Семейный альбом. Литературный сборник

Домик в деревне

Домик из бревен. Русская печка. Телом размякши. Ровно бьется сердечко. Стол деревянный. Скатерть-клеенка. Образы светлые в красном углу. Светит лампадка по-праздничному. Лампа, моргнувши, потухла устало. Свечи, лучины огнем заиграли. Вода из колодца. Вода из ручья. Крынка сметаны. Кувшин молока. Яишня на сальце. Черная скибка. Сало. Кровянка. Свежая рыбка. Яйцо спод несушки. Хрюшкины ушки. Квас на запивку. Самогон с ледника. В печке поджарка шкворчит не спеша. А в чугунке — картоха томится. Свежий лучок, и укроп, и редиска. Сквашена вкусно с клюквой капуста. Плошечка с маслом. Тарелочка щей. Ложкой березовой пробуй скорей. И пирожок с грибами, с картошкой. Верь иль не верь, но — счастье возможно. Домик в деревне. Лес. Озеро. Речка. Вольно. Раздольно. Душою довольно. Банька по-черному. Веник дубовый. Не умирая, рождаешься снова. Семья за столом. Хоть вставать спозаранку. Вечерит размеренно. Сытно и чинно. Дети уснули на теплой лежанке. В центре стола с капустой пирог. Спасибо, что ныне все это дал Бог. Чинно по стопке. Простой разговор. Что ныне случилось? Как было давно? Звезды завидуют, глядя в окно. Солнце за полем спать уж легло. Месяц, завидуя, смотрит в окно. Вот оно- счастье. Вот — хорошо. Домик бревенчатый. Русская печка. Домик в деревне. Родная земля. Милы и любимы. Спокойна душа. Нет более краше и милее земли. Русь наша, Матушка, мы дети твои.

Вечер вместе

Потемнело давно за окном, Затухают огарками свечи, Засыпает, скрипя, старый дом… Как прекрасен сегодня был вечер. Пролетело мгновением время, Что резиной тянулось всегда… Незабываема его красота.

Вечер зимний в деревне

Зима. Снега и холода. Трещат в огне в печи дрова. На двор не рвется нынче кот. Тепло там ныне не живет. Печка. Рядом с нею кот. Поленце тлеет и тепло дает. Деревня. Дом. Тепло в нем. Мы у печи скотом вдвоем. Плита. Жаренка на плите. Прищурен хитро глаз кота. Глаза прикрыты, будто спит, За сковородкой он следит. Все больше печь тепла дает. Снег за окном давно идет. Уснул за печью домовой. Тишь. Благодать. В дому покой. Трещат поленца в старой печке. Шкворчит жаренка на плите. И чай поспел, и кот проснулся. Пора вечерить нам уже. Картошка с шкваркой хороша. Закуска — и коту вкусна. Шуршит за печкой домовой. Ему мы — плошечку с едой. Как ни бушуют холода, Должна быть в доме теплота. С ней счастье и уют придут. Все домовые это ждут. Спокоен в доме домовой, Когда уют в нем и покой. Ему не нужно утруждаться, Чтоб счастья в доме добиваться. Зима. Снега и холода. Трещат в огне в печи дрова. На двор не рвется нынче кот. Тепло в дому сейчас живет.

Вечер. Деревенька моя

Уже темнеет за окном, И сумрак наполняет дом… Лучом последним солнце Сверкнуло, уходя, в оконце. Ворвавшись в окна, ветер Принес прохладу в вечер. Играя пламенем свечей, Движение оживил теней. Еще немного — брызнут звезды… Шмели утихли и стрекозы, Уснут шумливые цикады. А мы прохладе будем рады. Примчавшись в кухню со двора, Испив парного молока, Оставив прыть для завтра дня, Уснет блаженно детвора. Затихнут птица и скотина. И мы присядем возле тына, Передохнуть от всех трудов, Поговорить о том, о сем. Ночь летом очень коротка, И тем ценнее вечера, Когда в прохладной тишине Все утопает в добром сне. И мы с устатку посидим, О том, о сем поговорим, И чтобы в утро с бодрым духом, В подушку все ж уткнемся ухом. Уже стемнело за окном, И сумраком наполнен дом… Свечи задуты. Спать пора. Всем доброй ночи до утра.

Вкус нашего детства

Сегодня мир иной — в нем сахар гений злой. Но было ране время, где нынешнее племя, Рожденных уж давно — в годах шестидесятых, Здоровых и простых, наивных, не богатых, Любило леденцы из сахара простого — Янтарных петушков он был тогда основа, И белочек, и елочек, и шишек без иголочек, И зайчиков, и мишек, и рыбок золотых… Варенье, мед вкусны, и булка с маслом, с сахаром, С повидлом пирожки и булка просто с сахаром, Конечно были лакомства для нас — для детворы, Но петушков на палочке любили больше мы. Полна великой гордости малая детвора, Когда в руке держала такого петушка. Вкуснее нету лакомства для малой детворы — Из карамели сахарной простые леденцы. Таких сегодня нет уже. Другое ныне все. И детство беззаботное давно уже прошло. Но помнится вкус детства — простого леденца, Ребенку что вручила мамина рука.

Если Мама рядом

Если Мама рядом, ты еще дитя, Даже если взрослым назовут тебя. Всегда для Мамы ребенком будешь ты, С рожденья своего — до гробовой доски. Если Мама рядом, должен рад быть ты, Значит — не остался ты в мире без любви, Значит — что бы ни было, ты найдешь приют, Значит — в мире этом всегда нас дома ждут. Если Мама рядом, есть к кому прийти, Теплоту и нежность у кого найти, Раны залечить, жизнь что нанесла, Вспомнить, что лишь Мамы всех нежнее рука. Навсегда запомни! Взрослым став однажды, Ты поймешь, что Мамы не бывает дважды. Миг придет — и Мамы рядом вдруг не станет, Нестерпимой болью сердце это ранит. К ней в объятья снова уже не попадешь, Нежность ее, ласку уже не обретешь, Не с кем будет за полночь о жизни говорить, Чтобы горя горького в жизни не испить. Берегите в жизни Мамой что дано, Это вам от Бога ей передано. Братья, сестры, берегите каждый свою Маму, Чтоб как можно дольше рядом была с вами.

Кухонька наша родная

Жизнь наша проходит на кухне. Не в зале, не в спальне, а здесь. Где Мама что-то колдует, Чтоб завтра нам было что есть. Как можем, мы ей помогаем, Здесь учим уроки и ждем, Когда всю семью созывая, Накормит всех вкусным борщом. Здесь с Мамой мы кашеварим, И мастерим здесь с отцом, Здесь будни проводим семьей, И праздник, приходит что в дом. Хоть кухонька и небольшая, Не тесно семьей нам всем в ней. Друзья, они и соседи, бывают — Вмещает она и друзей. Бывают кухни большие, Пусты они и холодны. Как кухонька многих вмещает, Зависит, видать, от семьи.

Все реже мы встречаемся с друзьями

Все реже мы встречаемся с друзьями, Все больше, но также редко, мы звоним. Разбросаны мы расстоянием и годами, А с кем-то и не встретиться уже, коль захотим. Бег времени, увы, не остановишь. Вспять реку времени не повернешь. Друзей, что с детства, быстро мы теряем, А новых в жизни много не найдешь. Богатство, что Отец и Мама дали, В пути-дороге мы, как ни храни, теряем. В ячейке банка ведь его не сохранишь, Богатство это — наша жизнь. На что ее растратим, то получим, Когда забрезжит вдалеке закат. К черте, что финиш, подойдем вновь нищи, Хоть кажется кому-то, что богат. Нет, ничего мы не возьмем с собой, Лишь только то, что вместится в душе, Мы без одежд на землю приходили, Уйдем и в вечность тоже без одежд. Ну а пока, звонить друзьям нам надо чаще, Встречаться надо, хоть бы иногда, Чтоб не тосклива была жизни осень, Ведь не вернется пролетевшая весна. Любовь уже размеренное чувство, А глупости весны уже трудны, Мы лето быстро, бодро прошагали. Бежит и осень. Скоро до зимы. Звоните чаще братья, сестры, вы, друзьям, Ведь миг общения сердце наше греет. Встречайтесь чаще, братья, сестры, хоть и трудно нам, Общения с друзьями душу согревает И время нашей жизни продлевает.

Грустный праздник

Грустный праздник на Руси. Пламя трепетно свечи. Православных поминания, День покоя и молитв. Нам для отдыха субботы Даны тела, не души. Поминальные молитвы По утру уж прочтены. О родителях усопших, О почившей всей родне, Об ушедших православных, Прошагавших по земле. Память светлая на вечно Всем покинувшим наш свет. Потому и грустен праздник, Многих рядом с нами нет. С верой жизни воскресения В небесах они живут. В райских божеских владениях Воскресения с верой ждут. В послушании пред Богом Нам небесный то пригляд. Только слышать научиться Нужно то, что говорят. В храмах мерный тон молитвы, Пламя трепетно свечи. Поминаем православных. Праздник грустный на Руси.

У могилы отца

Здравствуй, батя, в день рождения твой, С братом мы нарушим твой покой. Мы помолимся о Царствии небесном, Горькую в стаканчики нальем. Вместе с мамой, как и жили, Вы лежите, Потому и поминаем вместе Вас. Поминая Вас и помолясь о душах, Вы простите, выпьем мы за Вас. Но сегодня первый поминальный На погосте за тебя мы скажем тост. Остальные все за Вас обоих, То для нас давно уж не вопрос. Здравствуй, батька, жил ты как шпана, Но такая вся была тогда страна. Что ж теперь тому нам удивляться, Вам тогда пришлось в войну рождаться. Не всегда хлеб и у мамы молоко, Есть тошнотики и взрослым нелегко. Выживать учились в жизни с детства, Так оно по жизни и пошло. Хоть с трудом, хватило выжить сил, С Мамой меня с братом сотворил. И за это — благодарность от души. Нынче с братом помянуть тебя пришли. В день рождения, а не упокоя, Что настал, как писано судьбой. Помянем тебя, с тобою Маму. Вы теперь навечно с нею рядом. Как и жили, нас, родив, растили, Радости и горести делили, Как могли достаток создавали, Будем что мы лучше жить мечтали. Но года, увы, неумолимы, Потихоньку иссякают жизни силы. Да и голод детский силы не добавил, В организме след он свой оставил. Выпьем рюмочку и молча посидим, Вам без слов расскажем, что хотим. И услышим, знаем, мы в ответ — Шепот листьев… Ветер или нет?

Исповедь

(и Маме, и Богу)

Я стихом тебя не баловал. Я добра не замечал. Ты его так тихо делала — Праздник сам вдруг наступал! Ты душою всеобъемлющей, Сердцем, созданным добром, Понимала жизни истину. Мудро ты вела свой Дом. «За добро ведь не пожалуют. Зло лишь помнят навсегда», — Так из зависти, наверное, Говорили, проходя. Мимо слез твоих бесхитростных. Мимо радости простой. Но никто тебе не сказывал: «Ты не делай так, постой! Все само собой уляжется, Утрясется, так сойдет! Все само собой пройдет!» А жила отца ты мудростью, Мамы женской простотой, И великой жизни силою — Безответной добротой. Не могла сказать, ты, Мамочка, Для себя самой: «Постой! Пусть само собой уляжется. Пусть идет само собой». Ты любовь свою великую, Отдала не только мне. Ты своею жизни силою, Многих привлекла к себе. Добротой и задушевностью Многих ты спасла во тьме, Освещая сердца пламенем К миру путь, а не войне. Мимо горя, огорчения Никогда не шел твой путь. А ведь можно не заметить бы, Стороною обогнуть. Словом добрым, делом праведным, Ты всегда могла помочь, Несмотря, что жизнь не ласкова, Иногда самой не в мочь! Через месяцы и годы, Через много даже лет, Иль в семейном разговоре, Иль обмолвится сосед, Иль подруга проболталась, Иль расскажет добрый друг, Как и чем ты помогала Тем, кто жил тебя вокруг. Лишь укрывшись смерти саваном, Тайны многие раскрыла ты. Но обет ты не нарушила, И сама не говорила нам. Это люди, что согретые, Твоим Сердцем и Душой. Приходя о них поведали С болью, не кривя душой. Со слезой и огорчением, И с огромной теплотой. И добро, для них что сделано, Не забыть, и не отнять. Скромность чувство немонетное. Скромность чувство безответное. Что — не взять, то — не отдать. Доброту твою безмерную Не забыть нам! Никому! Но вернуть хотя бы толику Не удастся наяву. И теперь лишь только в памяти Светлый образ твой храня, Доброту твою безмерную Не забыть нам! Никогда! Не вернуть долг бессеребряный. Теплоты долг не отдать. Ты делами безмонетными Завещала: «Не страдать! Жизнь любить, не унывать! За добро добром не взыскивать! За добро добром платить! Жить, творить, а не гадать! Даже если сам ты немощен, Все равно всем помогать!» Пусть гордится дочкой истинной Богородица — Всем Мать! Мне ж твоим заветам следовать, Завещание — исполнять. Ты прости меня, хорошая, Что добро твое не ведая, Не любил тебя, как должно я, Не дарил тебе цветов. Ты прости меня, любимая, Что добро твое не ведая, Не любил тебя, как должно я, Не писал тебе стихов. Прости.

У каждого в жизни свой чемодан

Нет лекарства от душевной боли, Ни таблеток нет, ни уколов… Если нелегко тебе, тяжело, Значит Богом тебе жить дано. У каждого в жизни чемодан свой, Который лишь самому нести, Он мал или очень тяжел и большой, Не бросить его по пути… В нем все, что положено Богом с рождения, Тобой или кем-то еще… Дела там плохие твои и сомнения, Добро и что сделано хорошо… Образ жизни, дорогу и веру Выбирает каждый для себя. У кого-то чемодан тяжел без меры, Но открыта и чиста душа. У кого-то чемодан пушинкой легок, И дорога вроде бы легка… Но будет ли счастье тому в жизни, Ведь душа темна, пуста… Если нелегко тебе и тяжело, Значит Богом тебе жить дано. Нет лекарства, когда болит душа, Когда открыта и чиста она.

У могилы Мамы

Здравствуй, Мама! Мы к тебе пришли В День рождения твой, мы с братом. Здравствуй, вечно ты на небесах, В храме давно ставим свечи мы за это. Мы молитвы для души твоей прочли, Поминальную монахи вечную читают. Посидим сегодня на троих. С братом мы по горькой выпьем в память. Жизнь твоя была не так проста, Как другим со стороны казалось. Нелегко ее ты прожила. Ушла. Но Сердца доброта у нас осталась. Мы живем не так, как ты мечтала, По ночам, как спим, смотря устало. Но живем, тебя благодаря, За науку жизни, саму жизнь, Нас любя, что нам дала и отдала. Удалось нам много достичь, Из того, о чем для нас мечтала. Но пришлось тебя нам хоронить, Раньше, видит Бог, чем мы желали. А желали, чтоб жила ты вечно, Если б Богом людям то дано. И уж точно — долго-долго, Больше чуть, чем Богом всем дано. Посидим вдвоем мы у могилы, На троих, прости нас Бог, нальем. Вспомним, как с тобою рядом жили, И тебе расскажем, как живем. Но, наверное, сама ты знаешь, Говорят, что видно все с небес.