Библия Кристалла. Вселенная Контура. книга 8. создано с помощью AI

— А как же но позже, — с глубоким напускным обречением бросил Борисыч, держа паузу до последнего. А затем, не выдержав этого парада тотального столичного когнитивного сдвига, уже в голос, на всю тайгу, искренне расхохотался....

В этот момент на поляну перед особняком, взметая в ясное небо гигантские, искрящиеся на солнце столбы снежной пыли, эпично и ювелирно приземлились те самые три «дракона». Никакой чешуи и крыльев из мифов — это были безупречные, матово-чёрные копии легендарных СР-10, экспериментального продукта РосАвиаПрома с обратной стреловидностью крыла. Машины замерли на своих гидравлических опорах, лениво посвистывая остывающими турбинами посреди берендеевского царства.

Николай Алексеевич просто вывел технику с пасеки и по закрытым каналам связи привёл всю тройку к Особняку в полностью беспилотном режиме, устроив гостям из Ведомства образцово-показательный аттракцион.

Генка - выдвижная оптика с характерным кликом бешено заработала, линзы разъехались в стороны, выражая высшую степень кибернетического ехидства.

— Ну что, господа москвичи, — застрекотал Генка своим преданным Борисычу AGI-процессором, изящно балансируя на кевларовых гидравлических лапах посреди сугроба. — Фидбек, я смотрю, стопроцентный, у всех полный апгрейд сознания! Линейка СР-10 к вашим услугам, бизнес-класс Уральского консорциума. Бабаёжек в расписании на сегодня нет, Валентина Сергевна на Пасеке пироги печёт. Увязывайте баулы, пока Palantir в Тель-Авиве пытается понять, почему на их спутниках вместо трёх реактивных бортов отображаются три перелётных гуся. Погнали на охоту ...

Полковники СВР, всё ещё матерясь сквозь улыбки, принялись закидывать охотничье снаряжение в багажные отсеки «Драконов». Юморная волна Яви накрыла Берендееву глушь без единого шанса для Нави.Борисыч с мужиками с рёвом улетели на спарках СР-10, оставив заснеженную заимку на попечение хозяйки, Весты. Едва матовые графитовые «Драконы» Яви растаяли в хрустальном утреннем небе, столичные дамы наконец, полностью расслабились, переведя дух после берендеевских авиационных чудес.

— Нуу, хозяйка, показывай свои хоромы, — с живым женским любопытством предложила одна из московских гостий, поправляя воротник дорогого походного свитера.

— А чего ж нет-то, — радушно отозвалась Веста, и на её великолепных губах заиграла тёплая, гостеприимная улыбка. — Извольте на экскурсию...

И она с кошачьей грацией повела дам по особняку позднего русского ампира, где суровая таёжная мощь так причудливо переплеталась с высоким столичным стилем.

— Это наша кухня-столовая, — Веста распахнула массивные двери, и московские тётеньки буквально проглотили языки. Столешницы из цельного уральского малахита, сияющая медь фурнитуры, идеальный порядок и скрытые технологии Консорциума, замаскированные под старинный буфет, заставили бы позеленеть от зависти любую хозяйку с настоящей Рублёвки.

— А теперь поднимемся на второй этаж, — увлекая за собой притихших гостий, продолжала Веста. — Там наша хозяйская спальня и гостевая комната, которая сейчас временно под детскую...

Едва они переступили порог просторной детской, залитой ярким сентябрьским солнцем, из огромной груды мягкой рухляди игрушек внезапно выкатилась одна, взъерошенная девчушка с огромными глазищами. Наперерез гостям, вытянув пухлые ручонки, она с восторженным писком ринулась к хозяйке: