубы, стараясь, чтобы голос звучал ровно и без дрожи.

Я шагнул за порог, покидая этот многострадальный, ставший вдруг по иронии судьбы «чудотворным» офис. И вот, когда тяжёлая дверь с глухим щелчком захлопнулась у меня за спиной, а я снова оказался в относительной безопасности коридора, меня накрыло такое несказанное, всепоглощающее облегчение, что словами его просто не передать. Колени предательски задрожали, но я был свободен. Документы, полный комплект, у меня. Обошлось... Путь открыт.

Глава 14. В аэропорт!

Добраться до Шереметьево оказалось на удивление просто: прямо по той улице, где я остановился, ходила маршрутка, идущая прямиком в аэропорт. Зайдя в здание, я сразу же предъявил билет на входе. В те годы охрана была строгой, и посторонних зевак с улицы просто так внутрь не пускали.

Найдя свободную лавочку, я с чувством выполненного долга сел и развернул свой долгожданный документ. И тут меня ждал холодный душ: вылет был назначен не сегодня, а только через два дня.

Паниковать было рано. Я решил действовать по плану и сначала найти напарника. Сверившись с его описанием, я прошёлся по первому этажу, внимательно оглядывая каждого встречного, затем поднялся на второй, обходя все залы ожидания. Но его нигде не было. Вскоре до меня дошла простая, но очевидная мысль: глупо было бы ожидать, что он приедет в аэропорт за двое суток до вылета и будет ждать здесь, как сторожевая собака.

Ночевать в аэропорту на лавке, имея при себе деньги и документы, было чистым безумием. Я подошёл к местным таксистам, которые, как водится, роились у выхода, и поинтересовался, где можно переночевать недорого. Мне махнули рукой в сторону соседнего здания.

Я направился туда пешком. Гостиница, мягко говоря, не впечатляла: обшарпанные стены, тусклый свет и полная атмосфера запустения. На ресепшене, за стеклянной перегородкой, восседала женщина преклонных лет — то ли администратор, то ли местная уборщица, разницы в её суровом взгляде уже не было. Уточнив наличие свободных мест, я отсчитал сумму за номер, который, по моим внутренним ощущениям, не должен был стоить вообще ничего, и получил ключи.

Номер выглядел печально. Железная кровать, продавленный матрас сомнительной свежести, выцветшие обои и специфический запах, который лучше не описывать. Я оставил сумку с вещами под замком, решив, что дальше этого убожества мне идти некуда, и вышел на улицу, чтобы найти хоть что-то съестное.

Окрестности напоминали заброшенную промзону: серые заборы, покосившиеся ларьки и редкие прохожие. Побродив немного, я наткнулся на крошечный магазинчик, купил простенький бутерброд и, отходя от кассы, быстро слопал его на ходу. Утолив первый голод, я неспешно потянулся обратно к гостинице. Дело уже клонилось к вечеру, а московские сумерки снова начали сгущаться над этим не самым приветливым районом, готовя почву для новых, уже аэропортовских приключений.

Глава 15. Встреча попутчика

Утром, проснувшись в своей убогой гостиничной каморке, я привёл себя в порядок, запер дверь на ключ и сдал его суровой администраторше. Аэропорт был совсем рядом, поэтому я решил пойти пешком, наслаждаясь утренней прохладой. В голове крутились простые, житейские планы: купить горячую булочку с кофе прямо на месте и, возможно, наконец-то встретить моего напарника, которого, как назло, тоже звали Игорь.

Зайдя в терминал, я методично обошёл первый и второй этажи, всматриваясь в лица, но его нигде не было. Времени до вылета оставалось ещё вагон. Достав свою потрёпанную книжечку, я устроился на втором этаже и начал читать, делая периодические перерывы на перекуры. Так, в монотонном ожидании, время незаметно дотекло до самого вечера.

Войдя в зал в очередной раз, я снова не обнаружил там своего товарища. Делать нечего, пришлось задремать прямо на лавочке по диагонали от мужского туалета, метрах в двадцати от входа. И, хочешь не хочешь, мне пришлось занять позицию с прямым обзором на входную дверь.

В какой-то момент туда вошёл обычный с виду парнишка. А следом за ним, с небольшой, но многозначительной задержкой, проскользнули ещё двое. Время шло, а я, сам того не желая, продолжал наблюдать за дверью. Вскоре я обратил внимание на одну странную деталь: вошедший первым был в куртке, а двое других — налегке.

Прошло минут десять. Дверь открылась, и вышли те двое. Под мышкой у одного из них была аккуратно сложена... та самая куртка первого парня. Его самого с ними не было.

Я замер, внутренне напрягшись. Подождав ещё минут десять, я уже было собрался зайти туда, чтобы понять, что происходит, как дверь снова отворилась. Из неё, слегка шатаясь, вышел тот самый парень. Лицо у него было багрово-красным, взгляд мутным и растерянным. Он молча прошёл мимо, даже не посмотрев в сторону выхода, и направился к другому выходу из терминала.

В моей голове мгновенно сложилась чёткая картинка: классическая аэропортовская «обработка» или вымогательство. Желание посетить это заведение у меня отпало мгновенно и, что удивительно, навсегда. Короче говоря, с туалетом я решил больше не рисковать.

Ночь прошла в бдении. А вот с утра, спустившись вниз, я наконец-то обнаружил своего товарища. Как выяснилось, он тоже прилетел немного раньше и не стал возвращаться в город, а остался ночевать прямо здесь, в аэропорту, на лавочке.

Мы чуть ли не обнялись посреди зала, несказанно обрадовавшись друг другу (особенно я!) после всех этих мытарств и одинокого ожидания. И вот, наконец-то, мы были вместе. Оставалось лишь одно: дождаться объявления посадки на наш рейс и оставить эту негостеприимную среду позади.

Глава 16. Взлёт

Устроившись на скамье неподалёку от табло вылетов, я специально выбрал место поближе к «зелёному коридору». Багажа у нас не было, декларировать было нечего, и это давало ложное, но такое приятное чувство безопасности. Я откинулся на спинку, прикрыл глаза и позволил себе наконец-то расслабиться. Прошлое, со всеми его московскими мытарствами, сомнительными обменниками и нервными встречами, казалось, осталось где-то там, за дверями этого терминала. Слава богу, позади.

Впереди маячил только таможенный контроль. Сумма наличных у меня превышала разрешённый лимит на две тысячи долларов. Почему-то я был наивно уверен, что всё пройдёт гладко. А может, я просто отчаянно не хотел думать о плохом, вытесняя тревогу сладкими мечтами.

Мысли унесли меня в будущее. Я представлял, как в Америке освою передовые технологии, научусь компьютерной диагностике автомобилей. В моём воображении это рисовалось как высокотехнологичное, чистое и прибыльное дело, которое я однажды привезу обратно в Россию и построю на нём свою новую, достойную жизнь.

Из этого приятного забытья меня вырвал голос напарника: объявили посадку на наш рейс.

Как ни странно, таможня действительно дала добро без лишних вопросов и эксцессов. Мы прошли контроль и оказались в просторном салоне «Боинга». Самолёт был на удивление полупустым — видно, в те нестабильные годы не так уж много желающих рисковали лететь в Соединённые Штаты.

Я устроился поудобнее у иллюминатора. Самолёт вырулил на полосу, набрал разгон и, тяжело оторвавшись от земли, плавно ушёл в небо. Глядя на то, как внизу стремительно уменьшается родная земля, я с огромным облегчением выдохнул: «Ну вот, наконец-то всё самое сложное осталось позади».

Какая приятная и какая обманчивая была эта мысль...

Если бы я только знал, насколько жестоко я тогда ошибался в этих своих суждениях! И то, что произошло за последние эти месяцы со мной, — это только «малюсенькая» и самая несложная часть моего такого безобидного и многообещающего путешествия...

С этими мыслями, откинувшись на спинку кресла, я закрыл глаза и «улетел» вместе с этим самолётом в какой-то красочный сон своих грёз и надежд!

Глава 2

Прилет в аэропорт Кенеди .

От Москвы до Нью-Йорка самолет летит 8 часов, обратно — 9. Полет проходил в дневное время, и мы с товарищем сидели в некурящем салоне, изредка бегая в курилку, чтобы подышать дымком.

В самолете познакомились с двумя симпатичными русскими девушками. В разговоре с ними удалось выяснить, что они летят к своим женихам, так сказать, бойфрендам: одна — в Калифорнию, а другая — в Чикаго. Глаза у них горели, щеки румяные — видно было, что девчонки искренне влюблены и полны надежд. Мы с Игорем переглянулись: вот кому-то везет, а нам предстоит неизвестность.

Полет проходил без происшествий. Стюардессы, улыбчивые и какие-то уж очень приветливые, разносили еду. На обед давали какие-то салаты в маленьких пластиковых контейнерах, горячее в фольге и маленькие бутылочки с вином — граммов по двести, не больше. Я еще подумал: негусто для восьмичасового перелета, но зато всё аккуратно упаковано, чисто.

В иллюминаторе был виден бескрайний океан с барашками волн. Я еще удивлялся, что на такой большой высоте — по-моему, 9000 метров — отчетливо видно было эти белые гребешки. Вода внизу казалась то темно-синей, то изумрудной, а облака плыли где-то ниже нас, создавая ощущение, что мы летим над каким-то фантастическим миром. Время от времени самолет слегка потряхивало, но это было даже приятно — напоминало, что мы действительно в небе, высоко над землей.

Девушки достали какую-то еду из дома — пирожки, яблоки — и угостили нас. Мы болтали о пустяках, смеялись, строили планы. Они расспрашивали, что мы знаем об Америке, а мы честно признавались: почти ничего. Одна из девушек, та, что летела в Калифорнию, всё говорила о пальмах и океане, о том, как её жених обещал показать ей Голливуд. Вторая мечтала о Чикаго, о каких-то небоскребах и джазовых клубах.

Я слушал их и ловил себя на мысли, что сам не представляю, что нас ждет. Кроме смутных образов из фильмов да редких газетных вырезок, и рассказов моего друга капитана Игоря, у меня не было никакого представления об этой стране. Но где-то в глубине души теплилась надежда: уж точно лучше, чем там, откуда мы улетели.